За гранью зимы

***
Тори сидела на веранде виллы, откуда открывался захватывающий вид на море, окрашенное предзакатными красками. Солнце медленно погружалось за горизонт, и его лучи превращали водную гладь в мерцающее полотно. Спокойное море лишь изредка нарушалось прибрежной волной, а где-то вдали доносился крик чаек, предшествуя тишине вечера. На песчаном пляже, усыпанном золотистым песком, играли чьи-то дети, их беззаботный смех смешивался с шумом прибоя.
Тори достала из сумки потертый блокнот и любимую ручку. После всего, что произошло, Блейн, настоял на походе к психологу. Обсуждение детских травм, пережитых унижений и постоянного чувства незащищенности давалось нелегко, но специалист посоветовал ей один действенный метод: когда накатывает желание сбежать или гнев, выплескивать всё это на бумагу. И это стало её личным спасение.
Она провела пальцами по слегка шершавой обложке, чувствуя знакомое тепло. Сегодняшний закат, такой же прекрасный, как и многие другие, почему-то вызвал в ней приступ тоски, и она решила это записать.
«Уже прошло пять лет с тех чудовищных событий, и мир почти вернулся в свою прежнюю жизнь. Правительство, как всегда, выдумало нелепую отмазку – мол, на заводе в России рванул реактор, все надышались газами и словили глюк. Ага, как же! В эту херню никто, конечно, не поверил, но правительство заткнуло СМИ, и любое упоминание о тех событиях каралось строже, чем убийство. Так что остались только воспоминания и горы объявлений о пропавших без вести.
Но такое чувство, будто это было вчера! Жизнь за гранью зимы не просто продолжается, а кипит так, что искры летят! Новые технологии растут как грибы после ядерного дождя, мода меняется быстрее, чем я выбираю между чаем и кофе по утрам, а люди… люди всё так же  спорят о том, кто круче: котики или песики. Ох уж эти людишки! Но, как говорится, если жизнь подкинула лимоны – делай текилу, зови друзей! Кстати, о друзьях: Элли после школы устроилась в местную библиотеку Белфроста на лето, а потом подала документы в Оксфорд на юриста. И знаете что? Никто не удивился, когда её приняли!
Перед отъездом в Лондон Бобби, спустя год мучений, наконец-то признался Элли в любви. Ну, не без моей скромной помощи, конечно.»
***
Атмосфера на перроне была пропитана смешанными чувствами: радость от предстоящих перемен и щемящая грусть от расставания с Элли, которая отправлялась в Лондон, а точнее, в Оксфорд. Все друзья собрались, чтобы проводить её, кроме одного. Бобби.
– Наша Эличка – в Оксфорде! – Лена, с улыбкой, которая не могла скрыть её волнения, запихнула в рюкзак Элли пятую баночку солений.
– Куда ты столько пихаешь, Лена? – возмутилась Кесси, опасливо глядя на едва закрывающийся рюкзак. – У нее же сумка лопнет!
– Вдруг проголодается по дороге, – не сдавалась Лена.
Элли обеспокоенно огляделась. – А где Бобби?
Все пожали плечами. Тори, тем временем, с досадой смотрела на экран телефона – сообщения, отправленные "этому придурку", так и оставались непрочитанными. Всю неделю она уговаривала Бобби решиться и признаться Элли, угрожая сделать это самой. На вечеринке у бассейна она в отчаянии отправила ему два SMS с криком "ДА ГОВОРИ ЖЕ!", но он промолчал. А теперь и вовсе не явился.
– Пять минут до отправления автобуса! – раздался голос контролёра.
– Ну где же этот придурок? – взволнованно спросил Эван у сестры.
– Не знаю, он не отвечает, – ответила Тори, чувствуя, как внутри всё сжимается.
– Кажется, мне пора, – сказала Элли, бросив взгляд на Чейза, который помогал ей загрузить чемодан в автобус.
Обняв девочек на прощание, Элли уже собралась зайти внутрь, когда раздался отчётливый крик. Обернувшись, она увидела Бобби, несущегося к ней, словно герой дешёвой мелодрамы. Девушка замерла, глядя на запыхавшегося парня. Блейн, подкравшись, хлопнул его по плечу.
