Young Blood [ЗАМОРОЖЕН]

Визитка прожигала карман брюк. Чонын чувствовала, как с каждым вдохом грудь вздымалась все быстрее, словно девушка
пробежала марафон. Чхве собиралась вернуться внутрь, но остановилась, стоило ей увидеть разгневанного Чимина. Светлые волосы метались в беспорядке, челюсть плотно сжата. Его глубокий взгляд пугал больше, чем внезапное появление Джиёна.

- Что произошло?...

- Это я и хотел спросить у тебя. Почему внезапно исчезла? Я вернулся, но не нашел тебя, пока Тэхен сонно посапывал на диване. Кто просил тебя уходить так внезапно?

Глаза горели, будто за радужкой подожгли свечу. Девушка собиралась рассказать про случившиеся, но передумала. Что это даст? Она вышла, чтобы справиться с внезапным чувством вины и потери, но никогда не признается в этом.

- Мне нужно было подышать, - отчасти правда. Она почти не солгала, ведь так и есть. Чимин наклонил голову на бок, будто уловил ее ложь и предательскую дрожь в голосе. Соберись же!

- Пора возвращаться, - Пак схватил девушку за руку, переплетая пальцы. Его ладонь - горячая и такая большая - крепко сжала ее руку. - Пожалуйста, давай поедем.

Чонын не знала, как ощущается любовь, но чувствовала, что это она. Такая сонная и туманная. Затягивающая до последнего. Она шептала эти слова ранним утром, когда в комнате ещё темно, а Миён завернулась в одеяло, и прикусывала язык, чтобы никто не услышал. На часах за полночь, изнемогая от усталости и повалившись в постель, эти слова сорвались с языка.
«Я люблю».

Одного взгляда на Чимина, сосредоточенного на дороге, с лохматыми от ветра волосами и уставшими глазами, хватало, чтобы слова непроизвольно всплыли в голове.

Юна часто приводила домой парней, угрожая не рассказывать бабушке. Чонын слышала, как те флиртуют, и сестра накручивает волос чернильных волос на палец, игриво прикусывая губу. Это будто было у нее в крови, но Чонын никогда не испытывала ничего подобного. Нечто более сильнее, чем обыкновенный флирт или дружеская беседа. Был ли прав Тэхен? И если даже он смог разглядеть что-то между ними, то почему бы Чонын не поговорить о своих чувствах? Когда она прекратит делать вид, что ничего не происходит?

- Ты выглядишь отстроненной, - Чимин постукивал по рулю, отбивая мелодию. Чхве покачала головой.

- Борюсь сама с собой.

Пак нахмурил брови, включая магнитолу. Он чувствовал, как ещё немного и его грудная клетка взорвется бурными аплодисментами.

***

Чонгук допил второй коктейль. Чимин давно ушел, и Чон был уверен, что они с Чонын уже уехали. Вспоминая неожиданного гостя, молодого официанта, который оказался младшим братом Чонын, парень с трудом сдержался, чтобы не смыть с себя весь сегодняшний день прямо в туалете.

Чонгук бросил мимолётный взгляд на костяшки пальцев. Этого хватило, чтобы события минувшей ночи всплыли в голове. Как только он узнал от Хосока-хёна, что Чимин снова попал в больницу с сердечным приступом и до сих пор не пришел в себя, то чуть не выронил телефон. Снова этот пъянчуга не рассчитал алкоголь, подумал Чон и крепко сжал мобильник. Но Хосок не мог видеть, как нижняя губа парня дрожала.

- Я скоро буду, - без колебаний ответил Гук.

Ссадины пробрались глубоко под кожу, поселились в сердце. Вид измученной до потери сознания Чонын подкосил его. Чонгук с детства не любил видеть заплаканных девушек, а сейчас его подруга еле старается сдержать слезы и волнение.

- Попросили подойти опекуна, - без запинки сказала она, убирая непослушные пряди лица. Чонгук кивнул - все, на что он был способен после их разговора, и быстрым шагом пересёк коридор, отправился к стойке регистрации.

- Врач сделал пометки... - молоденькая медсестра с волосами до лопаток, на бейджике которой красовалось имя Чон Арым, кнопкой мыши нажала на нужную папку. - Боюсь вас огорчать, но такими темпами пациенту осталось не так много времени, если не провести операцию.

Каждый раз они говорят одно и то же. И каждый раз времени
все меньше.

- Ты тоже это заметил? - Тэхен скрестил руки на груди, вытянув ноги на диване. И как ещё после такого количества выпитого алкоголя он в силах разговаривать?

- О чем ты?

- Глаза Чимина. В них угасает свет и загарается лишь тогда, когда он рядом с Чонын. Вы можете мне ничего не рассказывать, но это не значит, что я не вижу, что происходит, - Ким прочистил горло и закрыл глаза. Он не хотел видеть разбитое лицо Чонгука. Не хотел слышать то, что вот-вот услышит, но должен был знать. - Сколько?

Чон провел ладонью по лицу.
- Месяцы, если не меньше.

***

Автомобиль припарковался за воротами. Свет луны освещал особняк, окна в котором застилала мрачная пелена. Чимин был благодарен, что они остались без посторонних глаз, но чувствовал, что Соджон ещё не спит. Дожидается. Но чего? Того, к чему так готовился Чимин?

В сумерках графитного цвета волосы Чонын отливали синим. Тонкие кисти, родинка под нижней губой и морщинка между бровями - все это заставляло его сердце трепетать. Он будто знает ее всю свою жизнь.

Пак захлопнул дверцу машины и остановился на месте. Ночной ветер играл в волосах. Чонын обернулась,  вопросительно поднимая бровь. Удивительно, но ещё бы чуть-чуть, и Чимин бы улыбнулся. Ее выражение лица напомнило ему, что он всё ещё жив.

- Что-то случилось?

- Да, - вот они, те слова. - Не исчезай больше. Ты должна быть в зоне моей видимости. Я не хочу видеть тебя с другими парнями.

Щеки брюнетки вспыхнули.

- Да в чём я провинилась?

- Ты мне нравишься, сводишь с ума, заставляешь переживать за тебя! Я хочу целовать твои руки, обнимать тебя и спать с тобой в одной кровати. И я сделаю все это, лишь бы никогда не забывать.

Его слова остались на ее губах вместе с поцелуем.  Полным страсти и долгого желания. Горячее дыхание прожигало кожу, а от каждого прикосновения по телу расплывалась приятная дрожь. Чонын ухватила его лицо ладонями, приподнимаясь на носочки. Сердце бешено колотилось. Вот он, тот момент, которого она так ждала.
И если ей было суждено прилететь в Корею, чтобы встретить Пак Чимина, то она ни разу не пожалела.