17.Притворяться тяжело
Майа
— Ничего круче не пробовала! — Я продолжаю есть под смех Эрика. Тот тоже хватает вилку, начинается наша любимая битва за сладости.
— Конечно пробовала. Помнишь те пирожные, что продаются у Джефри, которые еще с шоколадной стружкой сверху?
О, точно, это однозначно самое вкусное из сладкого.
— Ты прав.
Я продолжаю уминать шоколадно-фисташковое бискотти, понимая как Эрик на меня влияет. Я не фанатка сладкого, и никогда ей не была. Само собой я не прочь иногда съесть тортик с чашечкой кофе или, скажем, плитку шоколада перед сложным экзаменом, но за последние два месяца я прилично прибавила в весе только из-за не толстеющего вечно что—то кушающего Эрика. Который не может прожить и момента без пакета мармеладок или шоколадки. Его шкафчик все время забит сладостями, а рюкзак — бумажками и фантиками. Я уже и забыла, каково это — заходить в кафе или магазин, не заскочив в отдел сладостей. И всему виной Звёздочка, что поедает помимо нашего бискотти ещё и его любимый тирамису.
— Я всегда прав, — самоуверенно хмыкает он.
— Ну конечно, — бурчу я себе под нос.
— Знаешь что дума... — Я хотела поговорить с Эриком о сувенирной лавке, в которой мы были буквально десять минут назад, покупая последние вещи для Шона, но мысль покинула меня едва перед нашим столиком появился парень. И я его знала.
Светлые волосы модно подстрижены и зачёсаны на одну сторону. Светло-голубая рубашка с закатанными до локтей рукавами, бежевые зауженные брюки и белые кеды. Лиам никогда не изменял своему вкусу, он был таким же как и всегда: выглядел так, словно сошёл с обложки модного журнала про бизнесменов. Карие глаза было не видно за солнечными очками от Prada. Красивый, стильный, милый, мечта всех девушек... если бы все мужчины в их семье не выглядели как один. Трое слишком одинаковых брата и отец, и каждый без капли самовыражения.
— Майа?! Неожиданно тебя здесь видеть, — он откинул очки на лоб. Я встала на ноги чтобы обняться с ним.
— Лиа-а-ам, — недобро протянул Шантер, и я уставилась на них обоих.
— Эрик. И тебе здравствуй. Как жизнь? Как поживает моя кузина?
Я перевожу взгляд от одного к другому. Ни черта не понимаю.
— Откуда же мне знать, я не был на свадьбе. Слышал, у тебя недавно вышел новый альбом. — Звёздочка злобно усмехается. — Столько прослушиваний, поздравляю, друг, — его голос сочится ненавистью.
Видимо, Эрик не только знал Лиама — его напрягало присутствие другого.
— Да, я постарался. А как твои успехи? — Лиам перекинул сложенное пальто на другой локоть.
— Двигаюсь только вперёд, рад, что ты интересуешься.
— Майа, а как твои дела? — Блондин быстро перевёл тему на меня, и голос, что был пропитан ядом, за секунду стал милым и приветливым.
Лиам Трей один из сыновей крупной компании, что сотрудничает с дедушкой. Мы знаем друг друга лет с семи, учились в одной частной школе, тусовались в нашем небольшом кругу. Лиам звезда, он поёт. И только недавно я поняла, что поёт он почти то же самое, что и Эрик. У них один стиль песен, но такой разный образ жизни. Они — две совершенные противоположности. Но если они оба выступают на сцене и поют поп-рок, то, скорее всего, они знакомы между собой и оба не в восторге от этого.
Интересно.
И все семейство Трей присутствовало на церемонии бракосочетания, с которого я успешно сбежала...
— О, довольно неплохо, как сам?
В средней школе мы дружили, он часто понимал меня без слов, хоть мы на самом деле много ссорились. И в этот раз я хотела бы, чтобы он молчал о моей свадьбе. Сейчас она точно не имела никакого смысла.
— О, все прекрасно! Недавно виделся с твоим дедушкой, он рассказал о твоей учебе. Я хотел навестить тебя.
Он сел рядом и нежно взял меня за руку.
— Я всегда рада видеть тебя. — Он улыбнулся.
— Я рад, что ты не совершила ошибок, твоё шоу было лучшим из всех, на которых я присутствовал, — хохотнул парень, и я сильнее сжала его руку, пытаясь намекнуть, что Эрику необязательно становиться слушателем.
