Глава 39. Втяни и дуй
На коридоре Кицунэ Уайтфокс увидела Яна Чин Мина и Жана Дюрана. Ян протянул ей тыквенный сок.
‒ Благодарю, ‒ произнесла девушка, принимая подношение.
‒ Как всё прошло? ‒ спросил Ян.
‒ Хорошо, ‒ ответила Кицунэ. ‒ Завтра приступаю к занятиям.
‒ Если будут трудности с учёбой, могу стать твоим репетитором во время Рождественских каникул, ‒ предложил Чин Мин.
‒ Эй! А ты не промах! ‒ воскликнул Жан. ‒ Подкатываешь к юной леди?
‒ Заткнись, ‒ Ян убийственно зыркнул на друга.
Кицунэ рассмеялась и сказала:
‒ Спасибо, Ян. Но я уверена, что справлюсь.
‒ Тогда удачи тебе в новых начинаниях!
‒ Ага. И вам, ‒ ответила Кицунэ, обнимая парней на прощание.
‒ Кицунэ, ‒ вдруг проговорил Жан напоследок, ‒ если тебе нужен будет телохранитель, то я готов оказать свои услуги!
Ян стукнул друга по плечу, а тот загигикал. Девушка тоже улыбнулась:
‒ Премного благодарна, Жан. Но и тут я уверена, что справлюсь.
‒ Очень жаль.
Помахав ручкой, Кицунэ вышла из коридора в холл пятого этажа. Пройдя мимо светильников-деревьев, она стремглав помчалась по главной лестнице на первый этаж, а оттуда из Паласа прямо к бару «Закон будерброда».
В баре было полно народу. В самом углу за одним из столиков из тёмного дерева сидели Персик, Тассия, Даниэль и Ярик. Они явно уже перекусили, поэтому просто сидели, и пили напитки. Завидев Кицунэ, девчонки обрадовались и замахали руками.
‒ Где тебя носило? Мы уже успели пообедать, ‒ проворчал Даниэль.
‒ У декана, ‒ ответила девушка.
‒ И что от тебя хотела «та ещё стерва»? ‒ спросил голубоглазый блондин.
‒ Я была у другого декана, ‒ сказала Кицунэ, показывая на свой новый значок.
Персик и Тассия завизжали от восторга и кинулись обнимать подругу.
‒ Поздравляю!!!
‒ Ух, ты! Как это? Да когда ты успела?!
‒ Стоп! Кицу-кицу, ты что? Уже Целитель? ‒ расталкивая девушек, обескураженно произнёс Шизо.
‒ Как видишь, ‒ улыбалась довольная Уайтфокс.
‒ Значит, твоя бабушка всё-таки приехала и перевела тебя на Факультет Целителей? ‒ спросила Мидори.
‒ Да. И с завтрашнего дня у меня занятия на пятом этаже!
‒ Так это же супер! ‒ воскликнул Ярик. ‒ Нам надо отметить! Собираемся в нашем коттедже!
‒ А давайте в этот раз у нас, ‒ предложила Тассия.
‒ И не на долго. Потому что завтра я должна быть, как огурчик, ‒ произнесла Кицунэ.
‒ Когда это ты превратилась в такую зануду? ‒ проговорил Даниэль.
‒ Наверное, заразилась от профессора Пхён-Джуно, ‒ ответила Уайтфокс и пошла к барной стойке, чтобы заказать себе сэндвич на тостовом хлебе с сёмгой и чёрный кофе.
Вечер выдался таким же хмурым и прохладным, как и утро. Как-то незаметно украдкой подошла принцесса-осень. Растения устали виться ввысь, трава посохла, пожелтела. Деревья зашелестели поникшими листьями. Всё чаще шли дожди. И темнеть начало значительно раньше.
А на кухне 505-го коттеджа было тепло, светло и сухо. Кицунэ Уайтфокс делала закуску «Дьяволы на лошадях», а Персик Мидори ‒ копчёного лосося в лодочках из картофеля. Тассия Брайт взяла штопор и старалась откупорить французское вино Каберне Совиньон, но у неё это почему-то не получалось: пробка вытащилась только наполовину и сломалась, оказавшись в положении «ни туда, ни сюда».
‒ Ой, и что теперь делать? ‒ пропищала девушка-аквамарин.
