3 глава
— Разве ты не понимаешь, что вся эта любовь превратилась в жалость?
— Доминик, иди протрезвей, а потом мы с тобой поговорим, — отчеканила я, отпихивая его от себя.
— Котенок, а не о чем тут разговаривать! Вся эта бытовая дребедень показала нам, что совместная жизнь это не свадьба, и не постель — это крах.
— И сейчас, здесь, ты стоишь пьяный только из жалости ко мне? — Я не могла поверить ушам.
— Боюсь, что да.
Его лицо начало медленно расплываться, а голос превратился в звонок будильника. Вот уже вторую ночь я просыпалась от воспоминаний пятилетней давности. После слов Доминика о жалости я собрала вещи и поехала к родителям. Они умоляли не кипятиться, но, как говорится — что у пьяного на языке, то у трезвого в голове. Если он сказал, что живет со мной из жалости, я собиралась прекратить его мучения. В конце концов, я желала Доминику добра. А самым большим доказательством его слов было то, что он даже не попытался вернуть меня.
Скинув с себя одеяло, я выключила будильник и поплелась в ванную. После таких снов мое утро бодростью и не пахло. Плеснув в лицо холодной водой, я взглянула в зеркало.
— Возьми себя в руки, Валери, заключи чертов договор и забудь о Доминике.
Баш сидел на пороге и, скорее всего, думал, что я свихнулась. Разговариваю сама с собой.
— Пойдем, дружок, погуляем.
Я специально поставила будильник на семь утра, чтобы успеть выгулять Баша перед работой. Утренний воздух чудесным образом налаживал порядок в голове, а время, проведенное с любимцем, успокаивало нервы.
* * *
— Валери, у тебя что-то случилось? — спросила Стейси, протягивая мне документы.
— Нет, просто не выспалась, — улыбнулась я, проглядывая первые страницы отчётов.
Да уж, а прошлый PR-менеджер не пожалел для меня работёнки.
— Ах, бессонная ночь? — переспросила Стейси, игриво подмигнув.
— Если бы, сны полные кошмаров и настоящих подлецов, — вздохнула я и, взяв документы в одну руку, а чашку кофе в другую, направилась к лифту.
— Тебе нужно развеяться, Валери, — крикнула мне вдогонку Стейси.
— Знаю, — ответила я прямо перед тем, как двери лифта закрылись.
На нашем этаже был лишь длинный коридор с двенадцатью дверьми, по шесть с каждой стороны. Безусловно, в каждом кабинете имелись стеклянные окна, которые вели в этот же коридорчик, но все они были закрыты жалюзями, как будто босс и с их присутствием не узнает, что Элли, например, с утра до ночи лишь раскладывает пасьянсы, причем очень неумело. А Шелдон за неимением личной жизни постоянно смотрит немецкие короткометражки. Откуда это знаю я, спросите вы. Ну, Элли очень медленно закрывает вкладку с игрой на своем компьютере, а Шелдону просто следует делать звук немного потише.
На каждой двери висели таблички с именами и должностями этих персон, так и на последней теперь гордо красовалась золотая с надписью:
Валери Максвелл — PR-менеджер.
Стейси времени зря не теряла. Нажав локтем на дверную ручку, я отворила дверь и аккуратно забралась в кабинет, чтобы ничего не выпало из рук.
— Мисс Максвелл, клянусь, я бы отдал всё за такого PR-менеджера.
Я подпрыгнула от звука мужского голоса за спиной и даже умудрилась не упустить чашку с кофе. Хоть она и отправилась на полку шкафчика сразу после этого.
— Адам! — завопила я и прыгнула прямо на друга.
Он стоял с раскрытыми для объятий руками, и, зуб даю, до этого пялился на мою попу. Поскольку длина моего платья не позволяла таких прыжков, я обрадовалась, что жалюзи на моих окнах тоже были плотно задвинуты и не предоставляли, Шелдону например, вид на мое нижнее белье.
— Валери, ты сейчас повалишь меня на свой стол, — произнес Адам, пытаясь при этом скрыть улыбку.
— Это очень приличный стол, не будем его развращать, — согласилась я и отпустила друга, поправив свое платье нежно-голубого цвета. — Но, как ты... как узнал, где я?
Адам параллельно со мной поправил свой джемпер и, сунув руки в карманы брюк, опёрся на стол.
— Мне позвонила Кэт, сказала, это связано с Домиником, и, может, мне удастся вытянуть из тебя хоть что-то, — прямо выложил Адам и пожал плечами. — Ну как, ты посвятишь меня?
