Часть #1. «Когда выключается свет»
***
Возможно, одиноко мне.
А может, просто грустно.
Но будет хуже ведь вдвойне,
Коль переждать то нужно.
Но переждать - есть как?
Что значит быть покорным?
Забыть, убить внутри всё - я мастак.
Да будет ль это.. Нужным, кровным?
Тем самым, что давно искал?
А что искал.. Забылся, верно.
Но лишь одно я точно знал -
Что одиночество моё забвенно.
***
Пустота.
Тишина.
Забвение.
Темнота.
- Кто ты?
«Я - это ты.»
...
Почему?
«Потому, что ты так хочешь.»
Я не просил.
Я не хотел.
Мне холодно и страшно.
Где я? Где.. мы?
«В глубинах нашего разума. Не стоит забывать себя. Здесь пусто потому, что ты сам отвергаешь всё извне.»
Снаружи опасно. Больно. Больно!
«Боль - такое же чувство, что делает тебя живым. Мертвецы не чувствуют боли.»
Хотел бы я быть мертвецом.
Хотел бы я не чувствовать этой боли. Этих чувств и ощущений.
Хотел бы я стать снегопадом..
«Увы, это невозможно. Ты - это ты. И я - тоже ты. Ты - всё, что есть у меня. У тебя. Вокруг, внутри, везде - тоже ты. Ты - Натаниэль Веснински.»
Проснись, Натти!
Проснись, проснись, проснись!!
Открой глаза!!
И он открыл.
Только вот в то же мгновение пожалел об этом. Тело пронзила боль. Парализовало каждую клеточку, поразило все ткани. Казалось, будто тело Ната готово раскрошиться на атомы, разложиться и уйти в холодную почву - единственное, что он мог ощущать спиной. Чей-то голос пытался достучаться до замыленного рассудка молодого парня, но он слышал только отдалённый звук, будто из-под толщи воды. С усилием разлепив тяжелые веки и всё ещё ощущая резь в груди, да такую, что при первом вдохе заполняющий лёгкие кислород буквально заставил Ната родиться заново, он увидел обеспокоенное лицо матери.
Мэри Хэтфорд.
Женщина, которой пришлось пережить слишком многое за не слишком уж длинную жизнь. Не сказать, что она сама стала виновницей своей судьбы. Строгое детство, навязанное образование, фиктивный брак и рождение сына, который стал единственным смыслом жизни Мэри. Можете ли Вы представить, что Ваш супруг или супруга, зачавший(-ая) с Вами ребёнка, на самом деле окажется хладнокровным, беспринципным монстром?
А Мэри и представлять не приходится. Некой "справедливости" ради стоит пояснить, что сама она - чистокровная британка и выходец из влиятельной «мафиозной» семьи, а её родной брат, Стюарт Хэтфорд, является прямым наследником этой самой организации. Но разве выбирала она, в какой семье родиться? Да что мелочиться, выбирала ли она вообще хоть раз в своей грëбанной жизни?
Как бы там ни было, её судьбе вряд ли можно позавидовать.
- Нат, господи.. Как ты? Что болит? Твой отец в этот раз засучив рукава постарался, боже мой..
Голова раскалывалась. Нат чувствовал, как в висках пульсирует. Сердце качало кровь по успевшему слегка окостылеть за это время телу так, будто отчаянно пыталось воскресить давно умерший мозг. Но, к сожалению или к счастью, Нат был жив. Даже несмотря на то, как сильно ему хотелось обратного.
Это уже не первый раз. Не второй. Не третий. Сука, даже не пятый, не десятый и так далее. Любимое занятие, «хобби» Натана Веснински, мужа Мэри и отца Натаниэля, разделывать мясо. По бóльшей части человеческое, пока ещё живое. В свободное от своей «работы» время Балтиморский Мясник - так называли Натана в узких кругах - любил развлечься с семьёй. Благоверную свою супругу он избивал с таким ярым удовольствием в глазах, какое бывает только у человека, получившего что-то очень-очень долгожданное и ценное. На драгоценном же сыне своём мужчина отыгрывался намного чаще и яростнее. С ним он практически не сдерживал свои отчаянные порывы причинить боль такой мощи, что слёз уже не остаëтся. Не остаëтся каких-либо чувств. Не остаëтся ничего. Не остаëтся Натаниэля. Только тихое безмолвное тело - холст для безумного художника.
