Глава 2
Два дня спустя.
Я стояла у кованых ворот того самого дома — особняка семьи Саркиссониан. В груди сжалось от волнения.
Сколько лет я не была здесь? В памяти всплывали обрывки из детства: мы с Асланом бегаем по саду, смеёмся, швыряем друг в друга яблоками. Тётя Карина зовёт нас ужинать. Папа и дядя Арам сидят в кабинете, обсуждая что-то деловое, важное. А мама...
Стоило вспомнить о ней, как к глазам подступили слёзы. Я будто снова чувствовала её руки — как она плела мне венок из живых цветов, сорванных в саду. Её голос, её запах... Всё вернулось на миг, остро, до боли.
Резкий скрип ворот вырвал меня из воспоминаний.
— Эмиии!
Навстречу выбежала тётя Карина — почти не изменившаяся. Такая же стройная, ухоженная, в элегантном платье и на каблуках. Её каштановые волосы были собраны в мягкие локоны, а улыбка — теплая и искренняя.
— Какая же ты красивая! — с любовью обняла она меня. — Когда уезжала, была совсем малышкой... А теперь — настоящая женщина.
— Тётя Карин, не смущайте меня, — пробормотала я, чуть краснея.
На её фоне я ощущала себя угловатой. Я была высокой — метр семьдесят четыре. Всегда комплексовала из-за роста: почти все парни в университете были ниже, а подруги — миниатюрные, изящные. У меня была пропорциональная фигура, волнистые густые волосы, карие глаза. Подруги твердили, что я красива... А я — просто хотела быть ниже. Или хотя бы чувствовать себя уверенной.
— Эмилия! — дядя Арам подошёл и крепко обнял меня. Его руки были тёплыми и надёжными. — Добро пожаловать домой.
Он стал для меня почти отцом после катастрофы. Высокий, в строгом костюме, с аккуратной бородой и дорогими часами — он всегда выглядел безупречно. Стабильность и надёжность в человеческом облике.
— Проходи! Чемоданы оставь, охрана всё занесёт, — защебетала Карина. — Я приготовила всё, что ты любишь!
Как только я вошла в дом, меня накрыло волной воспоминаний. Запахи из детства: жареный сыр, пряный рис, абрикосовый пирог... Всё сразу. Сердце сжалось от боли и нежности.
⸻
Плотно поужинав, я сослалась на усталость и поднялась в свою старую комнату — ту самую, в которой проводила каждое лето.
На стенах висели фотографии: я, Арслан и Мурад, наши родители, костюмированные вечеринки, дни рождения. Даже та старая картина, которую мы с Арсланом рисовали в дождливое лето, всё ещё была на месте.
Я села на кровать и огляделась. Всё выглядело знакомым... и в то же время чужим. Я уже не та девочка. Теперь я — выпускница. С дипломом. С одиночеством, которое никуда не исчезло.
Где-то внутри зарождалось чувство паники. Мне двадцать три, я живу не в своём доме, не знаю, чего хочу от жизни, и боюсь сделать хоть один шаг в будущее.
Я не заметила, как уснула.
⸻
Проснулась ближе к полуночи. Вспомнила: Карина с Арамом уехали по делам и вернутся поздно.
В доме было тихо.
Я решила принять расслабляющую ванну, а потом выпить чай — мой личный вечерний ритуал.
Нащупала в шкафу лёгкую кружевную сорочку и тонкий шёлковый халат, который прикрывал едва ли не половину бёдер.
— Ладно, дома никого нет, — пробормотала я, зевнув. Разбирать чемодан не хотелось.
Я пошла в ванную, наполнила её горячей водой с пеной, добавила бомбочку и зажгла свечи. Тёплая вода обволакивала тело, снимая напряжение. Я закрыла глаза и позволила себе раствориться в этом покое.
Спустя час, посвежевшая, я вернулась в комнату, вытирая волосы. Обернулась в полотенце, накинула сорочку, затем халат. Поставила музыку, вставила наушники.
Взглянув в зеркало, я вдруг замерла.
На кресле позади отражения сидел мужчина. Молодой. Лет двадцати семи-восьми. Он смотрел прямо на меня.
Я резко обернулась — пусто.
Ни души. Только лёгкий аромат дорогого одеколона всё ещё витал в воздухе, словно он и правда был здесь.
Сердце застучало в ушах. Я в панике сбежала вниз, обежала весь первый этаж, проверила каждую комнату. Пусто.
— Эми... ты просто перетрудилась... — прошептала я, чувствуя, как дрожат руки.
Чтобы отвлечься, я заварила себе чай, нащупала на полке старую кожаную книгу, завернулась в плед и устроилась на диване.
Не успела перевернуть и пару страниц, как снаружи раздался щелчок замка. Входная дверь распахнулась.
— Эми! — ахнула тётя Карина, едва переступив порог. Её взгляд замер на мне, а потом — на халате. — Как же ты похожа на свою маму в этом...
Я вздрогнула. Лишь сейчас вспомнила, что всё ещё в нём.
— Я и забыла, что надела его... — неловко пробормотала я.
— Это был её халат. Я повесила его тебе в шкаф... — прошептала Карина.
— Просто не хотелось копаться в чемодане... — пожала я плечами.
— Ты такая красавица, Эмилия, — с нежностью сказала она. — Настоящая.
— Тётя Карин, не смущайте, — слабо улыбнулась я. — Я, пожалуй, пойду спать.
— Конечно, доченька. — Она подошла, поцеловала меня в лоб, обняла — крепко, по-матерински.
— Кстати... — Карина взглянула на Арама. — Завтра мы хотим устроить званый ужин. Здесь, дома.
— Мне... нужно уйти?
— Что ты! Наоборот — ты должна быть. Сходи по магазинам, выбери себе красивое платье. Если хочешь — процедуры, макияж... Всё, что нужно. Возьми мою карточку, не переживай — там достаточно.
— Правда, не стоит... — Мне стало неловко. Хоть у меня и было наследство от родителей, до него нужно было ещё «дорасти» — выполнить условия, вступить в права...
— Эми, — твёрдо сказала Карина, — это не обсуждается.
Я кивнула, смутившись:
— Хорошо.
⸻
Вернувшись в комнату, я даже не стала разбирать вещи. Просто рухнула на кровать — и провалилась в сон, словно провалилась в тишину