7 глава
Ровно в 06:00 утра в понедельник по двери моей квартиры ритмично застучали, и ритм отдаленно напоминал песенку болельщиков. Я никогда не была поклонницей лакросса, но уверена, что именно так звучала кричалка «волков» Карстона. Не верилось, что мы когда-то были школьниками.
Подскочив к двери, я открыла и побежала назад в ванную.
— Одну секунду, — прокричала я, сплёвывая зубную пасту.
— Я пока отнесу твою сумку в машину, — крикнул Доминик.
Я подняла взгляд на зеркало и слегка поморщилась. Никогда не любила тугие пучки, но сегодня эта прическа казалась самым выиграшным решением. Дорога в Филадельфию займет около пяти часов, а первая конференция назначена на час дня. Локоны бы не продержались так долго, хвост бы растрепался, а вытянутые выпрямителем пряди обвисли бы соплями. Интересно, как бы действовал Доминик, если бы новым PR-менеджером стал сорокалетний мужчина? Раскошелилась бы его компания на перелёт в том случае?
Пока запирала дверь, я прогнала в голове всё ли выключила и со спокойной душой вышла на улицу. Солнце всё ещё скрывалось за линией горизонта, но небо уже светлело. Бостон начинал просыпаться. Я любила утреннее время, так как в тени высоток улицы за ночь пропитывались влажным воздухом и сейчас создавали обманчивое впечатление холодной поры года. Среди мелких домишек нашего родного города такого явления не наблюдалось.
В носу защекотало от запаха мокрого асфальта. Буквально через час на смену ему придёт вонь выхлопных газов.
— Мисс Максвелл, что Вы напихали в свою сумку? — спросил Доминик, открывая для меня дверцу.
— Мне нужно иметь соответствующий вид на всех мероприятиях. Я итак ужасно минимизировала свой багаж.
Я залезла в автомобиль и пристегнула ремень безопасности.
— Должен признать, сейчас ты тоже выглядишь довольно пристойно, — улыбнулся Доминик и повернул ключ зажигания.
— Не смешно, я проспала, и твои колкости сейчас совсем не уместны.
На мне была надета первая попавшаяся рубашка и джинсы. Благо, что мы сначала заедем в отель, где я успею переодеться.
— Как там Джон?
Я мельком увидела, как его губы подернулись в зловещей усмешке. Гад.
— Вполне неплохо, а как Сантана?
Я решила, что нет смысла в ответ каверкать имя его жены, ведь оно у неё и так отстой. А потом отвесила себе мысленный подзатыльник. Мысли беспристрастно, Валери. Кто-то считает дерьмовым твое имя.
— Полетела на модный показ в Париж. Куда ты дела пса?
Его голос изменился при упоминании моего любимца. Стал более обыденным, может, немного заинтересованным.
— Баш на этой неделе поживёт у Кэт. Они прекрасно ладят, и кому я ещё могу его доверить если не ей?
— Как она?
— Учится, режет зверушек по ночам, всё так же поучает, будто это не я старше.
Пока говорила, на моем лице расцветала улыбка, кажется, даже Доминик улыбнулся. После этого между нами воцарилось молчание, и я решила, что пришла моя очередь задавать вопрос. Может, стоило попытаться стать друзьями? Возможна ли дружба между бывшими супругами, которые разошлись не так уж и мирно? Возможна ли дружба между людьми, которые друзьями в априори никогда не были?
— Как мистер Блэкторн?
— Как ты, наверное, заметила — я официальный владелец всех акций и глава холдинга отца, и как ты, наверное, догадалась — будь он в здравом уме, никогда бы не допустил этого. Поэтому, ты уже, наверное, поняла, что болезнь папы прогрессирует, и у него не оставалось выбора, кроме как передать мне права управляющего.
— Мне жаль, как Лейла справляется с этим?
— Ну, мама вот уже несколько месяцев попивает виски вместе со своим любовником где-то на Багамах, — с горечью усмехнулся Доминик.
— Мне очень жаль.
Мне действительно было жаль его отца, хоть он и не был святым, но поступок его жены это просто... и врагу такого не пожелаешь.
— Мне тоже.
* * *
Всю оставшуюся дорогу я спала. Наши гостиничные номера находились в разных концах коридора, и это немного насмешило меня. Очень предусмотрительно.