– Давай уже, – подтолкнул он.
– Элли! – выдохнул Бобби, словно слова жгли ему язык. – Ты уезжаешь. А я… я год смотрел, как ты расставляешь эти чёртовы книги а теперь ты меня бросаешь.
– Ну, мы же друзья, – выдавила Элли, чувствуя, как предательская улыбка трогает уголки её губ. Ребята одобрительно закатили глаза, Эван ткнул Бобби в бок, намекая: "Да говори уже!"
– Элли, я люблю тебя! – выпалил Бобби, покраснев до корней волос. – Ну, как… как библиотеку… то есть, сильнее, чем библиотеку! Я люблю тебя не как друга!
Ребята тут же радостно закричали "Уууу!".
– Ты меня понимаешь? – с надеждой спросил Бобби.
Элли рассмеялась, и её смех, смягчившись, перешёл в нежное:
– Ох, Бобби… я тоже тебя люблю.
– Аааа! – вскрикнула Кесси от восторга.
– Ура! – вторила ей Лена и Тори. Парни лишь радостно улыбались.
Бобби сделал шаг навстречу. Контролёр объявил: "Две минуты!" Элли подошла, встала на цыпочки, намереваясь легко коснуться его щёки. Но Бобби опередил её – он повернулся и поцеловал её. Поначалу неловкий, их поцелуй быстро обрёл уверенность, наполнившись всеми невысказанными чувствами.
Рики, стараясь не упустить момент, поймала в объектив старый автобус 712-го маршрута, который медленно тянулся к станции, идеальный кадр – их первый поцелуй.
Оторвавшись от Бобби, Элли зашла в автобус, открыла окно и, глядя на друзей, начала махать им.
– Смотри, не влюбись там в какого-нибудь британского аристократа с кривыми зубами! – крикнул Бобби, уже отбегая к тротуару, его уши пылали.
– Обещаю сравнивать всех с тобой! – парировала Элли, и в её глазах зажёгся блеск предвкушения.
***
«Эти два тормоза съехались и теперь кайфуют от жизни друг с другом. Что бы они делали без меня, спрашивается?! В Лондоне Бобби нашёл работу барменом в одном из лучших клубов и теперь зазывает нас с Блейном побухать по-вип-статусу. Мы там были в прошлом году, и, если честно, мне не очень понравилось вытаскивать пьяного Блейна из-под стола. Элли уже заканчивает юридический и надеется в будущем году выйти замуж. Кесси и Эван тоже не отстают! Сразу после школы Кесси отправила анкету в модельное агентство, и после месяца хождений по кастингам её отправили работать моделью… в Азию! Ну круто же!
Эван остался в Беллфросте, работая в компании, которую они основали с Чейзом. Но его терпения хватило ненадолго, и он рванул к Кесси, начав работать дистанционно.»
***
Кесси спала в своём номере, который для неё выделило модельное агентство. Последние несколько дней она пахала как проклятая: съёмки, выступления, кастинги, бесконечные примерки, встречи, перелёты. Азия покорила её своими возможностями, но и трудностей оказалось хоть отбавляй — ни минуты отдыха, ни секунды, чтобы выдохнуть. Она уже начала забывать, каково это — просто лежать и смотреть в потолок, никуда не спеша.
Внезапно в комнате раздался стук в дверь.
Кесси, услышав его, недовольно поморщилась во сне и перевернулась на другой бок, зарывшись лицом в подушку.
Стук повторился — настойчивее и громче.
— Ммм… — простонала она в подушку.
Кесси приоткрыла один глаз и подняла взгляд на часы. Шанхайское время показывало три часа ночи. ТРИ. НОЧИ. Ей вставать в пять, а легла она, между прочим, в два. Час сна — это не сон, это издевательство.
– Кому там неймётся в три часа ночи? — подумала она с глухой злостью. — Идите в жопу.
