глава 30. «Моя ненастоящая Ру...»
Она лежит с закрытыми глазами и чувствует чье-то прикосновение. Веки кажутся слишком тяжёлыми. Нет, она больше не хочет просыпаться.
— Мы можем его вернуть, — над ухом раздаётся сиплый мужской голос.
— Это ты во всём виноват, — сквозь зубы произносит Лена. — Это ты!
— Так значит, — демон цокает языком. — Разве это я потащил друзей на верную смерть? И парнишка пострадал из-за тебя, Елена. Не находишь ли ты это довольно... Ироничным?
— Ого, демоны знают слово «ирония», — с холодной безразличностью в голосе произносит она.
— Ну, я же всё-таки не оторван от внешнего мира. Не отходи от темы. Он пришёл сюда только из-за тебя. Люди, как правило, говорят, что любовь должна толкать человека на добрые поступки и делать его жизнь лучше. Но ваша любовь убьёт вас обоих. Ты всё равно не сможешь выбраться из леса одна, а он больше не отзовётся на своё имя.
— Лучше я сдохну, чем стану помогать тебе.
— Ну-ну-ну, не торопись принимать решение. Нам же некуда торопиться, верно? Я могу человека хоть из могилы вернуть. Поэтому, если твой приятель полежит здесь пару дней, ему ничего не будет.
— Что ты хочешь? — спрашивает Лена, чувствуя, что эта демоническая мерзость начинает её бесить.
— Я хочу твоей помощи и не больше.
— Я не собираюсь скармливать тебе своих друзей, — огрызается она.
— А друзья ли они тебе? — всё таким же ровным голосом продолжает Соргато. — Как же наивно верить, что в жизни есть что-то, кроме выгоды. Они с тобой только потому что ты сильная. И я выбрал именно тебя, потому что мне нравится твоя энергия.
Она чувствует жгучую боль в спине. Именно там, где находится незавершённый узор – печать Соргато.
— Знаешь, в чём наша разница?
— В том, что ты живёшь под землёй.
— Я не скрываю своего поиска выгоды. Я честен с тобой, Елена. И, если уж тебе так хочется иметь друзей, то я вполне могу стать кандидатом.
— Если бы у меня были силы, я бы рассмеялась и плюнула тебе в лицо.
— Ты слишком торопишься, девочка. Но не забывай, что у тебя нет выбора. Твоё тело всё равно станет моим. Как стала моей Руби. Помнишь, что с ней случилось? Вы довольно похожи. Обе бойкие, обе пришли ко мне добровольно. Правда, она оказалась через чур строптивой и не смогла вовремя сориентироваться. Не успела понять, что со мной нельзя шутить. Я хорошо отношусь к тебе, Лена. Разве ты этого не заметила? Мог бы взять тебя силой, но прошу согласия. Я предлагаю тебе сотрудничество, прося взамен лишь каплю помощи. Я могу вернуть тебе Нейта. Только попроси. Отдай мне свою душу.
«Делай, что хочешь» — чуть ли не говорит Лена, но осекается. Она пытается заставить мозг работать, понимая, что находится не в реальности. Нужно быстро соображать
— Что мне за это будет? — спрашивает она, чтобы потянуть время.
— Всё, что ты попросишь.
— Ты же не джин, — усмехается она, не открывая глаз.
— Я знаю, что ты винишь себя из-за смерти Руби. Хочешь избавиться от этого груза и вернуть подругу? Пожалуйста.
Лена чувствует на своём запястье теплую ладонь.
— Ты меня слышишь? — раздаётся голос Руби и Лена не сдерживается, чтобы не открыть глаза.
Прямо перед ней сидит подруга, которая умерла три месяца назад.
***
Она выглядела так, словно ничего не было. Будто она не лежала под землёй три месяца. Лена сразу поняла, что это обман.
— А Эффи? — робко спрашивает Лена, руша всю свою уверенность.
— Душу нельзя впустить в тело, если от него остался лишь прах, — говорит Руби, не намереваясь отдаляться.
Она кажется настолько живой, что Лена поддаётся своему желанию коснуться её. Руби не шевелится, и Лена останавливает руку в нескольких сантиметрах от её запястья. Хочется вскочить и обнять подругу, и она уже не понимает, что происходит. Что, чёрт возьми, с ней происходит?!
Тогда Руби сама протягивает руки и заключает Лену в объятия, опустив подбородок ей на плечо.
Холодная.
Она буквально ледяная! Лена чувствует, как глаза расширяются от ужаса, но не может двигаться. Она обнимает Руби в ответ.
Как раньше. Как тогда, когда они были живы.
Руби всегда оставалась проблеском света в её жизни. Несмотря на то, что у девушки были довольно странные и неоднозначные увлечения, она была самой адекватной из их кампании. Руби не боялась быть прямолинейной, и порой это спасало. Она умела поддерживать, как никто.
Руби умела подбирать правильные слова в нужный момент, а потом произносила их так уверенно, что вселяла доверие.
Она часто ходила по грани, по тонкому льду, но всегда спаслась и выкручивались благодаря своей сообразительности. И только сейчас что-то сломалось. Что-то заставило её пойти в лес.
В груди щемило от этого чувства потери и безысходности. Прошло несколько долгих секунд, когда Лена поняла, что ногти мертвой подруги впиваются ей в спину.
Лена дернулась в попытке оттолкнуть дрянь от себя, но испытала сильную боль, от которой вновь потеряла сознание.