Young Blood [ЗАМОРОЖЕН]

Flashback

- Юнги?

Чимин хлопал длинными ресницами, протирая лицо от слез. Хён внимательно наблюдал за младшеньким и вскоре, когда тот окончательно пришел в себя, подал ему руку.
- Пойдем, я хочу припадать тебе урок.

Мин провел мальчика за собой. Он шел не спеша, крутя веточку в руках. Чимин еле поспевал за ним, постоянно спотыкаясь. Глаза все еще щипали от слез. Он удивился увидеть здесь Юнги - никто не предупредил, что семейство Мин приезжает погостить. Чимин всегда смотрел на старшего с восхищением - для своего возраста Юнги отличался умом и сообразительностью. Соджон расплывалась в улыбке каждый раз, как тот появлялся на горизонте. Она никогда не смотрела на Чимина так...

Мин обернулся. Светлая челка упала на лицо. В карих глазах таилось нечто мрачное. Они были такие разные: Юнги более закрытый, Чимин - общительный. Первый предпочитал уединение, когда второй боялся оставаться один. Два совершенно непохожих на первый взгляд, но оба боялись одного.
Боялись быть не понятыми.

Чимин напевал что-то под нос, пока случайно не наткнулся на спину Юнги. Тот зашипел, но сразу же натянул беспристрастное выражение лица, словно ничего не произошло.
- Мы почти пришли. Не издавай ни звука, пока я не заговорю.

Пак кивнул и пошел за хёном, следуя по его следам. Место, куда привел его Юнги, скрывалось в роще деревьев. Дети вышли на поляну, где словили на лице лучи солнца. Чимин прикрыл глаза ладошкой, даже не замечая, что Юнги давно остановился.
- Хён?

- Иди сюда.

Юнги закопошился. Его тонкие пальцы что-то держали, сдавливали. Чимин последовал указанию и, приблизившись, ахнул:
- Да это же голубка! Она позволила подержать себя?

Мин не ответил. Сквозь пальцы текла кровь. Чимин сузил глаза и нахмурился. На правом крыле виднелась глубокая рана. Кто-то ее сбил и оставил умирать!

- Мы должны помочь ей! Юнги-хён, пойдем же быстрее!

Но мальчик лишь отошел на шаг назад, сильнее обвивая тонкие пальцы вокруг шеи беззащитной птицы.
- Она при смерти и ей осталось немного. Облегчи ее страдания. Убей птицу.

Чимин застыл в шоке, не в силах вымолвить ни слова. Голубые глаза налились слезами, руки предательски задрожали и он сжал кулаки. Как Юнги может так говорить? Птице нужна помощь и все будет хорошо! Нужна помощь...
- Нет, хён...

Мин не стал дожидаться, пока мальчик соберется с мыслями, и ловким движением свернул полумертвой голубке шею.
- Любовь - это слабость. И в конце концов она проест брешь в твоем сердце, словно моль. Если любишь кого-то, значит, ты уязвим. В этом доме невозможно кого-то любить, запомни это. Держи сердце в оковах, а чувства под прицелом.

Тогда Чимин и не догадывался, что с того дня все начнется.
Он запомнит его слова на всю жизнь.

The end of flashback

Юнги смотрел на Чимина сверху вниз и улыбался. Мин был выше всего на сантиметр, но вложил в этот факт огромное значение. Чимин заслонил телом Чонын и шепнул ей на ухо:
- Иди в дом.

Он боялся, что она начнет спорить и в итоге, придется разговаривать с Юнги, но Чонын лишь взглянула на двоих кузенов и послушно кивнула. Мин дал девушке пройти, провожая взглядом, не переставая желчно улыбаться.
Чимин уже видел эту улыбку и она не принесла с собой ничего хорошего.

- Мы так давно не виделись, а ты встречаешь меня вот так? - Юнги состроил обиженную рожицу.

Пак толкнул хёна плечом, заходя в дом. Почему никто не предупредил о его приезде? Блондин сжал челюсть, а с тем и терпение. Это снова повторяется.