‒ Дай сюда, ‒ вскомандовала Кицунэ, взяла бутылку и присвистнула, взглянув на состояние пробки.
‒ Надо было покупать шампанское, ‒ сказала Персик, украшая «лодочки» чёрной икрой. ‒ У нас вроде торжественный случай.
Уайтфокс пожала плечами и попыталась вкрутить штопор в изрядно пострадавшую пробку.
‒ Не хочу игристого, ‒ ответила девушка. ‒ Шампанское ассоциируется у меня с Новым годом, с лёгкостью и волшебством. А тут такой случай... Как раз для чего-то терпкого, полноценного, тяжёлого и с фруктовым букетом!
Кицунэ наконец-то вытащила остатки пробки из бутылки.
‒ Ура! Ну, что? Попробуем сейчас?
‒ Ещё ведь парни не пришли, ‒ возразила Мидори.
‒ Уверена, что они ещё притащат с собою пиво, ‒ ответила пройдихвостка, разливая вино по глиняным кружкам.
‒ За тебя! ‒ торжественно заявила Персик, отсалютовав юной леди Уайтфокс.
‒ За тебя! ‒ сказала Брайт, подняв кружку.
‒ За меня! ‒ улыбнулась Кицунэ и почокалась с подругами.
Вскоре позвонили в дверь, и Тассия в припрыжку помчалась открывать. В гостиную 505-го коттеджа ввалились Даниэль и Ярик с чипсами и ящиком пива, как и предполагалось.
‒ Ну, что? Заждались? ‒ весело спросил Шизо, снимая куртку.
Брайт сразу же радостно повисла на шее у Даниэля.
‒ Падайте на диван в гостиной, ‒ выглядывая из кухни, произнесла Персик.
‒ Вот так вот сразу, да? ‒ засмеялся Шизо, приобняв Тассию.
Принеся закуски и вино на журнальный столик, девчонки тоже расселись кто в кресло, кто на диван.
‒ О-о-о! Хорошо тут у вас! Есть, что поесть, ‒ проговорил Даниэль, хватая картофельные лодочки с лососем.
‒ А вы пиво не будете? ‒ удивлённо спросил Ярик.
‒ Будем, ‒ ответила Тассия.
‒ А Хируми где? ‒ оглядываясь, произнёс Шизо.
‒ Наверху. Занимается, ‒ проговорила Мидори.
‒ Так надо позвать! ‒ голубоглазый блондин уже приподнялся с места, чтобы кинуться на второй этаж к своей «сестрёнке».
‒ Никакой Хируми на моём празднике! ‒ категорично заявила Кицунэ.
‒ Почему? ‒ у Даниэля вытянулось лицо от негодования.
‒ Потому что она препятствовала моему становлению Целителем, ‒ ответила девушка.
‒ Да ладно! Зачем ей это делать? ‒ отмахнулся Шизо.
‒ Просто так. Чтобы досадить мне, ‒ проговорила Уайтфокс.
‒ Не может быть! Хируми не такая, ‒ заверил голубоглазый блондин.
‒ Не спорьте, ‒ вмешалась Персик. ‒ Мы собрались, чтобы отпраздновать маленькую победу нашей пройдихвостки. И если она не хочет кого-то видеть, то так уж и быть.
‒ Тогда за нас с вами и за хрен с ней! ‒ сказала Кицунэ, подняв бокал.
‒ Не-е-ет, ‒ протянула Мидори. ‒ Мы выпьем за то, что ты, наконец-то, присоединилась к нам в наши ряды избранных. За то, что ты стала Целителем! Ура!
‒ Ура! ‒ все почокались кружками.
‒ Во что в этот раз сыграем? ‒ спросил Ярик, отпив немного пива. И все посмотрели на Уайтфокс.
‒ А? ‒ девушка выпрямилась и посмотрела на своих друзей: ‒ Эммм... Ну, хорошо. В «Передай карту губами». Эту игру ещё называют «Втяни и дуй».
‒ И как в неё играть? ‒ спросил парень в очках.
‒ Очень просто. Для этой игры нужна любая игральная карта. Все участники садятся в круг и начинают передавать по кругу карту, пользуясь при этом только губами. Но нельзя зажимать карту! Нужно ртом втягивать в себя воздух, так чтобы карта присосалась. А когда передаешь карту другому, то дуешь.
