Между дублями

Кристиан Рейвен не привык проигрывать.

Он вырос в мире, где каждый шаг был просчитан, каждое слово взвешено, каждая улыбка — инструмент. Он знал, как выглядеть, что говорить, когда промолчать. Он умел заставлять людей верить в то, чего нет. Это делало его идеальным актёром.

Но сейчас, сидя в кожаном кресле своей гостиной с бокалом виски в руке, он чувствовал себя полным идиотом.

Потому что он проигрывал.

Не в кадре. Не на съёмочной площадке. В своей собственной голове. В той её части, где до сих пор жила Эвелин Картер. С её улыбкой, которая когда-то была только для него. С её глазами, которые сейчас смотрели холодно и чуждо.

— Ты сегодня молчаливее обычного, — заметил Лео, развалившись на диване напротив. — Что случилось? Опять эта блондиночка?

— Вивиан? — Кристиан усмехнулся, не поднимая глаз. — Нет.

— Тогда что?

Кристиан промолчал. Он смотрел в янтарную жидкость в своём бокале и видел не виски. Он видел её. Эвелин. То, как она стояла у стены и смотрела на него. Не на персонажа. На него. С ненавистью, которая была слишком яркой, чтобы быть просто игрой.

— Понятно, — протянул Лео, и в его голосе прозвучало понимание. — Опять она.

— Не лезь.

— Я и не лезу. Просто констатирую факт. Ты сидишь тут уже час, смотришь в одну точку и сжимаешь бокал так, будто хочешь его раздавить. Это не из-за работы.

Дилан, сидевший на подоконнике и листавший что-то в телефоне, поднял голову.

— Может, ему просто надоело, что какая-то женщина игнорирует его величество? — усмехнулся он. — Непривычно, да?

— Заткнись, — беззлобно сказал Кристиан.

— А что? — Дилан пожал плечами. — Я прав. Ты привык, что все вокруг падают к твоим ногам. А эта... эта смотрит на тебя как на пустое место. И тебя это бесит.

Кристиан не ответил. Потому что Дилан был прав. Но не полностью.

Его бесило не то, что она смотрит на него как на пустое место. Его бесило то, что он сам это заслужил. И что она никогда не узнает — почему он ушёл. Потому что правда была слишком уродливой. Потому что он выбрал защитить её единственным способом, который знал. И провалился.

Он сделал глоток виски. Жидкость обожгла горло, но не принесла облегчения.

— А что там за парень? — спросил Лео. — Тот, с кем она сегодня стояла?

— Натан, — ответил Кристиан, и это имя прозвучало так, будто он выплюнул его.

— И что он?

— Ничего. Просто... рядом.

Лео понимающе кивнул.

— Рядом. Это хуже всего, да?

Кристиан промолчал.

Дилан спрыгнул с подоконника и прошёл к бару, налил себе виски.

— Слушай, — сказал он, поворачиваясь к Кристиану. — Я, конечно, не эксперт в твоих запутанных отношениях, но... если ты хочешь её вернуть, почему просто не поговоришь с ней? По-человечески. Без этих твоих игр.

— Я не хочу её возвращать, — слишком быстро ответил Кристиан.

Дилан и Лео переглянулись.

— Конечно, -- усмехнулся Лео. — Поэтому ты каждый вечер сидишь и смотришь в стену.

— Я просто устал.

— От съёмок?

— От всего.

Лео не стал спорить. Он знал Кристиана слишком долго, чтобы давить. Иногда молчание было лучшим лекарством.

— Дилан, а ты почему молчишь? — спросил Лео обернувшись к Дилану, — неужели опять думаешь об Мэдисон?

— Даже если и так, то, что с того? — Дилан горько усмехнулся и посмотрел в окно. — у неё есть парень.

— Лиам... ну конечно. Помню он уезжал за границу по работе, хотя просто отдыхал, - сказал Лео, будто он знал, что то о парне Мэдисон.

— Ты, что то знаешь? — вопросительно спросил Дилан посмотрев на Леос который разлёгся на диване.

— Даже много.

Дилан смотрел на него в ожидании, пока тот продолжит, но Лео не думал даже, что то рассказывать. Вот упёртый баран. Из него все щипчиками нужно вытягивать.

— Лео. Посмотри на меня, — встав с подоконника, Дилан подошёл к другу и сел рядом. — скажи что ты знаешь.

