глава 16 - её имя
Через два дня Ваня подошёл к Лере на большой перемене. Она стояла у окна с Настей, они обсуждали какую-то ерунду, смеялись. Лера чувствовала себя почти спокойно — он не писал последние сутки, она не заходила на страницу Лины, пыталась убедить себя, что всё хорошо. Что она просто накручивает себя. Что ничего между ними нет.
Настя рассказывала про какую-то глупую историю с братом, Лера кивала, улыбалась, но мысли были далеко. Она думала о нём. О том, почему он не написал.
Он появился из толпы внезапно. Без стука, без предупреждения. Просто оказался рядом. Обнял её со спины, прижал к себе, поцеловал в шею. Настя закатила глаза, но улыбнулась.
— Привет, — сказал он. Голос низкий, уверенный, с ленивой хрипотцой.
— Привет, — ответила Лера, чувствуя, как по телу разливается тепло, как отпускает тревога, которая сжимала грудь последние сутки.
— Соскучился, — он чуть сжал руки на её талии.
— Я тоже.
Он развернул её к себе, поцеловал в губы. Коротко, но так, что Настя отвернулась и сделала вид, что смотрит в телефон. Вокруг были люди, кто-то улыбался, кто-то отводил глаза, но Лере было всё равно. Он был рядом. Его руки на её талии. Его запах — табак, снег, что-то своё, родное. Всё остальное не имело значения.
— Я слышал, что у нас сейчас окно, — тихо сказал он почти на ухо.
— Да, окно, — сказала она. — Учительница заболела, замены нет.
— Значит, мы свободны целых 40 минут?
— Ага.
Он взял её за руку. Не спросил, не сказал куда, просто повёл по коридору. Лера шла рядом, смотрела на его профиль, на светлые волосы, падающие на лоб, на его руки, которые держали её.
Они остановились у учительской.
— Подожди здесь, — сказал он.
— Зачем?
— Просто подожди.
Он вошёл внутрь. Лера осталась в коридоре, смотрела на закрытую дверь, слушала, как за ней разговаривают. Голос Вани — спокойный, уверенный. Голос уборщицы — удивлённый, потом смеющийся.
— Иван, ты чего? — слышалось из-за двери.
— Тёть Оль, дай ключ от кабинета химии.
— Зачем тебе?
— Позаниматься надо. Окно у нас, делать нечего.
— Позаниматься, — усмехнулась она. — Точно уроки будешь делать?
— Тёть Оль, — голос Вани стал чуть настойчивее, но не грубым, а каким-то... убедительным. — Давай, не подведу.
Пауза. Потом звон ключей.
— Смотри у меня, — сказала уборщица. — Чтобы всё чисто было.
— Будет, — ответил Ваня.
Он вышел из учительской с ключом в руке. Увидел Леру, подмигнул.
— Пошли, — сказал он.
— Как ты это сделал? — спросила она, когда они пошли по коридору.
— Что?
— Уговорил её.
— Сказал, что позаниматься надо, — он усмехнулся. — Она поверила.
— А если бы не поверила?
— Поверила, — он взял её за руку. — Я умею убеждать.
Они подошли к двери с табличкой «Кабинет химии». Ваня вставил ключ, повернул. Дверь открылась с тихим скрипом.
Он пропустил её вперёд, вошёл сам и закрыл дверь изнутри.
Кабинет был большим и светлым, но из-за задёрнутых штор казался полумрачным. Длинные ряды парт, учительский стол в центре, за ним — доска, исписанная мелом. На заднем плане — высокие шкафы с пробирками, колбами, реактивами. Пахло мелом, деревом и чем-то химическим, резковатым, но не противным. За окнами падал снег, его тени скользили по стенам, по рядам парт, по голым лампочкам под потолком.
Лера огляделась. Всё здесь было чужим, непривычным. Она никогда не была в пустом кабинете без учителя, без учеников, без шума. Здесь было тихо — так тихо, что она слышала своё дыхание.
— Страшно? — спросил он, заметив её взгляд.
— Немного, — честно призналась она.
— Не бойся, — он подошёл, взял её за руку. — Никто не придёт.
— А если уборщица решит проверить как ты тут?
— Не решит, — он усмехнулся. — Я сказал, что мы занимаемся. Она не любит мешать.
Лера кивнула, но всё равно чувствовала, как внутри сжимается от волнения. Она понимала, для чего они тут. Это было не так, как у него дома. Там всё было знакомым, привычным. Здесь — чужое пространство, которое они нарушали. Это было неправильно. Но от этого ещё острее.
Ваня отпустил её руку, подошёл к столу учителя. Провёл по нему ладонью, стряхнул невидимую пыль.
Он улыбнулся. Посмотрел на неё — долго, пристально, так, что у неё подкосились колени.
— Иди сюда, — сказал он тихо.
Она подошла. Он стоял у стола, опираясь на него руками, и смотрел на неё сверху вниз. В его глазах было что-то дикое, нетерпеливое. Он хотел её. И не скрывал этого.
— Ваня, — прошептала она.
— Что?
— Здесь... необычно.
— Нравится? — он приподнял бровь.
— Да, — ответила она честно. — Немного страшно, но... нравится.
