Глава 60. Айда
В тебе столько любви, что ею можно укутать весь мир....
Адриан устроил для меня вечер кино под открытым небом. Блин, это так прекрасно, что я аж прослезилась. Как суровый мужчина может быть таким добрым, если столько видел зла?
Келли отлично подготовился и даже взял другую машину, чтобы мы могли сесть в открытый багажник. А парк – невероятный. Слышно звуки воды и ночной шум: птицы, жабы, ветерок и деревья. Вдалеке скалы, а посредине этой территории стоял огромный экран. Я не представляю, сколько усилий парень приложил, чтобы мы здесь были и наслаждались. Внутренне благодарю его. А картина? Господи, он просто бомбически талантлив. Там... Да там будто фото! Он все это запомнил и нарисовал. Это нереально!!! Ещё и та фраза. Только вот слова разбивают сердце...
Сейчас, после того, как я поплакала и обняла его, мы подготавливали наше место. Адриан прихватил огромный плед, клёвые мягкие подушки, кучу разной еды. Тут для меня было дофига орехов, фруктов, ягод, сухофрукты... да и вообще ещё неисчисляемое количество разных вкуснях. Это было... как в сказке. Я не буду врать и говорить, что мне никто ничего не делал такого. Делал. Один человек. Муж. Эйден каждый день старался удивлять меня. Всегда приносил цветы, что-то придумывал, покупал что-то новенькое из еды, возил на пикники, а когда на улице было холодно, шёл на улицу и прогревал мою машину, если она была мне нужна... Уилсон помогал в работе, готовил еду, будил поцелуями, осыпал комплиментами, забирал на свидания и дарил подарки. Мне никогда не нужно было о чём-то просить дважды. В большинстве случаев он сам догадывался и делал. Адриан был другой. Ему нужно показывать своё внимание, и он хотел быть замеченным. Мужчина умел удивить и поддержать. Два совершенно разных характера. Чувства и холод, рассудительность и спонтанность. Оба просто космические, но....
— Садись, Золушка, — брюнет поднял меня на руки и посадил в багажник.
— Спасибо. Адриан, все это... Просто огромное тебе спасибо. Знаешь, ты очень красив внутри. Не знаю, почему не показываешь это остальным. За тобой табуном бегают девчонки, но даже не смотришь. В тебе столько любви, что ею можно укутать весь мир. Ты умеешь заботиться и слышать. Адриан, ты прекрасно знаешь, что офигенно красив и сексуален. В тебе отлично сочетаются самодовольство и наглость. Почему не даёшь другим шанс увидеть все прекрасные стороны? Ты влюблялся? — все это говорила не для того, чтобы похвалить. Каждое слово – правда. Мне хотелось её рассказывать.
Синеглазый сел рядом и взял меня за руки. Такие нежные и трепетные касания... Было видно, что он очень бережно относился ко мне.
— Айда, спасибо. Хочу рассказать тебе историю. Почему не показываю себя? Малышка, во мне живет два человека. И люди, когда видят противоречие, просто впадают в ступор. Я не могу заглушать зов тьмы в голове. Я совру, если скажу, что не получал удовольствия, когда убивал людей. Это относится к некоторым. Понятное дело, что не режу всех подряд, но когда защищаю своё, то чёрная дымка застилает глаза... Вот тогда и становлюсь Доменико. Там нет ничего от Адриана. Совершенно. Тот человек мучает, убивает и упивается страхом. Пока только ты смогла пробраться под мой панцирь, хотя и не пыталась, — слишком открыто... — Вот ещё одно откровение. Я был влюблён. Безумно. Тогда я был в Италии. Её звали Велия. Мы познакомились, когда мне было 17, как и ей. Обычные подростки в необычных условиях. Она – прекрасная девушка из благородной семьи. Красива, женственна, воспитана и просто ангел. Я так влюбился, что был готов положить весь мир к её ногам. Мы встречались 1,5 года. Знаешь, ради неё старался стать сильным и богатым... Тем, кого будут знать везде. Я хотел, чтобы её отец был горд, что у неё такой парень. После учебы ещё больше трудился, дрался, оттачивал навыки убийств. Она говорила, что любит меня, а я ей говорил это в ответ. И мои слова были правдой. Велия клялась, что никто и ничто не сможет разлучить нас. Но знаешь, что всё-таки положило конец этому всему? Я. Именно я. Как-то она оказалась не в