- Закрой рот, - прошипел Чимин, снимая на ходу куртку и швыряя ее на статую Диониса. Кажется, тот неодобрительно скривился и, возможно, показал ему средний палец.

- Наш Чимин-ни снова надул губы? Кажется, ты совсем не изменился. Я не был у вашей семьи полгода, а словно прошло несколько лет. Все так изменилось... - Юнги провел рукой по позолоченной раме с маковым полем. Лаковые туфли стучали по паркету. Лучи света падали сквозь витражи на лицо парня. - Я вижу все новые и новые лица. Кто та девушка? И почему ты о ней так печешься?

- Не неси чушь, Юнги.

Чимин выплюнул те слова, будто они ничего не значили. Будто Юнги не раскусил его, как делал в детстве. Будто Чимин и сам в них поверил.

- Видел бы себя со стороны, - Мин присел на диван, закинув ногу на ногу. Как же это давно было! - Как слащаво на нее смотришь. Взгляд выдает тебя. Ты смог упрятать от меня одно сокровище, но не в этот раз. Разве забыл, что я говорил тебе? Любовь - это слабость.

Слабость, с которой невозможно справиться.
Чимин прошел мимо, ступая на лестницу. Юнги усмехнулся - он все понял.

- Я собираюсь задержаться, Чимин-щи. Будь готов открыть мне все тайны. Я как никто другой знаю, что этот дом кишит чертовыми секретами.

***

Остаток дня Чонын провела на кухне. Работа на сегодня сошла на «нет», ибо никаких новых указаний не появилось. Что ж, будет время еще немного отдохнуть.

- Этот Мин Юнги тоже член семьи? - спросила Миён, развалившись на стуле.

В печи тлели угли. Запах жаренного лука еще не выветрился. Сакура намазывала хлеб козьим маслом и клала наверх вяленые помидоры. Японка протянула хрустящий хлеб девушкам, а сама закинула в рот горсть инжира.

- Он младший племянник госпожи Пак. И всегда приезжает в самую бурую событий.

- Видимо, Чимин с ним не очень ладит, - вспомнила Чонын, заваривая чай из карликовых желтых роз, липового меда и кожуры айвы.

Ватанабэ кинула на брюнетку хмурый взгляд и подула на кружку. Пар сковал лицо. Сакура вдыхала пряный аромат, стараясь не думать о событиях полугодовой давности. Возвращение Мин Юнги никогда не несло ничего хорошего.

- Юнги не тот человек, которому стоит доверять. Старайтесь не разговаривать с ним и выполнять свою работу. Это все, что от вас требуется.

Чонын смотрела на нее исподлобья. Она уже видела этот взгляд много лет назад.
И она знала, что Сакура точно не захочет об этом говорить.

Чонын скучала по бабушкиной еде. В отличие от маминой, она помнила ее хорошо. Помнила сладкий вкус и то, как сок тек по подбородку. Минчжу готовила самую лучшую свинину в кисло-сладком соусе, аппетитные вонтоны и тофу Ма По. Субин и Чонын всегда уплетали ее блюда за обе щеки, а Юна привередливо кривилась:
- Ба, я не буду это есть. Слишком жирное.

Минчжу скрестила руки на груди и на ее слова поставила перед старшей внучкой целую тарелку жаренной лапши.
- Пока не съешь все это, со стола не выйдешь.

И упрямая Юна лишь надула тонкие губы и просидела за столом до самого вечера. Чонын никогда не понимала ее одержимость «правильной едой». В их семье нужно хвататься за каждый кусок, иначе ничего не достанется.

Маленькая Чонын прогуливалась возле сада. Цикады напевали свои песни где-то неподалеку, пока девочка нагнулась сорвать ромашки. Она вплела их в коротко подстриженные волосы и растянулась в широкой улыбке.

- Я снова ловлю тебя в саду, Мэйли-Мэйли, - пропела бабушка над ухом Чонын, и та подпрыгнула на месте.

- Юна еще сидит? Почему бы ей просто не поесть? Почему она все усложняет?