Звёздочка следил за каждым моим действием не отводя глаз.
— Да... Как там Тим? — Пытаюсь перевести тему на его брата, но Лиам хитро поднимает один уголок губ. Напомните-ка мне, из-за чего мы с ним все время ссоримся? «Из-за того, что он любит играть в игры», — напоминает мне внутренний голос. Точно.
— Тим тусуется с Вилом последние несколько дней.
Черт. Он специально выводит нас на тему моего бывшего недожениха. Сдерживаю желание пнуть со всей силы этого тупоголового мудака, с детства любящего выводить других на эмоции.
—Класс. — Я отодвигаю пирожное. Аппетит совсем пропал. Эрик все так же пристально следит за каждым моим движением. Его кадык двигается, а из ушей вот-вот повалит пар.
— Кстати о Виле. Ты, похоже, разбила его сердце когда... — Я со всей силы наступаю ему на ногу под столом, и парень подпрыгивает на месте, но намёк понят. — ...Когда сбежала, — хихикает он, и я снова толкаю его, заставив подняться на ноги.
— Кажется, тебе уже пора, Лиам. Разве это не твой водитель... — Я выталкиваю его из-за стола, ещё раз как следует пнув, на что он только хохочет.
— Но я же только пришёл! — Лиам останавливается как вкопанный, и я продолжаю его толкать под тяжелым взглядом Шантера. Он хмурит брови.
— Оливия! Она... просила тебя позвонить. Вот только что.
Я быстро достаю телефон и открываю переписку с подругой, подношу гаджет так близко к его лицу, чтобы он не смог разобрать ни слова. Мне приходится встать на носочки.
— Правда?! Подожди, серьезно? — восклицает он.
Бедный Лиам, с подросткового возраста сохнет по моей лучшей подруге. К сожалению или же к счастью, Оливию не взять богатым красивым мальчиком. Ей бы настоящего, пусть и совсем бедного, но от которого сердце начинает выстукивать ритм танго. Мы даже этим с ней похожи.
—Да-да. Иди, рада была повидаться.
Он наконец отошел в сторону, все ещё удивлённый моим заявлением. Как только дело касается Лив, его и так забитый всякой фигней мозг совсем отключается. И мне совсем не стыдно, что я надавила на его бедное, разбитое моей подругой сердце. Он сам не должен был затевать такую игру.
— Но Оливия сейчас тусуется с... — Парень выходит из кафе, и я не слышу конец предложения, но возвращать его — совсем не вариант.
— Откуда ты его знаешь? — спрашивает Эрик, как только я плюхаюсь обратно на кожаный диванчик.
— А ты? — возвращаю парню вопрос.
— Я первый спросил. — Он лениво ковыряет остатки бискотти и изредка поднимает на меня глаза, в которых все ещё плещется ненависть.
— Мы с Лиамом знакомы с детства, так уж получилось. Он из наших краев, его родители сотрудничают с моим дедушкой. Все. Твоя очередь. — Эрик сглатывает и фыркает.
— Этот придурок крадет мой стиль песни. И его какая-то там пятиюродная кузина недавно стала моей мачехой. — Мои глаза расширяются, а рот открывается и закрывается, я не могу выдавить из себя ни слова. Его мачеха. Его, черт возьми, мачеха. Святые угодники. — Кстати, кто такой Вил? Кому ты уже успела разбить сердце?
Я несколько раз моргаю, никак не могу привести мысли в порядок.
— Что?
Он разминает шею и снова повторяет свой вопрос:
— Вил. Кто он такой?
— Эрик, ты серьезно? Кузина? Как? — Парень просто пожимает плечами и зовёт к нам официантку. Как только девушка подходит он протягивает ей кредитку. Через минуту симпатичная длинноногая блондинка возвращает карту обратно.
— Мой отец познакомился с ней на каком-то званом ужине, если я не ошибаюсь. Так рассказал мне сам Его мудачество Лиам Трей. Под псевдонимом угадайте каким? «Л.Т.», читается как ЭлТи. Какое совпадение, надо же, прямо как известный артист ЭШ. То есть Эрик Шантер, — выплёвывает темноволосый с горящими огнём глазами.
