Скверна

— Лиро! — едва он въехал во двор и спешился с лошади, как Илиан бросился к нему. Он был очень взволнован. — Я уже думал отправляться за тобой.

— Спокойно, — произнёс Лиро, спуская восьмилетнюю сестру. — Что случилось?

— Дурные вести, — Илиан забрал у него поводья. — У мастера гость. Тебе лучше поспешить к ним.

— Что за гость? — вмешалась девочка.

— Иди пока к матушке, Керис, — шепнул Лиро сестре, мягко подоткнув за спину. И та нехотя направилась к дому.

— Храм Ило у леса Обетов разрушен, а вокруг него всё как в Сакане.

Лиро замер, широко раскрыл глаза в удивлении.

— Скажи, что я ослышался.

Илиан нервно мял кожаный ремешок упряжи.

— Боюсь, что нет.

Чьих рук это дело: отступников, демонов? Они настолько осмелели, что перестали бояться белого огня Бану? Лиро нахмурил брови и тяжело выдохнул.

— В любом случае, нужно проверить, что там случилось. — коснувшись плеча Илиана, он попросил: — Собери группу и ждите у ворот.

Илиан коротко кивнул и увёл лошадь. Лиро быстрым шагом направился к храму.

— Мастер Терен, — войдя в просторный светлый зал, он поклонился старику в чёрной мантии, с серебристыми узорами. Тот стоял у высокого окна, услышав голос, он развернулся и жестом пригласил присесть на диван, обитый некогда яркой расшитой тканью. Однако Лиро проигнорировал этот жест. Справа, в кресле сидел юноша. Бледный, напуганный, ещё ребёнок — лет семнадцати с виду.

— Я сейчас встретил Илиана. Что произошло с храмом Ило?

— Мы не знаем, господин! — Юноша вскочил и отдал поклон. — Я — Эбель, сын старосты деревни Саяр. Местный пастух пришёл к отцу два или три часа назад. Не знаю точно, сколько времени я скакал сюда. Он рассказал, что этим утром, когда повёл овец пастись неподалёку от храма Ило, увидел, что святилище разрушено, а земля кругом чёрная и мёртвая.

— Кто-нибудь выжил?

— Пастух сказал, что не осмелился подойти туда. Отец сразу же велел мне как можно скорее сообщить вам.

— В деревне ничего не происходило?

— Новостей не было, господин.

Лиро перевёл взгляд на Мастера Терена, который выглядел мрачнее тени. Он старался казаться невозмутимым, но сквозь суровые черты лица тревога проявляла себя короткими подёргиваниями губ. И Лиро прекрасно знал, почему. Юноша точь-в-точь описал тьму, которую называют проклятием Трёхликого или иначе, в народе, скверной.

— Я немедленно отправляюсь туда и уже дал необходимые распоряжения, — заявил Лиро.

— Чёрная земля — это... — старик мрачно вздохнул, подходя к командующему, — ...дурной знак. Будь осторожен.

Неужели тьма смогла так близко подобраться? Как бы то ни было, надейся на мягкую зиму, но будь готов к длинной и холодной.

— Не беспокойся, отец. — Больше не медля ни минуты, Лиро покинул зал и направился к выходу, где уже ждал Илиан, держа его снаряжение.

В сознание Кары постепенно вторгались звуки природы, переливаясь голосами птиц и шумом листвы. Она вслушивалась в них, не имея сил и смелости открыть глаза. Горечь от осознания того, что всё произошедшее не было сном впивалось ей в грудь острыми когтями. Хотелось скинуть её с себя, избавиться от этого чувства опустошённости. Ветер всполошил траву, пролетел между деревьев, мягко коснулся лица Кары и взмыл по ветвям к небу. Она съёжилась и лишь теперь ощутила, что была чем-то накрыта. А с левой стороны её грело что-то мягкое и тёплое, которе слегка вздымалось и опускалось под её рукой. Она провела ладонью, пальцы зарылись в тёплый мех.

Это зверь?

Кара открыла глаза, и, резко втянув воздух, отшатнулась, попыталась вскочить. И это стоило почти всех её сил. Спину обожгло, будто снова ударили, конечности саднили. Рядом с местом, где Кара мгновение назад ещё спала, стоял огромный снежный барс. В храме рассказывали, что эти звери водились в горах Индарры. В предрассветном сиреневом мраке, тускло освещаемом убывающей луной, шерсть барса светилась серебром. А янтарный колючий взгляд, как остриё клинка, был устремлён на Кару. Это его она видела перед тем, как потеряла сознание.