Я вздохнула и, взяв с полки свой кофе, села на стол рядом с Адамом.
— Доминик мое первое задание в Арчибальд Энтерпрайзес. Ты же знал, что он живет в Бостоне, ведь так? Даже не смей думать о вранье.
Адам вытянул из моей руки стаканчик и сделал добротный глоток.
— Отвратительный кофе, — скривился он и возвратил его мне.
— Это потому, что ты не любишь такой сладкий, — как и Кэт, пронеслось в моей голове. Она кстати до сих пор не позвонила, значит, ждала, когда я сделаю первый шаг. — Не увиливай от темы.
Я пнула его локтем, и друг улыбнулся.
— Знал. Я помогал ему с переездом, а он помог мне с покупкой квартиры, когда я закончил учебу. Валери, я знаю, что Доминик сказал тебе в тот вечер. Ты должна отпустить это. Тебе выбирать краски для новой жизни. Не буду лгать, Доминик изменился, и изменился в лучшую сторону.
По телу побежала дрожь, когда Адам сказал о той ночи. Значит, Доминик говорил с ним об этом. Меня так и подмывало спросить, что именно бывший муж наговорил ему, но я сдержалась. То время далеко в прошлом. Адам повернулся ко мне, его голубые глаза были полны такого сожаления, будто это он сказал тогда те слова.
— Но, изменила его не я, и раз это получилось у его новой жены, тогда совет им да любовь. Получается, Кэт послала тебя зря, если ты и так всё знаешь, — произнесла я, допивая остатки кофе.
— Почему зря? Я увидел тебя, убедился, что моя малышка не съехала с катушек, и, хочу заметить, ради того, как это платье обтягивает твои ягодицы, стоило взять отгул.
— Ты невыносим! — Я пнула его ещё раз, только немного сильней.
Адам отпрыгнул от стола и поднял руки вверх.
— Зато искренен. Как там Джаред?
Совсем неудивительно, что Адам был среди тех немногих людей, я бы даже сказала тех единиц, которые хорошо отзывались о Джареде. Ведь друг как никто понимал, что после всего случившегося в моей жизни, я хочу спокойствия и уравновешенности. И Джаред именно тот, кто может мне это дать.
— С ним всё хорошо. Можем как-нибудь поужинать вместе.
— Ты знаешь, я всегда за, только надевай эти свои платья.
Он снова подкалывал меня, словно девятнадцатилетний мальчишка, а не двадцативосьмилетний мужчина. А потом его широкая улыбка немного погасла, и я знала, что пришло время решающего вопроса.
— От Тани что-то слышно?
У меня защемило в груди, а руки так и тянулись обнять бедного парня.
— Теперь она преподает литературу в каком-то колледже, Кэт вычитала на её страничке в Фейсбуке.
Адам выдавил из себя горькую улыбку и попятился к дверям. Безусловно, он и так знал это, ведь, наверное, был самым частым посетителем её страничек.
— Тогда, дашь знать насчёт ужина и не забудь про мои условия.
— Безусловно.
Адам махнул на прощание и вышел из кабинета. Сколько бы он не пытался завести новые отношения, в каждой девушке проглядывались черты моей бывшей подруги. Это убивало и его, и нас, поэтому на неопределенный период времени он завязал с подружками.
Выкинув свой стаканчик в урну, я принялась разглядывать документы. Расписание на день ничего интересного не предоставляло, и я решила, что именно сегодня нужно проведать Доминика.
* * *
С личного досье моего клиента я узнала, что здание, в котором находится ресторан «Монреаль», является собственностью Доминика. Прошу заметить, семнадцатиэтажное здание. Кроме ресторана здание могло похвастаться разнообразными офисами, кинотеатром, казино, спортзалом, ещё чем-то там и самое главное: последний этаж — это полностью его жилая площадь. Черт подери! Там мог поместиться футбольный стадион! Зачем одному человеку столько квадратных метров? Ах, точно, он же женат.
С такими мыслями я поднималась вверх на лифте. Администратор на первом этаже оповестил мистера Блэкторна о посетителе, и тот радо согласился его впустить. Разгладив своё платье, я немного приосанилась и ждала, когда же двери наконец откроются. И когда это случилось, я увидела его. Доминик стоял в двух метрах от меня, сложив руки за спиной, и ожидал. Интересно, он теперь всегда носил эти дорогие костюмы?
— Мисс Максвелл...
— Доминик, отложи в сторону формальности и послушай. — Я медленно вошла в просторное светлое помещение и ткнула в него пальцем. — Ты уже знаешь, что подпишешь контракт, тогда зачем тянешь? Давай покончим с этим!