‒ Куда дуешь? ‒ улыбнулась Персик.
‒ В попу! ‒ выдал Шизо.
‒ Нет! В карту! ‒ засмеялась Кицунэ. ‒ Если при передаче сильно втягивать в себя карту, то рядом сидящий не сможет её забрать. Но если кто-то хочет вдуть Даниэлю, то пожалуйста! Наверху есть четыре кровати.
‒ Я выбираю твою кровать. И лягу в неё, только если ты ляжешь вместе со мной, Кицу-Кицу, ‒ парировал голубоглазый блондин.
‒ А у вас карты вообще есть? ‒ спросил Ярик.
‒ У меня есть, ‒ сказала Мидори и достала из комода колоду карт.
‒ Да ты азартница! ‒ воскликнула Кицунэ.
‒ Я иногда от нечего делать разлаживаю здесь пасьянс, ‒ ответила Персик. ‒ Так. Тогда я начинаю?
‒ Постой! ‒ воскликнул Даниэль. ‒ Я сижу возле Ярика! Мне нужно пересесть. Ещё одного поцелуя с парнем я не выдержу.
‒ Ещё один поцелуй и «прощайте девушки»? ‒ захохотала Уайтфокс.
‒ Нечего ржать, Кицу-Кицу. С тобой я всегда буду терять карту. Так что подвинься, ‒ Шизо попытался втиснуться между Уайтфокс и Мидори.
‒ А я надеялась, что ты будешь сидеть возле меня, ‒ плаксивым голосом пропищала Брайт.
Даниэль замер и виновато глянул на девушку с аквамариновыми волосами. А Кицунэ пяткой толкнула его в сторону Брайт:
‒ Не забывай, что на мне проклятый браслет. Садись возле Тассии!
Когда все уселись, Персик взяла карту, приложила её к губам, втянула воздух и быстро передала Даниэлю. Даниэль передал Тассии, Тассия – Кицунэ, Кицунэ – Ярику, Ярик – Персик, Персик – Даниэлю, Даниэль – Тассии, Тассия повернулась к Кицунэ и... карта упала в самый последний момент. На долю секунды губы Брайт касаются губ Уайтфокс.
‒ Ой, прости-прости! ‒ испуганно произнесла Тассия. – Я не хотела. Это случайно. Ты... Ты как? Не тошнит?
– Да вроде бы нет, – засмеялась Кицунэ.
– Эй! А почему? – возмутился Шизо.
– Наверное, проклятие не действует по отношению к девушкам, – ответила Уайтфокс, крутя браслет вокруг своего запястья.
– Но так не честно! – не унимался голубоглазый блондин.
– Быть тебе лесби, – засмеялась Персик.
– Я не теряю надежды снять эту штуку в скором времени, – сказала Кицунэ, приложив карту к губам и передав её Ярику. Ярик передал Персик, Персик – Даниэлю, Даниэль – Тассии, Тассия – Кицунэ, Кицунэ – Ярику, Ярик повернулся к Персик, упустил карту и поцеловал Мидори в губы.
Уайтфокс хихикнула, думая: «Ну, наконец-то, он осмелился поцеловать нашу прелестницу».
‒ Ах, ты ж!.. ‒ Шизо бросил в друга жменю чипсов. ‒ Ты специально упустил карту!
‒ Вовсе нет! Так получилось! ‒ смущаясь, возразил Ярик.
Персик же невозмутимо снова взяла карту, приложила к губам и передал Даниэлю. Шизо же намеренно дунул, и карта слетела с губ. Он хотел было поцеловать Мидори, но Ярик вскочил с дивана и схватил друга за шиворот.
– Стоп! – крикнула Кицунэ, и все замерли. – Это всего лишь игра! Не нужно руки распускать. Ярик, все видели, что сделал Даниэль. Отпусти его. Даниэль, тебе штраф за нарушение правил: выпить до дна целую кружку пива.
Ярик отпустил друга со словами:
– Прости. Не знаю, что на меня нашло, – и сел на своё место.
– Ab aqua silente cave, – произнесла Персик.
– И что это значит? – не понял парень в очках.
– В тихом омуте черти водятся, – перевела Уайтфокс.
