Глава 59. Адриан
Ты – это мир, который стоит любых миров...
8 апреля.
Я соврал. Айде. Я сделал это. Когда мы говорили по телефону, то сказал, что приеду 9 апреля, но нет. Мне захотелось сделать сюрприз, поэтому буду у неё 8 числа. Мой рейс отправляется в 0:45 ночи, значит приземлюсь в Торонто в 5 утра, по тому времени. Ох уж эти 6 часов разницы.
Себ меня лично сопровождал. Ахах. Мы разобрались со стариком, теперь во главе его сын, который уже начал сотрудничество с нами. Отлично. Мой друг очень удивился, что довольно быстро уезжаю, но понимал. Как не понять, когда есть человек, что ждет тебя?
— Доми, она хорошо влияет на тебя, — признался он. Честно сказать, мне и самому было заметно. Нет, я не стал размазней или перестал убивать. Во мне появились еще эмоции, кроме злобы и мести. Было дико.
— Да. Знаешь, она ещё и очень красива, но больше всего мне сносит крышу от характера и честности, — признался.
— Приезжай потом в Италию, если твоему сердцу понадобится лечение, — грустно сказал друг.
— Мне бы хотелось, чтобы оно не превратилось в пыль, — внимательно рассматривал свои ботинки.
— Я все еще вижу себя, Дом, после Джулии, — тихо отозвался Себ. Я тоже... Он тогда крушил все вокруг... Ломал, мучал людей, орал, пил, избивал руки в кровь, принимал наркоту, не выходил на улицу, почти не ел... Я бы не сказал, что ситуация изменилась, потому что все так и осталось... Лишь стал прикрываться...
— Время покажет? — поднял бровь и улыбнулся.
— А есть хоть ее фотка? — спрашивал друг. Вот все ему нужно знать. Есть-есть.
— Смотри, но не засматривайся, — пустая угроза, ведь он мне был родным человеком. Когда Себ посмотрел, то присвистнул.
— Вау, ради такой мамситы я бы весь мир заставил гореть, — засмеялся и пошутил.
— Ради неё, дружище, я бы мог отказался от себя, — и это была чистейшая правда. Каэтани внимательно изучал мое лицо.
— Ты – наша темная сторона мира. Нельзя убить часть себя, — мудро сказал.
— Себастьян, я бы положил все силы, чтобы испепелить то зло, — сказано было в ответ.
— Ты думаешь это стоит того? Любовь ведь должна принимать, — держал позицию блондин.
— Я знаю, что не так должно быть, но девушка точно не из мира зла... И для нее точно можно совершать большие поступки, — рассуждал. Он больше не задавал вопросов. Мы доехали до аэропорта и попрощались.
— Не забывай своего старика Себастьяна, — обнимал дружище.
— Это, блядь, невозможно, — рассмеялся и пошёл на посадку.
В самолёте спал. За 4 часа до посадки проснулся и немного поработал. Скоро увижу Айду. Внутри от этой мысли собирался маленький тёплый шарик. Блядь. Какая-то жуткая хрень. Такси скрипело колесами, а я перебирал пальцами и ждал. Мне не хотелось даже заезжать к себе домой. Прямо из аэропорта направился к Золушке.
Знакомый дом был передо мной. Очень тихо открыл дверь ключом и вошёл. Здесь пахло ею. Аккуратно поставив обувь и сняв куртку, прошёл на кухню и вымыл руки и только потом направился в спальню. Темные шторы были задернуты, а эта милая девушка спала. Она лежала маленьким калачиком, пока одеяло было стянуто наполовину, а его часть покоилась на полу. Я так скучал. Очень. Тихонечко, чтобы не разбудить, подошёл к ней и поправил одеяло. Она спала так крепко, что даже не шевельнулась. Теперь можно быстро принять душ, ведь не хотелось ложиться рядом, когда только из самолёта, где мариновался. Так и сделал. Около 10 минут купался, а потом взял чистые штаны, которые были в ее доме. Бля, даже специально не стал надевать футболку, ведь ей понравился мой пресс. Не стоит скромничать, ведь знаю, что имею охрененный торс. Теперь я пушинкой, насколько это возможно для 193 см роста, лёг к ней. Своей рукой обнял дамочку и притянул к себе. Сопротивления не последовало. Она идеально вмещалась в моих объятиях. Только был один момент. Она начала ерзать своей задницей и терлась о мой член. Ой, вот это явно не нужно. Будет беда... Мой организм моментально отреагировал на эти движения. В моём воображении она уже была подо мной, на мне. Господи, прошу, дай мне выдержать это. Ее волосы пахли кокосом и шоколадом. Пофиг на стояк. Я крепко обнимал и вдыхал привычный запах. Трепет. Я, если признаться, боялся спугнуть своей настойчивостью и тьмой. Как там моя креветочка? Своей рукой нежно коснулся живота и ощутил трепет.
— Рыбка, у тебя там все хорошо? Я вернулся. Скучала? — произнес очень тихо, чтобы не разбудить Золушку. Я не буду будить брюнетку. Пусть спит и наслаждается своими снами. Рядом с ней чёрные тучи моих последних дней развеялись, и я погрузился в свой сон.
