Последняя Надежда

​Солнце медленно тонуло в руинах горизонта, окрашивая небо в тревожные розово-кровавые тона. Ветер окреп, он завывал в арматуре и поднимал столбы едкой пыли, которая так и норовила забиться под веки.
​Ноа шел на пятый круг, но его тело уже отказывалось повиноваться. Ноги превратились в два неповоротливых бревна, пот заливал глаза, а в горле пересохло настолько, что каждый вдох казался глотком наждачной бумаги. Тренировка выжала из него всё до последней капли.
​Джим уже собрал снаряжение и, прислонившись к верстаку, угрюмо наблюдал за тем, как Ноа преодолевает последние метры. Марк в это время медленно патрулировал периметр, подозрительно вглядываясь в стыки железных листов забора. Сьюзи стояла у самого выхода; ремень старого мушкета привычно оттягивал её плечо. Она выглядела не просто раздраженной — она была натянута как струна, словно предчувствовала что-то, чего еще не слышали остальные. Сенди уже давно закончила пробежку и теперь неподвижно сидела на скамье, привалившись спиной к холодному металлу.
​«Черт... ноги... сейчас просто отвалятся», — пульсировало в голове у Ноа. Он заканчивал седьмой круг, его шатало от усталости, а спина ныла так, будто по ней проехался грузовик. Но его триумфальный финиш прервал резкий окрик Марка:
​— Эй, Джим! Тут дыра! Сюда!
​Марк стоял в дальнем углу полигона. Прямо перед ним в ржавом железном листе зияла свежая пробоина. Она была небольшой — через неё могла проскользнуть разве что собака или очень худощавый мертвец — но рваные края металла были выгнуты внутрь.
​— Не подходи близко! Опасно! — рявкнул Джим, мгновенно срываясь с места. — Я уже иду!
​В наступивших сумерках эта маленькая брешь в заборе казалась Ноа огромным черным глазом, который пристально наблюдает за ними из пустоты​«Кто мог это сделать?» — пронеслось в голове у Марка. Он стоял вплотную к пробоине, вглядываясь в рваные края металла. Казалось, по забору ударили чем-то массивным и тяжелым, выбив кусок железа, словно пробку из бутылки.
​За пределами полигона мир окончательно проснулся. Хрипы и шаркающие шаги за стеной участились, сливаясь в единый, пугающий гул. Сумерки — время мертвецов. Джим бежал к Марку, его сердце колотилось о ребра, как пойманная птица. Он сердцем чувствовал, что если забор падет, их маленькая крепость превратится в братскую могилу.
​— Найдите чем заделать дыру! Живо! Любой хлам, доски, камни! — рявкнул Джим на бегу.
​Ноа замер у самого финиша. Весь мир вокруг него плыл в красном мареве заката. Когда остальные рванули к бреши, его тело просто отказалось двигаться. Очередная тренировка прервалась хаосом, но у Ноа не было сил даже на разочарование — он просто пытался не упасть, опираясь на дрожащие колени.
​— Джим, мне кажется, тут... — Марк не успел договорить.
​Из темного зева пробоины, словно змея, выскочила костлявая, серая рука. Длинные, обтянутые пергаментной кожей пальцы с мертвой хваткой впились в его икру.
​— Черт! Мертвец. — взревел Марк.
​Он дернулся, пытаясь высвободиться, но хватка мертвеца была неестественно крепкой. Джим на ходу выхватил свой «Магнум», лихорадочно пытаясь навинтить на него «Тихоню». Лишний шум сейчас мог созвать сюда всю округу.
​Марк опешил. Всё произошло слишком быстро. Он потерял равновесие, и тварь резко рванула его на себя. С тяжелым грохотом парень повалился на спину. Удар о жесткую землю выбил воздух из легких, перед глазами поплыли черные пятна.
​«Я не сдохну от рук этой гнилой падали!» — яростная мысль вспыхнула в сознании. Из последних сил Марк вскинул руку с армейским ножом. Клинок со свистом рассек воздух, перерубая сухожилия и кости впившейся в него конечности.
​Зомби за забором издал утробный, булькающий хрип. Тварь несколько раз глухо ударилась о железо, а затем начала медленно отступать в темноту, оставляя после себя лишь едкое зловоние. Марка окатило густой, черной кровью — она была холодной и пахла как старая сточная канава.
​Отрезанная кисть еще несколько секунд продолжала судорожно сжимать ногу Марка. Пальцы были такими длинными и гнилыми, что сквозь лохмотья плоти на суставах желтела голая кость.
​— Эй! Ты цел?! — Джим рывком поднял его за плечо, выставляя пистолет вперед, целясь в темноту за забором.
​Марк тяжело дышал, пытаясь унять дрожь в руках. Он брезгливо стряхнул с ноги мертвую кисть и сплюнул в пыль.
— Кажется, вы не сильно спешили меня спасать, Джимми, — огрызнулся он, вытирая лицо от черных брызг.
​— Еще раз назовешь меня так... — Джим осекся, его взгляд на мгновение стал стальным. — Ладно, проехали. Быстрее в здание, здесь уже небезопасно.