Между дублями

Вечером я подготовилась к предстоящему ужину и была готова выйти из дома, как передо мной остановилась чёрная машина. За рулём сидел Кристиан. Ну конечно, кто же ещё? Натан написал, что не сможет приехать за мной, и извинялся, но для меня это не было помехой.

Я упорно делала вид, что мне нет дела до того, что машина Кристиана стоит передо мной и ждала такси. Он смотрел на меня. Я это чувствовала всем нутром.

— Куда собралась, красавица? — подал голос он, от чего у меня побежали мурашки по коже.

— Красавица? С чего бы ты стал называть меня таковой? — задала вопрос я и наконец посмотрела на него, и чуть ли не задержала своё дыхание. Кристиан был одет очень стильно и но при этом сдержанно. В его стиле.

На нем была белая рубашка, как в тот вечер из клуба. Черные штаны и пару прядей падала на его лицо, делая его совершенным. На губах играла усмешка, а в глазах танцевали чертинки. Черт. Почему мне хочется смотреть на него подольше?

— С того, что ты собралась именно так лишь, что бы пойти на ужин с тюбиком, — он не сводил с меня взгляда. Он следил за моей реакцией.

— Как именно, так? — я пыталась сказать это уверенно, но мой голос все равно дрогнул. Проклятие.

Я услышала его смех. Тихий, низкий, бархатный... такой родной, но при этом невыносимо чужой.

— Лучше давай без вопросов, и сядь в машину, — приказал он, отводя от меня взгляд, и я с облегчением выдохнула. Под его пронзительным взглядом, тоже самое что стоят под дулом пистолета. — и без вопросов.

Я на секунду замерла, сжав пальцы на ремешке сумки, и прищурилась, разглядывая его, будто пыталась понять — он сейчас серьёзно или просто снова играет в свои игры, в которых я почему-то всегда оказываюсь втянутой против собственной воли, и, к сожалению, не всегда сопротивляюсь так, как стоило бы.

— Серьёзно? Ты сейчас решил поиграть в водителя такси? — протянула я, не глядя на него. — Извини, но я не вызывала… клоуна.

Он тихо хмыкнул, явно не впечатлённый.
— А я и не клоун, — спокойно ответил он. — Хотя ради тебя могу постараться.

— Не утруждайся, — сухо бросила я. — У тебя и без того отлично получается.

Я услышала, как он пальцами постучал по рулю, будто обдумывая что-то, и это раздражало ещё больше. Он перевел свой взор на меня и смотрел на меня спокойно, но вот его лицо выдавало явную раздражительность.

— Сядь в машину, — приказным тоном проговорил он и смотрит своими тёмными глазами мне прямо в душу.

— Только в твоих фантазиях, — бросила я и зашагала подальше от его машины. Такси ещё не приехало, хотя должна была приехать ещё минут так десять.

Машина осталась все там же, но я чувствовала как он следит за мной, словно кот который пытается поймать мышку. Краем глаза я следила за ним, и молилась, что бы такси приехало.

Но спустя какое-то время, машина Кристиана все же плавно двинулась в мою сторону, и я задержала дыхание, словно могла его остановить. Он остановился передо мной и Кристиан уже смотрел на меня по другому.

— Долго будешь ждать такси? Может подвезу? — сказал он с равнодушным тоном.

— Откуда ты знаешь, что я жду такси?

— Эвелин сядь в машину, я подвезу тебя, раз тыой кавалер не удостоился даже приехать за тобой, — с смешком выдал он, но лицо все же оставалось непроницаемым.

Я бесшумно выдохнула, и на секунду закрыла глаза, пытаясь утихомирить свое негодование. Почему он ведёт себя так, ято между ними ничего не было, раз он так легко предлагает подвезти её?..

— Ну так, что, сядешь? — спросил он, будто от этого имело какое-то значение.

— Ладно... сяду. Но ты будешь водить машину без лишних разговоров. Даже рот свой не смей открывать, — приказно попросила я, хотя я видела как он пытался сдержать смешок.

— Как скажешь, красавица, — он следил за мной, пока я не села в машину и не застегнула ремень безопасности.

— Не называй меня так, — меня очень раздражает то что он так называет меня. Кто он такой, что бы называть меня именно так?

— Соизволь, мне узнать причину, почему?