Иногда Натан показывал свои творения "друзьям" - каким-то влиятельным людям из тех кругов, в которые он затесался. Иногда эти "друзья" оценивали Ната, ставя перед собой, раздевая и вертя вокруг своей оси, осматривая со всех сторон.
- «Хорошо выглядит. Даже после того, как ты разукрасил его Натан.»
Раздаëтся смешок. На заплывшем пóтом и отëкшем от алкоголя лице, сопровождаемая хитрым острым взглядом, расплылась тошнотворная ухмылка.
- «Ну вы же сами знаете, дорогой мой друг. Я работаю осторожно, хоть и не без доли импрессионизма и эмоциональности. Пареньку то ещё нужно в люди выходить.»
Голос отца пропитывает тело Натаниэля раз за разом, когда воспоминания каждого такого «произведения искусства» всплывали в памяти.
Когда выключается свет, наступает момент, заставляющий Ната перестать дышать. А на утро он просыпался в объятиях боли, чужих запаха и разнообразных биологических жидкостей.
***
Натаниэль тряхнул головой, стараясь вернуть контроль над разумом и телом.
- Мама?..
Сдавленный хрип, в котором он не узнал собственного голоса. Горло заволокло горечью и жжением.
- Натти, поднимайся.. Нужно помыться и переодеться. Я дам тебе таблетку обезболивающего.
- Мама, когда это закончится? Когда он перестанет..
Голос матери наполнился жёсткостью и стальным холодом. Она перебила сына.
- Не задавай мне этих вопросов. Ты же знаешь, я не смогу дать ответ на них.. Но обещаю, что скоро мама разберëтся с этим. Мне осталось немного.. Немного нужно.. И я покончу с ним раз и навсегда.
***
Соврала. Снова.
- Ты не сдержала слово, мам. Иначе бы я не стоял на твоей могиле сейчас. Ты не покончила с ним. Ты покончила с собой. Немного сбился курс, не правда ли? Скажи, что ты просто запуталась. Скажи, что ты просто ошиблась.
Секунда - Натаниэль уже на коленях. Никогда и ни перед кем он не упадëт вот так. Никогда. Но не сейчас. И не перед могилой матери. Она защищала и любила сына по-своему. Пусть он не понимал её заботы раньше, пусть он винил её во всём - ведь..как так? Она могла развестись, она могла взять Ната в охапку и рвануть в другой штат, да хоть в другое государство. Но она продолжала терпеть пытки мужа. И каждый раз спасала Натаниэля, леча его израненное тело и стараясь заполнить бреши в ещё более израненной душе. Первое ещё хоть как-то ей удавалось, но со вторым Мэри Хэтфорд облажалась по полной.
- Прости меня, мам. Я не справляюсь.
Натан Веснински арестован. Помещëн за решётку, как особо опасный. Ежесекундное наблюдение, проверки и посты охраны почти обеспечивали Натаниэлю безопасность. Но так ли это было в действительности? Шестнадцатилетний юноша, лишившийся матери руками упечëнного в тюрьму отца-психопата. Незавидное резюме.
Спасала лишь экси. Летящая против потока ветра клюшка, пасующая мяч и забивающая гол. Натаниэль так сильно был предан этому виду спорта, что даже факт, гласящий о том, как он был навязан отцом, заставляющим становиться лучше и лучше с каждым днём, не играет важной роли для самого молодого спортсмена. Возможно, это единственная вещь, за которую Нат мог поблагодарить Мясника.
- Я снова играю. Я помню, ты радовалась моим успехам в начале. Я помню, как горели твои глаза, когда я смог забить свой первый гол. «Вороны» испытывают меня, но я стал сильнее, мам. Теперь они не имеют власти надо мной и я в полную силу покажу, на что способен. По крайней мере, пока отец не на свободе. Верно ведь?
На днях Натаниэль принял решение. Будучи ребёнком до 16 лет, то бишь до момента смерти матери и ареста отца, он был не больше, чем игрок любитель. Но тренер отметил в нём потенциал, когда впервые увидел саму игру. До «Воронов» с Тэцудзи ему, разумеется, ещё очень и очень далеко. Но каждая минута, проведëнная на тренировке, будь то день или глубокая ночь, взращивали в Нате семечко таланта. Когда-нибудь и он сможет играть на одном поле против Рико Мориямы.
- Меня взяли в «Лисы». Знаю, ты не была бы рада узнать, что это за команда и каких игроков там набирают. Думаю, там у меня есть все шансы стать бóльшим, чем я есть сейчас. Я не хочу больше быть никем, мама. Ни тенью отца, ни грушей для битья.
