Глава 7
Дневное сольнце проникало через вуаль и освещало мои черты лица. Моя слуга хвалила меня за красоту и делала новый шедевр. Она так прекрасно сочитала одежду, обувь, прически и украшения, что могла бы стать кем-то больше чем Версальская слуга. На мне было легкое платье цвета лагуны, завязаны сзади волосы голубой лентой. Мы обернулись услышав стук. Персонал открыл дверь, но за ней никого не было. Она была напряжена, даже зла. Ей явно не понравилось это. Поблагодарив ее я отправилась на завтрак.
Каждый раз он отличался, в отличие от академии, там одни крусаны и багеты. Сегодня был английский завтрак. Яичница, жареный бекон и листья салата. Мне понравился бекон, он был соленым и отличался от обычного мяса. Проводник сказал, что ночью прибыла английская семья аристократов по делу. Сегодня вечером состоится ужин с ними в банкетном зале. Также он дал каждому карту дворца, чтобы мы могли свободно перемещаться, но в картах я была не сильна. Это была единственная моя слабость. Но я заметила библиотеку и сказала о ней Вилорду. Поблагодарили, похвалили, поклонились. Мы направились туда.
За нами шел Мерлин. Я не видела его, но чувствовала его ауру и слышала его шаги. Даже обычный человек мог догадаться, что за ним кто-то идет. Я бездумно следовала за сокурсником, потому что вообще не разбиралась в коридорах. В академии было довольно понятно, но здесь... было слишком много придумано и сделано. Ужас. И сам дворец значительно больше школы.
◤━━━━━ ☆. ☪ .☆ ━━━━━◥
В библиотеке были светлые позолоченые стены, на высоком потолке были рисунки неба и ангелов, библиотека была с двумя ярусами. На мезонин вела прямая белоснежная лестница широной полтора метра. Белые удлиненные столы с закругленными углами, а на них свечи. Мы прошли на мезонин. Стали якобы выбирать книгу, ну, я так думала.
— Что будем читать?
— Любовные романы. Как тебе? — мило и воодушевленно сказала я.
— Уверена?
— Да. Будем учиться,
— Что? — я взяла первую попавшую под руку книгу и краем глаза увидела Мерлина. Он выбирал книгу на первом этаже библиотеке, увидела через пространство между ярусами. Мы присели как можно дальше. Я начала рассказывать о том, что у меня есть один ромб, у директора другой, а третий неизвестно. Мы разработали план: когда будет мероприятие, Вилорд пробирется в кабинет, заберет кристал, а вместо него положит стекляшку. Он куда-то спешил, поэтому ушел.
Я выбрала научную книгу и принялась смотреть содержание. А после до меня дошло: как я пойду обратно? Я не знаю дороги. Позор. Только дурак может не разбираться в картах. А я могу только в таро. Но они мне не помогут. Использовать магию? Как? Я не взяла с собой никаких артефактов. Это беспользено. Но я продолжала рассуждать над содержанием энциклопедии. Краем глаза я увидела как Мерлин уходил. Я бросилась к нему.
— Подожди! Ты куда?
— А что?
— Я не знаю дорогу обратно, — с отдышкой.
— Тебе не раздали карту?
— Раздали, но я не разбираюсь в ней,
— Такая умная, а не разбираешся, — он ухмыльнулся.
— У всех есть слабости,
— Верно.
— Так, ты меня проводишь?
— Хорошо, но ты не против зайти со мной кое-куда?
— Да, куда?
— К одному человеку.
— Какому?
— Нужному.
— Ясно. — упертый баран. Строит из себя такого скрытного, а на самом деле самый обычный простой мальчишка. Я закатила глаза. Мы дошли, и он постучал в дверь. Вошел.
Комната была значительно проще чем моя или любая другая комната во дворце. Простая маленькая кровать, но в стиле барокко, тумба в том же стиле и стул. На тумбе стояли склянки и Библия.