— Почему? Да потому что, — небрежно кинула я. — Лучше поехали, иначе я опоздаю.

Он кинул на меня последний взгляд, полный решимости и чего то ещё, что я не могла предсказать и тронулся с места.

Всю дорогу до самого ресторана мы молчали. Лишь иногда мы кидали друг на друга ничего не значишие взгляды. Так, по крайней мере, думала я.

Когда машина плавно остановилась на парковке, я заметила, что это не тот ресторан, где я должна была ужинать с Натаном. Ресторан был не тот. Этот самовлюблённый индюк привез меня не туда.

— Пошли нас ждет хороший ужин и вечер, — сказал он и двинулся в сторону входа.

— Что?! Какой ужин? Почему ты не привез меня туда куда я говорила? — прокричала я ему вслед, на что он остановился и повернулся ко мне.

— Потому что, я так захотел. Я захотел поужинать с тобой, и весь день старался, — сказал он со смешком, следя за моей реакцией. Вот же кретин. Я не должна была вовсе сесть в его машину. Глупая!

— А я не хочу, ужинать с тобой. Отвези меня обратно, клоун.

— Я у тебя не спрашиваю, хочешь ты или нет, — он двинулся ко мне и остановился в полу шаге от меня, —  И да тебя домой никто не отвезёт без моего ведома.

— Что? Да это смешно! У тебя нет никаких прав решать за меня, — огрызнулась я, но он лишь усмехнулся и взял меня за руку. Сплел наши пальцы, а я словно впала в транс и смотрела на наши руки.

Я словно успокоилась, когда он взял меня за руку. Большим пальцем он поглаживал мою тыльную сторону ладони, и это вселяло в меня такое спокойствие, что у меня чуть ли не подкосились ноги. Дьявол!

Я попыталась высвободить свою руку, но он лишь крепче сжал мою руку и повел в ресторан. Я не смогла ничего сделать, как уже оказалась в здании. Да Господи, что со мной происходит? Какого черта, я держусь с ним за руку, и иду по пятам словно маленькая девочка?

Хотя сейчас, я и вправду чувствовала себя маленькой девочкой, держась с ним за руку, пока он вёл меня через всех посетителей к резервированому столу.

Когда наконец мы достигли стола, он отпустил мою руку, и мне захотелось взвыть от пустоты, что появилась из неоткуда.

— Меню скоро принесут, но советую взять мясо с кровью, — произнёс он уже сев за стол и мне тоже не оставалось ничего, кроме как сесть напротив него.

— То, что ты любишь стейк с кровью — не означает, что другие его тоже любят, — я не смотрела на него и осматривалась по сторонам. Внутри ресторана было очень красиво и играла какая-то классическая музыка о любви.

Кристиан возможно не обратил внимания на ресторан, но он был очень красив и богат своим интерьером. Интересно, а Кристиан часто ходит в это заведение, раз не проявляет никакого интереса к интерьеру. Хотя я не думаю, что мужчины могут проявлять эмоции к таким вещам.

— А ты помнишь, — вдруг сказал он когда я словила его взгляд на себе. Эти слова были для меня как пощёчина. Он имел ввиду наше прошлое, которого уже нет и не будет.

Тоска сдавила грудь, когда я вспомнила, как пыталась приготовить стейк именно так как любит Кристиан. Он мог подгореть, или я могла его засолить, что мясо приходилось выбрасывать.

Я решила промолчать. Желание ворошить прошлое не было. Да и зачем? Что бы обнажить старые раны, что бы потом мучаться? Нет. Лучше держаться от этого подальше.

Спустя несколько минут нам принесли меню, но Кристиан даже смотреть на них не стал. Он сразу сделал заказ: стейк с кровью, салат из овощей и красное вино.

Но, а я же заказала самое обычное: курица по французски, салат Цезарь и красное вино, ну и вдобавок Кристиан заказал мой любимый десерт.

Чёрт, какого дьявола он делает? Зачем ему это? Чего добивается?

Вдруг я вспомнила про Натана, и взяв в руки телефон увидела несколько звонков, и сообщение.

«Эвелин, где ты? Почему не отвечаешь?»

«Что то случилось? Мне приехать?»

«Ответь пожалуйста, я волнуюсь.»

Боже какая же я дура. Забыла про Натана, с которым я хотела поужинать. Что теперь сказать ему? Сказать правду или придумать оправдание? Я не знала. В итоге написав ему, что у меня появились срочные дела, и не смогла прийти на ужин, отправила ему сообщение.