Мысли мгновенно заполонили годову Ната, когда он только увидел издалека могильный камень с подписью «Мэри Хэтфорд" и датами рождения и смерти.
Покойся с миром.
Тяжело. Было тяжело. Сейчас же голова полностью опустела, и лишь звенящая тишина старого кладбища за городом просачивалась в мозг, парализуя мышцы. Больше нечего было сказать. Слова пропали, как не бывало. Ему всегда было тяжело находиться здесь. У неё.
Но он приходил. Приходил и подолгу сидел на холодном мраморе, рассказывая о событиях прошедшей недели, обо всех драках и ссорах, что случались с ним, о травмах на тренировках и ежедневном страхе перед Натаном. Да, он был в тюрьме. Но надолго ли она способна задержать Мясника?
- Мне пора идти. Прости, что не принёс ничего сегодня. В следующий раз я обязательно куплю твои любимые цветы и оставлю их здесь, чтобы тебе не было скучно.
Прикосновение тонких бледный пальцев к вырезанному имени на камне. Единственное слово, почему-то промелькнувшее в голове Натаниэля, когда он развернулся и на пятках поплëлся на выход:
Прощай.
Разум ли сыграл с ним злую шутку, или Нат сам догадывался, что больше не придёт в это место, он не знал. Однако, на кладбище действительно больше не вернулся. До определённого момента.
***
Входя в кабинет, потолок которого не был испещрëн светодиодами или лампами накаливания, но помещение осветляющий так, словно оно находится в ядре Солнца, Натаниэль зажмурился. Мужчина средних лет, потягивая кофе из треснувшей сверху чашки, листал какие-то документы. Он поднял глаза на вошедшего, услышав хлопок двери и тихий скрип половиц, и спросил.
- Ты - Натаниэль Веснински?
Хриплый голос мужчины заставил Ната сжаться изнутри. Уж слишком он напоминал тембр голоса отца.
- Здравствуйте. Это я. Но..
- Тогда почему в документах у тебя, Натаниэль, написаны другие имя и фамилия?
Нат замялся. Ему недавно исполнилось 18 и первым же делом он "изменил себя". Смена имени и фамилии хоть как-то облегчала тяжесть на его душе, но воспоминания не исчезали.
- Я сменил их недавно. Теперь я Нил Джостен. Официально.
- Ясно.
Единственное слово, слетевшее с губ мужчины, прежде чем он вновь открыл папку и пролистал страницы.
- А вы, если я правильно понимаю, тренер «лисов»?
- Ах, да. Не представился. Меня зовут Дэвид Ваймак. Да, я их тренер.
- Ох, хорошо, господин Ваймак.
Мужчина скривился, будто его кофе внезапно стало слаще на парочку ложек сахара, когда услышал это обращение.
- Боже, Джостен. Что за официоз.. Зачем "господин"? Я всего-лишь тренер. Так меня и зови. Боже ж ты мой, мне за это не доплачивают..
Ваймак развернулся к Нилу спиной и порылся на столе, выискивая нужные бумажки среди кучи идентичных. Уложив листы перед собой, а сверху на них поместил ручку, он указал Джостену, где и что нужно подписать.
- Это документы, подтверждающие твою принадлежность к команде экси «Лисов государственного университета Пальметто». С сегодняшнего дня ты новый член. Подпиши только тут парочку моментов..
Закончив, наконец, с формальностями и краткой инструкцией дальнейших действий от Ваймака, Нил благоговейно выдохнул и выпрямил спину. Позвоночник неприятно захрустел, возвещая о своей затëкшести и посылая больные импульсы в мозг. Вероятно, выражение лица Джостена так точно передало его ощущения, что Ваймак уловил это и неспешно произнëс, опираясь поясницей на собственный стол.
- Вижу, ты не очень жалуешь долгую работу в сидячем положении. По коридору направо - выйдешь к парковке. Обычно там шарахаются некоторые лисы. Те, кому делать нечего. Состав в этом сезоне меняется и ещё не все основные игроки привыкли к новеньким. Да и ты поздновато объявился, так что тебя встретят, скорее всего, не с хлебом и солью. А так, ребята они неплохие, пусть и со своими.. "Особенностями". Привыкнете друг к другу и будет полегче. Состав команды, краткие описания игроков и прочая важная херь будет в этой папке. Изучишь её позже. А пока иди, знакомься. Заодно узнай, где размяться можешь. Я позже тебя найду, мне ещё в ректорат драпать, узнавать по поводу нового корта и расписания.. Ты то как, определился уже с этой лабудой учебной?