— Мам, привет. Как ты? — спросил Мерлин нежным голосом. Это его мама? Почему он не сказал?
— Хуже. — она говорила так, будто уже умерала, брови ее были сведены, а лицо напряжено.
— Мам, опять? — она кивнула. Ее глаза зажмурились, зубы сжались и она тихо издавала стоны. Ей было плохо. Ее ноги начали трястись, напрягаться, руки вцепились в простыни. У нее судорога? Я подошла к тумбочке, там лежал шприц и опиум. У нее явно были судороги. Ее тело все больше напрягадось, мы запаниковали.
— Мам? Мама! Что случилось? Как мне помочь? — Мерлин взял маму за руку и сел на колени перед ней. Она махала руками, показывала в сторону тумбы. Ясно, нужен опиум. Я не умела вводить его с помощью шприца, поэтому использовала ток. На уроках биологии мы проходили такое, когда нужно током внести что-то в существо. Я раскрыла бутылек, налила опиума на руку, я забыла встряхнуть бутыль, образовала сферу с помощью тока и направила ей в шею. Прислонилась рукой. Женщина успокоилась. Уснула наверно. Судороги закончились. Я села рядом с Мерлином.
— М-да уж, и что с ней делать?
— Опиум для нее слаб, через пару минут проснется,
— Мы будем ждать?
— Конечно... спасибо. Ты меня выручила. Я так напугался.
— Бывает. Особенно, когда это мама.
— Да. Прости меня.
— За что?
— Что так относился к тебе. Ты хорошая.
— Наверно... — мы сидели в тишине, но потом я сказала, — а как ее зовут?
— Агата,
— Меня хотели назвать Агатой,
— Почему не назвали?
— Адель им показалось красивие.
— У тебя есть родители?
— Да, что за вопросы?
— Просто.
— А где твой отец?
— Не знаю.
— А что случилось?
— Да так...
— Ясно. — я поджала губы. Он как непробиваемая стена.
— Ох... спасибо, девочка. — сказала Агата очень тихо. — умница, хорошей женщиной выросла... молодец... береги ее... — благославляла меня. — Приходи ко мне, красавица, наградить тебя хочу. — ее голос попрежнему был слаб, но я разбирала каждое слово.
— Что? Не стоит, так сделал бы каждый на моем месте.
— Но это слелала ты. Не стесняйся, ты достойна этого. Спасибо еще раз. Сынок, оставтье меня одну.
— Удачи, мам. Люблю тебя.
◤━━━━━ ☆. ☪ .☆ ━━━━━◥
Завязать разговор не получалось. Но мне нужно было узнать: чем болеет его мама? как она тут оказалась? зачем она позвала меня к себе?
— Прости за это, — сказал Мерлин, смотря вперед. Мы шли по коридору, а его освещали солнечные лучи.
— За что? За маму? Ты уже извинился!
— Нет. Этого недостаточно. За то, что ошибался в тебе. Ты хорошая, отважная, мудрая. Добрая. А я вечно видел в тебе зло, проблему. Презирал тебя, не уважал твой труд, ум. Саму тебя. Извини меня. С самого начала я повел себя грубо, обращался неуважительно, отрекал от остальных. — говорил медленно, иногда делал паузы. Ему правда было стыдно, я чувствовала это и то, как дрожат его пальцы не то ли от судороги матери, не то ли стыд.
— Ясно. — я была слишком гордой, чтобы простить его. Он сильно навердил моей репутации.
— Прости,
— Я подумаю, — я сказала, открывая дверь в свою комнату. Я смотрела ему в глаза, стояла на месте, а после ускользнула в покои. — еще увидимся.
— Да. Хорошо выглядишь. — слабо проговорил он и отдалился. Я пропустила мимо ушей комплимент, я знала, что я хороша, но это всего лишь работа слуги. Которая могла бы стать модельером.