Его руки из-за спины медленно переместились на грудь, а уголок губ пополз вверх.
— Тебе налить чего-нибудь?
— Чт... чего? Ты меня вообще слушаешь?
Я начала бежать за ним, пока мужчина следовал к отделенному тонкими стенами от основной части кусочку квартиры. Там стоял стол, и, наверное, это можно было назвать кухней. Доминик достал бутылку красного вина и, откупорив её, наполовину наполнил хрустальный бокал.
— Выпей со мной, и я тебя выслушаю. — Он протянул мне бокал.
— Я не пью, — отчеканила я.
— Ох, тогда понятно откуда жених, — он усмехнулся, — ты беременна.
Мои щёки залились краской, только не от стыда, а от ярости. Кажется, у меня даже глаз задергался.
— Я на работе, кретин! — прошипела я и, выхватив из его руки вино, вылила его в раковину. — И пока я хорошенько не врезала тебе, подпиши чертовы бумаги!
— Значит, не беременна, — пробормотал он.
Я начала вытаскивать из сумки договор, а Доминик, просто наблюдавший всё это время, схватил меня за руку и потащил к неприглядной такой двери в углу кухни. Одна нога зацепилась за вторую, и я чуть не рухнула на пол от неожиданности.
— Ты что творишь?
Доминик прервал мои возмущения, зажав рот рукой, и шикнул. Впихнув меня в маленькую тёмную комнатушку, он и сам влез сюда и закрыл дверь.
— Ты с ума сошел?
Скорее всего, мы сейчас были в коморке для швабр. Она была настолько тесной, что мы еле в ней помещались. Мой лоб уткнулся в дверь, а задница прямо в Доминика.
— Доминик? Сантана?
Голос тихо доносился снаружи, и я начала задумываться о попытке закричать.
— Это Эмбер, подруга Сантаны, я увидел её, когда она выходила из лифта.
— Это совсем не объясняет того, зачем ты меня сюда засунул, — грозно прошептала я.
— Это Эмбер познакомила нас с Сантаной, и она видела наше с тобой свадебное фото. Она знает, кто ты. Сюда она точно заглядывать не будет, а если увидит нас двоих и расскажет моей жене, кто ты, мне несдобровать.
— Она что, побьет тебя? — засмеялась я так тихо, как только могла.
— Ты просто не представляешь, насколько Сантана ревнивая. Она отравила мою бывшую — бедняжка неделю боялась выйти из дома, и это только за то, что она на день рождения подарила мне наше последнее совместное фото.
На заднем фоне до сих пор звенели крики Эмбер, а Доминик, кажется, говорил вполне серьезно.
— Ого, да она просто сталкер, — протянула я. — И много у тебя бывших после меня, а то я ведь не хочу испытать на себе всю её ярость.
Доминик издал короткий смешок, чем защекотал кожу возле моего уха.
— Не бойся, котенок, к тебе она не доберется.
Его голос стал более хриплым, а воздух вокруг меня наэлектризовался. Только в этот момент я почувствовала, как близко на самом деле он стоял. Его губы находились прямо у моего уха, а ладони прижимались к спине. Прежде, чем я смогла понять, что же упиралось в мою задницу, — а это точно не могло быть то, о чём я подумала, — мы услышали звоночек лифта, который оповещал об уходе гостьи.
В один миг мы вывалились из кладовой, и мне показалось, что я сейчас ослепну. Солнце пробивалось сквозь огромные панорамные окна и освещало каждый миллиметр этой квартиры. Я повернулась к Доминику, и на миг мне показалось, что он немного растерян.
— Тем более ты должен подписать договор немедленно, чтобы я более не подвергала свою жизнь опасности приходами сюда, — произнесла я, вытянув бумаги из сумки.
— Ладно, — вздохнул Доминик, — раз ты так настаиваешь.
Он положил бумаги на стеклянный столик рядом с окном и подписал во всех нужных местах.
— Благодарю за содействие, мистер Блэкторн, рада была иметь с Вами дело, — улыбнулась я, торжественно сложив документы назад в сумку.
Быстрым шагом я направилась к лифту, и, о чудо, он сразу же открылся. Победная улыбка на моем лице тянулась от уха до уха, и стало легче дышать. Доминик вразвалочку проследовал за мной. Когда я уже стояла в лифте, он сложил руки за спиной, и на его лице растянулась ухмылка, присущая лишь дьяволу.
— До скорой встречи, котенок.