«Здравствуй „волчонок"»

Прошла ещё одна неделя. Мы встречались в столовой, на тренировках, в коридорах. Джеффри по-прежнему сидел рядом на парах, а по ночам мы переписывались, пока Холли не начинала ворчать, что я ей спать не даю.

- Ты светишься в экран, - сказала она как-то утром. - У меня над кроватью прямо как прожектор.

- Извини, - сказала я. И продолжила писать.

Караг за эту неделю трижды пытался устроить «внеплановые посиделки». Я дважды отказалась. На третий раз сдалась.

- Ты как кошка, которую тащат к ветеринару, - сказал он, когда я переступила порог его комнаты.

- Я и есть кошка, придурок.

- Не выражайся. У нас гости.

Я вошла и увидела, что комната набита под завязку. Клифф и Бо уже оккупировали половину дивана и спорили о том, у кого длиннее когти. Тикани крутилась у зеркала, поправляя хвост. Холли сидела в кресле с вязанием - серьёзно, она вязала шарф. Для белки это было нормально, они вечно чем-то заняты лапками.

Дориан, как всегда, появился из ниоткуда и сразу прыгнул ко мне на руки.

- Я начинаю думать, что ты меня преследуешь, - сказала я коту.

- Не преувеличивай, - ответил Дориан, сворачиваясь калачиком. - Я просто выбираю самое удобное место в комнате. Сегодня это твои колени.

- А вчера?

- Вчера была батарея. Но ты теплее.

Джеффри сидел на полу у стены, с книжкой в руках. Увидел меня - отложил книжку.

- Привет, - сказал он.

- Привет, - сказала я.

Мы уже научились говорить друг с другом без слов. По тому, как он чуть прищуривался, я понимала, что он рад меня видеть. По тому, как я переставала сутулиться, он понимал, что я рада тоже.

Я села на маленький диванчик. Джеффри, не сговариваясь, перебрался ко мне в ноги. Кот на коленях. Слева - пусто, справа - пусто.

- А где Караг? - спросила я.

- Пошёл за добавкой, - сказала Тикани. - Сказал, что пиццы на всех не хватит. Ушёл полчаса назад.

- Он что, пешком в Италию пошёл?

- Не знаю. Может, уснул по дороге.

Не успела я ответить, как дверь распахнулась. Караг влетел в комнату с двумя коробками пиццы в руках и довольной улыбкой на морде.

- Я здесь! - объявил он. - Кто меня ждал?

- Никто, - хором сказали мы.

- Врёте и не краснеете.

Караг поставил пиццу на стол, оглядел комнату и вдруг заметил, что на диванчике есть место. Слева от меня.

- Ах да, - сказал он как бы невзначай. - Я тут подумал. Холодно сегодня.

- Не холодно, - сказала я.

- Мне холодно. - Он плюхнулся рядом, привалившись плечом к моему плечу. - Вот так лучше.

Тикани посмотрела на нас, вздохнула и села справа.

- Вы как магниты, - проворчала она. - Я не могу быть в стороне, когда все сбиваются в кучу. Это стайный инстинкт.

- Ты волчица, - напомнила я. - У вас всегда стайный инстинкт.

- Вот именно. Так что терпи.

И снова я сидела в окружении. Джеффри в ногах, Дориан на коленях, Караг слева, Тикани справа. Холли с вязанием напротив, Клифф и Бо на диване.

- Знаешь, - сказал Караг, жуя пиццу, - а ведь хорошо получилось.

- Что именно? - спросила я.

- Ну, мы. Все вместе. Ты, я, Джеффри, Тикани, Холли, эти два оболтуса, - он кивнул на Клиффа и Бо, - и серый кот, который ведёт себя как король.

- Я и есть король, - сказал Дориан, не открывая глаз.

- Ты оборотень-кот, ты вообще никто, - усмехнулся Караг.

- Я тот, кто может ночью нассать тебе в тапки, и ты не докажешь, - парировал Дориан.

Караг поперхнулся пиццей.

- Ты не посмеешь.

- Проверь.

Я рассмеялась. Громко, по-настоящему. Так, что все обернулись.

- Ты смеёшься, - сказал Джеффри, глядя на меня снизу вверх. - Я не помню, чтобы ты смеялась.

- Я иногда смеюсь, - сказала я, вытирая глаза.

- Очень редко, - добавила Холли. - Я за всё время слышала твой смех два раза. Первый - когда Бо упал с лестницы.

- Я не падал, я спускался ускоренно, - обиделся Бо.

- Второй раз - сейчас, - закончила Холли. - Это редкий звук. Как пение единорога.

- Единороги не поют, - сказал Клифф.

- А ты откуда знаешь? Ты их видел?

- Нет, но...

- Тогда молчи.

Я слушала их перепалку и чувствовала, как внутри разливается тепло. Не то жаркое, обжигающее, от которого хочется убежать. А тёплое, как плед. Как кружка чая холодным вечером.

Позже, когда все разошлись или уснули прямо на полу, я осталась сидеть на диванчике. Джеффри по-прежнему был у моих ног. Кот ушёл - наевшись пиццы, он отправился ловить ночных бабочек или делать свои кошачьи дела.

- Ты в порядке? - спросил Джеффри.

- Да. Странно, но да.

Я задумалась как изменилась моя жизнь за последние недели.

- Не торопи меня, - сказала я.

- Не тороплю. - Он улыбнулся. - Я подожду. Я уже сказал.

- Вечность?

- Если потребуется.

Я наклонилась и поцеловала его в лоб. Легко, едва касаясь губами.

- Это не считается, - сказал он.

- А вот теперь считается, - ответила я и поцеловала его в щёку.

- Адема.

- Не дождёшься, - усмехнулась я. - Ещё не время.

Он вздохнул. Но руку не убрал.

Мы сидели так до тех пор, пока за окном не начало светать. Караг спал на диване, укрывшись пледом и тихо похрапывая. Тикани устроилась у него на груди - они оба даже не заметили, как это случилось. Холли так и осталась в кресле с вязанием, уронив спицы на пол.

- Смотри, - прошептала я, показывая на Карага и Тикани.

- Я видел, - так же тихо ответил Джеффри. - Он её давно любит. Она его. Они оба дураки.

- Как мы?

- Нет. Мы умнее. Мы хотя бы разговариваем.

Я усмехнулась.

- Мы почти не разговариваем. Мы молчим.

- Это и есть наш разговор, - сказал он.

Я не стала спорить. Потому что он был прав.

Мы говорили на языке, который не знал никто другой. На языке тишины, прикосновений и взглядов. И этого было достаточно.

Пока - достаточно.