Рядом со мной уже шевелилась Айда. Я сделал вид, что сплю. Нежные пальчики прошлись по моему лицу и дотронулись до подбородка, а потом уголка губ. Черт. Сердце вытанцовывало чечетку. Ну, твою ж мать.
— Привет, твоё сердце очень громко стучит. Не прикидывайся, лжец, — тихо прошептала мне на ухо, а я обеими руками схватил сероглазую и крепко обнял.
— Привет, моя Золушка, — сонная девушка так красива.
— Ты приехал раньше, — улыбнулась.
— Соскучился чуток, — переводил все в шутку.
— Здесь было одиноко, — прошептала.
— Уже не будет. — и чмокнул в шелковые волосы. — Я тут подумал, может... как-то сходим куда-то вечером? — понимал, что я – не Эйден... но в серых глазах была грусть, и хотелось развеять тот туман.
— Давай, — согласилась и встала с кровати.
— 10 апреля украду твой вечер, — сказал и широко растягивал губы.
— Согласна, — засмеялась Айда и пошла в ванную.
10 апреля. Сейчас.
Я подготовился. Мне понадобилось два дня, чтобы сделать это. Я взял свой Mercedes-Benz X-класса, ведь у него открытый багажник. Если моя задумка будет оправдана, то Золушка точно будет в восторге. От этого свидания? Его же можно так назвать? Думаю, что да. Честно признаюсь, как-то не думал, что она согласится. В последние дни Уислон немного скрытна. Прячет настоящие эмоции в себе и часто проверяет телефон. Ее точно что-то тревожит. Перед тем, как провести вечер с Айдой, заехал на работу и решил поговорить с Кристианом.
— Я как раз хотел Вам звонить. Есть кое-что, — голос был напряжен. Да польется дерьмо...
— Ну, пиздец, чувак. Говори, — мои мышцы стали твёрдыми, а взглядом уже мог спалить все вокруг.
— Сегодня выписали Эйдена. Он сейчас у родителей... Ну, там и ее семья тоже, — сука. Вот это ебейший поворот судьбы.
Мне стало интересно, приняли бы они меня? Хреновая мысль, но достойна того, чтобы поселиться в голове. Парень с татуировками, которые покрывают его руки, спину, грудь, живот. Тот, кого боятся даже люди с большим опытом жизни. Парень, который убивал дохрена людей, чтобы выжить и заработать авторитет. Мужчина, который использовал женщин, но уважает их дочь. Как бы они смотрели на меня? С ужасом? Боялись бы? Что сказал бы ее отец? Доверял бы? Не знаю. Я даже, не задумываясь, прыгнул бы под пули ради неё, но не умирал. Какой толк от мертвого тела? Я бы сделал так, чтобы Золушка всегда была в безопасности. Ей не нужно чего-то бояться рядом со мной.
— Босс? — вырвал меня из мыслей парень.
— Блядь, что-то ещё?! — гаркнул. Бедняжка Крис.
— Он уже снова работает, но пока дистанционно. Компания Джеймса терпит убытки, как бы он скоро не объявился, — неуверенно говорил Кристиан.
— ПОЧЕМУ МЫ, БЛЯДЬ, ЕЩЁ НЕ НАШЛИ ЭТОГО СУКИНА СЫНА? — я так сильно орал, что от моего крика могла начать течь кровь из ушей.
— Его нигде нет. Никто не видел... и даже зацепки не найти, — теперь Адриан злой.
— Мне похуй, совершенно. Веришь? Его сердце бьется, значит где-то сидит, как обоссаная мышь. Я. Хочу. Результата. За. Свои. Блядь. Бабки. Которые. Плачу. Гребанным. Пиздюкам, — каждое слово было острым, словно осколок стекла. — Пошли на его поиски Киллиана, — это единственный человек, который достанет любого. Жестокий убийца, прекрасный охотник за людьми. Я уверен, что именно такой человек найдёт его.
— КИЛЛИАНА? — неожиданно пропищал Кристиан. Ему приходилось видеть «разговоры» этого парня. КЕеллу 24 года. Сейчас он в отпуске на каком-то дохуя дорогом острове и греет задницу.
Когда мне исполнилось 18, то увидел 13-летнего пацана, что доставал еду из мусорки. Тогда-то и взял худощавого малого под своё крыло. Этот парнишка отличался своей верностью, желанием жить, угодить и быть первым. Все было так похоже на меня. Уже с 13 лет начал обучать владению оружием, борьбе, шахматам. Он очень умён и достаточно хитер, изобретателен и надёжный. Через год, когда уезжал с Италии, то забрал его с собой. В Торонто он учился в отличной школе, пока я же продолжал грызть гранит науки самых престижных университетов. Из-за отличной памяти мне было легко учиться сразу в двух универах. Не смотря на голос, что кричал в моей голове: «Ничтожество. Лучше бы ты сдох!», — я упорно трудился и достиг результатов. Киллиан стал жестоким на работе, но не потерял частичку души в обычной жизни. Никто не знает его таким, каким видел его я – маленьким мальчиком, который просил не бросать его. Поэтому Келл относится ко мне с большим уважением. Для него я стал всем: отцом, который объяснял домашку, мамой, когда нужно было подлатать его раны, собеседником, если ему нужно было поделиться мыслями и просто надеждой. Между нами всего 5 лет разницы... Я был не особо взрослым, когда стал опекуном подростка.