— Спокойно! — послышался мужской голос и из опутанной чернотой деревьев появилась ещё одна фигура, но уже человеческая.

Кара не сразу поняла, что это было обращено не барсу, а ей. Осторожно отползая, она нашла в себе силы прошипеть:

— Не подходи!

— Спокойно, — повторил незнакомец.

Он приблизился к ней и медленно опустился на колени рядом с барсом. Подняв горсть земли, он что-то неразборчиво прошептал и, взмахнув рукой, рассыпал её в воздухе. В тот же миг лес наполнился тёплым сиянием жёлтых огоньков, точно рой светлячков. Кара с удивлением подняла голову и в мерцающем свете смогла разглядеть лицо мужчины — мягкие черты лица, тёмные извитые волосы до плеч. В его глазах, таких же тёмных, мелькнула тень беспокойства. На нём был потёртый кожаный жилет поверх чёрной туники, на руках кожаные наручи. Льняные штаны, сыромятые башмаки, завязанные у щиколоток и длинный меч на перевязи. Ничего, что могло бы говорить о его принадлежности Ветви.

Отступник? Беглец?

— Кто ты такой?

— Тебе нечего бояться, — сказал он осторожно, словно говорил с диким зверем, а не с человеком. Незнакомец вытянул ладони, показывая, что безоружен. — Мы странники. — Он бросил взгляд на зверя. — Моё имя Герхард.

Барс по-прежнему стоял, не двигаясь с места, и разглядывал её с интересом и какой-то долей пренебрежения.

— Я нанёс на твои раны лекарство. Как ты себя чувствуешь?

Чувствовала Кара себя в крайней степени паршиво. Она осмотрела руки и, действительно, царапины и раны покрывал слой подсохшей зелёной мази из трав.

— Те существа... — пробормотала Кара, пытаясь изо всех сил взять себя в руки и ясно мыслить.

— Это духи леса, — отозвался Герхард. — Одни из. Мы вовремя успели.

— Ты убил их?

— Прогнал. Они больше не вернутся. — Увидев замешательство Кары, уточнил: — Эта часть леса называется лесом Забытых Обетов. Здесь духам давно перестали молиться и приносить дары. Так что чужаков они могут посчитать угрозой лесу.

Хоть Кара и не погружалась раньше так глубоко в лес, тем не менее, она не настолько далеко забрела в её одичавшую часть. Учителя рассказывали о духах, время от времени встречавшихся в этом лесу и они никогда не представляли угрозы. Хотя... теперь ей стало ясно, почему они могли принять её за врага.

И всё же, Кара не осмелилась спросить, что делали здесь этот человек и его зверь.

Храм.

Ветви наверняка уже известно, что он разрушен. Каре нужно уходить скорее, пока воины не настигли её. Бежать, не оглядываясь, пока ещё есть силы.

Ветвью назывался магический орден, объединявший большое количество храмов всех четырёх Богов, где наделённые магией приносили клятву служить силе. Воспитанники храмов богов Бану и Ша-Ану становились воинами и надевали тёмно-синие мундиры с серебряным орлом на груди. Орёл, парящий в небе с расправленными крыльями — символ Ветви. Свободный, видящий всё, и готовый в миг сорваться с неба, когда появится опасность.

Или добыча.

— Почему ты здесь оказалась? — спросил Герхард.

А ведь и вправду, встреча юной девицы в лесу не могла не вызвать такие же сомнения, как и те, что возникли у неё самой. Вот только у них было превосходство как минимум в числе.

Если Кара сейчас попробует уйти, позволят ли ей? И как далеко она сможет убежать, если при любом движении спина отзывалась мучительной болью?

Зверь же, тем временем, потянулся, передними лапами царапая траву под ними, и зевнул, обнажив острые клыки. Кара оцепенела в страхе. Ему стоит сделать всего один небольшой прыжок, чтобы добраться до неё.

— Он тебя не обидит. — Заметив её реакцию, Герхард протянул к нему руку и потрепал по спине. Барс пренебрежительно фыркнул и чуть отступил, покачивая длинным хвостом. — Его зовут Берд. Мы держим путь домой, в сторону гор.