Как же будет неловко завтра перед ним. Вместо того, что бы сидеть сейчас с Натаном, я сижу с Кристианом.

Я словила вопросительный взгляд Кристиана на себе, и лишь закатила глаза. Идиот. Чертов кретин! Я не должна была сесть в его машину. Не то, что бы сесть, даже разговаривать не должна была.

— Ты хотя бы знаешь, что я ненавижу тебя? — спросила я, откладывая телефон и впиваясь взглядом в его идеальное, бесящее лицо.

Он не ответил. Только поднял бокал с вином, которое принесли с пугающей быстротой, и сделал крошечный глоток. Глаза поверх стекла смотрели на меня с таким спокойствием, будто я сказала, что сегодня будет дождь. А не то, что его существование отравляет мне жизнь.

— Знаю, — наконец произнёс он, ставя бокал. — Ты мне каждый раз об этом напоминаешь. Иногда даже без слов. Взглядом, например.

— А ты не понимаешь? — прищурилась я. — Потому что нормальный человек давно бы отстал.

Кристиан усмехнулся и откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. Белая рубашка натянулась на плечах, и я с ненавистью поймала себя на мысли, что даже это выглядит… ладно. Не будем об этом.

— Может, я просто люблю сложности, — пожал он плечами. — Или тебя. Или то, как ты злишься. Это забавно.

— Я не игрушка, Кристиан, — процедила я, сжимая вилку так, будто собиралась метнуть её в него. — И не смей произносить это слово.

— Какое? «Забавно»? Или «люблю»? — он склонил голову набок, и чёртова прядь снова упала на лоб. — Ты такая предсказуемая в своей ненависти. Это подкупает.

Я открыла рот, чтобы сказать что-то убийственное, но в этот момент принесли заказ. Стейк с кровью выглядел так, словно его только что вырвали из пасти дикого зверя, и я поморщилась.

— Как ты это ешь? Ты вообще человек?

— А ты помнишь, что сама когда-то готовила мне такое? — тихо спросил он, и в его голосе не было насмешки. Но я не повелась.

— Я много чего делала раньше. Например, верила тебе. Ошибки молодости.

Кристиан молча отрезал кусок мяса, и на тарелке выступил сок. Я с отвращением отвела взгляд. Но он, конечно, заметил.

— Отвернись, Эви, ты же не хочешь видеть, как я наслаждаюсь жизнью.

— Я не хочу видеть тебя в принципе.

— Ага, — он подцепил кусок на вилку и отправил в рот с неприличной грацией. — Поэтому села в мою машину, дала мне отвезти себя в другой ресторан, держалась за руку и забыла про своего тюбика.

— Я не держалась! — вспыхнула я. — Ты меня за руку тащил, как мешок картошки!

— Мешки картошки обычно не смотрят на руки так, как смотрела ты, — спокойно заметил он и отпил вина.

Я ненавидела его. Нет, правда. Каждое слово, каждый жест, каждую чёртову чёрточку его лица. Но ещё больше я ненавидела то, что он прав. Я смотрела. Я чувствовала. И это бесило до скрежета зубов.

— Знаешь что, — я положила вилку и поднялась, — я ухожу. Вызову такси. Или пойду пешком. Но с тобой за одним столом больше ни минуты.

Кристиан не шелохнулся. Только отставил бокал и медленно поднял на меня глаза. Тёмные. Спокойные. Бесячие.

— Сядь.

— Нет.

— Эвелин. — Он произнёс моё имя так, будто за ним стоял не просто звук, а целый мир, который он имел право закрыть на ключ. — Сядь обратно. Или я расскажу официанту, что ты собиралась украсть ту вазу.

Я замерла.

— Какую вазу?

— Вон ту, у входа, — он кивнул в сторону. — На которую ты смотрела уже три раза. Это выглядит подозрительно.

— Я не смотрела ни на какую вазу! — возмутилась я, но всё-таки села обратно. Потому что спорить с ним — всё равно что доказывать стене, что она не права.

— Вот и славно, — он пододвинул ко мне десерт. — Ешь. Я специально заказал.

— Я не просила.

— Ты никогда ничего не просишь, — он сделал ещё глоток вина и смотрел на меня поверх бокала. — Это не значит, что тебе не нужно предлагать.

