Глава 25. Опасный дар
Будильник противно запищал, и Кицунэ накрыла свою голову подушкой. «Хочу спать. Не могу больше. Когда же я высплюсь, в конце-то концов?» – подумала она в который раз за этот месяц. Спать по четыре часа в сутки было невыносимо мало. Дверь в комнату с грохотом открылась и девушка услышала голос Персика:
– Кицунэ! Вставай!
Уайтфокс застонала из-под подушки.
– Кицунэ!
– Может, мне проспать первую пару? – спросила Уайтфокс, вылезая из-под подушки и выключая будильник.
– У тебя нет права пропускать «Право». Декан «та ещё стерва» снимет с тебя шкуру за это, – сказала Мидори.
– Я свои права знаю. Так что пусть попробует, – парировала Кицунэ, плюхнувшись назад на подушку.
– Может, тебе стоит от чего-то отказаться? Тебе не кажется, что ты откусила слишком большой кусок от пирога и теперь не можешь его проглотить?
– От чего бы я отказалась, так это от учёбы на Бакалавра. Но мне пока что этого никто не позволит, – проговорила девушка.
– Тогда поднимай свою очаровательную задницу и отправляйся в душ, – сказала Персик.
– О! Так у меня очаровательная задница? Очаровательнее, чем у Кука? – обрадовалась Кицунэ, сев в пастели.
– Вот уж нет! – засмеялась Персик и развернулась к открытой двери, чтобы выйти из комнаты, но услышала, как Уайтфокс внезапно спросила:
– Слушай! У тебя же любовь-морковь с Куком! Может, он знает, какая пентаграмма подойдёт для вызова бабушки?
– Нет у нас никакой любви, – проговорила Мидори, обернувшись. Лицо у нее зарделось, как маковый цвет.
– Ну-ну! – недоверчиво пробубнила Уайтфокс.
– Что ещё за «ну-ну»? А сама? Крутишь шашни с Даниэлем, хотя он не отходит от Хируми. У вас там тройничок образовался, что ли?
– Это не шашни... Это шашки[19]... И мы ими не крутим, а машем, – угрюмо ответила Кицунэ, неохотно вылезая из пастели. – Как мне надоело проигрывать ему в Воинском искусстве каждый раз. Покажет какой-нибудь приём, а затем раз за разом отрабатывает его на мне, а потом ещё ржёт, как лошадь, пока я валяюсь в пыли и грязи у его ног. Это не учение, а издевательство какое-то!
– Ты сама согласилась на такое, – сказала прелестница, скрестив руки на груди.
Уайтфокс в отчаянии запустила обе руки в свои волосы, и тут сознание девушки как будто с трудом и сопротивлением засосало вверх в маленькое отверстие, и она увидела:
! Небольшую поляну в лесной чаще. Друг против друга стоят два молодых парня в лёгких доспехах. На вид им было лет по двадцать. Может, меньше.
Один был высоким, широкоплечим, с густой золотой шевелюрой и золотыми глазами. Аура вокруг него колыхалась и переливалась красными языками пламени. Кицунэ сразу узнала в нём своего прадедушку Максимилиана Голд-Лайона.
Второй был не так широк в плечах, но чуть выше ростом, с длинными красными волосами и карими глазами. Аура тоже была ярко-красная.
– Ну, что, лорд Робин Рэдфокс? Начнём? – спросил, улыбаясь, прадедушка Кицунэ.
– Начнём, лорд Максимилиан Голд-Лайон, – ответил красноволосый и вдруг резко бросил какой-то порошок, выкрикнув при этом: «Флегмони́[20]!»
Порошок загорелся, но не долетел до Максимилиана.
– Дешёвый трюк, Робин! – выкрикнул златовласый.
Но пока горел порошок Рэдфокс оббежал и спрятался за деревом, а потом напал со спины. Максимилиан резко обернулся и отбил атаку. Робин отлетел и упал на землю.
– Извини, Роб! Но тебе нужно быть осторожнее, – сказал Макс.
Робин быстро встал и атаковал уже в лоб. Клинки схлестнулись. А потом снова и снова. Искры сыпались на землю от их ударов. Вдруг Максимилиан перестроился и мощным рывком откинул противника от себя. Робин снова оказался на земле. Подпрыгнув высоко в воздухе Голд-Лайон хотел придавить противника, но тот успел увернуться и нанёс косой удар сбоку.
– Ты тоже будь осторожнее, Макс!
Максимилиан тут же сделал кувырок вперёд, а потом вскочил и кинулся на Рэдфокса. Роб сделал мечом блок, а потом ударил ногой по уже раненному боку противника. Макс согнулся пополам. Роб коленом второй ноги ударил по лицу. И теперь уже Макс отлетел и оказался на земле. Из носа златовласого хлестала кровь:
– Всё. Сдаюсь, дружище. Ты победил, – проговорил прадедушка Кицунэ. !
Видение оборвалось. Кицунэ открыла глаза, опустила руки и с ошеломленным видом посмотрела на Персика.
– Что такое? У тебя такой взгляд, будто ты увидела привидение, – проговорила Мидори.
– У меня только что было видение, – ответила Уайтфокс.
– Когда? Я ничего не заметила.
– Только что.
– Когда «только что»?
– Да буквально «только что», Персик! Когда я дотронулась до своей головы! – и Кицунэ запустила одну руку в свои волосы, дотронувшись до головы, но ничего не произошло. – Бред какой-то. Ничего не понимаю.
