Глава 31
Я соскучилась по этому запаху.
Свежесть, зелень, влажная земля, сладкие нотки роз и что-то неуловимое, что бывает только в цветочных магазинах — может быть, сами цветы пахнут по-особенному, когда их много. Я вошла внутрь и на секунду закрыла глаза, вдохнув полной грудью. Две недели без этого места показались вечностью.
Диана уже была на месте — возилась с гортензиями у витрины, переставляла их, поправляла ленточки. Услышав звон колокольчика над дверью, она обернулась и расплылась в улыбке.
— Т/и! — она бросилась ко мне обниматься, чуть не сбив с ног. — Наконец-то! Я уж думала, ты забыла, где мы работаем.
— Забыла, как же, — я засмеялась, обнимая её в ответ. — Я соскучилась. По цветам. По тебе. Даже по этой дурацкой кофемашине, на которой вечно заедает кнопка.
— Она теперь не заедает, — гордо заявила Диана. — Я её починила. Сама. Без мужиков.
— Ты моя героиня, — я сняла кофту, повесила её на крючок в подсобке, надела фартук. Свой старый, потёртый, с карманом, в который вечно сыпались лепестки. — Ну что, показывай, что тут у вас без меня.
Диана ввела меня в курс дела. Оказывается, за время моего отсутствия они набрали новых сотрудников — двух студенток, которые пришли подрабатывать на лето. «Молодые, шустрые, но ещё ничего не умеют», — охарактеризовала их Диана. Я кивнула, запоминая. Пока они не пришли, мы успеем спокойно поработать вдвоём.
День выдался лёгкий. Не сезон свадеб, не предпраздничный ажиотаж — просто обычный день, когда люди заходят за букетами «просто так». Женщина средних лет выбрала белые хризантемы. Мужчина в деловом костюме долго мялся, потом купил три красные розы — для жены, сказал. Девушка с косичками заказала букет из полевых цветов для подруги.
Я собирала композиции, резала стебли, заворачивала в крафтовую бумагу, перевязывала бечёвкой. Пальцы помнили каждое движение, каждое прикосновение. Лепестки падали на стол, на пол, на фартук. В магазине пахло летом, даже несмотря на то, что за окном был обычный городской пейзаж.
Мы с Дианой болтали обо всём на свете. Она рассказывала про новых продавщиц — одна отличная, вторая ленивая, но красивая, поэтому её пока терпят. Про своего кота, который сожрал фикус и потом блевал по всей квартире. Про то, что хочет съездить в отпуск, но не знает куда.
Я рассказывала про Ваню — немного, осторожно, не углубляясь. Сказала только, что мы как-то сблизились, но ничего конкретного. Диана хитро прищурилась и сказала: «Я смотрю на тебя, Т/и, и вижу, что ты светишься. Так что не рассказывай мне про "просто сблизились"».
Я отмахнулась, но улыбнулась.
Мы работали, смеялись, пили кофе из той самой починенной кофемашины. Время тянулось медленно, но приятно. Я чувствовала себя хорошо. Легко. Без тревоги, которая последнее время стала моей постоянной спутницей.
К шести часам вечера магазин опустел. Закат уже начинал золотить витрину, превращая цветы в разноцветные стёклышки. Я протирала стойку, когда услышала звон колокольчика над дверью.
— Извините, у нас пере... — начала я, поднимая голову.
И замолчала.
В дверях стоял Ваня.
В тёмной куртке, джинсах, с волосами, растрёпанными ветром. Он выглядел немного растерянно — будто не был до конца уверен, что ему здесь рады.
Я замерла с тряпкой в руке.
— Ваня? — я моргнула, думая, что мне показалось. — Ты… что ты здесь делаешь?
— Привет, — он улыбнулся той своей улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось. — Проходил недалеко. Решил зайти.
— Зачем? — спросила я, выпрямляясь и откладывая тряпку.
— К тебе, — ответил он просто.
Я не знала, что на это сказать. Диана, которая до этого момента молча переставляла горшки на витрине, вдруг засуетилась.
— Ой, — сказала она громко, снимая фартук. — Я вспомнила, мне нужно… в магазин! За перекусом. Да, точно. За перекусом. Вы тут, а я…
Она убежала в подсобку, схватила сумку и буквально вылетела за дверь, даже не попрощавшись. Мы с Ваней проводили её взглядом.
Дверь закрылась. Колокольчик звякнул.
Мы остались вдвоём.
— Ну, — я вздохнула, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. — Во сколько я заканчиваю, да?
— Угадала, — он усмехнулся, прислонившись плечом к стеллажу с розами.
