Туман
Через неделю девушка не выглядела живой,она не помнила когда ела и пила обычную воду.
Виновником этой ситуации стала Лиза,сама того не подозревая.
— Кристиночка,покушай пожалуйста. Я волнуюсь за тебя. — Но та ей даже не ответила,как и всем,кроме Киры с которой они были вместе последние ночи. Мама Захаровой прослезилась и закрыла за собой дверь.
От Индиго было порядка двадцати пропущенных звонков,но все это было без толку. Кристина для себя уже всё решила.
Вечером того дня,когда обсуждалась тату,Крис словила себя на мысли о том,что хочет делать её счастливой. Она воспитана иначе и по «понятиям» не может быть она с Лизой.
Состояние Андрющенко было не лучше. Куча чашек стояли на полу под выступом кровати,которые Виолетта убирала когда приходила. Понятие «что к чему» пришло почти сразу,но не совсем. Буквально несколько дней назад пришло осознание.
— Это ужас,Кристина с кровати встаёт только ко мне в бар,остальное время валяется. Я никак понять не могу,что с ней такое? — Разговор был в коридоре универа,Виолетта услышав о состоянии подруги замерла и напуганно смотрела на Медведеву. — Она тоже? — Кира сама остановилась и ожидающе оглядывала Малышенко. — А ты про кого вообще? — Ви начала оглядываться по сторонам,словно кто то может услышать их разговор. — Лиза такая же... Блин,а если все снова повторится? — слезы предательски потекли из глаз. — Так,спокойно. Мы что то придумаем,пойдем покурим пока. — Кира обняв за плечо направила ту,в сторону выходу. — Я зайду к Кристине сегодня и узнаю всё.
После последней пары Виолетта впервые торопила и просила быть быстрее,обычно она шла быстрее всех и жаловалась на то,какие же все медленные. Но не в этот день.
Погода будто отражало состояние всей компании в последние дни. Кто то не понимает,кто то не видит,кто то переживает,а кто то рассеивается. В жизни не было чёрной или белой полосы,был туман который никак не сходил.
У двери знакомой Кира долго пыталась подобрать слова,но так ничего и не придумав она постучалась. — Кирочка,привет милая. Проходи! — Медведева улыбнулась и вошла за порог. — Она в комнате.
— Кристин? — в комнате максимально сильно пахло табаком,бычки валялись на полу,а дырочки на пледе от пепла было невозможно сосчитать. Все настолько плохо? — Ты как? — Кира аккуратно подсела и начала поглаживать по запястью большим пальцем. — Это болезнь. Так быть не должно. — Хриплый голос раздался из под одеяла. — Ну какая же это болезнь? Тебе же хорошо с ней? Почему нельзя быть с тем,кого хочешь видеть рядом? — Захарова дернула рукой,чтоб та ее отпустила. — Потому что блять это не правильно,я не буду с ней.
Разговор после этой фразы оказался в тупике и Медведева покинула компанию Кристины. На улице сразу набрала Малышенко. — Ну что там? — Кира тяжело выдохнула. — Она говорит о том,что это болезнь и с Индиго она не будет. — Ненадолго между ними повисла тишина. — У меня есть идея,кароче,слушай. — Виолетта первая нарушила тишину.
Лиза впервые за несколько дней взяла телефон,Максим всё же написал ей несколько сообщений,но они так и остались не прочитанными. От куратора входящих тоже было немало и Индиго приняла решение всё же сходить в универ.
Утро было ужасным,только сегодня она поняла насколько сильно ей не хватало свежего воздуха. Открыв окно сразу почувствовала запах мокрого асфальта,уличного кофе из автомата, который обжигает горло, и сырость,пробирающая до костей.
У Кристины было иначе,сильный запах перегара,в комнате куча лекарств которые принесла мама и сухие листья которые случайно принесла на обуви и не убирает.
Когда она дома, она словно сжимается в комок. Она перестает чувствовать границы своего тела. Холод, который она не может прогреть, даже если батареи в питерской хрущевке пышут жаром.
Ей кажется, что под кожу залили свинец. Она тяжелая. Чтобы пошевелить рукой, чтобы взять стакан, нужно преодолевать чудовищное сопротивление. Алкоголь она пьет не для веселья, а чтобы заглушить пульсацию. Алкоголь делает границы размытыми, превращает острую боль в тупую, ноющую.
Она убеждает себя, что спасает Лизу. В ее голове это звучит не как «я боюсь», а как «я не дам ей сломать жизнь».
В универе рядом с Индиго часто ходила Виолетта,пыталась разговорить и узнать,что же случилось? Но все бестолку. Та лишь хмыкала,нужно кивала и кидала короткие фразочки. Было больно смотреть на неё. — Так всё,я больше не могу. Давай хотя бы прогуляемся? Часиков в девять,вроде дождя не будет сегодня. — Лизе не хотелось идти куда то,но сама она понимала ,что к хорошему это не приведет. — Ну ладно.
Если Кристина замерзает и каменеет, то Лиза горит. Ее ненависть здесь — это оборотная сторона любви, которую не принимают. У нее такое чувство, будто содрана кожа. Любой звук, любой ветер причиняет боль.
Малышенко во время раздумий Андрющенко написала короткое сообщение Кире: «она согласилась».
Вечером этого же дня,Медведева снова пришла к подруге. — Здарова. — худощавая рука вылезла из под одеяла и помахала в знак приветствия. — Оптимистично,пошли прогуляемся? Вывьем. Часов в девять. — Кристина сразу поднялась и присела рядом. — Погнали,а че брать типо будем?
Кира и Виолетта были как свет в коридоре. Они не являются комнатой для входа или выхода,но именно они освещали путь от и до определенной точки.
Дождя и правда не было,но он был внутри каждой в этот день. Мотивации и сил у Лизы не было,словно все мышцы ослабли и ходить стало чем,то невозможным. Наряжаться она не стала,какой то свит шот,мятые штаны и свои любимые духи.
Вспомнив о том,что место встречи не было обговорено,она набрала Виолетте. — А куда идти то? — Закрывая дверь со стороны подъезда говорила она. — На набережную иди.
Шла Индиго очень медленно,будто время остановилось и сейчас существует только она и её чувства.
Набережная здесь не просто место. Она — продолжение их состояний. Гранит мокрый, липкий, холодный. Он тянет тепло из ладоней, если опереться, и не отпускает. Фонари горят тускло, их свет не рассеивает тьму, а только подчёркивает её — желтые круги на чёрной воде, которые тут же разбиваются на куски. Нева тяжёлая, маслянистая, она движется медленно, будто ей тоже лень. От воды тянет сыростью и металлом, холод пробирает сквозь свитшот, сквозь мятые штаны, сквозь кожу — до самых костей.
Присев на какую то лавочку,Лиза снова погрузилась в свои мысли. Только ей самой не было ясно, о чем она вообще думает.
Из всего переплетающегося в голове бреда,её вырвала фигура которая встала перед ней. Индиго пробежавшись по торсу и встретившись взглядом с девушкой напротив,от шока приоткрыла рот. — Лиза?