— Ого, я понятия не имела. Слышала пару его песен, но в общем-то не увлекалась. Лиам был мне другом, но не близким. С тех пор как мы выросли я виделась с ним крайне редко. По праздникам или во время совместного отдыха.
Я не поняла почему он злится на меня. То, что кузина Трея вышла за его отца, не давало ему права срывать свое недовольство на мне, а их драка за популярность вообще меня никак не касается.
Я сдвинула брови, нахмурившись:
— Не понимаю причину твоего гнева на меня.
Мне совсем не хотелось ссориться сейчас, но мне не понравилось поведение обоих парней. Один хотел сыграть злую шутку с информацией, которую не имел права разглашать, тем более когда мне вовсе не хотелось об этом рассказывать. Второй посмел злиться на меня из-за их взаимоотношений, к которым я не причастна.
— Гнева? Просто испортилось настроение, мы можем уйти. — Не дождавшись моего ответа, он встаёт и накидывает куртку. Но, секунду подумав, Эрик приземляется на своё место снова. — Сразу после того, как ты скажешь кто такой Вил.
Я фыркаю. Вил совсем не его дело. Мое прошлое не должно его волновать. Теперь я тоже злюсь на него.
— Ведёшь себя как ревнивый женишок, Шантер. — Я хватаю пальто и, шагая к выходу, поспешно надеваю его.
— Будь ты моей невестой, Лиам был бы сейчас ещё не остывшим трупом. Он разглядывал тебя, словно ты красивая кукла. — Эрик догоняет меня за несколько шагов, и мы как бешеные выскакиваем из кафе и быстрым шагом направляемся к парковке.
— Только не говори, что тебя привлекла совсем не моя красота, Эрик. Да ты ещё в аэропорту глядел на меня как на куклу! А почему принял мое приглашение посмотреть фильм? Уж точно не потому, что знал что я стану твоим лучшим другом.
Я быстро поворачиваюсь и почти ударяюсь в его грудь, которая стремительно вздымается и опадает. Кроме этого его гнев выдают разве что глаза. Зелёные, светящиеся словно фары его новенькой машины. Он щурится так, как делает когда ему что-то не нравится.
Что ж, посмотрим, что ты скажешь на это, паршивец.
— Из-за твоего дерзкого язычка, — бросает он, и крылья его носа яростно раздуваются, а брови хмурятся. — Надеялся найти ему хорошее применение.
Мои глаза округляются. Что он только что сказал?
— Да пошёл ты! — Я замахиваюсь и отвешиваю ему звонкую пощёчину.
Ты заслужил ее, придурок. Ты только что все испортил. Затеял спор из ничего. И ты произнес эти слова вовсе не шутя.
Слёзы жгут мне глаза, но я никогда не заплачу перед кем-то, особенно перед наглой, самоуверенной звездой, которую считала хорошим другом.
— Тебе придётся поискать других подружек. — Выплюнув это, я ухожу так быстро, как только могу. Не поворачиваюсь и понятия не имею, идёт ли он следом или остался на парковке.
Он не должен был говорить такое. Что угодно, но не это. Эрик мой друг, два месяца мы не отходили друг от друга, мы держались вместе, мы доверяли друг другу. Тот Эрик, что сказал эти грубые слова, задевшие меня, не был Эриком, которого я знала.
Меня распирало от эмоций, я не знала как себя вести, не знала что делать. Прямо сейчас я была в центральном районе Лос-Анджелеса, с путаницей в голове и еле сдерживая слезы.
Соберись, Майа.
Плакать из-за слов какого-то парнишки? Ещё чего не хватало.
«Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на идиотов», — сказала бы сейчас Лив мне и крепко обняла. Я нуждалась в ее объятиях, хотела, чтобы она была рядом и говорила что все будет хорошо, что люди не стоят моих слез. Она бы велела мне поднять голову, выпрямиться и идти дальше.
Но даже Лив я была больше не нужна Она не писала мне сегодня, а вчера вечером наш диалог был слишком неловким, а ведь мы лучшие подруги.
Я продолжала идти в непонятную для меня сторону, крепко сжимая в руке мобильник.
Кто сможет мне сейчас помочь? У меня есть немного денег, и, возможно, скоро придет автобус, через несколько часов я буду сидеть в своей уютной комнатке и рассказывать случившийся бред Гвен, она сделает нам кофе, поддержит, а потом расскажет какую-нибудь интересную историю из жизни.
