Глава 6
Прошло много времени после моего поступления. Только недавно я плакала, боясь вступительных экзаменов. Но они были легкие. Только недавно я плакала, что уезжаю из дома. Но академия стала моим вторым домом. Здесь можно получит много знаний. Я сделала камень честности. Он правда работает.
На полу были разбросаны вещи. Директор утром позвал меня к себе в кабинет. Там было красиво и интересно, прямо как директор. Ко мне пришла та замужняя мадам, что встречала при вьезде. Она постучалась и сейчас ждет меня за дверью.
Я поприветствовала ее. Она провела меня до кабинета директора. А я по прежнему восхищалась ее красотой.
На продольной части стола сидели: Эшли, тот Мерлин, Вилорд, кому я была удивлена, Элен, брат Анны. На паралельной двери части стола сидел директор. Возле него стоял профессор. Мерлин дернул щекой, когда я вошла и закатил глаза. Прошептал Элену: "опоздала".
— Ну что, присаживайся, Адель.
— Спасибо за честь.
— Раз все в сборе, сегодня на карете вы поедете в Версаль. Вы очень умные, способные и трудолюбивые ученики, поэтому мы решили предоставить вам возможность отдохнуть от суеты. Вы от этого ничего не потеряете, а других учеников можно будет доучить до вашего уровня. Вы сможете изучить историю и культуру. Вам мы предоставим проводника. Собирайте вещи, дорогие. Адель и Эшли поедут на одной карете, а месье поедут на другой. Удачи!
Вокруг деревья покрытые легким снегом. Мы едем в карете. Красные сиденья, белые стены, черные лошадки. И Эшли. Я заметила, что у нее очень прямые волосы, черные. Как у лошади. Я редко встречала людей с такими волосами. А еще темные глаза и пухлые губы. Я смотрела на нее, разглядывала, а потом поняла, это слишком грубо, а ей некомфортно.
— Простите.
— Ничего. Адель Либра. Первый год обучения.
— Да, а Вы?
— Я? Эшли Сантс. Четвертый год.
— Вы, наверное, очень умная.
— Не настолько, как Вы, мадемуазель.
— Почему?
— Вы очень умна, я часто слышу от учителей похвалу для Вас. Они гордятся и восхищаются Вами.
— Правда? А можно подробнее?
— Говорят, Вы очень сообразительна, умна, каждый день работаете над собой, учитесь лучше мужчин в классе.
— Это хорошо. — я сказала, и дальше мы молчали.
Высокий лысый мужчина встречал нас. Он был хорошо и богато одет. На глазу был монокль.
— Здравствуйте, ученики, пройдемте за мной. — мы прошли вглубь. Сад был покрыт снегом. Жаль. На мою розовую шубку падали снежинки. Он что-то рассказывал о истории, о достопримечательностях. Далее нас проводили во дворец.
Там было восхитительно. Очень высокие потолки. На них узоры. Свисали масшатабные люстры, стояли золотые лампы. Все было сделано в золоте. Статуи ангелов в золоте. Так ярко и богато. По сравнению с этим школа казалась такой пустой. Мы прошли на лестницу. Светлая, широкая, с красивыми золотыми перилами. Она была тоже очень большой, похоже на ту, что в школе, но на ней стояли мужчины в военной форме. Они сколонились, когда мы начали проходить. Я удивилась. Рыцари Версаля поклонились мне. Мы прошли по ступеням.
В коридоре было довольно скудно. Черно-белая плитка, которая чередовалась, памятники в бюст разных мужчин и лунный свет, падающий в окна. У каждого будет своя комната. Нас заселили, моя комната была дальше всех, мне выдали золотой ключ. Проводник сказал, утром приходить по коридору и направо на завтрак.
Зайдя в комнату я удивилась вдвойне. Светлые стены, дверной шкаф с зеркалом, туалетный столик нежных розовых и белых цветов, рядом стояла огромная кровать, прямо как дома. Но светлая, такая же розовая и белая. На полу был явно дорогой ковер. Огромное окно украшало комнату зимними лучами луны. Под которыми я уснула.
◤━━━━━ ☆. ☪ .☆ ━━━━━◥
Утром везде носились дворецкие. Мы с Вилордом держались вместе. И всей толпой учеников мы шли на завтрак. Там стояло пять стульев в том же дорогом стиле, светлом и чуть розовом, за круглым столом. Стояли крусаны, багеты, булочки и 5 чашек с горячим шоколадом. Мы начали трапезу. Мне явно было некомфортно находиться с Мерлином, ему было все равно, наверное, но все же...
Дворецкий сказал, что сегодня будет теарт, а после бал. Ужас. Я ненавидела огромные платья, шумную музыку, самовлюбленных принцев, мужчин. Пройдя в комнату, меня встретила девушка, она потащила меня переодеваться.
Сделала пучок, одела платье, очень туго затянула корсет. Но выглядела я превосходно. Белое платье с нежно-розовой розой на правой части бюста, нежная белая ткань, стекающая и облегающая мои формы, белые изящные перчатки, роза в волосах. Я восхищалась другими девушками, считала их красивыми, неземными, а сама... стеснялась себя, я понимала, что я красива, но я не чувствовала себя таковой. Смотря в зеркало я не думала ни о чем. Красивая я или нет, неважно. Но сейчас я правда чувствовала себя, любовь к себе, готова была вечность смотреть на себя в зеркало. На глазах навернулись слезы. Я тоже могу восхищать кого-то. Кто-то будет смотреть на меня и думать о том, о чем я думаю о других.