— Дилан если я расскажу, то ты первым же делом побежишь к Мэдисон, а я знаешь ли не хочу оставаться без друга, — с сарказмом выдал Лео и посмотрел на Криса, который рассмеялся, понимая к чему он клонит.

— Лео, — угрожающе выдал Дилан и чуть ли не продырявил в нем дыру. — Не еби мой мозг, и расскажи.

— О господин Дилан, хочет узнать, что делал возлюбленный её любимой за границей, так? - издевающе сказал Лео и получил подзатыльник от Дилана. — Ладно-ладно, сдаюсь. Лиам за границей не работал, а отдыхал... в компании девушек.

— Что? — Дилан выпучил свои глаза, а Лео продолжил.

— Да брат. Лиам изменял Мэдисон, и вернулся только тогда, когда ему наскучило, — Лео говорил об этом, словно это обыденное дело, — Ты и вправду думал, что он любит Мэдисон? Нет. Он пользуется её популярностью в киносфере и тем что он её «парень».

Неожиданно Дилан встал и побрел в сторону входной двери, а через пару секунд послышался звук закрывающейся двери.

— Ну все. Потеряли парня, — сказал в спину ему Лео, а Кристиан усмехнулся.

— Кто тебя за язык тянул?

— Внутренний дьявол. Так и хочется, что бы кто то разукрасил миленькое личико Лиама. Думаю Дилан с этим отлично справится, — Лео встал и подошёл к окну, что бы посмотреть на Дилана, который уже завел машину. — принц уехал, конечно не на белом коне, но зато на чёрном мерсе.

— Ты просто невыносим, — как факт произнес Кристиан и тоже встал.

Кристиан подошёл к окну и посмотрел вслед удаляющимся огням машины Дилана. Тот свернул за угол и исчез в ночи, оставив после себя только тишину.

— Он поедет к ней, — сказал Лео, не спрашивая, утверждая. — Вломится в её жизнь со своими дурацкими благородными порывами, вывалит правду, и она, вместо того чтобы послать его куда подальше, заплачет у него на плече. А потом они будут вместе. И всё потому, что я не умею держать язык за зубами.

— Ты это сделал специально, — Кристиан повернулся к нему. — Не ври.

Лео усмехнулся, но не ответил. Он редко врал друзьям. И Кристиан это знал.

— Ладно, — Лео потянулся и направился к бару. — Раз мы оба остались без пары сегодня, может, закажем ещё одну пиццу?

— Заказывай, — Кристиан взял телефон со столика. — Я скоро вернусь.

— Куда это ты?

— Подышать.

Лео прищурился, но ничего не сказал. Он знал Кристиана слишком хорошо, чтобы верить в «подышать». Но спрашивать не стал.

Кристиан вышел в коридор, надел куртку и взял ключи от машины. В прихожей было тихо. Только часы на стене мерно отсчитывали секунды.

Он уже взялся за ручку двери, когда телефон завибрировал.

Сообщение от Вивиан.

«Сегодня в восемь? Я уже заказала столик. Или ты передумал?»

Кристиан замер на секунду. Вчера он согласился на этот ужин. Сам. Без особого желания - просто чтобы заглушить тупую боль от того, что Эвелин весь день улыбалась Натану.

«Нет, не передумал», - напечатал он.

«Тогда жду. Я соскучилась».

Он убрал телефон в карман, вышел на улицу и сел в машину.

Двигатель завёлся с пол-оборота. Кристиан выехал со стоянки и направился к выезду из района.

Восемь часов. Он мог успеть.

Мог поехать к Вивиан. Съесть дорогой ужин. Выслушать её томные вздохи и намёки на то, что она хочет продолжения. Сделать вид, что ему интересно. Сделать вид, что он не думает о другой.

Но он не поехал к Вивиан.

Он свернул на знакомую улицу. Ту, по которой ездил почти каждый вечер последние две недели. Ту, где горел свет в её окнах.

Он остановил машину напротив её подъезда. Не слишком близко. Достаточно, чтобы видеть, но не попадаться на глаза.

Свет горел. Она была дома.

Кристиан выключил двигатель, откинулся на спинку сиденья и просто смотрел.

В голове снова всплыл её голос. «Иди к Вивиан, Кристиан. Мне всё равно». Она врала. Он знал. Но правда не делала боль слабее.

Телефон снова завибрировал. Вивиан.

«Ты где? Я уже в ресторане».

Он посмотрел на экран, потом снова на свет в её окнах.

«Не получится. Извини. В другой раз».

Ответ пришёл почти сразу. Короткий. Холодный.

«Ты серьёзно?»

