Барабанщица|Адель

«Вот черт, она может увидеть меня за дверью», – Эта мысль пронзила Мишу раскаленной иглой.

Она машинально отпрянула от щели, прижавшись спиной к холодной стене коридора. В голове пронеслась паническая картина: Адель пересматривает видео, приближает изображение и видит её, Мишин, горящий от любопытства глаз, торчащий из-за двери, как у нашкодившего подростка.

Стыд смешался со злостью.

«Ну уж нет. Только не это. Она тогда решит, что я за ней подглядываю. Эта высокомерная кудрявая дрянь подумает, что я пришла извиняться или, хуже того,... что я пришла на неё пялиться».

Внутри всё кипело. Миша сделала шаг к своей репетиционной комнате, но ноги словно вросли в линолеум. Она не могла уйти просто так. Висевшая в воздухе музыка Майкла Джексона казалась теперь насмешкой.

Она снова осторожно заглянула в щель.

Адель стояла к ней вполоборота, увлеченно проматывая видео на экране смартфона. Её лицо было сосредоточенным, она оценивала свои движения, полностью поглощенная собой. Телефон лежал у неё на ладони, чуть ниже пояса, рядом с пультом магнитофона, на который она его, кажется, собиралась положить.

В голове Миши словно щелкнул тумблер. Азарт и отчаяние боролись в ней с голосом разума. Дима говорил, что она резкая, что лезет в разборки. Но сейчас речь шла не о драке. Речь шла о сохранении лица.

– «Надо это удалить. Просто надо. Я не позволю ей иметь надо мной эту власть», – пронеслось в голове девушки.

План созрел мгновенно, как это часто бывало у Миши, когда она начинала импровизировать на барабанах.

Она вернулась в свою комнату. Сердце колотилось где-то в горле. Руки слегка дрожали, но не от страха, а от предвкушения опасной игры. Она огляделась. Взгляд упал на бутылку с водой. Обычная газировка – «Сойдет».

Миша взяла бутылку, открутила крышку и сделала вид, что пьет, но на самом деле лишь слегка намочила губы и ворот футболки. Затем она набрала в рот немного воды, задержала дыхание и, резко открыв дверь, выскочила в коридор, делая вид, что бежит в сторону туалета.

Она знала, что Адель, скорее всего, услышит топот. Ей нужно было, чтобы та занервничала и отвлеклась от телефона.

Вернувшись через минуту, Миша не стала скрываться. Наоборот, она с демонстративным грохотом распахнула дверь в свою репетиторскую, громко кашлянув и ругаясь себе под нос:

— Чертова газировка, вечно всё разливается...

Она боковым зрением следила за дверью Адель. Та, услышав шум, на секунду отвлеклась, взглянув в сторону коридора. Идеально. В этот момент Миша заметила, как Адель машинально положила телефон на край пульта, чтобы обеими руками поправить наушник.

«Сейчас или никогда».

Миша быстро вышла в коридор. Дверь в зал Адель была приоткрыта примерно на двадцать сантиметров. Она подошла к ней, стараясь ступать бесшумно, как кошка. Ноги в кроссовках не скрипнули.

— Эй, — громко крикнула Миша, не заходя внутрь, а лишь просунув голову в проем. — Слышь, танцовщица!

Адель вздрогнула и резко обернулась. Её глаза расширились от неожиданности. Миша специально говорила громко и нагло, чтобы перекрыть остатки музыки и чтобы весь фокус внимания Адель был на её лице, а не на руках.

— Ты чего здесь делаешь? — Адель сделала шаг вперед, скрещивая руки на груди. — Пришла извиниться за утреннюю выходку?

— Больно надо, — Миша закатила глаза. — Слушай, у меня с собой наушников нет, а там, — она мотнула головой в сторону своего зала, — динамик барахлит. Мне нужен трек скачать, а я не помню название. У тебя же айфон, они вай-фай лучше ловят?

Вопрос был настолько идиотским и навязчивым, что Адель на секунду опешила. Она не ожидала такого странного и глупого поворота от той, кто ещё утром толкался плечом.

— Чего? Ты нормальная? — переспросила она.