— Я планировала задержаться сегодня, — я обвела рукой магазин. — Соскучилась по этому месту. Думала поработать подольше, разобрать заказы.
Ваня кивнул, но я заметила, как его лицо чуть омрачилось. Он не сказал ничего, но я прочитала в его глазах разочарование. Ему хотелось погулять. Провести время вместе. А я отказывала, даже не подумав.
— Завтра, — сказала я, прежде чем успела себя остановить. — Я заканчиваю в пять. Можем погулять завтра.
Он посмотрел на меня. Улыбнулся.
— Хорошо.
Я выдохнула. Почему-то стало легче.
— Хочешь кофе? — спросила я, кивая на кофемашину. — Диана её починила. Теперь не заедает.
— Давай, — он подошёл к стойке, сел на высокий табурет.
Я сделала ему американо с молоком, себе — такой же. Пока машина шипела и пыхтела, я украдкой смотрела на него. Он сидел, крутил в руках салфетку, смотрел по сторонам. Разглядывал цветы. Я заметила, как он задержался взглядом на розах.
— Красивые, — сказал он.
Он улыбнулся.
Я поставила перед ним чашку. Он сделал глоток, поморщился — горячо. Я села напротив, обхватила свою кружку руками. Мы молчали, но молчание не было неловким. Оно было тёплым. Уютным.
Пришла Диана. Ворвалась в магазин с пакетом чипсов и бутылкой колы, но, увидев нас, сразу поняла, что помешала.
— Ой, — сказала она. — Я, наверное…
— Всё нормально, — Ваня встал, допивая кофе. — Я не буду мешать. Пойду.
Он поставил чашку на стойку, кивнул Диане, а потом посмотрел на меня.
— Проводишь? — спросил он.
Я вышла за ним на улицу.
Вечер был прохладным. Небо уже потемнело, зажигались первые фонари. Где-то вдалеке слышались голоса, смех, шум машин — обычная городская суета.
Мы стояли друг напротив друга. Я чувствовала, как ветер треплет мои волосы, как в лицо летит мелкая пыль с дороги.
— Завтра в шесть, — сказал он.
— Да, — кивнула я.
Он шагнул ближе. Обнял меня. Легко. Я чувствовала его дыхание на своей макушке, его руки на своей спине.
А потом он отстранился.
И поцеловал меня в уголок губ.
Лёгкое, быстрое прикосновение. Тёплое. Нежное. Он улыбнулся — той улыбкой, от которой у меня подкашивались колени, — развернулся и пошёл в сторону метро.
Я стояла, смотрела ему вслед, прижимая пальцы к тому месту, где только что были его губы.
Он обернулся на углу. Помахал рукой.
Я помахала в ответ.
И зашла в магазин.
Диана набросилась на меня сразу.
— Ну? — она схватила меня за плечи. — Что это было? Вы встречаетесь? Я что-то не знаю? Т/и, говори!
— Диан, я сама не знаю, — я сбросила её руки, прошла к стойке, начала убирать чашки. — У нас… не знаю. Ничего не знаю.
— То есть он приходит к тебе на работу, целует тебя, и вы не встречаетесь? — она не отставала. — Т/и, ты в порядке? Ты понимаешь, что это ненормально? По нему видно что он по уши влюблён в тебя.
— Понимаю, — я поставила чашки в мойку. — Но у нас… что-то среднее. Не друзья, не пара.
— Это называется «недоотношения», — Диана скрестила руки на груди. — И это хуже, чем просто дружба.
— Знаю, — я повернулась к ней. — Но я не знаю, что делать. Я его люблю, но не говорю, потому что боюсь. Я ему вроде как тоже. Мы как два дурака, которые ходят по кругу.
Диана посмотрела на меня долго. Потом вздохнула.
— Т/и, — сказала она мягко. — Ты когда-нибудь думала о том, чтобы поговорить с ним? Не в переписке. Просто сесть и сказать: «Ваня, давай решим, что у нас происходит?»
— Думала, — я опустила глаза. — Но боюсь. Вдруг он скажет, что не хочет отношений.
— А вдруг скажет, что хочет? — Диана подошла, обняла меня. — Ты не узнаешь, пока не спросишь.
Я молчала. Смотрела в окно, на тёмную улицу, где только что исчез Ваня.
— Завтра мы гуляем, — сказала я. — Может, тогда и поговорим.
— Может? — Диана подняла бровь.
— Поговорим, — твёрже сказала я. — Завтра поговорим.
Диана улыбнулась.
— Ну наконец-то.
Я улыбнулась в ответ. Правда, улыбка вышла нервной. Потому что я понятия не имела, что скажу ему. И как он ответит.
Но что-то подсказывало мне — завтрашний вечер изменит всё.