В мою дорожную сумку поместилось три платья, две блузы, одна юбка, одни тёмные брюки, пара универсальных чёрных лодочек и даже выпрямитель для волос. Отель любезно предоставлял мне не менее большую кровать, чем у меня дома, и холодильничек с выпивкой. Думаю, сегодня она мне не понадобится.
Надев своё изумрудное платье с вырезом сердечком, очень прилично обхватившим грудь, я нанесла подходящий макияж. До выхода оставалось ещё десять минут, поэтому я достала из сумки телефон.
— Доченька, ну наконец-то! С тобой всё в порядке, как ты?
Будто уехала на войну. Я закатила глаза и выглянула в окно.
— Мама, мне двадцать шесть лет, что со мной может случится? Я поела, зубы почистила и допоздна не работала.
— Вот и молодец, это всё что нужно знать твоей матери, можешь хотя бы сообщения присылать, — пригрозила она.
— Когда-то и они тебя категорически не устраивали. Я же звонила на прошлой неделе, у меня сейчас много работы... лучше расскажи, как у тебя дела, как папа?
— У нас всё по-старому, папа работает, передавал тебе привет.
В этот момент в дверь постучались, и в комнату заглянул Доминик.
— Ладно, мам, работа зовет, передавай папе привет.
— Конечно-конечно, только пожалуйста, звони чаще, — вздохнула она.
— Хорошо, всё целую.
Я отключилась и кинула телефон в сумку к документам.
— Как родители? — спросил Доминик, открывая мне дверь.
— Жалуются, что редко звоню.
— Тогда звони почаще.
— Спасибо за этот незаменимый совет, — не без сарказма поблагодарила я.
* * *
— Мисс Максвелл, это было просто чудесно, Вы просто купили весь наш коллектив!
Вот уже пятый мужчина произносил что-то подобное после окончания первой конференции и целовал мою руку одновременно. Женщины же, наоборот, просто кивали мне или вообще старались обходить. Будто я приехала с целью поджать под себя их мужчин. Они мне и даром не нужны были, лишь их профессиональная оценка и приязнь к Арчибальд Энтерпрайзес.
— Благодарю.
У меня уже болела челюсть от постоянной улыбки, а рука ещё никогда не была такой обслюнявленной.
— Мистер Денвер, боюсь, мне пора украсть у Вас мисс Максвелл, — произнес Доминик, становясь рядом.
— Мистер Блэкторн, все мы под огромным впечатлением от речи мисс Максвелл, и сегодня же начнём рассмотр предложений Арчибальд Энтерпрайзес, — произнес мистер Денвер.
Вот, именно этого я и ждала.
— Не сомневаюсь, — проворчал Доминик, — но у нас впереди ещё одна конференция, и опаздывать будет очень невежливо.
Доминик криво улыбнулся и потащил меня в сторону выхода. Его рука собственнически легла мне на талию, дыхание участилось, и я мало не споткнулась.
— Мистер Блэкторн, передавайте привет жене, — прокричал нам вдогонку мистер Денвер, и пальцы на моей талии усилили хватку.
* * *
Обе конференции прошли удивительно успешно. Может, я действительно профессионал своего дела?
— О чём думаешь?
Мы ехали обратно в отель. Доминик на секунду обернулся и провел рукой по подбородку. Как бы не пытался скрыть — он тоже выглядел уставшим.
— О том, что хочу есть.
— Разве Вам не понравился фуршетный стол, который нам организовали на втором собрании?
— Если Вы, мистер Блэкторн, считаете, что я могла бы наесться тарталетками с креветками, то Вы полный придурок, — произнесла я, разглядывая свой маникюр.
— Подбирайте выражения, мисс Максвелл, Вы разговариваете с начальством.
Из рта вырвалось насмешливое фырканье.
— А ты разговариваешь с очень голодной женщиной, так что жми на газ.
— Есть, мэм.
Спустя целых сорок пять минут мы уже ужинали в ресторане на первом этаже отеля. Огромные окна открывали прекрасный вид на реку, за которой уже почти скрылось солнце. Водная гладь впитала в себя насыщенный алый цвет закатного неба. Филадельфия однозначно напоминала мне Бостон.
— Ну, и как тебе шато из телятины с рокфором? — спросил Доминик, отрезая кусочек от своего стейка.