Кара уловила в словах Герхарда уважение к зверю, странное для обычного человека. Он говорил «мы», будто принимал зверя за равного к себе. Это вызвало у неё в душе неуместную теплоту.

— Тебя, наверное, уже ищут. Солнце скоро поднимется, мы можем проводить тебя из леса. Где твой дом?

— Дома нет... больше, — едва слышно ответила Кара.

— Что случилось?

Какую историю она могла рассказать? «Я разрушила его, убила всех, кто был там, и теперь бегу, как загнанное животное?»

— Он уничтожен. И все мертвы. — Наполовину, но всё же правда.

— На вас напали? Кто это совершил?

Кара неопределённо покачала головой, косясь на его четвероногого компаньона, что сидел у Герхарда за спиной.

— Тогда, может быть, у тебя есть близкие? — осторожно спросил Герхард. — Соседи?

Она вновь покачала головой.

— Я жила в храме. Близких нет.

Зверь тихо зарычал, словно понял в чём дело, и Герхард бросил взгляд на него.

Кара помнила образ матери из детства. Время стёрло черты её лица, но в памяти сохранилось звучание её смеха, рыжие волосы, веснушки на залитых румянцем щеках и зелёный цвет глаз. Всё это Кара видела каждый день в собственном отражении. Разве что, в отличии от матери, её лицо не светилось такой жизнью. Напротив, даже имело болезненный вид.

Одному Ша-Ану ведомо, где её мать и жива ли она сейчас. Он являлся богом души и врачевания, наделял избранных его волей Взором и силой исцеления.

Жители деревни были к Каре хоть и отчасти знакомы, но в её положении явиться к ним означало добровольно передать свою голову палачу. Каре некуда было идти. Она просто бежала, движимая страхом и отчаянным желанием спасти свою жизнь, не задумываясь о том, что ожидает впереди. Без дома, без оружия, и теперь без будущего. Полностью беззащитная перед неизвестным.

— Если все в храме мертвы, то как ты выжила? — спросил Герхард.

Кара похолодела. Что он сделает, если поймёт, что это случилось по её вине? Если уже не понял... Она сжала пальцы, пытаясь унять дрожь в руках.

— Мне нужно уходить. — Кара собиралась подняться, но Герхард мягко удержал её за предплечье. Она резко одёрнула руку. Рёбра тут же свело от боли.

— Подожди, — сказал он. — Я не собираюсь вредить тебе. Наоборот, хочу помочь. Здесь тебе лучше держаться рядом с нами, если не хочешь пострадать. Потому что эта часть леса полна духов: добрых, злых, забытых и которых давно перестали почитать. Мы с Бердом возвращаемся в наше поселение. Оно находится ближе к горам, — напомнил Герхард. — Дорога туда не близкая. Ты можешь пойти с нами, если захочешь. Если нет — оставишь нас когда пожелаешь, после того, как покинем лес. Мы встретим впереди несколько храмов, может быть, там будет тот, что служит твоему Богу.

Кара вздохнула. Её Бог её проклял. Не иначе.

Если учителя были правы, обвиняя Кару в связи со скверной, то идти стоило прямиком в храм Трёхликого Бога. Правда, вряд ли таковой существовал. По крайней мере в царстве живых.

Герхард не стал дожидаться ответа. Он осторожно поднялся, словно это Кара была диким животным, которого он старался не спугнуть. Сам же зверь, которого звали Бердом, издал тихий рык и лениво растянулся в корнях кривого дерева, словно ему не было дела до неё.

Луна, словно мутный осколок стекла, всё ещё мягко поглядывала на объятый мраком лес. Герхард поднял холщовую сумку и пошёл обратно, в сторону Кары. Извлёк оттуда свёрток, отцепил кожаный бурдюк от пояса и протянул ей:

— Вот, это вяленое мясо и вода. Поешь, умойся у ручья. Духи не приблизятся. А потом мы пойдём.

А дальше он стал ходить вокруг поляны и, подбирая какие-то неестественно-чёрные камни, складывал в свою сумку. Зверь встал на свои мощные лапы и стал следить внимательным взглядом за лесом. Вместе с ним и Кара прислушивалась к каждому шороху, который мог оказаться признаком близящейся опасности.

Как поступить? Стоит ли верить Герхарду? Есть ли у неё другой выбор?