Нил помолчал с секунду, затем небрежно мотнул головой, как бы соглашаясь, чтобы от него отстали. Рыжие пряди покачнулись, упали на лицо, щекоча кожу, а иссиня голубые глаза холодным взглядом устремились в угол, вдруг заинтересовавшись пыльными стопками документов, накиданных друг на друга.
Опять знакомства, новые люди. Новые страхи. Нил понимал, куда он идёт. Он знал, что это за люди и мало-мальски мог представить, что его ждёт. Но неясная тревога всё равно поселилась в душе Джостена и укрепилась там настолько, что потихоньку начинала просачиваться через кожу, заставляя его впиваться ногтями в запястья, пока он шёл мимо полупустых шкафчиков вдоль стен коридора кампуса.
На парковке действительно было несколько человек. Кто-то сидел на капоте машины, кто-то обнимался, кто-то позволял себе более смелые выходки в отношении, вероятно, своей пары, а кто-то курил. Как только Нил вышел из тени и появился в их поле зрения, каждый до единого замолк и поднял вопросительный взгляд на него.
Темнокожий парень ростом чуть ли не на треть выше Нила с интересными завитушками (что-то между дредами и косичками) улыбнулся. Спрыгнул с капота под удивлëнный взгляд, по всей видимости своей девушки, которую он мгновение назад обнимал. Нил сразу обратил внимание на его руки, не прикрытые короткими рукавами футболки. Пятнышки, едва заметные только потому, что были на один-два тона темнее самой кожи, говорили о возможных проблемах с веществами спортсмена в прошлом. Но это не касалось Нила, поэтому он быстро отвёл глаза, когда парень приблизился и, склонив голову набок, протянул ему руку в знак приветствия.
- Здаров! Я Мэттью Бойд, можно просто Мэтт. Ты новый Лис, верно? Ваймак предупреждал о твоей заявке и возможном её принятии. Рад видеть.
Ясная уверенность и спокойствие Мэттью заразили Нила. Он глубоко вздохнул, сосредоточился на руке и, пожав её, ответил.
- Нил Джостен. Можно просто Нил.
- Просто Нил.. Как интересно. Рыжий кролик прискакал знакомиться с опасными Лисами. Иронично, что из всех нас рыжий лишь ты один.
Голос раздался за спиной Нила, и он в то же мгновение пожалел, что позволил себе расслабиться, подпустив кого-то так близко к себе. Через несколько секунд рядом с Бойдом вырос светловолосый юноша, кажется, всего на 10 сантиметров ниже самого Джостена. Но разница в росте с Бойдом была выражена через чур уж ярко - здоровяк Мэтт возвышался над стоящим рядом блондином на добрую половину его самого. Возможно, так лишь казалось со стороны, потому что Нил всё ещё был под впечатлением от новых знакомств. Однако же не это сейчас было важно.
- Эндрю, ну чего ты прилип к нему. Человек только пришёл в команду, ещё толком ни с кем не знаком, а ты его напрягаешь. Посмотри, он же застыл аж.
Нил нервно хмыкнул.
- Я в порядке.
- Какой милый кролик. Не видел ещё таких.
Бойд проигнорировал выпад приятеля и обратился к Нилу вновь.
- Это Эндрю Миньярд. Он у нас.. Довольно специфическая личность. Не обращай внимания.
- Пфф..
Выдал Эндрю и вернулся в тачку, параллельно показывая Мэтту и Нилу средний палец.
Интересная, однако, команда. Как понять, что будет дальше? День подходит к концу. Когда выключится свет, Нила накроет. Он вспомнит всё, что отчаянно пытается забыть, но то, от чего он убегает, неумолимо догонит его. Так было, так есть и так будет. А уж как долго, придётся решить в ближайшем будущем.
_________________________________________________
Ну вот и первая часть!
Рада, если Вы дошли до этого сообщения от меня.
Ну, как впечатления? Не терпится узнать, что же Вы думаете по поводу этого всего. Нил довольно закрытый мальчик, ну оно и понятно. В будущем Вы узнаете о нём больше и увидите путь становления его личности, его роста.
У каждого из нас есть своя дорога. Отсюда начинается путь Нила Джостена.
Но если не хватит пары шагов, то стоит ли идти?