16.
- Откуда вас забрали?
- Из видеосалона, на углу там, вон за поворотом
Машина Дамира остановилась у здания, там же в машину уже садились знакомые лица, быстро, резко, со страхом, Вова Адидас был готов завести мотор, но остановился, Костыль постучал к нему в окно.
- Айгуль, ваша?
- Наша! - крикнул Марат на соседнем сидении и выскочил на улицу, с заднего сидения с грохотом вывалился Турбо
- Забирайте - он показал жестом что бы девушка вышла из машины
Так крепко она вцепилась в Марата, первая любовь это самые нежные и самые ранимые чувства, которые испытывает человек за всю свою жизнь, и Алиса искренне рада за то, что их отношения открыты, разрешены. Что не приходится ругаться с братом и убегать из дома, отказывать тому, к кому питаешь нечто большее симпатии. Уйти любя это подвиг.
- Где Алиса? - глаза Валеры были широко открыты, он держался за затылок, не крепко стоял на ногах, второй рукой опирался на открытую дверь авто
- Где надо, тебя это не касается
Девушка выбежала из машины, готова была рвануть к Валере, но под грозным взглядом брата замерла, не смея сделать и шага. Он отвернулся от нее обратно к парню. Они молча смотрели друг на друга, разжигая в глазах небывалый огонь ненависти, гнева, желания броситься на соперника как медведь, растерзать.
- Что бы больше я тебя с ней не видел, грязь
- Дамир, пожалуйста - она снова плакала, хваталась за капот автомобиля и мелкими шагами двигалась к брату - Я тебя очень прошу, пожалуйста, я больше не доставлю тебе проблем, только разреши
- Молчи, женщина - это было грубо и жестоко по отношению к ней, но он понимал, только так он в силах защитить ее, уберечь последнее родное, что осталось в его жизни
- Друг, давай не будем - наконец заговорил Валера - Группировки могут вступить в дружественные отношения
- Мне с тобой это обсуждать, скорлупа? - в этот момент Адидас докурил сигарету и наконец подошел
- Давайте не будем пылить, Турбо, сядь в машину
- Еще тебе чего
- Алиса, в машину.
- Не.. - она не успела договорить, как ее смерил суровый взгляд, ее глаза опустились в пол и та покорно опустилась на переднее сидение
- Костыль, тебя я уважаю как человека - заговорил Адидас - Я честно предлагаю перемирие между группировками
- Еще раз, на кой хрен вы мне сдались, плесень поганая?
- Мы виноваты перед Алисой, мы виноваты перед тобой, мы исправно платим, сидим на соседних районах, от наших стычек страдают гражданские
- Я сказал нет.
Он прикурил сигарету и сел в машину, без объяснений тронулся с места, увозя Алису в сторону дома. Ее взгляд встретился с серо-зелеными глазами, полными отчаяния и зла, желания отомстить, отобрать, присвоить. Боль в затылке заставила отключиться. Проснулась она дома, за окном было светло, в вентиляции шумел ветер, Дамира дома не было, а дверь заперта снаружи. Дом стал клеткой. Тошнота сменялась слабостью по всему телу, она отключалась, несколько раз засыпала на короткие промежутки времени, проснулась от стука в дверь, в глазок видела Турбо. В голову ударили воспоминания и слишком жестокое осознание. Дамир был в шаге от того, что бы убить Валеру. Сейчас необходимо обезопасить, да, не ответить любимому, показать, что тебя нет дома, ждать Дамира в тишине, прерываемой просьбами простить, открыть дверь, впустить, обнять... Рот крепко зажат собственной ладонью, он больше не стучит, говорит тише, говорит о чем то странном, таком не виданном и не привычном.
- Ты знаешь как я обосрался когда вас увозили? Чуть было пешком за машиной этих ублюдком не пошел, да в черепе так больно было, меня пацаны потом в снегу в чувство приводили. Я тебя вчера когда увидел, живую, невредимую, думал коньки от счастья отброшу. Ты знаешь о чем я думал? - он замолчал, словно подбирал слова, заговорил почти шепотом, было очень сложно разобрать из за закрытой двери - Что я осел, что люблю сеструху старшего Хади-Такташа, что в следующий раз обязательно обниму тебя при встрече. Похоже, тебя здесь больше нет. Наверное Костыль увез тебя в Москву, если так, то оно к лучшему. Я переживу, а тебе.... А что, ты сама говорила что я тебе не по нраву, там тебе будет лучше.
Он замолчал, горячие слезы катились по щекам, подбородку, капали на свитер, руки тряслись, хотелось кричать, биться головой об эту чертову дверь, обнять, вцепиться крепко крепко, поцеловать. Было нельзя. Она бы не прожила долго встречаясь с группировщиком, брат бы убил его на месте, не пожалел. Тяжелый вздох раздался на той стороне преграды, он поднялся
- Там холодно, снежно.. Если мы еще встретимся, я тебя прошу, убей меня. Только нежно.