Кристиан не ответил. Убрал телефон и снова посмотрел на окна Эвелин.

Свет погас.

Она легла спать.

Он знал, что пора уезжать. Что не имеет права сидеть здесь, смотреть на её дом, дышать тем же воздухом, что и она. Что это похоже на одержимость. Что это неправильно.

Но он не мог заставить себя уехать.

Четыре года он держался. Четыре года не приближался. Четыре года убеждал себя, что так лучше. А теперь она рядом. Каждый день. И он снова становится тем, кем был раньше. Слабым. Жаждущим. Готовым на любую глупость, лишь бы быть ближе.

Он завёл машину и медленно поехал прочь.

Дома его ждал Лео с остатками пиццы и новым бокалом виски.

— Ну что, — спросил Лео, даже не поднимая головы. — Подышал?

— Да, — Кристиан сел в кресло и взял бокал.

— И где же ты дышал?

— Неважно.

Лео усмехнулся, но снова не стал спрашивать.

— Вивиан звонила, — сказал он вместо этого. — Не в духе. Говорит, ты её кинул.

— Я передумал.

— Понятно. И куда ты поехал вместо неё? — поинтересоваться Лео.

Кристиан промолчал.

— Ладно, — Лео откинулся на спинку дивана. — Не хочешь — не говори. Но знаешь, что я думаю?

— Что?

— Ты поехал к ней. К Эвелин.

Кристиан сделал глоток виски и не ответил.

Лео вздохнул.

— Ты идиот, Крис. Полный идиот, — констатировал он факт.

— Знаю, — тихо ответил Кристиан. — Я знаю.

Кристиан допил виски и поставил бокал на столик. В голове слегка шумело, но не от алкоголя. От мыслей. От неё.

Лео уже устроился на диване, листая телефон. В гостиной стало тихо — только часы на стене мерно отсчитывали секунды.

Кристиан закрыл глаза и не заметил, как провалился в воспоминание.

Воспоминание:

Она стояла на кухне его старой квартиры, босиком, в его рубашке, которая свисала ниже бёдер. Волосы собраны в небрежный пучок, на лице — полосы от муки.

— Ты что творишь? — спросил он, останавливаясь в дверях.

— Пеку, — ответила она, даже не обернувшись. — Не видно?

Он подошёл ближе. На столе царил хаос: мука, яйца, сахар, разбитая чашка, какой-то странный комок теста, который больше напоминал глину.

— Что именно ты печёшь?

— Пирог, — она гордо подняла голову. — Твой любимый.

— Мой любимый — шоколадный фондан.

— Вот именно его я и делаю.

Кристиан посмотрел на тесто. Потом на неё. Потом снова на тесто.

— Эви... фондан не делают из муки, — сказал он и подавил свой смешок.

Она замерла.

— Что?

— Фондан — это жидкий шоколадный пирог. В основе — шоколад, масло, яйца. Никакой муки.

Она опустила взгляд на свои руки, перепачканные тестом. Потом медленно перевела его на него.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

— И ты не сказал мне раньше?

— Я не знал, что ты решила его испечь. Я думал, ты просто решила устроить конец света на кухне, — Кристиан все же не смог удержать свой смешок, а Эвелин посмотрела на него с яростными глазами. Какая же она милая, когда злится.

Она открыла рот, закрыла, потом схватила полотенце и запустила в него. Он поймал.

— Ты специально молчал, да?

— Нет, — он улыбнулся. — Просто было интересно посмотреть, как далеко ты зайдёшь.

— Кристиан Рейвен, я тебя убью!

Она сделала шаг к нему, поскользнулась на рассыпанной муке и полетела вперёд. Он успел подхватить её за талию за секунду до падения.

Они замерли. Она — в его руках, с мукой в волосах и на щеках. Он — смотрит на неё и не может отвести взгляд.

— Ты вся в муке, — тихо сказал он.

— Это ты виноват, — прошептала она.

Он наклонился и поцеловал её. Прямо там, посреди разгромленной кухни, в шесть утра, когда за окном только начинало светать.

Она пахла шоколадом и корицей.

Он запомнил этот запах на всю жизнь.

Конец.

Со своими мыслями он просидел очень долго, до самой поздней ночи, пока не услышал храп Лео.

Кристиан открыл глаза.

В гостиной было темно. Лео уснул на диване, уронив телефон на грудь. Часы показывали половину второго.

Кристиан поднялся с кресла, подошёл к окну.

