глава 6 - осколки прошлого
Скамейка была холодной. Снег, набившийся между досками, не таял даже под тяжестью его тела. Ваня сидел, смотрел на тёмное небо и курил. Сигарета догорала, но он не замечал. Он был далеко.
Воспоминания нахлынули внезапно, как всегда. Достаточно было оказаться здесь, на этой скамейке, под этим тусклым фонарём, чтобы всё вернулось. Он зажмурился, пытаясь отогнать эти мысли, но картинка стала только ярче.
———
Это было год назад. Весна. Он тогда работал грузчиком в супермаркете — подрабатывал после школы, чтобы накопить на подарок Лине. На день рождения. Она хотела кольцо, тонкое серебряное, которое увидела в витрине ювелирного. Он помнил цену. Пять тысяч. Для него это огромные деньги.
Он таскал ящики с товаром, разгружал фуры, приходил домой с синими кругами под глазами и сбитыми костяшками. Но был счастлив. Потому что знал — она обрадуется. Потому что она его. Потому что она его любит.
В тот день он получил расчёт. Три дня до её дня рождения. Он шёл домой, в кармане лежала пачка мятых купюр — ровно пять тысяч. Он пересчитывал их несколько раз, боялся, что не хватит. Шёл и улыбался. Представлял, как она откроет коробочку, как глаза засияют, как обнимет, как скажет: «Ваня, ты самый лучший!»
Он свернул во дворы, сокращая путь, и в этот момент телефон завибрировал.
Сообщение от неё? Он достал телефон, улыбнулся — и замер.
Не Лина. Какая-то другая девочка из их класса.
Он открыл сообщение. Там были скрины.
Переписка Лины с её подругой Аней. Он знал Аню — высокую, вечно накрашенную, с громким смехом. Лина дружила с ней с детства.
Он начал читать.
Лина: Он опять пропал на работе. Сказал, что подарок копит. Умора.
Аня: Серьёзно? И что, накопил?
Лина: Не знаю. И не хочу знать. Он такой скучный стал. Вечно уставший, вечно на работе. Я ему говорю — брось, а он нет.
Аня: Ну, может, правда подарок хочет крутой сделать?
Лина: Подарок? Пф. Что он может купить? Максимум какую-то дешёвку. А я хочу нормальную жизнь. Не с грузчиком.
Ваня читал и не верил. Это не она. Это кто-то другой. Может, аккаунт взломали. Может, это шутка. Может...
Он листал дальше.
Аня: Лин, а как же Дима?
Лина: А что Дима? Он нормальный. У него машина, у него деньги. Он меня в ресторан водил вчера. Потом к нему поехали)
Аня: И вы...?
Лина: Да. И не раз... Он такой классный. Настоящий мужик.
Ваня остановился. Смотрел на экран, и буквы расплывались. Он перечитал последнюю строчку. «И не раз». Не раз. Не раз.
Телефон выпал из рук, стукнулся об асфальт, отлетел в сторону. Он стоял посреди двора, смотрел на него и не мог пошевелиться. В голове было пусто. Только одна мысль, белая, горячая, обжигающая: «Не раз».
Он поднял телефон. Экран треснул, но работал. Он открыл следующий скрин.
Аня: А Ваня знает?
Лина: Конечно нет. И не узнает. Он же дурак. Верит мне.
Она написала это. «Он же дурак». Она смеялась над ним. Называла дураком. За спиной. С подругой. После всего, что он для неё делал.
Он не помнил, как добрался до её дома. Ноги сами несли. Он шёл быстро, почти бежал, сжимая телефон в руке. В кармане лежали пять тысяч — мятые, потные, ненужные.
Он завернул за угол и увидел её.
Она стояла у подъезда. Не одна. Рядом с ней был парень — высокий, в дорогой куртке, с уверенной улыбкой. Он обнимал её за талию. Она смеялась, запрокидывая голову, — так же, как смеялась с ним.
А потом он поцеловал её. Прямо на улице. Прямо при всех.
Ваня стоял за углом, смотрел, как она обнимает другого, как гладит его по спине, как улыбается. Смотрел и не мог пошевелиться.
Они ушли. Он остался.
Он стоял, смотрел на пустой подъезд и чувствовал, как внутри что-то ломается. Не сразу. Сначала тихо, потом громче, потом с таким треском, что, казалось, это слышно на весь двор.
Он не пошёл за ней. Не стал кричать. Не стал бить того парня. Просто развернулся и ушёл.
Домой шёл долго. Брёл по улицам, не разбирая дороги. Снег таял на лице, смешивался с чем-то солёным. Он не знал, плачет ли. Не хотел знать.
———
Скамейка стала холодной.
Ваня открыл глаза. Вторая сигарета давно погасла, пальцы замёрзли. Он выбросил бычок в сугроб, туда же, куда и первую. Затем встал. Ноги затекли, тело не слушалось. Он постоял, отряхнул куртку, поправил капюшон. Потом развернулся и пошёл домой. Другой дорогой. Не той, которой пришёл.
