Глава 27
...
От лица Лая:
Макс и Шон играли в щекоталки на диване, который весело скрипел в тон кошачьему мяуканью и лисьему смеху. В углу перед мольбертом стояла Филя, одетая, что называется «для разнообразия», в обтягивающее платье, и рисовала эту сцену, то и дело сгибаясь от смеха пополам и вытирая слезы.
Журнальный столик был забит мясом, хлебом, рыбой, фруктами и всевозможными прелестями. Вскоре после своего возвращения Шонни вернулся в ресторан, где его встретили со всеми почестями и слезами, и очень скоро он стал су-шефом.
С кухни неохотно доносился запах горячего имбирного чая, и всю квартиру пронизывали нити разнообразных запахов: от миндальных свечек на столе до масляных красок, которыми ловко оживали лис и тигр.
Печатная машинка изливалась тирадами на всю комнату, лишь иногда запинаясь и замолкая, как бы переводя дыхание. Пальцы легко скакали по клавишам, как будто играя изысканную мелодию на рояле. Строчка за строчкой, листок за листком рождалась моя очередная повесть, в которой я описал нашу жизнь. И назвал я ее «По воле инстинкта».