Он усмехнулся. Обнял её, прижал к себе. Поцеловал. Сначала легко, почти невесомо. Потом глубже, настойчивее. Его руки скользнули по её спине, по талии, притянули ближе. Она чувствовала его тело — твёрдое, горячее, нетерпеливое.
Он усадил её на край стола. Стол был прохладным, гладким, и Лера вздрогнула от неожиданности.
— Холодно? — спросил он.
— Немного.
Он встал между её ног, обнял, прижался. Поцеловал шею, ключицы, спустился ниже. Его руки гладили её бёдра, поднимались выше, к талии, к груди. Она чувствовала, как внутри разгорается огонь.
Он расстегнул пуговицы на её блузке, стянул её. Лера осталась в белье. В прохладном воздухе кабинета её кожа покрылась мурашками.
— Красивая, — сказал он. — Самая красивая.
Она покраснела. Он смотрел на неё так, будто она была чем-то невероятным.
Он снял с себя футболку. Лера смотрела на его тело — широкие плечи, рельефная грудь, руки, которые её держали. Он был красивым. Она знала это, но сейчас, в полумраке пустого кабинета, среди колб и пробирок, он казался ещё красивее. Запретнее.
Он поцеловал её снова, глубже, требовательнее. Его руки расстегнули её джинсы, стянули вниз. Она помогала, приподнимаясь, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле.
— Лера, — прошептал он.
— Что?
— Я хочу тебя. Прямо сейчас.
— Я знаю, — ответила она. — Я тоже.
Он усмехнулся. Расстегнул ремень, снял джинсы. Лера смотрела на него, на его тело, на его глаза, в которых горело желание. Он был уверенным, спокойным, властным. Ей это нравилось.
Он достал презерватив, осторожно надел и снова подошел к Лере. Затем придвинулся ближе, приподнял её, прижал к себе. Лера обвила его ногами, чувствуя, как он входит в неё.
— Ваня... — выдохнула она.
— Тш-ш-ш, — прошептал он. — Нас не должны слышать.
Он начал двигаться. Медленно сначала, потом быстрее. Лера вцепилась в его плечи, чувствуя, как напряжение нарастает, как мир сужается до них двоих, до этого кабинета, до этого стола. Ей было и страшно, и хорошо, и хотелось, чтобы это никогда не кончалось.
— Моя, — шептал он. — Только моя.
Она закрыла глаза.
И в этот момент, когда всё смешалось — его дыхание, его руки, её стоны, скрип стола, свет за окном, — она услышала.
— Лина, — прошептал он.
Тихо. Очень тихо. Словно выдохнул. Словно само вырвалось.
Она открыла глаза. Он откинул голову назад, закрыл глаза, губы приоткрыты. Затем он придвинулся ближе. Его лицо было рядом, его дыхание касалось её щеки.
— Лера, — сказал он. — Моя Лера.
Она не спросила. Она сделала вид, что не слышала. Потому что это было сказано так тихо. Потому что это могло быть «Лера». Потому что она хотела, чтобы это было «Лера». Потому что если бы это было не так, ей пришлось бы что-то делать. А она не знала, что.
Она улыбнулась.
— Твоя, — сказала она.
Он поцеловал её.
С его губ сорвался хриплый стон и Лера почувствовала жаркие толчки внутри. Ваня гладил её по волосам, по спине, по плечам. Она чувствовала, как он постепенно успокаивается, как дыхание выравнивается, как сердце бьётся медленнее.
— Всё хорошо? — спросил он.
— Хорошо, — ответила она.
— Ты какая-то...
— Нет, всё хорошо.
Он не стал спрашивать.
Они оделись молча. Лера поправила волосы, одёрнула блузку. Ваня застегнул джинсы, провёл рукой по волосам. Посмотрел на неё.
— Тебе... тебе понравилось? — спросил он, заправляя прядь волос ей за ухо.
— Да, — неуверенно ответила Лера.
— Идём? — спросил он, смотря ей в глаза.
— Идём.
Он взял её за руку, поцеловал в тыльную сторону ладони. Открыл кабинет и повёл Леру по коридору. Около учительской они остановились, Ваня зашёл в кабинет, чтобы отдать ключи.
— Спасибо, тёть Оль, — сказал он.
— Сделали уроки? — усмехнулась уборщица.
— Сделали, — ответил он и вышел.
Он взял Леру за руку, повёл по коридору.
— Пойдём, провожу, — сказал он.
Они шли медленно. Лера смотрела под ноги, на плитку, на свои кеды, на его руку в её руке. В голове крутилось одно слово. Лина. Или Лера? Она не знала. Она хотела не знать.
— Ты чего молчишь? — спросил он.
— Устала, — ответила она.
— Не удивлен.
У её класса он остановился. Посмотрел ей в глаза — тепло, любяще и поцеловал. Коротко, нежно. Она улыбнулась в ответ и зашла в класс.
Села на своё место. Настя посмотрела на неё.
— Всё нормально? — спросила она.
— Да, — ответила Лера.
— А чего тогда такая?
— Такая какая?
— Не знаю. Задумчивая.
Лера не ответила. Она смотрела в окно. Снег падал. Крупный, красивый, как в тот первый раз. И в голове крутилось одно слово.
Она хотела забыть. Она пыталась забыть. Но не могла.