———
Дома было тихо.
Ваня скинул куртку в прихожей, прошёл на кухню. Мать сидела за столом, пила чай. Увидела его, улыбнулась.
— Ты где был? Поздно уже.
— Гулял, — ответил он.
— Есть будешь?
— Не хочу.
Он сел напротив, смотрел на пар из кружки. Мать молчала, но он чувствовал её взгляд.
— Вань, — сказала она. — Что-то случилось?
— Нет, — ответил он. — Всё нормально.
— Ты какой-то...
— Какой?
— Не знаю, — она пожала плечами. — Задумчивый.
Он молчал.
— Как дела в школе? — спросила она.
— Нормально.
— С Лерой как?
— Хорошо.
— А чего тогда хмурый?
Он не знал, что ответить. Потому что не знал, что с ним происходит. Всё было хорошо. Лера рядом, учёба наладилась, мама дома. Но почему тогда внутри так пусто? Почему он сидит на скамейке, где целовал Лину, и вспоминает, как она разбила ему сердце?
— Всё нормально, — сказал он. — Просто устал.
Мать не поверила, но не стала спрашивать.
— Иди спать, — сказала она. — Завтра в школу.
Он встал, вышел из кухни, закрылся в своей комнате. Лёг на кровать, уставился в потолок. Телефон лежал рядом. Он взял его, открыл чат с Лерой. Посмотрел на её фото — она улыбалась, волосы распущены, глаза светятся. Красивая. Настоящая. Его.
Он хотел написать ей. Сказать, что любит. Сказать, что она у него одна. Но почему-то не написал. Просто смотрел на экран, пока тот не погас.
———
Лера сидела на кровати, поджав ноги, и листала конспект по литературе.
В комнате было тепло, за окном темно, снег падал крупными хлопьями. Настроение было хорошим — таким, каким оно бывает, когда всё хорошо. Ваня сегодня был с ней. Настоящий, тёплый, её. Они лежали на кровати, обнимались, говорили о всякой ерунде. Она чувствовала себя в безопасности.
Телефон лежал рядом. Она взяла его, открыла чат с Настей.
Я: Привет. Что делаешь?
Настя: Скучаю. Брат опять телик занял. А ты?
Я: Уроки делаю
Настя: Скукотища
Я: Ага
Она отложила телефон, вернулась к конспекту. Писала, выводила цитаты, выделяла главное. Через несколько минут телефон завибрировал.
Настя: Слушай, а ты разве сегодня не с Ваней?
Я: Были у него. Лежали, болтали
Настя: И всё?
Я: А что ещё?
Настя: Ну не знаю. Вы же целый вечер вдвоём
Я: Насть!
Настя: Что? Я ничего не говорю. Просто интересно
Лера улыбнулась.
Я: Мы просто лежали. Он гладил меня по волосам. Рассказывал про маму. Я про свадьбу рассказывала
Настя: Ох, свадьба. Твоя мама правда решила?
Я: Ага. В апреле
Настя: Круто. А платье уже выбрали?
Я: Нет ещё. Мама хочет чтобы я помогла
Настя: Я с вами! Хочу посмотреть
Я: Договорились
Они болтали о всякой ерунде — о платьях, о цветах, о том, кого позовут. Настя шутила, Лера смеялась.
Потом разговор свернул на другое.
Настя: Слушай, а твои родители скоро куда-то уезжают?
Я: Ага. На выходных. В какой-то город, документы оформлять
Настя: И ты останешься одна?
Я: Одна
Настя: Одна-одна?
Лера улыбнулась. Уже догадывалась, куда та клонит.
Я: Одна-одна
Настя: И что будешь делать?
Я: Не знаю. Может, Ваню в гости позову
Настя: О-о-о, — она растянула буквы. — Что-то намечается
Лера покраснела.
Я: Ничего не намечается
Настя: Ага. Конечно. Ты его к себе зовёшь, родители уезжают, вы вдвоём...
Я: Насть!
Настя: Что? Я ничего не говорила
Лера засмеялась. Потом из-за стены раздался стук. Мама.
— Лера, потише! — крикнула она. — Уже поздно!
— Хорошо, мам! — ответила Лера.
Она приглушила голос, набрала Насте.
Я: Мама спать гонит
Настя: Ладно, давай завтра. Но ты подумай над тем, что я сказала
Я: Над чем?
Настя: Над Ваней. На выходных. Вдвоём. В пустой квартире
Лера улыбнулась.
Я: Подумаю
Настя: Вот и думай. Спокойной ночи
Я: Спокойной
Она отложила телефон, выключила свет. Лежала в темноте, смотрела в потолок и улыбалась.
Настя права. На выходных они будут вдвоём. Вся квартира только для них. Можно будет смотреть фильмы, обниматься, говорить о чём угодно. Никто не помешает.