6 Сезон. 27 Серия. Зависть Боярова
Прошло некоторое время. Смирнов обучал молодых курсантов всему, что должен уметь сотрудник правоохранительных органов. Ребята со Смирновым хорошо общаются, иногда могут и пошутить над ним, без обид, конечно. Адам уже перестал с ним огрызаться, когда понял, как Смирнов относится к нему. Полковника уважали, потому что он так же уважительно относится к своим людям. За хорошие результаты хвалит, за плохие он не ругает и не отчитывает, а лишь говорит им чтобы в следующий раз лучше постарались. Сотрудники заслуженно стали уважать своего полковника. Что не сказать про другого полковника из соседнего отделения.
Полковник Бояров Фёдор Петрович. Со Смирновым они во вражеских отношениях уже не первый год. Смирнов-то к нему никак не относится, а вот Бояров постоянно на него зуб точит. Он видит, что сотрудники Смирнова относятся к нему как к отцу, что не сказать про сотрудников Боярова, которые его боятся и почти не разговаривают. Да и чаще всего у Смирнова самые лучшие следователи в городе. Зависть ли это? Скорей всего да. Бояров всегда был завистлив и злопамятен.
На данный момент все сотрудники были на тренировках на спецплощадке, учились драться, бегать на время, выполнять нормативы. Смирнов и Бояров наблюдали за своими людьми. Бояров пытался зло подшутить и задеть своего коллегу, но Смирнов всё оборачивал в свою сторону, в противоположную для Боярова, что Фёдора Петровича раздражало.
— Да, неплохо твои шевелятся, хотя бы побыстрее улиток — зло насмехался Бояров.
— А ты Бояров, не завидуй, грех это — Смирнов был спокоен, как удав.
— Сильно верующий? Но знай, что в какой-либо ситуации ни тебе, ни твоим людям Бог не поможет.
— Всё правильно. Они должны помогать себе сами и бороться, а не сидеть и чего-то ждать. А в твоём случае, ты даже сам себе не поможешь, что уж говорить о Боге.
Помимо начальников между собой начали вражду и отряды. Отряд Боярова начал нападать на отряд Смирнова с унижениями и подколами, что ребятам это очень не понравилось. Отряды едва не начали массовую драку.
Фёдор Петрович смотрел на всё это с ухмылкой и с гордостью на своих людей, что не скажешь про Сергея Владимировича.
— Эй! А ну угомонились! Успокоились! Что за балаган устроили?! Вы будущие сотрудники милиции, или шпана на детской площадке?! Вы как себя ведёте?! — возмутился Смирнов и отряды перестали бычиться друг на друга.
— Ну чего ты, Смирнов, пускай разберутся, взрослые люди, зачем нам лезть? Давайте, курсанты, наваляйте им, чтоб не повадно было.
— Бояров, своим указывай друг друга бить, а на моих их не настраивай! Если твоим лишь бы кулаками помахать, так пусть в бойцовский клуб идут, а не занимаются этим на тренировочной площадке. Мои люди ничего такого не сделали, чтобы начинать с ними драку. И не стравливай отряды между собой. Значит так, отряд, на сегодня ваши тренировки окончены, идите в отделение!
Отряд Смирнова послушался и покинул площадку, злобно оглядывая людей Боярова, которые с наглостью и победой в глазах на них смотрели. Отряды разошлись.
— Правильно, товарищи, бейте их, а то сильно из себя потом королей возомнят. Нельзя повод давать, надо сбивать корону, пока не укоренилась — говорил Фёдор Петрович своим сотрудникам.
— Товарищ полковник, может, надо с ними разобраться? — начала Алиса, когда они все зашли в управление, — Ведь это же так просто не кончится! Если Бояров их натравливает, то нам в любом случае надо дать отпор, чтобы не лезли к нам!
— Серебрякова, не вздумай — начал полковник, — Не надо никому мстить. Даже не думайте лезть в драку с ними. Вы должны быть умнее и давать хороший пример. Не поддавайтесь провокациям. Просто не обращайте внимания, они сами от вас отстанут. Они такие же молодые и глупые, как и вы. Повзрослеют и поумнеют. А вы и так должны быть умными и приличными людьми. Вы же будущие защитники правопорядка, и будете вести себя как шпана? Я вам ещё раз говорю, не надо лезть ни в какие перепалки. Ясно?
— Так точно… — вяло ответил отряд.
Уж очень хотелось дать сдачи, но и своего полковника они расстраивать не хотят. Ну, по крайней мере они постараются просто не лезть в перепалки на его глазах.