Игрушка
В этот раз молчание между ними не было приятным и лечащим,обе понимали что от разговора не уйти. Тишина между ними была слишком громкой,так же как и давление друг на друга. Взглядов между ними не было,но всё равно почему- то каждый думал об этом.
Кристина наконец присела рядом и закурила. — Тебя Виолетта пригласила? — морщась подваливала сигарету. — А тебя я так понимаю Кира? — Захарова усмехнулась,но глаза полные пустоты выдавали её. — Ты как? Почему опять отстранилась? — Лиза наконец подняла взгляд,но не на неё,а в небо,где луна уже освещала землю,хоть и слабо. — Я не вижу нас друзьями,мы слишком разные. — На выдохе ответила она.
Почему луна светит ночью? У неё же нет этого свойства. Она отражает солнце! И в каждом ужасном моменте в жизни можно увидеть что то хорошее,просто многие не замечают этого.
— Ну как то же мы дружили. — Индиго вдруг резко начала ощущать всё свое тело,ей было неудобно,некомфортно и хотелось как можно быстрее уйти от этого разговора. — Не в этом дело Лиз,не в этом. — Нервы были на пределе,но кричать и злится ей не хотелось. — Я уже устала, Кристин. Я для тебя как игрушка. Когда нужна — приходишь,извиняешься. А потом выкидываешь как ненужный мусор. — Эти слова были ударом по сердцу,обе осознали что то для себя. — Не выдержав этого, Лиза поднялась с лавочки и направилась к дому.
— Она мне написала: «Виолетта,так не поступают! Это не правильно.» — Кира улыбнулась. — А мне: «Медведева,иди ты нахуй». — Обе улыбнулись друг другу и хлопнули в ладоши,понимая что первый шаг - сделан.
Ночь была бессонной. Лиза сидя дома,прислушивалась к каждому звуку. В подъезде была тишина которая пугала,ведь это значило, что Захарова всё ещё не дома. — Зая, вот скажи, где она шляется? — Спрашивала она у кошки,словно так кроме того,как мурчать и тереться о ноги, что то умеет.
Именно в эту ночь пошёл ливень,слишком сильный. Для всего ужаса не хватало только вёдер, из которых по всей видимости выливалась эта вода. Но даже не смотря на это,город не засыпал. Лиза подсела к окну и смотрела на пару прыгающих по лужам и сырых до ниточек. Она улыбнулась глядя на это, вяло, грустно и неохотно, но как же искренно. Может это и был тот свет,что дает светится луне?
Утро было ни чуть не лучше ночи, день сегодня словно говорил, «лучше не будет». Ливень прошёл, но дождик всё еще моросил. Такой противны и вязкий, но Индиго этого словно не замечала. Она залезла в воротник куртки и глядела себе под ноги.
В универе было очень холодно, отопление еще не включили, а морозить уже стало не хило так. Кристины в училище не было,что нагоняло страх и волнение. Лиза лишь отчитывала Киру и Виолетту за их «план»,а те смеялись. — Как ты не поймёшь? Между вами такая химия... Вы должны быть вместе!
Подруги рядом как то помогли Индиго, она словно посвежела, хоть и не настолько как хотелось.
Лизу снова позвал ректор,для какой то новости, когда они стояли в коридоре. Сидя на подоконнике обе что то обсуждали ожидая подругу. В какой то момент, незнакомая для Виолетты девушка подошла к ним и обняла Киру. — Приветик, милая. — Язвительно улыбалась она. — Тебе чего? — Медведева мгновенно разозлилась и убрала руки той от себя. — Девушка, вы наверное ошиблись. — Говорила Малышенко не подозревая кто это. — Да нет, не ошиблась. Так ведь? Кира? — Ви заметно поникла и сразу же встала на пол и ушла. — Сука, ты че ебанашка? — Убийственным взглядом она словно заглядывала в душу. — Тише, тише. Не говори так со мной, иначе твоя «любимая» узнает всю правду о тебе. — Уходя она обернулась и подмигнула, что заставило разозлится ещё больше.
Лиза вышла из кабинета ректора с белым лицом. — Индиго, ты чего? — Спрыгивая в низ спросила Кира. — Отчисляют что ли? — С грустной усмешкой сказала она.
— Не отчисляют, хотя могли бы. Если не мои «успехи в учебе» — Голос Лизы прозвучал очень глухо. — Ректор очень хотел узнать, почему я шаталась неизвестно где, а сегодня моя фамилия фигурирует в заявлении в полицию. Кира побледнела. — Какое заявление? — Индиго скрестила руки на груди. — Соседи вызвали. Крики слышали, женский плачь, матерную ругань и хлопок двери. — Повисла тишина, слишком плотная для университетского коридора. — Твою мать, Захарова. Я сейчас. — Сказала Кира и не дожидаясь реакции побежала к выходу.
Медведева нашла Кристину в парке. Не в том, где они встречались в парке, а в старом, заброшенном, куда они когда-то бегали курить после школы. Захарова сидела на качелях мокрая на сквозь, и смотрела на качающую цепь перед собой. — Ты ахуела? Ты хоть понимаешь что творится? Лизу ректор вызывал из за тебя, полицию вызывали и ты трубку не берешь!
— Ты знаешь что она сказала? — Её голос звучал слишком ровно. — «Игрушка», я с ней как с игрушкой. Ты знаешь сколько я к ней приходила? Сколько раз перед ней извинялась за всё? Я сидела с ней ночами, Кира. — Медведева молчала. Она села на вторые качели и закурила, протянув пачку Кристине. — А ты знаешь, сколько она ночей не спала? — Спросила она после долгой паузы. — Сколько раз она звонила Виолетте в три часа ночи и спрашивала о тебе? Она же тебя как... — Кира замялась подбирая слова. — Как воздух. Ты для неё — воздух. Просто она умеет дышать только тогда, когда всё хорошо, а когда начинаются качели — она задыхается и начинает отталкивать того, кто рядом. —Кристина взяла сигарету, но не зажгла. Вертела в пальцах, смотрела, как намокает фильтр. — Мы слишком разные. — Кира фыркнула — Мы с Виолеттой тоже разные. Но как то же общаемся. Дело не в этом, Кристина, вы обе боитесь. Ты — что будешь недостаточно хороша для неё. Она — что ты уйдёшь, потому что она слишком сложная. И вы ходите по этому кругу, как два барана на узком мосту.
— Красивое сравнение. — Дождь усиливался. Кристина наконец поднялась, подошла к Кире. — А если она меня больше не пустит? — тихо спросила Захарова. — Пустит, — Кира уверенно кивнула. Кристина не ответила. Но её губы дрогнули в подобии улыбки — той самой, настоящей, которую Кира знала с первого класса.
— Ладно, — Захарова встала, отряхнула мокрые джинсы. — Пошли. А то мы тут мокнем, а она там, наверное, уже всех преподавателей обзвонила. — Кира усмехнулась, поднимаясь следом. — Я ставку делаю, она сейчас в коридоре у ректора стоит и требует, чтобы он объявил план «Перехват».