"Запретные сердца"

Сюрприз

Лето в особняке было прекрасным.

Солнце заливало сад золотистым светом, розы цвели пышным цветом, и воздух был наполнен ароматами трав и цветов. Риана любила это время года — время, когда мир казался добрым и безопасным. Когда прошлое отступало так далеко, что иногда казалось сном.

Но в последние несколько дней она чувствовала себя странно. Утренняя тошнота, усталость, головокружение — она списывала это на жару и напряженную работу в фонде. Но сегодня, когда она снова почувствовала приступ тошноты, Дилан посмотрел на нее с тревогой.

— Ри, с тобой все в порядке? — спросил он, когда она вышла из ванной. — Ты уже третье утро подряд...

— Все хорошо, — ответила она, вытирая лицо. — Наверное, съела что-то не то.

— Ты так говоришь уже неделю, — заметил он. — Может, сходишь к врачу?

— Да, наверное, стоит, — ответила Риана.

Но в глубине души она уже догадывалась. Не могла не догадываться. Ее тело говорило с ней на языке, который она никогда раньше не слышала, но инстинктивно понимала.

Она купила тест в аптеке, когда Дилан был на работе в фонде. Сделала его дрожащими руками, глядя, как появляются две полоски. Две. Такие четкие, такие ясные.

— О боже, — прошептала она, прижимая руки к животу. — О боже.

Она плакала и смеялась одновременно. Страх и радость боролись в ней, и она не знала, что сильнее.

Риана спрятала тест в ящик стола и решила, что скажет Дилану вечером. За ужином. При свечах. Как в кино.

Но когда он вернулся домой уставший после долгого дня, она не смогла ждать.

— Дилан, — сказала она, когда он сел на диван.

— Мм? — он поднял на нее глаза, усталые, но любящие.

— У меня есть кое-что для тебя, — сказала она, протягивая ему маленькую коробочку.

— Что это? — спросил он, открывая ее.

Внутри лежал тест на беременность.

Дилан замер. Смотрел на две полоски, на Риану, снова на полоски. Лицо его было растерянным, почти испуганным.

— Ты... — начал он, но голос сорвался.

— Да, — ответила Риана. — Я беременна.

Он вскочил с дивана, подхватил ее на руки и закружил по комнате.

— Ты серьезно? — кричал он. — Мы будем родителями?

— Да, — смеялась она сквозь слезы. — Будем.

— Я люблю тебя, — сказал он, ставя ее на пол и прижимая к себе. — Так сильно.

— Я тебя тоже, — ответила она.

Они стояли, обнявшись, и чувствовали, как внутри Рианы растет новая жизнь. Маленькая, хрупкая, но такая желанная.

После первого шока наступил страх.

Риана лежала ночью без сна, прислушиваясь к своему телу, и думала о том, справится ли она. О том, какой матерью она будет — она, у которой не было примера здоровой материнской любви. О том, сможет ли она защитить своего ребенка от того ада, через который прошла сама.

— Ты не спишь, — сказал Дилан, обнимая ее.

— Не могу, — ответила она. — Боюсь.

— Чего?

— Всего, — ответила Риана. — Что я буду плохой матерью. Что не смогу защитить его. Или ее.

— Ты будешь лучшей матерью на свете, — сказал Дилан. — Потому что ты знаешь, что такое боль, и не захочешь причинить ее своему ребенку.

— А если я повторю ошибки своих родителей?

— Ты не они, — ответил он. — Ты — это ты. И ты справишься. Мы справимся. Вместе.

Она повернулась к нему, посмотрела в глаза.

— Ты прав, — сказала она. — Как всегда.

— Не всегда, — улыбнулся он. — Но иногда.

Она заснула в его объятиях, и ей снился сад, полный цветов, и маленькие ножки, бегающие по дорожкам.

На следующий день они поехали к врачу.

Подтверждение беременности стало официальным. Восемь недель. Маленький, размером с фасолинку, но уже с бьющимся сердцем.

— Все в порядке, — сказал врач. — Вы здоровы. Ребенок здоров. Приходите через месяц на следующий осмотр.

Риана вышла из кабинета с папкой в руках и чувством, которое трудно было описать. Страх никуда не ушел, но теперь рядом с ним жило что-то еще — надежда.

— Ты как? — спросил Дилан.

— Боюсь, — ответила она. — Но счастлива.

— Это нормально, — сказал он. — Я тоже боюсь.

Она улыбнулась.

— Правда?

— Правда, — ответил он. — Но я знаю, что мы справимся.

Она взяла его за руку, и они вышли из больницы.

Через несколько дней Риана решила сказать Элеоноре.

Она приехала к матери в гости, с цветами и тортом — символическим подарком, который должен был смягчить новость.

— У меня есть кое-что для тебя, — сказала Риана, когда они сели пить чай.

— Что? — спросила Элеонора.

— Ты станешь бабушкой, — ответила Риана.

Элеонора замерла. Потом заплакала.

— Правда? — прошептала она.

— Правда, — ответила Риана.

Они обнялись, и в этом объятии было столько лет боли и прощения, что Риане показалось, будто исцелилась еще одна рана.

— Я буду лучшей бабушкой на свете, — сказала Элеонора, вытирая слезы. — Обещаю.

— Я знаю, — ответила Риана. — Я верю в тебя.

Новость о беременности разлетелась быстро.

Мия и Хлоя звонили с поздравлениями, Итан прислал огромный букет, а Маркус — бутылку шампанского с припиской: «Откройте через девять месяцев».

Риана смеялась, глядя на подарки, но внутри все еще жил страх. Страх перед будущим, перед ответственностью, перед тем, что она может не справиться.

— Ты слишком много думаешь, — сказал Дилан, видя, как она смотрит в окно.

— Просто боюсь, — ответила она. — А вдруг я не смогу стать хорошей мамой?

— Ты уже хорошая, — сказал он. — Потому что ты волнуешься. Плохие матери не волнуются.

— Ты прав, — сказала она. — Как всегда.

— Я начинаю привыкать к этому, — улыбнулся он.

Она рассмеялась, и страх немного отступил.

Риана продолжала работать в фонде, но теперь с оглядкой на свое положение. Она больше не бралась за тяжелые дела, не ездила в командировки, старалась меньше нервничать.

— Ты слишком заботишься о себе, — сказал Дилан.

— Я забочусь о нашем ребенке, — ответила она. — Это важнее.

— Согласен, — сказал он. — Но не забывай и о себе.

— Не забуду, — ответила она.

Они сидели на веранде, смотрели на закат и строили планы. Как назовут ребенка, в какую школу он пойдет, какие игрушки купят.

— А если это будет девочка? — спросила Риана.

— Назовем ее Виктория, — ответил Дилан. — В честь твоей бабушки.

— А если мальчик?

— Александр, — сказал Дилан. — В честь твоего деда. Того, который пытался объединить семьи.

— Ты думаешь, он был хорошим человеком?

— Думаю, он ошибался, — ответил Дилан. — Но он хотел как лучше. Это уже много.

— Ты прав, — сказала Риана. — Как всегда.

Она взяла его за руку, и они смотрели, как солнце медленно погружается в океан, окрашивая небо в золотистые и розовые тона.

Война закончилась.

Начиналась новая жизнь — жизнь, в которой будет маленький человек, ради которого стоит жить.