Тогда девушка в жесте отчаяния запустила обе руки в свои волосы, и тут её сознание снова как будто засосало вверх в маленькое отверстие, и она увидела:
! Длинный тёмный коридор какого-то департамента. По нему быстрым шагом шли двое мужчин в строгих аристократических костюмах конца позапрошлого века и о чём-то спорили. Их ярко-красные ауры выделялись на общем тёмном фоне. Это были Максимилиан Голд-Лайон и Робин Рэдфокс, только на десять лет старше, чем в предыдущем видении.
Вдруг они остановились и Рэдфокс в гневе громко воскликнул:
– Да как ты мог присягнуть ему на верность?! Он же казнил моего отца!
– Тише! – зашипел Максимилиан, оглядываясь по сторонам, но в коридоре никого не было. – Не совершай тех же ошибок, что и твой отец. Не лезь на рожон. Пожалуйста, Робин, пойми: мой долг служить монарху. Король Ривиус только взошёл на трон. Он молод и горяч, поэтому принимает необдуманные решения и совершает непоправимые ошибки. Но он король. И мы не вправе его судить.
– Да какой он король? Он незаконно взошёл на престол! И он идет войной на все соседние государства! Это не шутки, Максимилиан! И не игра в солдатики!
– Он идёт войной, потому что может!
– Он диктатор и тиран! И ты! Ты стоишь с ним плечом к плечу! Твои руки все в крови! Вы убиваете невинных людей!
– На войне, как на войне, – вздохнул Максимилиан.
– Я думал, что ты всегда будешь на моей стороне, – горько проговорил Робин. – Но ты отвернулся от меня. Нарушил все наши принципы! Только, чтобы угодить власть имущему.
– Роб... – Максимилиан протянул к нему руку, но Рэдфокс оттолкнул её.
– Мы больше не друзья, – и Робин, развернувшись, пошёл назад по коридору. !
Видение оборвалось. Кицунэ снова открыла глаза, опустила руки, посмотрела на Персика и спросила:
– Ну? Заметила что-нибудь?
– Да. На секунды две ты словно окаменела. Но это сложно увидеть, если не знаешь на что смотреть, – ответила прелестница. – И? Что ты видела?
– Прошлое. Мой прадедушка Максимилиан Голд-Лайон оказывается дружил с прадедушкой Рэйчел Рэдфокс! И они вместе тренировались в воинском искусстве. Я в шоке! Значит, наши кланы не всегда враждовали. Хотя... Голд-Лайоны это не Уайтфоксы. Но во втором видении мой прадедушка поссорился со своим другом. И... Возможно, всё тогда и началось! Как это может быть связано с кланом Уайтфоксов?
– Ух, ты! Вот это да! – восхитилась Персик. – Твой дар Пророка просто потрясающий! Ты можешь разгадать страшные тайны аристократических родов! Ты можешь знать истинную историю! Понимаешь? Ту историю, что мы изучали в школе корректируют в угоду политике и социальным нормам нашего времени. А что там на самом деле происходило, никто толком не знает. Но тебе дано это видеть! Ты хоть представляешь, какое страшное оружие этот твой дар?
– Если честно, не совсем, – растерянно проговорила Кицунэ. – Да кому интересно, что там было? Было и прошло. А вот будущее можно перекраивать, как тебе хочется. Например, зная, когда и где будет обвал в горах, можно его избежать.
– Это да! Но! Наша жизнь – это не то, что будет! Это то, что происходит сейчас. А энергия настоящего это перетекающая энергия из прошлого в будущее. Зная прошлое, можно влиять на настоящее и менять будущее. Например, зная причину, почему кланы Уайтфокс и Рэдфокс враждуют между собой, можно исправить ошибки предков и снова подружиться. И тогда не будет между вами интриг и подстав. Все будут счастливы!
– Звучит, слишком наивно, – рассмеялась Кицунэ.
– Есть и менее радужная сторона твоего дара. Узнав страшные погребённые в прошлом тайны аристократических родов и грязные ходы политиков, можно этим воспользоваться и манипулировать людьми так, что сможешь перестраивать общество и переделывать политику, как тебе заблагорассудится. Вплоть до свержения правящей династии. Но для этого надо обладать смелостью Воина и умом Философа. Чем ты и обладаешь.
– Что?! Да ты что? Не собираюсь я никого свергать! – испугалась Кицунэ.
– Если кто-то узнает особенность твоего дара, то многие захотят тебя убить, дабы то, что погребено в прошлом, в прошлом и осталось, – проговорила Персик.
– Хируми? Ты почему здесь стоишь? – услышали они голос Тассии в холле второго этажа.
Уайтфокс подскочила, как ужаленная, со своей кровати, влетела в холл, схватила Хируми и швырнула её в сторону балкона. Та больно ударилась сначала об стол из ротанга, а потом сползла на пол.
– Кицунэ! Ты что делаешь?! – запищала Брайт.
Уайтфокс нависла над Камурой.
– Подслушиваешь, дрянь? Вис-мастерская крыса! – и девушка схватила одной рукой за горло грудастую блондинку и приподняла её. Та начала задыхаться.
– Кицунэ! Кицунэ! Не делай этого! Отпусти её! – завопила Мидори, выскакивая из комнаты и хватая за плечи Уайтфокс. Брайт в ужасе зажала себе рот.
– Не волнуйся. Не стану я очернять свою душу из-за такой, как ты, – прошипела Кицунэ, глядя прямо в серые глаза Хируми, а потом отшвырнула её от себя. Камура снова больно ударилась о стол, хрипло дыша и держась за свою шею.
– Фух... – вздохнула с облегчением Персик. – Ты скоро с катушек слетишь со своей учёбой. А теперь подумай, зачем тебе развивать все четыре дара? Ладно. Пора собираться в университет, а то опоздаем.
[19]Шашка – длинноклинковое рубяще-колющее холодное оружие.
[20]Флегмони́ (греч.) – вспыхни.