1 глава
Отец и мать весело напевали какую-то песню, доносившуюся из радио, а я, как обычно, воевала с Эмили на заднем сиденье.
— Нет, когда приедем домой, я не дам тебе мою куклу, — отрезала я, сложив руки на груди.
— Она же старая! — Эмили надула губы, в её глазах уже закипали слезы.
— Ты её испортишь. В твоих руках всё вечно превращается в мусор, — я нахмурилась, даже не подозревая, что это были мои последние слова, сказанные сестре.
Эмили обиженно отвернулась к окну. А в следующую секунду мир взорвался. Вспышка, скрежет металла и жуткий, оглушительный удар.
Похороны.
Лил серый, тяжелый дождь. Мы все стояли в черном, словно тени. Никто не решался поднять глаз — все смотрели в размокшую землю. Тишину нарушал лишь мерный стук капель о крышки трех гробов. С каждой секундой, пока они опускались вглубь, моё двенадцатилетнее сердце кололо всё сильнее. Родители обещали всегда быть рядом. Так почему они оставили меня одну в этом холодном мире? А Эмили? Неужели она ушла, так и не простив меня за ту глупую куклу? Одна-единственная слеза скатилась по щеке, а за ней хлынули сотни, которые я больше не могла и не хотела сдерживать.
Прошел год. Два месяца назад я окончательно перебралась в Дерри, к бабушке. Я отучилась в местной школе всего месяц, и вот, наконец, наступили долгожданные каникулы.
Я выходила из школьных дверей, когда заметила компанию парней. Они как раз вываливали учебники в мусорный бак, празднуя свободу, когда к ним привязалась шайка Генри Бауэрса. Я сразу нахмурилась. Мне никогда не нравились такие мудаки, а Генри вызывал у меня особое омерзение.
— З-з-заткнись! — выкрикнул самый высокий из мальчиков. Он заикался, но в его голосе было что-то благородное.
Я с любопытством изогнула бровь, наблюдая со стороны. Но когда Генри, глумливо ухмыляясь, облизнул свою ладонь и вытер её о щеку заикающегося парня, внутри меня что-то перемкнуло. Вспышка ярости, та самая, что не давала мне покоя после аварии, затуманила разум.
Я заметила неподалеку патрульную машину и хитро улыбнулась. План созрел мгновенно. Парни уже выглядели беспомощными и раздавленными, а Генри, довольный собой, собирался уходить.
Мои пальцы нащупали на земле увесистый камень. Не раздумывая ни секунды, я шагнула вперед.
— Хэй! Генри! — крикнула я.
Он обернулся, вскинув бровь, и в ту же секунду камень, пущенный моей рукой, с глухим стуком врезался прямо ему в лицо. Генри взвыл, хватаясь за нос, и в бешенстве двинулся на меня.
— Помогите! — закричала я на всю улицу, размахивая руками и привлекая внимание копов. — Генрт Бауэрс нам угрожает! Помогите, офицеры!
Полицейские тут же начали подходить. Генри замер, тяжело дыша от гнева. Он переводил взгляд с меня на мальчиков за моей спиной, а я лишь дерзко ухмылялась ему в лицо.
— Не думай, что тебе это так легко сойдет с рук, — прошипел он.
Я хмыкнула. Его злость казалась мне почти смешной.
— Действительно? Если еще раз к ним подойдешь, окажешься в обезьяннике. Тебе там точно привидится твоя мамаша,решетка,решеткой а твой любимый инцест по расписанию. — я послала ему издевательский воздушный поцелуй.
Разгневанный, но не желающий проблем с полицией, Патрик поспешно скрылся. Я напустила на себя жалобный вид и крикнула патрульным:
— Спасибо огромное! Пожалуйста, будьте к нему бдительней!
Когда машина уехала, я повернулась к ребятам. Все четверо смотрели на меня с открытыми ртами, будто я только что приручила дракона.
— Что? — спросила я, поправляя сумку.
— Ты действительно спрашиваешь?! — почти вскричал невысокий мальчик. — Это же Бауэрс!
— Да она просто бесстрашная! — Ричи присвистнул, поправляя очки.
— Н-н-не боишься, что о-он п-п-придет за тобой? — спросил тот самый высокий парень, которого задирали больше всех.
Я лишь хмыкнула, глядя на их ошарашенные лица.
— Нет. И вообще, могли бы и поблагодарить.
Один из них, кудрявый, нежно улыбнулся:
— Спасибо.
Парни переглянулись, шокированные тем, как быстро я разделалась с их главной проблемой. Я, даже не попрощавшись, просто развернулась и начала уходить. В голове пульсировала одна мысль: «Быстрее домой, пока штаны не стали цвета спелой вишни».