Она демонстративно натянула одеяло с головой, сворачиваясь в кокон. Но стук не стихал. Наоборот, он стал каким-то… упрямым. Настойчивым. Знакомым, что ли?
— Ну ёмаё, — выдохнула Кесси, откидывая одеяло.
Она недовольно поднялась с кровати, на ощупь нашла тапки и побрела к двери. На ходу она собрала волосы в небрежный пучок на макушке, даже не глядя в зеркало — ей было плевать, кто там. В три часа ночи у неё нет сил на сборы.
Кесси остановилась перед дверью, прижалась к ней ухом и спросила на китайском, стараясь, чтобы голос звучал хотя бы вежливо, а не как у разбуженного медведя:
— Кто там?
— Я из компании. Меня попросили передать кое-что важное для завтрашнего съёмки, — ответил парень за дверью, тоже на китайском.
Голос был мягким, с лёгкой хрипотцой. Кесси нахмурилась, пытаясь сообразить спросонья. Что-то знакомое… очень знакомое. Где она слышала этот голос? На съёмках? Да, скорее всего, она с ним общалась на прошлой неделе, когда снималась в рекламе с местными моделями.
Она без раздумий щёлкнула замком и потянула дверь на себя.
И замерла.На пороге стоял Эван.
Живой. Настоящий. С чемоданом в одной руке и с той самой дурацкой улыбкой на лице, от которой у Кесси внутри всё переворачивалось. Он был в лёгкой куртке, слегка растрёпанный после долгого перелёта, но его глаза — серые, тёплые, родные — сияли так, будто он только что выиграл в лотерею.
Он пробежался взглядом по её сонному виду: растрёпанный пучок, домашняя футболка с забавным принтом, никакой косметики, опухшие со сна глаза. И на его лице появилось то выражение, от которого Кесси одновременно захотелось спрятаться и заплакать от счастья.Она выглядела ещё красивее, чем он запомнил.
— Эван? — выдохнула Кесси, переключаясь на китайский, потому что мозг отказывался верить в реальность происходящего. — Это сон?
— Не сон, — тихо сказал Эван, опуская чемодан на пол и протягивая к ней руки. — Привет, Кесс.
— ЭВАН!
Она кинулась к нему с такой силой, что едва не сбила с ног. Он едва успел поймать её, прижимая к себе так крепко, будто боялся, что она растворится. Кесси обхватила его шею руками, уткнулась носом в его плечо и почувствовала знакомый запах — его одеколон, немного кофе, дорога. Дом. Так пах дом.
— Ты что здесь делаешь? — пролепетала она, не в силах отстраниться. — Ты… как? Зачем? Ты за тысячу километров!
— Я соскучился, — прошептал он ей в макушку, поглаживая по спине. — Я же обещал, Кесс. Помнишь? Перед твоим отлётом. Я сказал: «Я найду способ».
— Я думала, ты шутишь, — всхлипнула она. — Или говоришь просто так, чтобы меня успокоить.
— Я не шучу про тебя, — тихо сказал Эван. — Никогда
Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ей в лицо.
— Ты сумасшедший, — выдохнула Кесси, шлёпая его по груди, но беззлобно, почти ласково. — Перелететь через полмира в три часа ночи, чтобы сказать мне это?
— Не мог больше. Ты перестала отвечать на сообщения, потому что пахала, и я психанул. Купил билет, сел в самолёт и вот я здесь.
— У меня съёмка в семь утра, — слабо возразила Кесси.
— Успеешь, — он улыбнулся. — А сейчас у нас есть четыре часа. И я не собираюсь их тратить на разговоры на пороге.
— И на что же ты собираешься их тратить? — прищурилась Кесси, хотя в груди уже разгорался тёплый, тягучий огонь.
Эван наклонился к её уху и прошептал так, что мурашки побежали по коже:
— Я хочу тебя обнять.  И не отпускать хотя бы до утра.
Кесси молча схватила его за руку, втащила в номер и захлопнула дверь.
— Ты идиот, — сказала она, глядя на него блестящими глазами.
— Твой идиот, — поправил Эван.