Герхард подобрал плащ, которым Кара была укрыта, с земли и хорошенько встряхнул. Вернулся к ней, аккуратно накинул на плечи.

— Как твоё имя? — поинтересовался он, закрепляя застёжку плаща на груди.

— Кара, — неуверенно ответила она, кутаясь в плащ и глядя на то, как парившие над ними огоньки плавно опускались и угасали, достигнув травы.

— Я убрал защиту. Теперь мы будем заметны для окружающего мира.

Их путь вёл вдоль журчащего ручья. Мрак таял, прижимаясь к деревьям и зарываясь в зелёную листву. Герхард шёл впереди, раздвигая высокую траву и удерживая ветви, чтобы Кара могла пройти. Зверь держался позади, из-за чего она ускоряла шаг, стремясь сохранить дистанцию между ними, но от этого часто спотыкалась. Тогда он замирал, ожидая, когда Кара продолжит движение. В его поведении таилось нечто пугающе разумное, не животное, а, скорее, человеческое.

— Это твой духовный зверь? — поинтересовалась Кара, предполагая, что точно не ошиблась. Правда, вживую увидеть такое ей не доводилось, лишь мельком услышала когда-то в храме.

— Берд? — Герхард обернулся и удивлённо посмотрел на неё, а затем по-доброму усмехнулся. — Нет, он просто мой друг.

Пока они шли, Герхард рассказывал о красоте его родины, о возвышающихся горах и ледяных, даже в летнюю пору, реках. А Кара думала о том, что очень странно было встретить в глухой чаще этих спасителей. В любом случае, иначе духи вряд ли её отпустили бы. Возможно, когда они уйдут достаточно далеко, у Кары будет возможность скрыться от Герхарда. Кем бы он не был.

Между деревьями мелькали тени, почти невидимые. Иногда проявлялся образ похожий на духа, что напал на неё. Но никто не показывал намерения приблизиться.

— Почему духи леса не нападают больше? — поинтересовалась Кара, тревожно поглядывая на них. — Что ты сделал?

— Кулон. Он защищает тебя.

Кара нашла под одеждой плоский амулет на грубой верёвке — квадратный, обтёсанный, с вырезанным символом в виде треугольника. Края впивались ей в пальцы.

— Что это?

— Он... отталкивает духов. Я сделал его, пока ты была без сознания.

— Спасибо, — произнесла Кара, встречаясь с его тёплыми глазами.

— Его действие всё равно недолгое, — сдержанно улыбнулся Герхард, кивнув на кулон. — Материал должен быть особенным.

— Не за это.

Тот хотел что-то ответить, но тяжёлый рык барса привлёк его внимание. Зверь ощетинился и стал нервно махать хвостом.

— Кто-то приближается, — предупредил Герхард и сердце Кары упало в пропасть.

Если Ветвь настигнет их, то исход будет предрешён. У неё не было шанса, чтобы противостоять обученным и вооружённым бойцам. Герхард так же мог стать врагом, когда узнает правду. Возможно... если всё пойдёт плохо, получится снова повторить то же, что Кара сделала в храме?

Эта мысль причинила боль.

Добравшись до храма Ило, командующий спешился с лошади и быстрым шагом направился к руинам, сминая под ногами пожухлую траву. В воздухе стоял омерзительный запах гниющей плоти. Илиан и ещё несколько воинов из отряда тоже последовали за ним. Тишина давила на уши, даже пения птиц не было слышно, за исключением редких криков воронов, круживших над отрядом. Разбросанные обломки, что раньше являлись стенами и крышей здания, лежали на мощёной булыжником дорожке.

Подойдя к ближайшему из них, Лиро дотронулся холодного шершавого камня и прикрыл глаза, сосредоточившись на ощущениях. Тихо. Ближе к самому храму, он усилием воли воззвал к силе внутри себя. Она отозвалась теплом. Мир помутнел, расплавился, представив перед взором командующего слияние прошлого — ещё целого святилища — и настоящего — уже разрушенного. Несколько ворон, напуганные приближением людей, взмыли вверх, хлопая крыльями. Массивная двустворчатая дверь кусками лежала на ступенях. Сбоку здания лежали более крупные разрушения. Если у главного входа стѐны ещё частично сохранились, то боковая сторона была полностью уничтожена.

Илиан с Вайо и Шуном направились исследовать задний двор. Лиро же, забравшись по камням, ступил на плитчатый пол, усыпанный песком и обломками. Птицы, что пировали здесь, тотчас взметнулись в воздух.