За стеклом мерцали огни города. Где-то там, в одном из этих домов, спала она.

Он сжал пальцы на подоконнике.

Воспоминания были такими яркими, будто это случилось вчера. Её смех. Её руки в муке. Её глаза, когда он сказал, что фондан не делают из муки. Она была зла. А потом смеялась. И он смеялся вместе с ней.

Он давно не смеялся так. Четыре года.

Он закрыл глаза и снова увидел её. Стоит на кухне в его рубашке, улыбается, называет его идиотом. А он смотрит на неё и понимает - это единственное, что ему нужно.

Но он сам всё разрушил.

И теперь может только вспоминать.

Он отошёл от окна, накрыл Лео пледом и направился в свою спальню.

Завтра съёмки. Завтра он снова увидит её.

И снова будет делать вид, что ему всё равно.

А ночью — снова будет вспоминать.

Утром он проснулся от того, что кто то полил на него воду, словно поливали цветок. Кристиан тут же сел на кровать и вытер лицо рукой, но лицо все равно осталось влажной.

Лео держался за живот и не мог остановить свой смех, который раздражал Кристиана.

Кристиан тут же бросил в него подушку, от чего тот увернулся.

— Идиот. Ты у меня сейчас попляшешь, — сказал Кристиан, а Лео выбежал из комнаты и пошёл на кухню, а Кристиан вслед за ним.

— Попробуй поймать, — с вызовом выдал Лео, и схватил вазу со стола.

— Чего ты как девочка, в руки вазу берёшь? — со смешком произнёс Кристиан медленно, надвигаясь на него.

— Я как стратег, — поправил Лео, отступая на шаг. — Ваза — это орудие массового поражения. Подойдёшь — уроню. Осколки разлетятся повсюду. Будешь их собирать босыми ногами. Расхлёбывать придётся тебе, а не мне.

— Ты безумец, — сказал Кристиан устало.

— Я гений, — самодовольно выдал Лео, а Кристиан лишь раздражённо цокнул.

Кристиан сделал ещё шаг. Лео поднял вазу выше, изображая угрожающий замах.

— Стой, где стоишь, я серьёзно!

— Ты даже муху не прихлопнешь этой вазой, — Кристиану было все равно, поэтому он сделал ещё один шаг.

— А я и не собираюсь муху убивать. Я намерен тебя шантажировать. Это принципиально разные вещи, — произнес Лео.

Кристиан расхохотался. Несмотря на раннее утро и мокрое лицо, настроение почему-то стало светлее. Видимо, порция адреналина после ледяного душа всё же сделала своё дело.

— Хорошо, — Кристиан поднял ладони вверх. — Сдаюсь. Убери вазу.

— Поклянись, что не нападёшь, — он опять замахнулся.

— Клянусь своей новой рубашкой, — показывая на свою рубашку, которая лежит в коробке, сказал Кристиан.

— Этого недостаточно.

— Клянусь своим виски.

Лео задумался на мгновение, потом опустил вазу.

— Это другой разговор.

Кристиан мгновенно шагнул вперёд и выхватил вазу из рук приятеля.

— Ах ты...

— Я поклялся виски, — Кристиан поставил вазу на стол. — Я не обещал, что не отберу её обратно.

Лео уставился на него с выражением глубочайшего предательства.

— Ты жулик, - выдал Лео и прищурился.

— Я лицедей. Это различные вещи.

Они стояли друг напротив друга, и оба уже едва сдерживали улыбки. Утро стартовало с дурацкой перепалки, и это было почти привычно.

— Кофе будешь? — поинтересовался Лео, распахивая шкаф.

— Если ты его не отравил.

— Обижаешь. Я бы применил яд только в особых случаях.

Кристиан опустился на стул и провёл ладонью по влажным волосам.

— Ты мог бы просто разбудить меня, как цивилизованный человек.

— Какой смысл? — Лео засыпал кофе в турку. — Ты всё равно просыпаешься с мыслями о ней. Я лишь слегка ускорил процесс.

Кристиан промолчал. Потому что это была чистая правда.

Каждое утро он приходил в себя и первую секунду не осознавал, что её больше нет рядом. А потом всё возвращалось. Как ледяная вода. Как удар под дых.

Сегодня этот удар пришёл чуть раньше обычного.

— Ты придурок, — произнёс Кристиан, глядя в окно.

— Я в курсе, — Лео поставил перед ним дымящуюся чашку. — Но ты меня обожаешь.

— Спорное утверждение.