том месте, не в то время. У нас была встреча, по поводу расширения территории, чтобы вырастить больше оливковых деревьев. Все шло нормально... до определённого момента. Она знала обо мне и то, чем занимаюсь. «Доменико, я тебя люблю любым»... Айда, это были её слова, что не выдержали реальности. Может она следила... Может... кто-то сказал, что я буду там. Без понятия. Все было правильно, по меркам моего мира, пока нашего человека неожиданно не пырнули, когда разговор затронул тему денег. Тому, кто это сделал, я воткнул нож в сонную артерию. Тот скончался за 12 секунд. И Велия это видела. Все слова, что девушка принимает мою тьму, были забыты. Я не просто так убил человека, а за то, что тот сделал с моим солдатом, хотя подчиненный просто стоял и молчал, пока я же говорил, — ну и дерьмо... — После случившегося пытался к ней подойди и поговорить, но тогда девушка и слушать не захотела. В тот вечер Велия назвала меня монстром. Как мать. Ещё целых 5 месяцев ходил и просил о разговоре. Бегал, унижался, умолял, но она не захотела. Знаешь, а потом перестал. После этого прекратил говорить о чувствах, не давал им просочиться в душу. Мне не хватило силы, поэтому просто бросил все и уехал. Мне надоело быть Доменико, вымаливать любовь и управлять таким миром. Мне было 19 лет, и я захотел нормальной жизни, где не буду долбанным чудовищем. Зато после 3 лет, проведенных здесь, я приехал туда к Себу и увидел её. Велия вела себя нормально, но у меня была обида, что в тот вечер, как и последующие 5 месяцев, она даже не выслушала. Тогда ей не было видно моего солдата, из-за места, где девчонка пряталась, но отлично было видно, как я подхожу и одним ударом убиваю. Бывшая подружка пыталась потом вернуть все обратно, но чертовых 3 года... Мне понадобилось 3 года, чтобы сменить фамилию, подумать обо всем и начать верить в то, что могу быть просто Адрианом. Я культурно сказал, что такие шаги нужно было сделать раньше. Сейчас у меня нету обиды или что-то вроде того. Спасибо ей, что показала, как слова могут ничего не значить. Такая была любовь у меня... — слезы катились по щекам. За что человеку столько боли? Мне очень хотелось его утешить. Адриан сидел и смотрел на озеро, но крепко держал мои руки. Мужчина повернул голову и посмотрел на меня.
— Мне жаль, что тебе пришлось испытать это, — прошептала и смотрела на него. В голове появились мысли о нашей взаимной любви с Эйденом. Я ни разу не чувствовала такую боль, кроме моментов, когда читала его письма. Он сильно любил меня, а я принимала это, но отдавала взамен столько, сколько могла.
— Это в прошлом, Золушка, — киллер подвинулся ближе и стал рассматривать мое лицо. Я знаю, что пожалею об этом, но сегодня мне хотелось дать ему то, в чем он нуждался. Пусть он поверит в себя и то, что его могут любить...
— Адриан, ты с двух сторон хороший. Каждый человек индивидуален, слышишь? Все должны понимать, что нам нравятся разные вещи, — его глаза опустились на мои губы. Мужчина хотел поцеловать меня. Ради него. Сегодня. Пусть будет маленькая надежда для его внутренних скитаний... Мне не противно, Адриан... Видишь?
Медленно потянулась к его губам и дотронулась до них своими. Он застыл. Аккуратно приоткрыла свои губы и лизнула его. Мне казалось, что Келли не понимает, что происходит. Адриан медленно поднял руку и положил мне на щеку, нежно поглаживая пальцем. Его мягкие и тёплые губы приоткрылись, а язык очень неуверенно потянулся к моему. Я не сопротивлялась и ответила. Это был очень трепетный поцелуй. Его палец все ещё гладил мое лицо, а язык блуждал по моему рту более уверено, чем сначала. Мятное дыхание палило губы. Было ощутимо, что парень сдерживает себя... Боже... Прости меня... Ответила ему. В ответ услышала низкий гул из грудной клетки синеглазого. Теперь Адриан был настоящим. Рывок. Скорость. Жажда. Дикий поцелуй, от которого болели губы, а руки переместились на талию и настойчиво сжимали ее. Сквозь шум окружающего мира было слышно хриплое дыхание и быстрый стук моего сердца. Это для него. Ради него. Он не плохой. Пусть знает это.