***
«Сейчас они обосновались во Франции, тусят на показах мод. А еще Кесси ждет малыша, нового члена нашей большой семьи. Но пол пока неизвестен. Рики же нашла себя в диджеинге! Теперь она устраивает лучшие вечеринки в Беллфросте, от поклонников отбоя нет. Королева танцпола, не иначе! Она долго не могла смириться с потерей Брендона, но сейчас ей лучше. А еще Рики запала на какого-то паренька в универе. Обещала познакомить, как вернусь в Беллфрост. Ну, я сразу предупредила этого юнца: если он её обидит, я его закопаю под ближайшим деревом! Шучу, шучу… наверное.»
***
Рика жадно впилась в губы Дена, вытягивая из него тихие, прерывистые стоны, пока его руки путешествовали под краем её майки. Комната плыла, наполненная лишь звуком их спутанного дыхания и возмущённым скрипом кровати.
И тут завыл её телефон.
– Чёрт! — прохрипел Ден прямо в её рот, и его пальцы замерли на рёбрах. — Сбрось!
Свинцовый шар рухнул ей в желудок. Мелодия была кричаще узнаваемой, ее на звонок себе установила только Тори. Рика оторвалась, её губы блестели. Дыхание сбилось.
– Не могу. Это Тори
Она схватила трясущейся рукой аппарат, пытаясь проглотить ком в горле. Ден откинулся на подушки, его взгляд — коктейль из раздражения и чистейшего любопытства. Рика провела ладонью по лицу, будто стирая улики, и ткнула в «ответить».
– Привет, солнышко! — пронеслось из динамика. — Как делишки?
– Всё офигенно! — выпалила Рика, закусив губу, пока пальцы Дена, будто два самостоятельных альпиниста, уже сползали к поясу её джинсов.
Внезапно Тори заметила её бегающий взгляд.
– Ты не одна, — заявила Тори, и Рике увидела, как на том конце линии хмурятся брови.
Пальцы Дена, уже расстегнули верхнюю пуговицу джинсов, когда голос Тори прозвучал снова — острый и холодный.
– Рики. Я слышу это скрипучее дыхание. Кто там?
Рика фыркнула — нервный, предательский смешок. Ден приподнял бровь. Его рука замерла, но указательный палец лениво провёл линию вдоль её талии.
– Это… телевизор! — выдавила Рика, уставившись в потолок в поисках вдохновения. — Документалка про морских выдр. Очень душевно.
– Морские выдры, серьёзно? — Тори фальшиво рассмеялась, но смех был сухим и сканирующим. — Ну-ка, покажи мне эту выдру.
– Тори…— простонала Рика, поняв, что от Тори шила в мешке не утаишь, и развернула камеру на Дена.
– Здрасте, — сказал парень, небрежно помахав рукой в объектив.
– Здрасьте, — парировала Тори. — Ты её трогал.
– Что? — сделал круглые глаза Ден, изображая непрошибаемую невинность.
– Ты её трахал, — уточнила Тори уже без тени сомнения.
– Нет, конечно нет! — возмущённо покачал головой Ден. — А вы кто ей?
– Сестра, — сказала Тори. — Как тебя зовут? Полное имя и фамилия.
– Тори, ну не надо, – сказала Рики, понимая, что подруга сейчас начнёт под него копать, а где она, там и все ребята.
– Дени Швенк.
– Мы с тобой ещё поговорим, Дени, — голос Тори приобрёл металлический оттенок.
Рика сидела и лишь мотала головой, как будто наблюдала за теннисным матчем.
– Тори… — снова попыталась встрять Рика.
–Пусть этот парень уйдёт. И пусть знает: если он тебя тронет, я достану его из-под земли. Мне нужно бежать, но на Рождество я хочу его видеть. А до Рождества… пусть только попробует. Я всё узнаю, Рики. Ладно, пока.Щелчок. Тишина.
Оставив Рики и Дена в полной, оглушительной непонятие.
– Ты не говорила, что у тебя есть сестра, – произнёс Дэн.
– Знаешь, если так подумать, у меня их целых четыре и четыре брата, – ответила Тори с улыбкой. А Ден присвистнул.