— Я никогда не пробовала такого, и раз ты всё оплачиваешь...
Я выбрала одно из самых дорогих блюд, и оно того стоило. Я тихо мычала от вкусности каждого кусочка, а Доминик довольно улыбался напротив. Давно я уже не ужинала в таких дорогих ресторанах, можно даже сказать — со времен нашего брака с Домиником. В те времена у нас была традиция — на годовщину свадьбы ехать в совершенно незнакомый город и ужинать в до неприличия дорогом ресторане. От воспоминаний сдавило желудок, и телятина попросилась обратно.
— Ваш десерт. — Молоденький официант опустил на столик две порции фисташкового мороженого.
— Благодарю, — Доминик коротко кивнул, и парнишка удалился, — ты ведь не разлюбила фисташковое?
— Как его можно разлюбить, — улыбнулась я, вспоминая, как Адам задабривал меня целыми порциями, когда мы ещё учились в школе. А потом эстафету перенял мой муж.
В последнее время в моей голове слишком часто начали всплывать воспоминания о времяпровождении с Домиником. И это напрягало, ведь в жизни с чистого листа обычно нет места прошлому.
— Выезжаем завтра в шесть. В Ричмонд мы приедем где-то около десяти, а конференция назначена на полдень. Там, как ты знаешь, у нас будет также два собрания. В отеле мы останавливаться не будем, сразу отправимся в дорогу, потому что путь в следующий город очень долгий. Там у нас будет только одна конференция, а потом мы будем отсыпаться в отеле.
— Знаешь, на документах это выглядело не так устрашающе, как звучит из твоих уст, — констатировала я, облизывая свою ложку.
— Так уж устроен наш график, зато подумай, неделя твоих недосыпаний предоставит Арчибальд Энтерпрайзес финансовую поддержку на несколько лет вперед, — произнес Доминик, не сводя глаз с моей ложки.
— Что ж, тогда я пойду высыпаться перед завтрашним днем.
Я поднялась со стула, уверяя саму себя, что действительно должна отдохнуть. Тем не менее, в глубине души я понимала, что мне просто стало неловко под его пристальным взглядом.
— Спокойной ночи, — попрощался Доминик.
Он остался за столом, и я ощутила некое облегчение. Для пяти лет расставания сегодня мы провели вместе невыносимо много времени. В моем номере было прохладно, что было огромным плюсом в этот жаркий день. Я открыла стеклянные двери и вышла на балкон. Отсюда было видно ту же реку, что и из ресторана. Из номера донесся звонок телефона, и мне пришлось оторваться от единения с природой.
— Как ты, детка, жива?
И опять эти характерные чавкающие звуки на заднем фоне.
— Безусловно, сегодня всё прошло на ура, а вот завтра будет ещё тот денек, — вздохнула я и скинула туфли. — Филадельфия загляденье, тебе бы понравилось здесь.
— Мне нравится в любом городе, который по размерам в пять раз больше нашей деревеньки, — хохотнула Кэт.
— И вовсе мы не из деревеньки, — пробормотала я на столь неуважительное отношение к родному городку. — Как там Баш?
Я обошла свою огромную кровать и стала напротив круглого зеркала в золотой оправе. А здесь довольно-таки уютно. На заднем фоне зазвенел громкий лай Баша, и я засмеялась.
— Он в полном порядке, — заверила меня Кэт. — Как там мистер говнюк?
Кажется, она даже перестала жевать в этот момент.
— Накормил меня ужином и вообще весь день был паинькой.
— Вот и славно. Пусть держит руки при себе. Ладно, родная, иди отдыхай, а мы с парнями ещё посмотрим что-нибудь перед сном.
— Баш очень большой фанат «Пиратов Карибского Моря».
— Скорее, это его хозяйка очень большая фанатка Джека Воробья, — со смешком произнесла Кэт.
— Капитана Джека Воробья, — серьезным тоном исправила я.
— Пардон. Тогда, думаю, Ричард большой поклонник Орландо Блума. Ребята, я знаю, что мы сегодня будем смотреть.
На заднем фоне снова послышался лай, и Кэт, попрощавшись, отключилась. Вот бы мне приснился хоть один пират, раз уж я не смогу посмотреть с ними фильм.