15.
Нога девушки с разворота вписалась в челюсть группировщика, однако, силы она все таки рассчитала не верно, а осознала ошибку только тогда, когда оказалась вжата в стену. Младшая бросилась к Колику, колотила руками по спине, но быстро оказалась отброшена ударом по нежной коже лица. Удар по затылку старшей заставил кратковременно отключиться. Немного времени заняло связывание ног, во рту у Алисы теперь тряпка, заботливо завязанная на затылке. Ее он отбросил на диван. Очнулась, тупая жгучая боль в затылке.
Внутри необъятным пламенем горел гнев и животный страх, сердце кажется пропускало по двести ударов в минуту, руки за пытались хоть как то развязать ноги, продолжить борьбу за жизнь. К несчастью Айгуль в беде, он волочет девушку в комнату, закрывает дверь, она кричит, умоляет ее не трогать, стены содрогаются от этих вибраций, кажется она способна вызвать землетрясение. Осознание того, что медлить нельзя проходит током по всему телу, ноги развязать не получается, зато гибкость плечевых суставов, приобретенная годами спорта, уж очень выручает. Удалось вывернуть руки вперед, короткими но быстрыми шагами, местами прыгая она подходит к своей куртке, Алису поторапливают вопли Айгуль, как ей сейчас там больно и страшно, нельзя сдаваться, все таки ей очень волнительно, это ее первое убийство.
Дверь не заперта, он еще не успел начать задуманное, резко подрывается, оборачиваясь к двери и почти что натыкается в упор лбом в ствол пистолета. Думать она не стала, отвыкла за последнее время, на курок женский палец нажал моментально, тяжелое тело с грохотом рухнуло на пол. Алиса скатилась по стене, дрожь пробивает до костей, открытые мертвые глаза с ужасом смотрят на нее. Воздух резко вылетает из легких, ему мешает ткань во рту. Руки отпускают Наган, что был схвачен мертвой хваткой желающего жить, перебираются за голову и рвут ткань на затылке.
- Айгуль, Айгуль успокойся, все закончилось
Она кричит, ей страшно, больно, она напугана. Наконец крик стихает, в глазах ужас, она слишком маленькая что бы смотреть на такое, что бы ее трогали по бедрам, что бы на нее кидался взрослый мужик, который сейчас с пулей в черепе лежит на полу. Ее лицо мокрое, из глаз не перестают течь слезы, как же хочется обнять эту маленькую девочку прямо сейчас. Алиса кое как развязывает мертвые узлы веревки на своих ногах, голова болит нещадно, все таки неплохо так он ее приложил, ладонь гладит свои же волосы, рука обжигается горячей кровью.
- Айгуль
- Я хочу домой.
- Сейчас пойдем, милая
Алиса поднимает Наган и кое как поднимается, руки в наручниках мешают двигаться привычно, легко, боль в голове и во всем теле туманит рассудок, одновременно посылая короткие импульсы в мозг, заставляя не отключаться сейчас. Она помогает встать младшей, просит идти за ней, не отставать, однако в предбаннике слышатся грузные шаги. Только уже знакомые. Дамир.
- Сука я обязательно тебя убью, твари кусок, гнить тебе в могиле собака сутулая, жрать говно заставлю
- Не кипяти, парни не знали, она в порядке
- Алиса! - он сталкивается с ней почти лицом к лицу. Страшно, сейчас накричит, сейчас ударит, он сильный мужчина, ему ничего не стоит, это она виновата, она сбежала, она разбила тарелку и дала ему затрещину. Он прижимает к себе, руки сжимают крепко - Слава всевышнему ты в порядке
- Прости меня - она плачет, горькие слезы катятся градом из глаз, всхлипы, щенячий скулеж, за эти десять минут она кажется увиделась с богом, осознала свою собственную слабость перед опасностью
- Что ты... Мать твою, ты его завалила?
- Да, он хотел изнасиловать Айгуль
- Ее?
- Да. Это Айгуль, Айгуль это мой брат
- Здравствуйте - девушка еще не перестала плакать, но уже была способна держаться на ногах
- Так, Желтый, я отвезу девок домой, вернусь побазарим.
Дамир вывел девушек на улицу, снял наручники с сестры каким то хитровыебанным способом, спрятал ее Наган к ней в карман, ее руки как будто задеренвенели, так бывает от большого стресса, когда пальцы перестают слушаться, а мозг замедляется, не давая мыслить так же быстро, как раньше. пацаны Желтого вынесли женскую куртку. Они сели в машину.