***
«Чейз и Лена обосновались в Беллфросте. У этих двоих всё стабильно и прекрасно! Растёт маленький сорванец Бен, названный в честь умершего брата Лены, а ещё они недавно сообщили, что ждут девчонку! Ути-пути! Так что скоро у меня будет ещё и крестница!»
***
Дом Лены и Чейза пах хвоей, имбирным печеньем и предпраздничным хаосом. Этот запах невозможно было спутать ни с чем — он пах домом. Настоящим, живым, немного безумным, но таким родным.
Лена, закинув на спинку дивана ноги в рождественских носках с оленями-убийцами, наблюдала за развитием событий. Их двухлетний «полководец» Бен, вооружённый рулоном мишуры, гонялся за котом по всей гостиной. Кот, который уже успел пожалеть, что вообще вылез из-под дивана, метался по комнате.
— Бен! — голос Лены, профессиональный и ровный в эфире, сейчас взвизгивал на октаву выше. — Отдай коту хвост! Это не игрушка! Это кот! Живой!
— Мама, он веселится! — заявил Бен, ни на секунду не прекращая погоню. — Смотри, как прыгает!
Чейз, сидя на полу посреди развернутой битвы с гирляндами, выглядел так, будто разминировал бомбу.
— Да ладно, пускай играет, — сказал Чейз, даже не поднимая головы. — Кот сам напросился, когда утром стащил мою колбасу. Ты мне лучше скажи, как это распутать?
Лена закатила глаза. Элитный боец, прошедший огонь и воду, не может справиться с гирляндой.
— Неси сюда, — вздохнула она, устраиваясь поудобнее на диване и складывая ноги под себя.
Чейз поднялся, перешагнул через разобранную коробку с игрушками, аккуратно обошёл клубок мишуры, в котором Бен уже успел запутаться сам, и протянул Лене гирлянду. Их пальцы соприкоснулись, и он задержал ладонь на её руке на секунду дольше, чем нужно.
Лена, не обращая внимания, принялась за распутывание.
Чейз не двигался. Он просто стоял и смотрел на неё. Так же влюблённо, как и тогда, когда они только встретились. Лена почувствовала его взгляд и подняла голову.
— Ты чего? — спросила она, прищурившись. На губах уже заиграла привычная насмешливая улыбка.
— Ты у меня такая красивая, — сказал Чейз. — Моя принцесса.
Лена фыркнула, но щёки её предательски порозовели. После стольких лет вместе он всё ещё умел заставить её краснеть.
— Чейз, я сейчас с гирляндой в руках, в носках с психопатическими оленями, и у меня на футболке пятно от какао, которое Бен вылил мне на грудь сегодня утром.
— И что? — он пожал плечами. — Всё равно красивая.
— Ты невыносим, — пробормотала Лена, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку.
Чейз улыбнулся и опустился на диван рядом с ней.
— Чейз, — тихо сказала Лена после минуты молчания.
— М?
— А скоро у тебя будет две принцессы, — она подняла на него глаза, и в них плясали те самые чёртики, из-за которых он влюбился в неё много лет назад.
Чейз замер. Буквально перестал дышать.
— Что? — переспросил он, и голос его сел.
— То, — Лена положила его ладонь себе на живот. — Привет, папа. Ты слышал? У тебя будет дочка.
Секунда тишины. Две. Три.
— Лена… — выдохнул Чейз. Его глаза расширились, а потом в них вспыхнуло что-то такое яркое, что Лена на мгновение испугалась — не лопнула ли лампочка в гирлянде. — Ты серьёзно?
— Серьёзнее некуда. Я хотела сделать сюрприз под ёлку, но ты меня своим «принцесса» так разжалобил, что не удержалась.
Чейз вдруг засмеялся — громко, счастливо, совершенно по-дурацки.
Он схватил Лену за талию , притянул к себе и поцеловал. Долго, крепко, так, что у неё закружилась голова.
— Папа, ты чего орёшь? — раздался снизу голос Бена. Мальчик смотрел на родителей круглыми глазами, всё ещё обнимая кота.