Присев на лавочку, я для начала открыла навигатор, чтобы узнать далеко ли ушла от «Райдер—Драйв»
Когда на карте мне на глаза попался значок с буквой «П», я вытерла глаза, поднялась и улыбнулась.
Я Майа Пейдж, с чего это я решила, будто кто-то может меня сломить. Глупый комментарий не должен меня тревожить.
Я направилась прямиком в отель, подаренный мне на четырнадцатилетие. Отель в центре Лос-Анджелеса, который я получила в подарок от дедушки.
Я всегда отличалась от других девушек, и вовсе не из-за кукольной внешности или похотливых взглядов парней которыми меня одаривали.
Я была Пейдж. Я имела власть. И я могла поиметь любого, кто не так посмотрит в мою сторону.
***
— Мисс Пейдж, ваши вещи уже принесли, —объявила Лилиан в моем наушнике, и я открыла дверь номера. Девушка стояла прямо за ней.
— Привет, заходи, — я наносила последние штрихи в макияже. — Что там насчёт самолета? Удалось взять билеты? — проведя розовым блеском для губ ещё разочек, я отложила его.
— Конечно, вылет через час, машина ждёт вас через полчаса. Сейчас вам в номер принесут обед. — Молодая темноволосая девушка аккуратно положила одежду, которую я просила принести, и повернулась ко мне.
— Обед не нужен, я буду в Бостоне до заката, поем уже там. Помнишь, что насчёт дедушки? — я выгнула накрашенную бровь и, взяв брючный костюм нежно-розового цвета, отправилась переодеваться, оставив дверь в ванную открытой, чтобы слышать ответы Лили.
— Конечно. Ни слова мистеру Пейджу. — Лилиан поправила подушки, ещё раз оглядела люксовый номер, доступ к которому имела только я. — О, и ещё в машине вас будет ждать коробочка с тем, что вы просили.
— Спасибо. Я выйду через полчаса.
Одобрительно кивнув, Лилиан удалилась, оставив меня приводить себя в порядок.
Пока я сушила и укладывала осветлённые волосы, думала о том, что скажу дедушке, если он все же узнаёт, что я здесь была.
«Я была на концерте, в принципе это ты знаешь, и мне негде было переночевать». Пф. Концерт был вчера, я пришла сегодня, хотя сказала ему, что домой меня отвезёт друг.
«Я потерялась и у меня сел телефон, я решила заскочить сюда и отсюда же уехать». Это была уже более нормальная версия, но все равно слабовато.
«У друга появились дела, и я решила уехать сама». Хм, думаю, это станет окончательной легендой.
Или можно просто сказать правду: «Мой друг — мудак, который разозлился на меня непонятно из-за чего и бросил едкий комментарий, я расстроилась, потерялась в мыслях, у меня почти не было денег, и единственным разумным решением было прийти сюда». Другое дело! Звучит максимально хреново. Однозначно стоит рассказать дедушке.
Все не так уж и плохо, зато я сделала осветление и мне так больше идёт. Я давно хотела и вуаля!
Быстро накинув пальто и взяв сумочку, я вышла из отеля и села в чёрный Роллс-Ройс с тонированными окнами.
Сейчас я снова выглядела как богатая наследница ПейджИндустрисГрупп. Сегодня я не была хорошей студенткой с пусть и не такой шикарной, но зато счастливой жизнью. Надев темные очки от Chanel, я прикрыла глаза и легла на сиденье. Не хотелось думать ни о чем.
Хотелось отдохнуть от мыслей — всех, что занимали мою голову. Отпустить все и притвориться беззаботной, ко всему безразличной богачкой, которую волнуют только красивые наряды и шикарные туфли, богатые мальчики и собственное самомнение размером с целый континент.
Но притворяться тяжело. Всю дорогу я думала о дедушке и его здоровье, мне необходимо было самой убедиться, что с ним все в порядке. Об Оливии, которая отдалилась от меня и даже не ответила на мое последнее сообщение, отправленное два часа назад. Об Эрике, который вёл себя как последний козел и признался, что даже и не хотел со мной дружить. Он хотел моего тела, не меня. О Виле, прекрасном солнечном парне, который не проявлял по отношению ко мне плохих эмоций, который все время улыбался мне и твердил, что наш брак может стать счастливым. И впервые за два месяца я задалась вопросом: а не ошиблась ли я, сбежав из под собственного венца?