— Не препирайся спозаранку. Мозги закипят.

Кристиан взял чашку, отхлебнул. Кофе был обжигающим, терпким, почти горьким. Превосходным.

— Слушай, — Лео устроился напротив. — Каковы твои планы на сегодня?

— Трудиться.

— Это ясно. А после?

Кристиан пожал плечами.

— Вернусь домой. Завалюсь спать.

— Уныло, — Лео откинулся на спинку стула. — Может, рванём куда-нибудь?

— Например?

— Ну, не знаю... В бар? В ночной клуб? Туда, где есть живые люди, очаровательные девушки и алкоголь.

— Не желаю, — наотрез сказал Кристиан.

— Потому что там не будет её?

Кристиан поднял взгляд на приятеля.

— Ты сегодня чересчур разговорчив.

— А ты слишком бездействуешь, чтобы изменить ситуацию.

— Не встревай.

— Я и не встреваю. Я лишь озвучиваю факты. Ты мучаешься, она страдает, а какой-то Натан и какая-то Вивиан только потирают руки. Тебя такое положение дел устраивает?

Кристиан не ответил.

— Ну вот, — Лео допил свой кофе и поднялся. — Ладно, я в душ. А ты пока поразмышляй над моими словами.

Он вышел из кухни, оставив Кристиана в одиночестве.

Кристиан устремил взгляд в окно и прислушался, как за стёклами пробуждается город. Автомобили, разговоры, торопливые шаги. Жизнь, которая текла своим чередом, не испрашивая его дозволения.

Он осушил чашку, ополоснул её в раковине и направился в свою комнату.

Сегодня работа. Сегодня он вновь столкнётся с ней взглядом.

И снова станет притворяться, что ему безразлично.

Но, возможно, Лео был прав. Возможно, настала пора прекратить этот спектакль.

Кристиан стоял перед дверью своей комнаты, сжимая в руке край футболки. Лео был чертовски прав. Он не может вечно притворяться. Не может смотреть, как она улыбается Натану, позволяет ему прикасаться к себе, смеётся с ним — и делать вид, что ему всё равно.

Ему не всё равно.

Это чувство разъедало его изнутри. Липкое, тяжёлое, злое. Он называл это раздражением. Бесился на себя за то, что не может просто выкинуть её из головы. Но правда была проще и страшнее.

Он ревновал.

Не хотел признавать даже перед собой. Но каждый раз, когда Натан клал руку на её талию, внутри поднималось что-то животное. Что-то, что кричало: «Моя. Она моя. Убери руки».

На следующее утро он поехал на место съёмок и ждал. Ждал её. Коллеги здоровались с ним, на что он отвечал тем же, но с отстраненностью.

Она появилась через двадцать минут. Джинсы, чёрный свитер, волосы распущены. Сонная, недовольная, красивая.

Он сделал вид, что увлечён телефоном.

Она прошла мимо, даже не взглянув.

— Доброе утро, — произнёс он, не поднимая головы.

— Угу, — буркнула она и скрылась в гримёрной.

Кристиан усмехнулся. Игра началась.

Он подождал десять минут, потом направился к кофемашине. Встал так, чтобы видеть дверь её гримёрки. Когда она вышла — уже в костюме, с лёгким макияжем — он уже стоял с двумя стаканчиками.

— Кофе? — спросил он, протягивая один.

Она посмотрела на стаканчик, потом на него. Взяла. Молча. Не поблагодарила.

— Ты сегодня в хорошем настроении, — выговорила она, делая глоток.

— А ты сегодня в плохом, — заметил он, разглядывая её с лёгкой усмешкой. — Опять Натан не оправдал ожиданий?

Эвелин замерла. Её пальцы сжали стаканчик.

— С чего ты взял, что моё настроение как-то связано с Натаном? — холодно произнесла она.

— А разве нет? — Кристиан сделал шаг ближе, понизив голос. — Ты всегда становишься колючей, когда что-то идёт не по плану. А этот твой... друг, — он выделил последнее слово с лёгкой насмешкой, — выглядит как типичный парень, который не умеет читать намёки.

— А ты, значит, умеешь? — она подняла на него глаза.

— Я хотя бы не лезу, когда меня не просят, — произнёс он, делая шаг назад. — В отличие от некоторых.

Эвелин прищурилась. В её взгляде мелькнуло что-то — злость? Или что-то другое, чего он не мог разобрать.

— Спасибо за кофе, — отрезала она и развернулась.

Кристиан смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом.

Игра продолжалась.