Несмотря на отсутствие некоторых стен и части крыши, воздух стоял плотный. Взор показывал ему небольшое помещение, похожее на кабинет, в котором находилось несколько размытых силуэтов людей. Он слышал неразборчивые голоса, срывающиеся в крики, чувствовал гнев и страх на грани отчаяния. И всё это было обращено в одну точку — к нему. Лиро задумчиво опустил голову, уставившись себе под ноги, затем сделал решительный шаг в сторону и напряг чувства. На месте, где он только что стоял, на уровне глаз вспыхнуло оранжевое пятно. Затем оно померкло, выбросив из себя густую тьму.

Призрачные стены дрогнули и исчезли, командующего выбросило из состояния концентрации. Краем глаза Лиро заметил Илиана, который находился рядом и бесшумно наблюдал. Он даже не заметил, когда тот подошёл. Поймав на себе рассеянный взгляд командира, Илиан хмуро доложил:

— Здесь все мертвы.

Проклятье.

Лиро подошёл ближе к телам. Скорее всего это те силуэты, что видел, но среди всех тел он искал одно конкретное, присутствие которого не ощущал здесь.

Сосредоточившись, Лиро снова попытался погрузиться в прежнее состояние. Перед глазами вновь вспыхнуло огненное пятно. Оно дрожало и рябило. Лиро с трудом давалось удерживать концентрацию. След силуэта тянулся в сторону леса. Но здесь было ещё что-то... Пелена, тёмное пятно, тень, какая-то дрожь. И это нечто мешало ему в полной мере владеть Взором.

— Илиан! — окликнул он соратника, который осматривал кровь, размазанную по полу. — Идём.

Воины напряжённо перешёптывались, косясь на руины храма.

— Будь я проклят, — выплюнул Гие, когда Лиро приблизился к отряду. — Твоё лицо не обещает ничего хорошего.

— А всё это, — Лана кивком указала на руины, — тебе что-то обещало?

— В храме есть выживший, — холодно сказал Лиро. — Рыжая девчонка.

— Отступница? — поинтересовалась Лана.

— Пока не знаю. Её след уходит в лес. Илиан, возьми Лану и Шун, заберите лошадей и идите в деревню. Наведайтесь к старосте, разузнайте, как там обстоят дела. Пусть он расскажет всё, что знает. За всё время. Остальные — со мной!

Под зелёной листвой отряд распределился так, что впереди шли следопыты — Эрайн и Гие вместе с командующим, а за ними двигались остальные члены группы. Лиро иногда останавливался, прислушиваясь к своим ощущениям и указывал направление. Чем глубже погружались в лес, тем ярче ощущалось приближение к цели.

— Здесь был лагерь, — оповестил Гие, добравшись до поляны возле ручья. — К девушке кто-то присоединился. Видимо ждал здесь.

Неподалёку Лиро нашёл следы борьбы и капли высохшей крови. Теперь он стал видел яснее.

— Эрайн, — крикнул Лиро следопыту, и кивнул в сторону востока, где лес казался гуще,— туда.

Не теряя времени, они двинулись дальше, перейдя почти что в бег, насколько это было возможно в лесу.

— Будьте готовы среагировать мгновенно, как увидите цель! — приказал Лиро отряду. — Иначе нас может ждать такая же участь, что и людей в храме Ило.

Герхард рывком выхватил меч из ножен на перевязи, упёрся остриём в землю и быстрым шагом обошёл крохотную поляну, оставляя за собой борозду. Он шептал что-то на незнакомом языке. Заклинание? Круг почти сомкнулся, когда Каре в плечо вонзился дротик. Она вскрикнула, попятилась. Завершив линию, над чертой круга вспыхнули полупрозрачные белые всполохи. Герхард два шага оказался рядом. Он выдернул дротик и отшвырнул его в сторону. Что-то внутри Кары начало извиваться, словно в агонии, а затем замолкло. Герхард развернулся спиной к ней и встал в боевую позицию. Зверь метался взад-вперёд. Остановившись, зарычал на Герхарда.

— Не волнуйся, — бросил он, даже не взглянув на него. — Всё под контролем.