— Простите, — сказала я смахивая слезы.
— Мадемуазель, все хорошо? — я проигнорировала вопрос. И улыбнулась в зеркало. Я чувствовала себя живой, но была готова умереть от корсета. Пора на представление.
Актеры то плакали, то радовались. Драма и любовь — то, что любят у нас. Красивые прически, наряды, декорации, актеры, вперемешку с талантом, мастерством и стратью. Прекрасно. Все восхищались выступлением, плакали от счастья и боли, радовались. Но закончилось все хорошо. Все живы, здоровы. А жаль. Так не очень-то интересно. Лучше бы кто-то из них погиб, и другой больше никогда никого не любил. Вот такое я люблю.
На балу мы почти не разговривали с Вилордом. Я подумала, может говорить всем, что мы возлюбленные, а нам за это будут рассказывать что-то. Но что? В любом случае, лучше вдвоем, чем по одиночке. Он идет.
— Вилорд. Поговорим?
— Да, прям здесь?
— Нет, конечно! — мы отошли в коридор. Я продолжила, — зачем тебе книга?
— Какая?
— Ты знаешь, зачем?
— Моя мать погибла, и я хочу ее возродить.
— Врешь. Скажи честно, прошу.
— Нет!
— Вилорд, я знаю, где ее достать и как активировать. Просто скажи,
— Один мой дед был очень мудрым. Он сказал, что оставит мне книгу, где самые важные секреты магии. Но он погиб. Я хочу его возродить или забрать у него книгу.
— Ясно. Пообещай мне, что будешь серьезен. Мне тоже нужна эта книга.
— Буду.
— Давай притворимся возлюбленными и будем искать правду.
— Что? — он рассмеялась, а я его стукнула по плечу. — обычно мужчины предлагают выйти на другой уровень отношений, но ладно, мадемуазель, я приму Ваше предложение.
— Ты сказал, будешь серьезен, — грубо сказала я.
— Прости, но как это поможет?
— Помнишь, нас нашли в кабинете профессора, я подумала, а ведь мы можем избегать так наказания.
— Хорошо, я пойду, меня девушка ждет. — я смотрела ему вслед и улыбнулась. Только прибыл, а уже очаровал.
Возле стола с напитками стоял Мерлин и пил. Войдя обратно в зал я увидела его и решила начать разговор.
— а Эшли из какой группы?
— Вы ко мне?
— Вау, до этого Вы были на "ты". Да, к Вам.
— Она из а4.
— Трое из группы а4 и двое из а1, интересно.
— Так мы на "ты"?
— Да, Мерлин Тернер. Почему ты меня вечно обвиняешь? — я говорила спокойно, но с жестокостью, некогда тратить время на драму.
— Потому что редко бывают только приехавшие ученики, которые стоят на ровне, например, со мной. Ты выглядишь смутной. Часто бывают "милые ученицы", а потом они хуже даже самых ужасных злодеев. — он отпил вино из стакана. Я взяла бутылку красного элитного вина и налила себя в бокал. Тоже отпила.
— И все?
— Ты подслушала разговор директора и профессора, ты "уединялась" с Вилордом в кабинете профессора! Мне продолжать?
— Я иду почти наровне с тобой, Мерлин, потому что я много тренировалась, училась. Достаточно.— мы стояли облокотившись о стену. Не смотря друг на друга.
— Обычно ты в черном и простом. Почему не танцуешь? Никто не пригласил? — рассмеялся. Я оскорбилась и свела брови.
— Так пригласи, шутник! Почему тебя так заботит моя одежда? — ни капли флирта, только злость и отвращение. Лучший ученик академии.
— Необычно тебя видить в таком.
— Так скажи это!
— Что?
— Насколько я красива. А, точно, ты же слабак, который может только подозревать без аргументов. — тут уже рассмеялась я. Ему шутка не подошла по вкусу. Это то, чего я добивалась
— Мы похожи.
— Почему ты так решил?
— Ты, ведь, самоучка? Я тоже. Мы подшутили друг над другом. Мы оба умные, трудолюбивые, лучшие. А меня, ведь, тоже сначала недолюбливали. Говорили, он глупый, ничего не добьется. Но нет.
— Но все говорят, что я хороша.
— Я был умен. Все знали это, признавали, но были персоны, чье место я занял. Я, ведь, из обычной семьи. Моя бабушка была магичкой. Мама и папа — нет. Никто больше не был магом у нас в семье. Поэтому мне пришлось самому тратить деньги на книги, обучения. А работал я в церкви, помогал детям. — какой хороший, умереть можно. Но я не думаю, что он врет.
— Поэтому ты решил отыграться на младших?
— Нет, ты правда подозрительная.
— Хм... — я улыбнулась, глядя в пол, хотеля добавит едкую фразу, но не стала. Не нужно рушить свой авторитет. Я просто ушла. Спать в свою красивую и мягкую постель. А он даже не извинился. Джентельмен.