40
Каникулы пролетели будто одно короткое дыхание. Они начинались с кошмара, но закончились теплом, шутками, вечерними прогулками и ощущением, что всё можно пережить, если рядом — свои. Ни мужчина, ни страх больше не появлялись. Солнце, море и друзья вычистили из памяти тот первый ужас, оставив только лёгкое послевкусие победы.
Когда самолёт приземлился домой, все были уставшие, но спокойные.
Воздух родного города встретил их прохладой, и, выйдя из самолёта, они даже не сразу поняли, что снова дома.
— Ну всё, блин, цивилизация, — простонал Ники, таща чемодан на одном колесе.
—пробки,учёба, и кофе по шесть баксов, — хмыкнула Дэн.
— И главное, душ без песка, — подытожил Кевин.
Все смеялись, несмотря на усталость. В зале выдачи багажа царил привычный шум: кто-то кричал, кто-то звал ребёнка, кто-то ругался на чемодан, который «опять не выехал».
Ребята разошлись по домам, договорившись встретиться через пару дней. Эндрю и Нил стояли у выхода с чемоданами, переглянулись.
— Водить я сейчас не буду, — спокойно сказал Эндрю, бросая ключи в карман. — Такси проще.
— Полностью согласен, — устало улыбнулся Нил.
Такси приехало быстро. В салоне пахло мятой и дешёвым кофе. Таксист был из тех разговорчивых, кто не выдерживает тишину.
— Хороший день сегодня, правда? — сказал он, пока машина тронулась.
— Лучше, чем могло быть, — ответил Нил, глядя в окно.
— Возвращаетесь с отдыха, парни?
— Угу, с Тайланда— коротко кивнул Эндрю.
— Круто, — продолжил водитель. — Говорят, там слоны по улицам ходят, это правда?
Нил фыркнул:
— Только если по очень туристическим улицам.
Таксист рассмеялся. Несколько минут они просто слушали радио, потом водитель снова оживился:
— Вот молодёжь, смотришь — мир видит, путешествует! Я, например, дальше нашего штата не выбирался. Эх, мечта.
Нил улыбнулся и тихо сказал:
— Всё впереди.
Когда они наконец добрались, чемоданы еле дотащили до дома. Внутри было тихо, пыльно и удивительно уютно — как будто дом скучал.
Эндрю первым делом открыл окно, вдохнул воздух, и только потом сказал:
— Дом.
Два часа спустя они уже лежали на кровати, раскинувшись как коты. Чемоданы наполовину распакованы, музыка играет фоном, разговоры текут лениво — про еду, солнце, даже про таксиста.
И вдруг — звонок.
Нил лениво потянулся к телефону на прикроватной тумбочке. На экране высветилось: "Папа Эндрю".
— Твой папа — сказал Нил, глядя на экран.
— Возьми, — пробормотал Эндрю, не открывая глаз.
Нил поднёс телефон к уху:
— Алло? Здравствуйте.
— Нил, привет! Вы уже вернулись из Таиланда? — голос звучал бодро, как будто человек с той стороны уже час в офисе.
— Да, только прилетели, — ответил Нил, усмехнувшись.
— Отлично! А где мой сын-оболтус? Почему трубки не берёт?
Нил рассмеялся:
— Рядом лежит, ленится. Хотите, поставлю на громкую?
— Да, давай.
Нил нажал кнопку, и теперь голос отца звучал по всей комнате:
— Эндрю, сынок, ты там не уснул, надеюсь?
— Нет, пап, — хрипло ответил Эндрю, переворачиваясь на бок. — Чего хотел?
— Тут ко мне пришли четверо новых мужчин. Хотят работать в нашей команде. Ты сам знаешь, что делать.
— Проверить, оттренировать, найти слабые стороны. Всё как обычно?
— Именно, — подтвердил отец.
Нил, уже сидя на кровати, вмешался:
—дядя Стюарт можно я с ним поеду?
На том конце послышался добродушный смешок:
— Конечно, Нил. Пусть парень увидит, как у нас всё устроено.
— Спасибо, дядя Стюарт.
⸻
К вечеру они уже сидели в новом такси. Дорога тянулась сквозь город, закат окрашивал стекла розовым, а водитель — седовласый мужчина с радио "Old Rock FM" — оказался разговорчивее предыдущего.
— Вечер хороший, — сказал он. — Прямо видно, что осень пришла.
— Да, — ответил Нил, глядя на проносящиеся огни.
— А вы куда так поздно?
— В офис, — ответил Эндрю.
— О, работать в это время — признак настоящих трудяг, — заметил водитель. — Я вот только до девяти катаю, потом жену забирать.
Они переглянулись и улыбнулись.
⸻
Когда машина свернула с оживлённой улицы в тихий переулок, перед ними выросло здание — стекло, металл и высокий забор. Без вывесок, без названия. Просто здание, где всё понятно только своим.
У ворот охранник моментально узнал Эндрю и кивнул, открывая проход. Внутри пахло кофе и бумагой, всё блестело и работало, как часы. Люди за компьютерами, переговорные, телефоны, свет.
И как только Эндрю вошёл, все — абсолютно все — поднялись.
Кто-то тихо сказал:
— Добрый вечер, мистер Миньярд.
Кто-то просто кивнул.
Нил шёл рядом, слегка ошеломлённый. Это было не просто "офис отца". Это была структура, где каждая мелочь имела значение.
У ресепшена стояла женщина лет пятидесяти, в строгом костюме и с прической «всё под контролем». Увидев Эндрю, она моментально расплылась в улыбке.
— Господи, Эндрю! — почти всплеснула руками. — Как же давно я тебя не видела! Когда я видела тебя последний раз? Месяц назад? Ты за месяц так изменился!
Эндрю чуть улыбнулся:
— Здравствуйте, тётя Хельга. Рад вас видеть.
— О, ну конечно, кто же ещё, — сказала она, хлопнув его по плечу. — И кто у нас тут? — перевела взгляд на Нила.
— Это Нил, мой парень.
— Ах, вот оно как! — оживилась она. — Очень приятно, Нил. Я — тётя Хельга. Помощница вашего "страшного мафиози", — подмигнула она, — но не бойтесь, я не кусаюсь.
Нил рассмеялся, и напряжение будто рассеялось.
— Проходите наверх, мальчики. Ваш отец ждёт вас в кабинете.
Они поднялись на четвёртый этаж. Коридоры были светлые, широкие, с ровными шагами охранников.
В кабинете сидел отец Эндрю — зайдя в кабинет Хельга встала возле босса, чуть позади — Аарон, на диванчике, перебирающий бумаги.
— А вот и вы, — сказал отец, поднимаясь. — Рад видеть, живые, целые.
— Всё нормально, — коротко ответил Эндрю.
— Я слышал, у вас отпуск был... насыщенный.Нил Эндрю мне все рассказал,не бойся,этот человек тебя больше не потревожит.
— Это мягко сказано, — буркнул Нил.
— Ну что ж, отдых — закончился. — Отец посмотрел на Эндрю, потом на Аарона. — Вы сейчас поедете проверять четырёх новеньких. После — ко мне. Надо будет обсудить кое-что серьёзное.
Эндрю кивнул:
— Хорошо.
Нил обменялся коротким взглядом с Эндрю — тот, кто мог молчанием сказать больше, чем другие словами.
— Тогда удачи, парни, — добавил отец, снова садясь. — И, Хельга, приготовь кофе, будет долгая ночь.
— Как скажете, — улыбнулась она. — И булочек испеку, чтоб мои мальчики не умерли с голоду.
Все рассмеялись.
Но в воздухе уже чувствовалось — впереди что-то серьёзное.