Из-за деревьев вышли воины, одетые в чёрно-синих камзолах с серебряным орлом на груди. Из за ряда лезвий мечей показался человек в чёрном камзоле и длинном, до щиколоток, плаще. Чёрные волосы были завязаны в низкий хвост. Кара сделала шаг назад.

— Чем мы удостоились чести встретить здесь Ветвь? — спросил Герхард, слегка кланяясь, но усмешка в его голосе выдавала пренебрежение.

— Я — командующий храмом Бога Бану в Талее, — произнёс он. — Уберите защиту. Бежать вам некуда — мои люди окружили вас со всех сторон.

Бану — старший Бог, защитник воинов. Он даровал людям священный белый огонь, который изгонял скверну. Его изображали светом, прогоняющего тьму. Среди множества храмов, посвящённых ему, главный возвышался в столице.

— Зачем мы понадобились Ветви?

— Вы мне расскажете, что случилось с храмом Ило, — ответил командующий.

— Что же с ним случилось? — почти искренне удивился Герхард.

Лицо командующего посуровело. Его тёмные глаза застыли на Каре.

— Ответишь?

По спине пробежал холод от его вопроса, внезапно направленного ей.

— Даю вам последнюю возможность добровольно развеять защиту и последовать с нами.

Были ли глухи сейчас боги к молитвам Кары? Или Ветвь потому и была здесь, что услышали? Закрыв глаза, Кара воззвала к силе внутри себя. К любой, способной её уберечь от смерти.

— Не надо! — воскликнул Герхард и сжал её предплечье.

— Ничего не выйдет, — заявил командующий. — В дротике яд, подавляющий магию. Проклятие Трёхликого в том числе.

— С чего вы решили, что в ней оно есть? — Герхард развернулся к нему.

— С того, что Взор показал мне её, — он кивнул в сторону Кары. — И след привёл меня сюда.

— Надо же! — удивился Герхард. — Видящий в храме Бану, да ещё и командующий! Никогда бы не подумал, что этот дар можно использовать таким... образом.

— Хватит тратить моё время! — жёстко отрезал Лиро. — Раз не хотите по-хорошему, значит так тому и быть.

После его слов воины, как единое целое, обрушили свою магию и мечи на барьер. Всполохи света дрожали и искрились под ударами. Герхард напряжённо хмурился и Каре даже подумалось, что он решал, отдать ли им её. Барс ходил вдоль границы круга и злобно скалился на врагов.

Рано или поздно защита падёт, и тогда пострадает не только она. Приняв единственное верное решение, Кара неуверенно шагнула к командующему. Ветвь казнит её. Сожжёт в пламени Бану, как сожгли сотни других отступников. Душа растворится в этом огне и утратит возможность перерождаться.

Всем было известно, что тот, кто осмелится осквернить свою сущность тьмой, не сможет пересечь реку мёртвых Ша-Уут и будет обречён стать неприкаянным. И рано или поздно — обратиться в демона.

Командующий стоял с невозмутимым лицом, словно был уверен, что ситуация под его контролем.

— Не вздумай! — воскликнул Герхард, преграждая путь Каре.

— Посмотри сколько их, — возразила она, почти смирившись со своей участью. — Им нужна я. Почему ты рискуешь из-за меня жизнью?

— Просто подожди немного, — вдруг едва слышно прошептал он. — Я вытащу нас. Мне просто нужна одна жертва.

Кара не успела понять, что он имел в виду. Барс громко и протяжно зарычал, всполохи дрогнули и в цельном полотне поля образовалась брешь. Несколько воинов ворвались в круг. Герхард вытащил кинжал и вложил Каре в ладонь, а затем создал магический щит, которым тут же отразил прилетевший в него арбалетный болт. Один из воинов бросился на Герхарда слева. Увернулся от его щита и замахнулся. Герхард ушёл вниз — присел на правое колено. Черкнув остриём по земле, меч прочертил дугу снизу вверх и отбил удар. Резко поднявшись, Герхард всадил пятку в живот нападавшему.