Чейз оторвался от Лены, посмотрел на сына, потом снова на жену, потом на живот, который пока ничего не выдавал, а потом сказал:
— Бен, у тебя будет сестра.
— Кошка? — уточнил Бен.
— Нет, — рассмеялась Лена. — Настоящая сестра. Человек.
— А она будет играть с котом? — серьёзно спросил Бен.
— Обязательно, — пообещал Чейз. — И с тобой тоже.
Бен подумал секунду, потом пожал плечами и снова уткнулся в кота.
— Ладно. Но пусть не трогает мою машинку.
Лена и Чейз переглянулись. И рассмеялись — одновременно,
— Я люблю тебя, принцесса, — прошептал Чейз.
— Я тебя тоже, — ответила Лена. — А теперь помоги мне распутать эту чёртову гирлянду, иначе никакой праздник не спасём.
***
«Как я и говорила, Чейз завязал со своей работой в элитных бойцах и открыл свою компанию, которая скоро выйдет на международный уровень! Молодец, брат! Кстати, за последние годы с Чейзом мои отношения стали лучше. Лена пошла в СМИ, отучившись на журналистку, так что теперь каждый вечер её можно увидеть по телевизору! Звезда! А мы с Блейном выбрали жизнь в путешествиях! Вот такие мы авантюристы!
Да, мы с Блейном вместе! Чейз смирился с нашими отношениями, после небольшого испытания принял его в семью. Сейчас мы с ним на Гавайях, спасаем касаток от экологических проблем. Это вам не хухры-мухры! Блейн не особо горел желанием ехать сюда, но ради меня смирился!»
***
Гавайское солнце жгло плечи, а воздух пропитался солью и той самой безумной свободой — гуще, чем коктейль в забегаловке Бобби, где маргариты летают быстрее, чем чайки над волнами. Блейн, весь в белых разводах от солёной пены, копошился у лодки, выпуская на волю очередную касатку. Его профиль — сосредоточенный, острый,  всё ещё заставлял Торино сердце колотиться в бешеном ритме.
— Как же неудобно! — простонала Тори, поправляя гидрокостюм, стоя по пояс в тёплой воде.
— Ну ты же сама хотела идеальные фоточки в этом облегающем шедевре! — усмехнулся Блейн, и его глаза блеснули дьявольским огоньком.
Тори закатила глаза так театрально, что даже касатка, наверное, хихикнула под водой. — Смотри, она машет плавником! — вдруг взвизгнула она, перевешиваясь через борт лодки. — Точная копия Рики на диджейской тусовке.
Блейн резко обернулся, и его обычно строгие глаза растаяли в озорной усмешке. — Напомни-ка мне, как мы из праздничного коктейля у Элли скатились к хирургии морских млекопитающих? — бросил он под рёв прибоя, где солнце игриво танцевало на его обручальном кольце.
— Ты влюбился в авантюристку, милый! — парировала Тори, её голос звенел. — И хватит болтать, держи камеру! Надо щёлкнуть для инсты Элли. Она требует ежедневных отчётов о спасении мира — вместо этой скучной юриспруденции, где бумажки важнее, чем жизнь.
Ловким прыжком,  Блейн нырнул в воду рядом с Тори и вдруг обнял её сзади, крепко, но нежно, как якорь в шторм.
–Через месяц — Беллфрост, — прошептал он в её растрёпанные волосы, пропитанные океаном. Его руки скользнули по костюму, касаясь шрамов  — и свежих татуировок. – Готовься к хаосу. Чейз уже строчит список подарков для Бена к нашей встрече, а Кесси грозит притащить парижского кондитера с его безумными эклерами — представляешь, крем в форме Эйфелевой башни?
Его дыхание обожгло шею теплом, в нём сквозила та самая вопросительная искра — о будущем, о том, чего они оба жаждали, но молчали, как заговорщики. Губы его вкусом напоминали океан и спелое манго — свежий, опьяняющий микс.
– Тридцать стран, моя госпожа. Антарктида с её ледяными секретами. А теперь вот это — касатки и закаты. Пора оседать.