Я хотела сказать что-то колкое. Что-то такое, что заставит его наконец заткнуться и оставить меня в покое. Но десерт оказался обидчиво вкусным, а вино слишком приятным на вкус, чтобы спорить дальше.

— Ты поэтому меня сюда привёз? — спросила я, не поднимая глаз. — Чтобы покрасоваться и заказать мой любимый десерт?

— А этого недостаточно? — он откинулся на спинку стула, наблюдая за мной. — Я думал, ты оценишь.

— Я ценю только то, что заслуживаю, — я наконец подняла взгляд и посмотрела ему прямо в глаза. — А ты пока ничего не заслужил.

Кристиан не отвел взгляд. Наоборот, в его глазах зажглось что-то похожее на интерес. Как будто я сказала не то, что он ожидал, и это его позабавило.

— Сурово, — протянул он. — Но справедливо.

Я фыркнула и снова уткнулась в десерт. Тишина повисла между нами, но не такая, как в машине. Сейчас она была тяжелой, вязкой. Каждый глоток вина давался с трудом, потому что я чувствовала его взгляд на себе.

— Ты так и будешь смотреть? — не выдержала я.

— А ты так и будешь делать вид, что не замечаешь? — парировал он.

Я закатила глаза и отодвинула тарелку.

— Знаешь, в чем твоя проблема, Кристиан?

— Уверен, ты мне скажешь.

— Ты думаешь, что весь мир крутится вокруг тебя, — я подалась вперед, понизив голос. — Что ты можешь появиться, исчезнуть, появиться снова — и все будут прыгать от радости. Но это не так.

Он молчал. Не усмехался, не перебивал. Просто смотрел на меня, и от этого взгляда становилось не по себе.

— Я не прыгаю, — добавила я тише. — И не собираюсь.

— Я и не прошу, — ответил он после паузы. — Просто… не хочу, чтобы ты уходила.

Я замерла.

В его голосе не было обычной самоуверенности. Не было этой его вечной усмешки, от которой хотелось бить посуду. Было что-то другое. Что-то, чему я не готова была верить.

— Ты не можешь просто так взять и решать за меня, — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Не сегодня. Не когда-либо.

— Я знаю, — он провел пальцем по краю бокала. — Но попытаться же можно?

Я не нашлась, что ответить. Вместо этого я взяла телефон и сделала вид, что проверяю сообщения. Хотя никаких сообщений не было. И быть не могло — Натан уже получил свою отмазку.

— Кстати, — Кристиан нарушил тишину первым, — твой тюбик написал что-то важное?

— Не называй его так, — огрызнулась я. — И вообще, это не твое дело.

— Просто интересно, — он пожал плечами. — Может, я составлю ему конкуренцию.

— Ты уже опоздал, — отрезала я.

— Я всегда опаздываю, — он усмехнулся, но в глазах не было веселья. — Это моя фишка.

Я хотела съязвить в ответ, но в этот момент официант принес счет. Кристиан даже не посмотрел на него — просто протянул карту и небрежно кивнул.

— Я могла бы заплатить за себя, — сказала я, хотя понимала, что звучит это глупо. У меня с собой не было столько денег, чтобы покрыть половину этого ужина.

— Могла бы, — согласился он. — Но не заплатила бы.

— Это ты к чему?

— К тому, что не притворяйся, Эви, — он поднялся из-за стола и на секунду задержал на мне взгляд. — Это тебе не идет.

Я встала следом, чувствуя, как внутри закипает злость. На него. На себя. На то, что он снова прав — притворяться я действительно не умею. Особенно когда дело касается его.

Мы вышли из ресторана в тихий вечерний воздух. На парковке горели фонари, и в их свете его машина казалась еще более черной. Как и его глаза, когда он повернулся ко мне.

— Я отвезу тебя домой, — сказал он, и это прозвучало не как вопрос.

— А если я скажу «нет»?

— Тогда будешь ждать такси, — он пожал плечами. — Но я все равно поеду за тобой. Чтобы убедиться, что ты доехала.

— Ты не мой телохранитель, — скрестила я руки на груди.

— Нет, — он открыл передо мной дверь машины и посмотрел прямо в глаза. — Я кое-кто похуже.

Я не стала спрашивать — кто. Потому что боялась услышать ответ.