Барс взвился в воздух и прыгнул на Кару. Земля ушла из-под ног, дыхание перехватило. Она едва успела выставить руки перед собой, чтобы защитить лицо от зверя, но жёстко ударилась о землю. Из лёгких вышибло воздух, а рана на спине отозвалась болью. Кинжал выскользнул из руки. Зверь рывком подался вперёд и вонзил свои зубы в чью-то плоть, яростно мотнул головой. На лицо Кары брызнули тёплые капли крови. Она зажмурилась. А когда открыла глаза, вместо зверя, перед ней оказался человек. Вместо лап её прижимали к земле человеческие ладони. Волосы золотистые, испачканные кровью, прилипли к лицу. Единственное, что намекало на сходство с прежним зверем — глаза. Жёлтые, как пламя. Он тут же поднялся; как и Герхард, сотворил магический щит и начал отбиваться им от ударов противников. Этот человек лишь оглушал их, словно намеренно старался не навредить.
У Кары перехватило дыхание, когда заметила его уши. Осознание, как раскаленная стрела, пронзило её: это альв.

Альв, который мог превращаться в зверя.

Мир показался ей таким безумным.

Лицо командующего за барьером изменилось от выражения удивления до свирепости. Кара схватила оружие и поднялась. Она старалась держаться вблизи Герхарда, поскольку кинжал мало что мог сделать против мечей и магических щитов противников. Кара едва успела увернуться от меча воина в синем камзоле, но тот силой притянул её к себе. Он даже не успел коснуться Кары. Герхард налетел на него и сбил с ног.

Почему они защищали её?

Альв удерживал проход. Отбросив воинов, он развёл руки в стороны и в его ладонях заплясал огонь. Живой и яростный. У Кары открылся рот, а вдох застрял в горле.

Люди давно овладели магией, но не такой... чистой. Стихию трудно подчинить. Говорили, что она была доступна альвам, потому что у них особенная связь с природой. Но увидеть это вживую...

Послышался влажный хрип. Герхард перерезал горло тому воину. Кара похолодела от ужаса, глядя, как тёмная кровь толчками вырывалась из артерии, заливая безупречный камзол. Окровавленным пальцем Герхард начертил у него на лбу символ, похожий на вязь рун. Такой же нарисовал и на своём. Разъярённый альв кричал Герхарду остановиться. Ещё несколько мгновений поверженный воин пытался поймать воздух ртом, прежде чем затих насовсем.

Барьер пал под натиском воинов. Командующий целенаправленно двинулся в сторону Кары. Однако альв оттолкнул его силой. Тот среагировал мгновенно, создав щит. Лиро проехался по земле ногами, пытаясь затормозить, затем снова направился к Каре.

Герхард защищал её, но кольцо из противников вокруг них стремительно сужалось. Альв пытался удерживать их огнём. Когда командующий подобрался слишком близко, Герхард преградил ему путь, замахнулся. Их мечи столкнулись с оглушительным грохотом. Лиро взмахнул оружием и клинок вошёл в плоть. Всего на мгновение, на один короткий удар сердца мир замолк, замедлился. Окровавленное остриё вырвалось из спины Герхарда.

Вот он, конец. Они доберутся и до альва, а Кара оправится прямиком в храм Бану. Дрожащей рукой сжала кинжал так, что ногти впились в руку. Уцелеет ли её душа, если Ветвь сожжёт уже мёртвоё тело?

Кара нервно закусила губу и, когда подняла глаза, вздрогнула — Герхард выбросил силу. На этот раз командующего откинуло назад и он приземлился на одного из своих воинов, рухнув вместе с ним на землю. Альв создал из огня вихрь, который быстро окружил его, вместе с Герхардом и Карой, принудив воинов отступить. Внутри этих вихрей воздух стал стремительно раскаляться. Она ладонями спрятала лицо от горячего воздуха.

— Ты! Поплатишься за смерть моего воина! — Гневно крикнул командующий сквозь стену огненного ветра, поднимаясь.

Кто-то из воинов принялся заряжать арбалет. Его очертания подрагивали сквозь языки пламени.

— Уходим! — Герхард схватил Кару за запястье, другую руку прижимал к ране.

— Отдай им её! — велел Альв. — Мне долго не удержать это.

— Никто никуда не уйдёт, — предупредил командующий, и воин навёл на них арбалет. — Вы все либо пойдёте с нами, либо умрёте здесь.

Щёлкнул затвор. Стрела пролетела сквозь стену, врезалась в защиту, которую создал Герхард, заставив его появиться.

Из него начал струиться чёрный дым, по-змеиному обвивая его тело.

— Не смей! — завопил альв.

Герхард дёрнулся к нему и успел взяться за его предплечье, прежде чем всё утонуло во тьме.

Каре пришло ясное осознание о происхождении этой силы.