Выход
Пятый шот пошел легче предыдущих. Женя даже не поморщилась, просто опрокинула стаканчик и поставила его на стойку с сухим стуком. Локон тут же захлопал, присвистнул, Рита рассмеялась и хлопнула ладонью по бару.
— Ну ты даешь, — сказала она, наклоняясь ближе. — Живая вообще?
— Более чем, — усмехнулась Женя, чувствуя, как внутри все гудит и плывет, но не падает.
Музыка накатывала волнами. Свет резал глаза. Смех, крики, чужие плечи, все сливалось в одно. И именно в этот момент она увидела Мела.
Он был в центре зала. Не один.
Анжела стояла слишком близко, так, как стоят не просто друзья. Они танцевали, что-то говорили друг друг, наклоняясь сквозь музыку. Мел улыбался. Не широко, но достаточно.
Что-то внутри Жени резко щелкнуло.
Еще пару часов назад они лежали рядом, в темноте, дышали в унисон. Она говорила ему, осторожно, почти шепотом, что чувствует то же. Что между ними есть это «взаимно». И он был рядом. Настоящий. Теплый.
А сейчас, вот.
— Ты чего? — Рита сразу заметила, как у подруги поменялась лицо. Женя ответила не сразу. Просто смотрела.
— Мы... — начала она и выдохнула. — Мы с Мелом сегодня признались друг другу. Ну, почти. А он сейчас... — она кивнула в сторону танцпола.
Рита проследила взглядом, прищурилась.
— С Анжелой? — фыркнула она. — Да ты шутишь. Эта вообще... — она махнула рукой. — Не, так не должно быть. Совсем.
Женя кивнула. Медленно. Злость поднималась снизу, вязкая, горячая.
— Вот именно, — сказала она и оттолкнулась от стойки.
Женя шла прямо, не оглядываясь. Музыка будто стала громче, плотнее. Анжела заметила ее первой. Удивленно подняла брови, но не успела ничего сказать.
Женя резко встала между ними и оттолкнула Анжелу плечом. Не сильно, но достаточно, чтобы та сделала шаг назад.
— Отойди, — коротко сказала она, даже не глядя на нее.
Анжела что-то буркнула, но отступила.
Женя посмотрела на Мела. Зло. Прямо.
— Ты серьезно? — слова вылетели резче, чем она планировала. — Это вот так теперь выглядит?
— Женя, подожди, — он пытался перекричать музыку. — Мы просто разговаривали.
— А выглядело как танец, — бросила Женя. — Очень теплый разговор.
Она толкнула его в грудь. Слабо, больше жестом, чем силой. Но внутри все дрожало.
Егор тут же шагнул ближе и, не давая ей отступить, втянул в объятия. Крепко. Уверенно.
— Успокойся, — сказал он тихо, почти в ухо. — Правда. Между нами ничего нет. И... — Мел замялся. — Мы с тобой еще даже не в отношениях.
Эти слова ударили сильнее, чем если бы он снова отступил.
— Именно, — Женя резко вырвалась из его рук. Не аккуратно, почти зло.
Она сделала шаг назад, будто воздух между ними стал душным.
— «Мы с тобой еще даже не в отношениях», — передразнила Женя, криво усмехнувшись. — Знаешь, как это звучит? Как удобная отмазка. Типа можно все. И со мной, и не со мной, — Егор хотел что-то сказать, но она не дала. — Ты читаешь мне стихи под окном, — голос дрожал, но она не понижала его. — Смотришь так, будто ждешь ответа, лежишь со мной, держишь меня, когда мне хреново... а потом танцуешь с другой и говоришь, что «мы не в отношениях».
Женя покачала головой, раздраженно выдыхая.
— Так не работает, Мел. Либо ты здесь, либо нет. А вот это все, — она неопределенно махнула рукой в сторону танцпола. — Это выглядит как плевок.
Он снова потянулся к ней, но Женя отступила еще на шаг.
— Не трогай меня сейчас, — жестко сказала она. — Реально не трогай.
Женя развернулась резко, почти на месте, и пошла обратно к бару, не оглядываясь. Раздражение внутри не утихало, наоборот, распирало грудь, жгло под ребрами. Ей хотелось либо заорать, либо снова выпить, либо исчезнуть из этой ночи к черту.
А музыка все играла, как будто ничего не случилось.
Женя почти вслепую пробралась обратно к бару. Киса стоял чуть в стороне, смеясь над чем-то, покачивая стакан в руке. Увидев его, она не стала ничего объяснять. Просто подошла, резко взяла его под руку и потянула его за собой.
— Эй, — он удивленно моргнул. — Ты куда меня тащишь?
— На воздух, — коротко бросила Женя, уже протискиваясь к выходу.
Ваня хмыкнул, но сопротивляться не стал. Наоборот, подстроился по ее шаг, на ходу допивая содержимое стакана.
— Ну ладно, — пробормотал он с кривой улыбкой. — Если ты зовешь, я не против.
Они вышли на улицу. Музыка тут же приглушилась, будто кто-то накрыл ее крышкой. Ночной воздух ударил в лицо. Прохладный, резкий, почти спасительный.
Киса остановился, выкинул пустой стакан в сторону и наконец посмотрел на Женю внимательнее.
— Так, — протянул он. — Судя по хватке, кого-то конкретно выбесили.
Женя отпустила его руку и глубоко вдохнула, чувствуя, как внутри все еще кипит.