— Скажи... что... не испортил все... Скажи, что я – не монстр... — низким голосом сказал и прижался лбом к моему.
— Все хорошо... Ты – прекрасный... — цену угрызения совести я готова была заплатить за то, чтобы он перестал себя чувствовать неправильным.
— Спасибо... — прошептал.
— Твои две стороны делают тебя тем, кто заботится обо мне и придумывает такие вечера. Мы с тобой раненые люди. Только разница в том, что тебе причиняли боль, а в моём случае – мне пришлось причинить боль другому, — прошептала, пока Адриан сгребал меня в охапку объятий.
— Вот что тебе скажу, Айда. Во-первых, это было ахуенно. Правда. Спасибо. Во-вторых, как бы там не сложилось, я попрошу тебя не исчезать. Мне не хочется тебя терять. Я смогу быть тебе другом, только чтобы видеть счастливой и принимать участие, хоть маленькое, в твоей жизни. Моя душа уже погрязла в тебе и креветке. Без вас буду снова одинок, — признался.
— От моего присутствия станешь несчастным... — проскрипела.
— Золушка, так не будет... Я не смогу быть несчастным, потому что буду видеть твои красивые глаза и улыбку. Мне будет неприятно, да, но я и не против. Значит так нужно. Где-то ходит моя половинка, что найдет сердце. Мы с тобой друг друга спасаем от печали и проблем. Так пусть и дальше буду помогать тебе в этом. Или просто дружить. Конечно, если ты решишь быть со мной, то немного пойдем другим путем. Но знаешь, если выберешь Эйдена, и ты в этом будешь уверена, то я никогда не буду разрушать ваши отношения. Поверь, у меня получится стать твоим напарником, попутчиком в жизни, родным человеком. Я также понимаю, что сегодняшний поцелуй не был показателем чувств. Он был спасением моей души, чтобы какой-то Адриан не ощущал себя загнанным зверем и чудовищем. И я благодарю тебя за это. И всегда буду благодарить. Ты уже сделала так много для меня, сама, не понимая того, — крепко обняла его. Этот человек очень хорошо понимал меня и все мои действия.
— Я очень хотела бы тебя в своей жизни, как бы это не звучало, — сказала, и мы улеглись на подушки.
Вечер был просто шикарным. Мы смотрели и так громко смеялись, что у меня болели щеки. Сейчас уже 5 утра, а мы ещё валяемся на подушках, пока жую сушеный ананас. Но... пора домой. Адриан и я медленно собрались, а мои глаза все ещё любовались картиной. Я повешу её в спальне. Пока мы ехали ко мне, то Боссу Торонто позвонил Кристиан и сказал, что ему нужно приехать. Поэтому он отвез меня, чмокнул в лоб и радостно поехал на работу. Сейчас уже почти 6. Честно сказать, как-то устала и хотела в душ. Быстро скинув вещи, стала под струи тёплой воды. Снова воспоминания... Губы, шёпот, слова, руки...
« — Айда... ты просто шикарна. Самая лучшая и моя. Жена. Поставь ноги шире. Вот так... хорошая девочка. Хочешь потом мой член? Грубо? Ты хочешь меня, Айда? Скажи это... Ты будешь слушаться? Ты такая вкусная, малыш. Я не могу насытиться тобой. Люблю тебя...»
Все эти воспоминания калейдоскопом крутились в голове. Он не только там, в душе или сердце... Сейчас часть его в животе.... Наш малыш...
Я целый час принимала душ и приводила себя в порядок. Великолепно. Хотелось спать. Я уютно пристроилась в кровати и тянулась, чтобы положить телефон на тумбочку, но пришло уведомление. Почта. Дрожащими руками проверила... Он.
Когда читала, то мое сердце стучало быстрее, и паника поднималась выше. Сейчас мой муж находился дома и будет спать на моей стороне. ЭЙДЕН, Я ТАК СКУЧАЮ!!! Кареглазый винит во всем себя. Господи. Мой прекрасный муж думает, что это он не уберёг меня. Черт! А потом я читала и .... Он... он узнал. Как? Откуда знает про субботу? Блядь. Эйден в растерянности... Мне так хотелось ему ответить... очень... Я опять плачу... снова прошу прощения... говорю, что люблю его... Я не буду отвечать...
Не буду.
Не буду.
Я смогу.
Не смогла. Ответила. Я, блядь, не выдержала!