Глава 32
Благотворительный вечер «Visionary» проходил в пентхаусе стеклянного небоскреба. Никаких позолоченных рам — только минимализм, холодный неон и панорамный вид на город, который лежал у ног Ираклия и Нелли.
Нелли вошла в зал, и шепот затих. На ней было платье-футляр из черного винила, плотно облегающее тело, с высоким глухим воротником. Никаких украшений, кроме тонкого платинового катетера-наушника в ухе. Грим скрыл бледность, а её походка была настолько уверенной, что никто бы не догадался о сломанных ребрах и бинтах под тканью.
Ираклий шел на полшага позади, позволяя ей вести. Это был его подарок — сегодня сцена принадлежала ей.
В центре зала, окруженный свитой, стоял Виктор Касатонов. Он потягивал коллекционный джин, делая вид, что вчерашнего взрыва не существовало. Когда Нелли подошла к нему вплотную, его охранники напряглись, но Ираклий лишь лениво опустил руку в карман брюк, и они замерли.
— Нелли, — Виктор натянул маску вежливости. — Слышал, у тебя были проблемы с машиной. Несчастный случай?
— Несчастный случай — это твоя попытка играть в высшей лиге, Виктор, — Нелли улыбнулась, и эта улыбка была холоднее жидкого азота. — Я пришла не обсуждать автосервис. Я пришла за твоим последним активом.
На аукционе выставили лот, который не был вещью. Это были акции «SafeCity» — компании, которая контролировала всю систему видеонаблюдения и цифровой безопасности города. Тот, кто владел ими, владел глазами и ушами каждого жителя. Для Виктора это был последний шанс удержаться на плаву.
Торги начались стремительно. Виктор поднимал ставку, его лицо потело под светом софитов. Когда он выкрикнул свою последнюю цену — сумму, которая явно была пределом его кредита, — в зале воцарилась тишина.
Нелли медленно подняла планшет, который держала в руках.
— Я не буду перебивать ставку деньгами, — её голос, усиленный микрофонами, разнесся по залу. — Я предлагаю владельцу «SafeCity» посмотреть на экран.
На огромных мониторах зала вместо логотипа аукциона вдруг появилось видео. Это были записи с камер личного кабинета Виктора, сделанные всего час назад. Там его люди спешно паковали документы и уничтожали серверы, готовясь к бегству.
— Пока господин Касатонов пытается купить «глаза» города, его собственный дом уже ослеп, — спокойно произнесла Нелли. — Ираклий купил долговые обязательства вашей компании сегодня утром. Виктор, вы банкрот. И эти акции теперь принадлежат семье. По номинальной стоимости — один доллар.
Зал взорвался тихими смешками и возгласами. Это было не просто поражение, это было публичное уничтожение. Виктор побледнел, его бокал дрогнул, и джин выплеснулся на ковер.
Нелли подошла к нему, коснувшись его плеча — почти ласково.
— Вчера ты пытался превратить меня в пепел. Сегодня я превратила в пепел твое имя. У тебя есть час, чтобы покинуть город. Мои люди проводят тебя до границы.
Она развернулась и направилась к выходу, чувствуя на своей талии руку Ираклия. Он прижал её к себе, и в этом жесте было больше страсти, чем во всех их ночных свиданиях.
В лифте, когда двери закрылись, Нелли наконец прислонилась лбом к холодному стеклу.
— Ты действительно выкупил его долги? — прошептала она.
— Нет, — Ираклий усмехнулся, целуя её в висок. — Это был блеф. Мои хакеры просто взломали его камеры и пустили трансляцию. Но после твоего шоу его инвесторы сами разорвут его завтра к утру. Ты сыграла безупречно.
Нелли подняла глаза на их отражение в зеркале. Двое хищников в черном, идеальные и беспощадные.
— Больше никакой «фиктивности», Ираклий. Мы либо сожжем этот город вместе, либо сгорим в нем.
— Вместе, — пообещал он, накрывая её губы своими.