Его пальцы ловко расстегнули костюм, оставляя шлейф нежных поцелуев на коже, что горела ярче солнца. – Чейз звонил: у них для нас дом готов, рядышком с ихним.
Тори рассмеялась ему прямо в губы.  Давнее желание — завести что-то постоянное, с крепкими корнями, наконец-то пересилило зов бесконечных дорог, что манили, как сирены. "Только если в этом доме будет бункер с супер-Wi-Fi, турник для моих акробатических выходок и огромная ванна — размером с океан!" Она уже знала: этот спор они растянут…  Телефон в лодке завибрировал, общий чат ожил: Кесси выложила фото с Эваном у Эйфелевой башни, подписью: "Ждём всех в Белфросте! Кто опоздает — моет посуду после жарки гуся. И никаких оправданий, даже если касатка утащит!"
Ветер принёс внезапную прохладу и пронзительный крик чайки — будто подгонял: "Не тормози, отвечай!" И тут ребят обдало солёным душем: касатка,  проплыла рядом, фыркая фонтаном, словно подмигивая. А Тори смотря на Блейна, на его глаза, где отражаются и она, и пылающий закат.
***
«Последние три года моей жизни пролетели как один миг! После школы я поступила на полицейского, закончив академию полиции с красным дипломом. К слову, мне никто не верил, что у меня есть парень.»
***
Солнце припекало, и после лекций студенческая компания разбрелась у университета, кто-то искал тень, кто-то, как Тори, наслаждался теплом, развалившись на траве.
– Тори, у тебя парень есть? Ну или девушка?– внезапно спросил одногруппник, нарушая полуденный покой.
Тори, приподнявшись на локтях, лениво оглядела его. Она ждала Блейна, и этот вопрос прозвучал почти как насмешка.
– У меня есть Блейн, – небрежно ответила она, вновь опускаясь на траву.
– Блейн? Ты имеешь в виду парень? – кто-то из толпы вставил ехидное замечание.
Тори усмехнулась, чувствуя, как легкое раздражение закипает внутри, и сказала: «Муж»
– Да ладно, Тори, кому ты заливаешь? – не унималась более напористая одногруппница. – Ты с ним ни разу не переписывалась, ни разу не звонила, и вообще, его никто ни разу не видел!
Это была правда, Блейну было тяжело выбрать. Его работа требовала полной изоляции, никаких лишних контактов. Из-за этого они могли видеться лишь раз в месяц, только в его короткие увольнительные. Это было тяжело, но стоило того.
И тут к университетскому входу бесшумно подкатил черный автомобиль. Не просто машина, а черная, дорогая, каких единицы. Одногруппники тут же замерли, перешептываясь. Из авто вышел высокий, поразительно красивый парень. На его загорелой шее виднелись татуировки, словно змеи, обвивающие кожу. Блейн.
– Ого, какой красивый! – выдохнула кто-то.
– Интересно, за кем он приехал?
Тори лишь криво усмехнулась, чувствуя, как сердце забилось быстрее. "Ладно, мне пора", – сказала она, поднимаясь. Тори подняла туфли с земли и пошла, босиком, как в самый первый раз, когда они встретились, направилась к Блейну.
Он открыл дверь машины, притягивая ее в объятия и легко целуя. "Привет", – прошептал он, и его голос, глубокий и бархатный, заставил ее забыть обо всем. Тут его взгляд упал на удивленные лица ее одногруппников. "А это… – начал он, немного запнувшись.
– Не обращай внимания, – Тори тут же перебила его, скорее для успокоения себя, чем для кого-то другого. – Поехали.
***
«А потом умудрилась поучаствовать в конкурсе "Мисс Америка" и, к всеобщему удивлению, выиграла! Сама в шоке! "Мисс Америка"
Блейн всё это время продолжал работать в агентстве. Так как ему нужно было отработать то время, что он считался погибшим. Виделись мы редко, но метко! Каждое наше свидание заканчивалось какой-нибудь задницей! То ловим медведя, который вырвался из вольера, то убегаем от военных, которых разозлили в баре. Весело живем! Спустя два года таких встреч Блейн переехал ко мне. А до этого в его первую увольнительную мы сыграли свадьбу, он делал предложение в третий раз или в четвёртый, уже не помню!  На свадьбу он подарил мне… барабанная дробь… Porsche Cayenne! Мечта, а не мужик!
