0.Предательница.
ПРОЛОГ. ОКТЯБРЬ 1994. КАЗАНЬ.
История, которая начинается с конца.
Дождь в Казани в октябре, это не вода. Это жидкий свинец, который затекает под воротник и консервирует грехи.
Я стою посреди разгромленного кабинета, и мне странно спокойно. Спектакль окончен. В воздухе висит сизый дым и едкий запах пороха. На дорогом персидском ковре, то, что осталось от моего прошлого. Месть совершена, но она не принесла облегчения. Она принесла пустоту, размером с город.
- Рона! - голос Шрама за спиной дрожит.
Мой верный «медведь», мой младший брат по несчастью. Он видит кровь на моих руках и не понимает, чья она,моя или того, кто только что перестал дышать.
- Молчи, Саш, - хриплю я, не оборачиваясь. - Учись держать лицо холодным, даже когда под ногами разверзается ад.
Я знала, что этот день придет. Один из нас должен был исчезнуть. Пять лет я строила эту империю из костей и страха только ради одного момента. Долг выполнен. Цена - я сама. Сделка состоялась.
Но я не знала, что у судьбы есть еще один туз в рукаве. Самый болезненный.
- Ты опоздала, Вероника, - тихий, кристально чистый голос разрезает тишину из угла комнаты.
Я замираю. Этот голос я слышала в своих самых нежных снах и самых страшных кошмарах. Из тени тяжелых штор выходит девочка. Четырнадцать лет. Голубые глаза - осколки того же моря, что и у меня. Но в них нет слез. Только отточенная, ледяная ненависть, которую ей вбили в голову. Против меня самой же.
В её руке пистолет. Маленький, изящный, с меткой «Грязи». Ствол смотрит точно мне в висок. Она держит его уверенно, без дрожи. Так, как держат инструмент те, кто уже переступил черту.
- Предательница, - шепчет она. - Ты пришла слишком поздно. Теперь моя очередь отдавать долги.
Я смотрю в её глаза и вижу в них свое отражение пять лет назад. Ту самую Волчицу, которая была готова сжечь мир ради семьи. И теперь этот огонь направлен на меня.
Одна месть закончилась. Другая - только начиналась.
В этот момент дверь с грохотом распахивается. На пороге Валера. Турбо. Весь в грязи, в крови, с безумными глазами человека, который бежал через весь город, чтобы успеть. Чтобы спасти. Или чтобы остановить.
- Рона, нет! - его крик тонет в звуке взводимого курка.
Я закрываю глаза. В последний миг перед тем, как мир должен взорваться вспышкой, я чувствую на щеке не холод металла, а тепло чьей-то ладони.
«Если бы ты знал, Валера... я уже умерла пять лет назад. И это была не твоя вина».
Выстрел.
Темнота.