— Ну, скачай мне трек, — Миша шагнула внутрь, сокращая дистанцию. Она специально говорила быстро, тараторила, жестикулируя руками. — Тут всего пара нажатий. У меня телефон разрядился, сложно что ли?

Она указала подбородком на пульт, где лежал телефон. Адель инстинктивно перевела взгляд на гаджет. В этот самый момент Миша, продолжая что-то говорить про «чертову репетицию» и «разряженный телефон».

Её левая рука, скрытая полой толстовки, скользнула по гаджету. Кончики пальцев коснулись холодного корпуса телефона. Адреналин ударил в голову так, что в ушах зашумело. Одним быстрым, почти незаметным движением она смахнула телефон со стола.

Звук падения показался ей оглушительным, как выстрел из пушки. Телефон глухо стукнулся об пол и отлетел под ноги Адель, прямо за коврик.

— Ой, блин! — воскликнула Миша, схватившись за голову. — Прости, я локтем задела.

Она сделала вид, что хочет нагнуться, но Адель опередила её, резко присев на корточки.

— Мало того, что деревенщина, так еще и руки-крюки! — зло прошипела Адель, поднимая телефон. Она начала крутить его в руках, осматривая экран на предмет трещин.

В этот момент Миша сыграла главную партию. Она не стала смотреть на Адель. Её взгляд был прикован к экрану. Экран горел, и самое главное — он не был заблокирован. Видимо, Адель не успела нажать блокировку, когда отвлеклась на крик Миши, а после падения сенсор не заблокировался.

На экране висело то самое видео. Стоп-кадр. Миша успела разглядеть себя — размытое пятно в углу кадра.

«Удалить. Нужно нажать удалить».

— Дай сюда, я протру, — сказала Миша, протягивая руку и делая шаг вперед, буквально нависая над Адель. — У меня салфетка есть, не царапай ногтями.

Адель, всё еще на корточках, машинально протянула ей телефон, чтобы та вытерла пыль. Это была секундная слабость. Миша схватила аппарат.

Пальцы, привыкшие к барабанным палочкам, обладали отличной реакцией и точностью. Она нажала на крестик видео, не глядя на Адель, уставившись в экран с притворным беспокойством.

— Смотри, тут царапина вроде есть, — бормотала она, водя пальцем по стеклу, но на самом деле её большой палец уже нажал всплывающую кнопку *«Удалить видео»*.

Экран мигнул. Видео исчезло. Ушло в корзину.

— Да где? — Адель выхватила телефон обратно, вскакивая на ноги. — Ты что, нарочно?

— Да тихо ты! — Миша отступила на шаг и вытерла лоб тыльной стороной ладони. — Вон, царапина у динамика, жирная полоса. Я просто хотела посмотреть. А ты набрасываешься.

Адель подозрительно посмотрела на неё, затем перевела взгляд на телефон. Она пролистала галерею. Миша видела, как мелькают превью — последнее видео, которое было снято пару минут назад, отсутствовало.

В груди у Миши всё ликовало. Она сдержала победную улыбку, лишь слегка прикусив щеку изнутри. Пульс бешено колотился в висках.

— Всё нормально с телефоном, — буркнула Адель, не найдя царапины. — Иди к своему барахлящему динамику.

— И пойду, — парировала Миша, разворачиваясь к выходу. — Спасибо, что уронила.

Она вышла в коридор и, только оказавшись за закрытой дверью своей репетиционной комнаты, позволила себе выдохнуть. Спина мгновенно взмокла. Ноги подкашивались.

Она прислонилась лбом к холодной стене и закрыла глаза.

«Видео нет. Она не узнает. Никогда не узнает».

Но странное чувство тревоги не отпускало. Миша подошла к барабанам, взяла палочки. Ей нужно было срочно отбить ритм, чтобы заглушить внутренний голос, который шептал: «Ты сделала это слишком легко. Она что, не заметила пропажи?»

В этот момент в соседнем зале снова заиграла музыка. Та же самая. «Dirty Diana». Адель перезапустила трек, но Мише показалось, или танец её звучал сейчас злее, агрессивнее, будто танцовщица чувствовала неладное, но не могла понять, что именно пошло не так.