— С..с..стой! — раздалось за спиной.
Я неохотно обернулась, всем видом показывая, что жутко спешу. Это был тот самый высокий парень. Билл, кажется. Он выглядел так, будто решался на прыжок со скалы.
— Что? — я изогнула бровь.
Билл быстро переглянулся со своими друзьями, ища поддержки. Ричи вскинул большие пальцы вверх, а Эдди просто застыл с открытым ртом.
— Х..хочешь сходить с н..нами в карьер? С..сегодня? — наконец выдавил он.
Я сделала вид, что глубоко задумалась, хотя внутри всё сжималось от дискомфорта.
— Хм… не знаю. Посмотрим, — бросила я через плечо и, не дожидаясь ответа, зашагала прочь. Зайду ка я в туалет.
«Какой ужас, надеюсь, я не протекла. Только бы этот кошмар остался при мне», — думала я, едва сдерживаясь, чтобы не побежать по школьному коридору. В животе ныло, а настроение было таким, что хотелось взорвать здание.
Я распахнула дверь женского туалета и замерла.
— Ты там одна, Беверли? Или с тобой еще полшколы пацанов? А, шалава? — голос Греты Кин был похож на скрип ржавых качелей. — Я знаю, что ты там, говнюшка. Я чую запах дерьма, поэтому с тобой никто не дружит!
Я вошла внутрь, скрестив руки на груди. Ярость на миг вытеснила боль в животе.
— Так кто она? — громко спросила я, привлекая внимание. — Говнюшка или шалава? Ты уж определись в показаниях, Грета.
Грета обернулась и криво ухмыльнулась, хотя в её глазах промелькнуло опасение.
— Уходи отсюда, Эвери, если не хочешь огрести!
Я рассмеялась ей в лицо. Громко и холодно.
— Знаешь что, Грета? Меня не страшит ни твоя свита, ни это гнездо у тебя на голове. Отойди от кабинки, иначе…
— Иначе что?! А?! — перебила она меня, взвизгнув. — Что ты мне сделаешь, сумасшедшая?!
Я замерла. Ненавижу, когда меня перебивают. Отец всегда так делал, хотя с ним спорить было куда интересней, чем с этой пустышкой.
— Ох, зря ты так, Грета, — прошептала я.
Я шагнула вперед. Она заметно растерялась, но не успела и пикнуть. Я вцепилась ей в волосы и с глухим стуком приложила её головой о соседнюю кабинку. В этот момент дверь, где сидела Беверли, медленно открылась.
Я не отпускала Грету.
— Греточка, я не хотела трогать тебя в прошлый раз, но ты слишком сильно действуешь мне на нервы.
Она попыталась что-то вякнуть, но я снова ударила её о дверь. Звук получился сочным.
— Теперь говорю я. Если в следующем году ты хоть пальцем тронешь Беверли или хотя бы откроешь свой поганый рот в её сторону, я лично оторву тебе язык. А чтобы ты не могла к ней прикоснуться — вырву руки и засуну глубоко в задницу, чтобы ты ими поперхнулась. Ты меня поняла?!
Грета разрыдалась. Её подружки стояли в стороне, вжавшись в стену и прижимая к себе пакет с мусором и грязной водой.
— И да, — я подошла к одной из девиц, вырвала пакет и вернулась к Грете. — Подарок тебе на каникулы.
Я вылила всё содержимое ей на голову. Жижа стекала по её «дизайнерскому» платью, смешиваясь со слезами и тушью. Я похлопала её по плечу:
— Пока! Было приятно пообщаться.
Я вышла из туалета, чувствуя, как внутри всё снова скрутило. Проклятье, я же так и не проверила штаны! Нервы были на пределе. Вдруг я услышала быстрые шаги за спиной. Обернулась — это была она. Рыжая, с удивительно яркими глазами.
— Я твоя фанатка, — выдохнула она, протягивая руку. — Беверли Марш.
Я ехидно улыбнулась, стараясь скрыть дискомфорт.
— Эвери Брук. Мы, вообще-то, встречались на обществознании.
Беверли удивленно вскинула брови:
— Серьёзно?
Я кивнула, а потом, отбросив всякую гордость, прошептала, оглядываясь по сторонам:
— А, кстати... можешь глянуть? Я не протекла?
Беверли замерла на секунду, а потом рассмеялась — искренне и звонко.
— Чисто, Эвери. Полный порядок.
В этот момент я поняла: в этом проклятом городе у меня наконец-то появился настоящий союзник.