И потому что уже знала его.

Я села в машину. Снова. Потому что с Кристианом Рейвеном у меня никогда не было выбора. Только иллюзия.

И эту иллюзию он сегодня разрушал раз за разом.

Машина мягко тронулась с места. Я смотрела в окно, на огни города, и думала только об одном: как быстро доехать до дома и забыть этот вечер.

— Ты всегда так смотришь, — тихо сказал он, не поворачивая головы.

— Не твоё дело, — ответила я, даже не глядя на него.

Он усмехнулся. Коротко. Без радости.

— У тебя всё та же привычка закрываться, когда становится некомфортно.

— А у тебя — лезть туда, куда не просят.

Тишина. Та самая, колючая. Я чувствовала её кожей.

Кристиан свернул на парковку у моего дома, заглушил двигатель. Не посмотрел на меня. Я не смотрела на него.

— Выходи, — сказал он спокойно. Без эмоций. Без намёка на то, что этот вечер вообще что-то значил.

Я вышла. Не попрощалась. Не обернулась. Даже когда услышала, как он завёл двигатель и уехал, не останавливаясь.

Я стояла у подъезда дольше, чем планировала. Ноги не слушались, в голове шумело, а в груди всё ещё пульсировало что-то тёплое и совершенно неправильное.

— Ты чего застыла? — раздался голос сверху.

Я подняла голову. На балконе второго этажа стояла соседка миссис Дейвис, которая всегда выходила курить ровно в это время. Она смотрела на меня с лёгким недоумением, выпуская клубы дыма в ночное небо.

— Задумалась, — ответила я.

— О мужиках? — она усмехнулась. — По лицу вижу. Бесполезное дело, милая. Они все одинаковые. Одни приходят, другие уходят, третьи возвращаются в чёрных тачках и везут в дорогие рестораны.

Я невольно улыбнулась.

— Откуда вы знаете про чёрную тачку?

— Я всё вижу, — многозначительно сказала она и затянулась. — Удачи тебе. С любым, кого выберешь. Или ни с кем — это тоже вариант.

Она скрылась в квартире, а я наконец зашла в подъезд.

Дома меня встретил маленький пушистый комочек, который вчера вбежал в мою жизнь вместе с дождём. Котёнок сидел у двери и смотрел снизу вверх.

Я наклонилась, подхватила его на руки. Взвесила на ладони — почти невесомый.

— Завтра к ветеринару, — сказала я. — Узнаем, кто ты и что с тобой.

Котёнок мяукнул. Тихо.

Я выключила свет и пошла в спальню.

Я закрыла дверь спальни, оставляя коридор в темноте. Котёнок возился где-то в гостиной — слышно было, как он шуршит импровизированной подстилкой из старого пледа. Я не стала проверять. Пусть осваивается.

В спальне было тихо. Слишком тихо для того, чтобы уснуть.

Я легла на кровать, уставилась в потолок. Где-то за окном всё ещё моросил дождь — тот самый, который шёл весь вечер. Тот самый, под который он приехал. Тот самый, под который я села в его машину.

— Идиотка, — тихо сказала я сама себе.

Потому что другого слова не находилось. Потому что надо было просто ждать такси. Потому что не надо было смотреть на него. Не надо было садиться. Не надо было позволять вести себя в ресторан. Не надо было держаться за его руку.

Я перевернулась на бок, сжимая подушку.

В голове всё ещё звучал его голос. Не слова — просто тембр. Низкий. Холодный. Слишком знакомый, чтобы забыть. И слишком чужой, чтобы хотеть вспоминать.

Телефон пиликнул. Я не взяла. Потом ещё раз. И ещё.

На четвёртый сигнал я всё же протянула руку и посмотрела на экран.

Натан: «Ты точно в порядке?»
Натан: «Может, завтра заехать за тобой на съёмки?»
Натан: «Эви?»

Я закатила глаза. Эви. Опять Эви. Откуда он взял это имя? Я не разрешала.

«Не надо. Я сама. Всё хорошо», — напечатала я коротко и отключила звук.

Больше никаких сообщений. Ни от кого.

Котёнок за дверью тихо мяукнул. Потом замолчал.

Я закрыла глаза.

Завтра съёмки. Завтра я снова увижу его. И буду делать вид, что его не существует.

Так же, как он делал вид четыре года назад.