Минчжу взяла внучку за руку и повела в сад. В сад, листья в котором застрекотали и закружились в беззвучном танце, стоило владелице переступить через невидимый порог. Чонын пробегала любопытными глазами по невиданным растениям, которые еще не успела изучить и старалась запомнить каждую деталь, чтобы позже зарисовать.

- Взгляни, Мэйли, это Абутилон Индийский или канатник, как мы его называем. Снадобье под этим названием изготавливается из семян мальвы. Твой дедушка привез его из Гонконга на нашу семнадцатую годовщину. В тот день я очень расстроилась, потому что надеялась на что-то более величественное. В те годы я еще только-только начинала собирать сад по крупицам и не ценила зачатки первых растений. Твой дедушка рассмеялся на мой угрюмый взгляд и долго наблюдал за тем, как я обхожу канатник стороной, обделяя его вниманием. А он так хотел хоть каплю тепла! Он сказал, чтобы рассмотреть истину, нужно немного терпения и много свободного времени. Яньлинь никогда не скажет, что с ней происходит, поэтому не стоит ее расспрашивать, Мэйли. Порой человек не хочет отвечать на твои вопросы, но его нужно направить в нужном направление. Дать небольшую подсказку, чтобы сдвинуться с мертвой точки.

Женщина нежно погладила цветы канатника.
В тот день Юна опустошила всю тарелку лапши, закусив губу до крови.

***

Юнги подпирал дверь комнаты для персонала плечом, смотря в пол на идеально лакированные ботинки. Хоть он и был частью этой безумной семейки, но правила дома на него никак не распространялись. Он вновь вдыхал тот аромат - корица и финики. Из-за двери доносился звон посуды и тихое пение. Юнги отсчитывал минуты на часах - он давно влился в ритм.

Раз.

Мин расправил плечи и почесал запястье. Он точно знает, что пришел по правильному адресу. К человеку, который тихо наблюдает, но знает все, что творится под носом. Удивительно, как она еще может оставаться здесь?

Два.

Юнги старался не хмыкнуть. Нечего вгонять ее в заблуждение. Он пришел лишь для того, чтобы добыть информацию про ту служанку, а не из-за тайн прошлого.
Оно все еще не отпустило его.

Три.

Дверь со скрипом отворилась. Юнги еле успел принять самую непринужденную позу. Скинув с лица челку, Сакура потянулась. От долгой работы затекла шея. В волосах застряла мука, а на ресницах - сахарная пудра. Мин замер. Он не видел ее полгода, наивно надеясь, что все, что когда-либо было между ними - лишь игра, но ошибся. Он стоял и смотрел, как японка заломила руки за спину, зевая. Затем приложила их к лицу и тут же чихнула.

- Будь здорова, мое солнце, - Ватанабэ обернулась, смерив парня безэмоциональным взглядом. Как же он скучал по этому выражению лица! По темным бровям и морщинке между ними каждый раз, как Юнги появляется на горизонте. Сакура важно развернулась и собиралась хлопнуть дверью, не упустив возможность взглянуть на его разочарованное лицо, ведь даже Юнги запомнил, что кухня - ее личная территория. Но стоило девушке схватиться за ручку, как Мин ее опередил. Он притянул девушку к себе, нагло улыбаясь. «А она похорошела», - подумал он, сам того не замечая. То, как она недовольно нахмурила носик, позабавило Юнги. Да хватит рыпаться! - Ведешь себя так, будто впервые видишь меня.

- Бери с меня пример и не смей даже близко приближаться, - Сакура ткнула Юнги указательным пальцем в лоб.

Мин отстранился, потирая ушибленное место. Да уж, характер все еще при ней. Но чем сложнее, тем интереснее.

- Мне всего лишь нужно кое-что узнать. Припоминаю, мы так и познакомились. Ну же, поделись со мной информацией, а взамен я дам тебе все, что захочешь.

На мгновение в ее глазах вспыхнуло любопытство и доля азарта.
- Все, что захочу?

- Конечно, солнце, - Сакура уставилась на Юнги пронзительным взглядом, давая понять, что согласна. Зубастая ухмылка парня скукожилась, словно елдак, облитый ледяной водой. - Тогда расскажи мне все, что знаешь о Чхве Чонын.