Свадьба была пышная, хотя я хотела просто скромно расписаться, но Эван и Чейз решили, что выдавать единственную сестру замуж надо с размахом, и закатили банкет на весь город! Как тот самый трендовый звук: 5 гелеков, 16 рондероверов, чейз вылезает, стреляет в воздух мусора. На свадьбу я даже пригласила родителей. Почему-то захотелось разделить этот момент с ними, но они предпочли проигнорировать. Ну, и ладно! Блейн ушёл из агентства, и началась наша бродячая жизнь! За эти два года мы посетили тридцать стран, сто пятьдесят городов и даже побывали в Антарктиде! Думаю, ещё годик, и мы вернёмся в Белфроста и осядем там навсегда. О детях я пока не задумываюсь, но Блейн всячески намекает, а я делаю вид, что не понимаю. Его жалобное «ну сделай меня папой до 30» разбивает мне сердце. Но, честно говоря, я и сама хочу! В декабре мы договорились встретиться все вместе в доме у Лены и отпраздновать Рождество. Я уже жду не дождусь, чтобы увидеть всех ребят! Хоть мы и переписываемся и общаемся по скайпу, но хочется увидеться вживую! Я безумно соскучилась по своим родным!»
Тори закрыла блокнот, провела ладонью по обложке, словно прощаясь с написанным, и глубоко вздохнула — полной грудью, впуская солёный воздух и отпуская напряжение.
— Эй, дети! Можно с вами? — крикнула она, легко спрыгивая с нагретых досок веранды прямо на тёплый песок.
Ребята на пляже обернулись, переглянулись и заулыбались. Младшая, Джесс, подхватила с полотенца меч, блеснувший на солнце, и что было силы метнула в сторону Тори.
— Конечно, Тори! Лови! — крикнул кто-то из них, а следом раздался весёлый хор голосов.
Тори поймала мяч в воздухе, легко крутанула, проверяя баланс, и, подмигнув детям, с боевым кличем ринулась в их маленькую песчаную армию.
А на веранде, облокотившись о перила, стоял Блейн. В его глазах светилась такая нежность, которую он редко кому показывал. Он наблюдал за тем, как Тори сражается и хохочет среди детей, и невольно покачал головой.
— Моя госпожа, — прошептал он с улыбкой, складывая руки на груди. И ему вдруг показалось, что именно ради таких минут — ветра, смеха и того, как она смотрит на мир беззащитно и смело — стоит жить.
Конец
***
Вот и подошёл к концу этот фанфик. В него было вложено столько сил, столько попыток перебороть себя и свою лень… Но мы справились. И это — наша общая маленькая победа.
Знаете, чем он для меня особенный? В нём — кусочек каждой из вас. Потому что в него вложены и ваши слёзы, и ваш смех, и ваша поддержка, которая гнала меня вперёд, даже когда руки опускались.
Я очень рада, что вы дочитали до конца. Что прошли этот путь вместе со мной и героями. И мне безумно важно знать, что вы останетесь со мной дальше
Я надеюсь, что следующий фанфик полюбится вам так же сильно, как и этот. А пока…
✨  Я беру небольшой перерыв.
Мне нужно время, чтобы разобраться с личными делами, выдохнуть, собраться с мыслями.
🎐 В сентябре я вернусь. С новыми силами, новыми идеями и новой историей.
А чтобы не потеряться и не пропустить анонсы — подписывайтесь на мои соцсети. Там я буду продолжать публиковать контент, отвечать на ваши сообщения и просто общаться ❤️
📌  Telegram-канал:
https://t.me/Yuka_grey
🎵 TikTok: https://www.tiktok.com/@yuka_grey
Всех вас люблю. Целую. И не прощаюсь.
Ваша Yuka_grey 😘