– А в пиве водятся? – произнёс Шизо, взял свою кружку и выпил.
– Может и водятся. Но, как говорится, in vino veritas[35], – ответила Кицунэ, взяла свою кружку с вином и отпила.
– Хватит выпендриваться. Давай сюда карту, – произнёс Даниэль.
Кицунэ подала ему карту со словами:
– И без фокусов на этот раз.
Даниэль приложил карту к губам и передал её Тассии. Тассия – Кицунэ, Кицунэ – Ярику, Ярик – Персик, Персик – Даниэлю. Даниэль передал Тассии, и вроде бы она втянула воздух, чтобы взять карту, но почему-то вместо карты втянула его губы. Получился очень смачный поцелуй с засасывающим звуком. Все просто расхохотались.
– Что это? Что это было? Повторите! – смеялась Мидори.
– Я уж думал, что ты всего его засосёшь, – подначивал Ярик.
‒ Не знал, что ты так классно сосёшь, Тассечка, ‒ хихикая, произнёс Шизо, за что получил подзатыльник от Уайтфокс.
Напряжение в компании явно спало, и все начали веселиться, как ни в чём ни бывало. Только Брайт сидела красная-красная.
Также смеясь со всеми, Тассия подняла карту, приложила её к своим губам и передала Кицунэ. Кицунэ – Ярику, Ярик – Персик, Персик повернулась к Даниэлю и дунула в карту. Карта, как осенний кленовый листок, полетела на пол. У Ярика вытянулось лицо. Зато Шизо криво улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать Мидори. Но прелестница просунула между ними свою кружку с вином и произнесла:
– In vino veritas. У меня штрафной, – и выпила содержимое кружки.
Даниэль застонал, а Ярик вздохнул с облегчением. Тут топая ногами, как слониха, со второго этажа спустилась Хируми, прошла мимо них и скрылась на кухне.
– Как-то неправильно, что она там сидит одна, – произнёс голубоглазый блондин. – Давайте позовём к нам.
– Только попробуй! – прошипела Кицунэ. – И ты увидишь, какие черти водятся в моём омуте!
А Хируми тем временем вернулась из кухни и направилась к ним.
– Ты что-то здесь забыла? – язвительно спросила Уайтфокс.
Но Камура наклонилась к Шизо, бросив полный презрения взгляд на Кицунэ, и что-то прошептала ему на ушко. Что она ему сказала, никто не слышал, но Даниэль поставил свою кружку на стол, поднялся и беспечно произнёс:
‒ Ребята, я снова встречаюсь с Хируми! Играйте без меня.
Камура и Шизо надели на себя куртки и вышли из коттеджа.
‒ Вот так поворот, ‒ обескуражено произнесла Кицунэ.
Зелёно-голубые глаза Тассии наполнились слезами, и по её пухленьким щекам потекла солёная жидкость.
– Тасс... Ты чего? – удивлённо произнесла Персик.
– Я... Я думала, что нравлюсь Даниэлю, – всхлипывая сказала Брайт.
– Нравишься, – проговорила Кицунэ, а потом подняла голову, посмотрела на потолок и продолжила: – А-а! Так ты про любовь? Возможно, что Даниэлю многие нравятся, но он никого по-настоящему не любит.
– Как так? – Брайт ещё больше расплакалась. – А мне он по-настоящему нравится. Я... Я надеялась, что мы... ну... На хэллоуинской вечеринке он был так со мной... как будто мы встречаемся.
‒ В тот момент, возможно, всё так и было. Но он... ну... он как белый конь в чистом поле, ‒ задумчиво сказала Уайтфокс.
‒ Скорее жеребец! ‒ поправила её Персик.
Но такие слова не успокоили Брайт. Она всё также судорожно всхлипывала. Тогда Кицунэ обняла Тассию с одной стороны, а Персик с другой. Ярик в такой ситуации чувствовал себя неловко, да и он терпеть не мог девичьих слёз.
– Ну... Гм... Это... – замялся Ярик. – Пойду я, пожалуй, домой. Завтра на занятия рано вставать.
Он поднялся, надел куртку, немного помялся у выхода, сказал: «Пока» ‒ и вышел за дверь.
________________________________________________
[35] In vino veritas (лат.) – истина в вине.