— Именно. Позвони ему и расскажи ситуацию, а потом, когда он приедет, пусть зайдёт ко мне, — ухмыльнулся. Я скучал по парнишке.
— Будет сделано, — сказал Кристиан и ушёл. Думаю, что ему понадобится тонометр. Ладно. Насрать.
На часах было 7 вечера. Так, пора ехать к своей Золушке, а потом уже будем выдвигаться. С собой взял огромный тёплый плед, подушки, много еды. Сев в машину, поехал к девушке. По пути к ней, заехал домой и переоделся. Ещё кое-что для неё сделал.
Нарисовал картину.
Это момент, когда мы были на яхте. На моем рисунке она стоит у перил и смотрит на закат солнца. Ее длинные волосы развиваются на ветру, руками девушка обхватила тонкие предплечья. Я сделал красивое лицо в профиль, где видно ровный нос, красивые губы, длинные ресницы и большие глаза. Все это было в тёплых цветах: бордово-коричневый, желтый, красно-золотой, красно-оранжевый, лиловые оттенки, лимонный цвет, насыщенный красный, цвет апельсина, древесный, цвет специй и шафрана. Все это выделяло брюнетку на фоне океана и заката. Весь этот рисунок нарисовал на холсте 60 х 60. Только вот... Краски не имели для меня смысла... Думал, что вылечусь... Пока нет...
Если присмотреться, то будет видно надпись на океане:
«Ты – мир, который стоит любых миров...»
Аккуратно упаковал в ярко-синюю замшевую бумагу. Пусть будет память обо мне. Теперь можно продолжать путь. Через 25 минут был возле дома. Нам ехать на место около 40 минут, но оно того стоит. Я посигналил, а из дома выбежала красотка. На ней было платье... Темно-синее, как упаковка для картины. Черт. Я не мог сконцентрироваться. Мои джинсы стали тесными. Заебись. Она так искренне улыбалась, пока я терялся.
— Боже! Ты сногсшибательная! — крикнул громко, когда выходил к ней. Она громко захохотала.
— Я старалась, — щечки стали розовыми.
— Ладно, нам нужно ехать. Садись, красотка, — открыл ей дверь, и она внимательно рассматривала машину, багажник. — Эй-эй, хватит глазеть, — смеялся и подталкивал внутрь.
— Да блин! — нахмурила брови Золушка, но улыбка выдавала хорошее настроение.
Через 40 минут мы были на месте. В этот раз выбрал Скарборо Блаффс. Здесь мы будем в Парке Блаффера. Это единственный парк с выходом к озеру. Я машиной подъехал ближе и остановился. Теперь перед нами было красивое озеро. Вокруг много зелени, деревьев и тишина, но это ещё не все. Решил, что устрою вечер кино, черт возьми, под открытым небом. Специально ради нас закрыл, нахрен, этот парк на сутки, чтобы установить здесь большой экран и проекционную систему, дабы мы могли насладиться просмотром фильмов. Мы с Золушкой смотрим Marvel. Очередь была за Тором. Теперь, когда припарковал правильно автомобиль, она могла увидеть все. Для этого случая как раз и взял эту тачку.
— Господи, Адриан, — прошептала изумленная девушка.
— Вечер кино... или ночь, — пожал плечами и обнял ее.
— Здесь чертовки охрененно, — пищала сероглазая. Да. Действительно. Мы стояли будто на маленьком островке, где впереди лишь видно небольшие скалы, а сбоку от нас было озеро, которое ловило блики вечера. Здесь пахло мечтой. И я горжусь, что делаю ее такой. Серые глаза осматривали территорию и с жаждой изучали все вокруг. — Ты... ты это все... — пару слезинок выкатилось из глаз.
— Ты чего? Это все пыль. Малюсенькая часть того, что мне хотелось бы делать, лишь бы видеть тебя улыбающейся и счастливой. Вот так. У меня, кстати, есть ещё один подарок, — вот и потянулся за картиной. Я специально ее накрыл покрывалом. Теперь уже Айда увидела упаковку.
— О-о, я как чувствовала, под цвет оделась. Это... похоже на картину, — бинго! Передал ей, а художница аккуратно тонкими ручками потянулась к ней. Медленно начала распаковывать. А когда открыла то, застыла. — Блядь. Это. Просто. Пиздец. Как. Красиво. Господи, прости меня, креветка, — ее глаза неотрывно рассматривали мой подарок. Я видел, как блуждает взгляд и потом остановился на надписи. Длинными пальчиками дотронулась до неё, а потом повернула голову ко мне. — Я... Я не могу описать словами... Ты... Очень талантлив и это... просто сносит крышу, — резко сделала шаг ко мне и влипла в грудь, а ее сердце громко билось о мое тело. Руками обнимала мою талию, а я наслаждался.