2 глава.
Скажем так, никогда - ни-ко-гда!!! - не пейте алкоголь. Ни грамма. Ни при каких обстоятельствах. Ни.Ког.Да. Никакие удовольствия и развлечения не стоят тех мук, что приходятся на следующий день в лице похмелья.
К большому счастью, Холдер остался у Саманты. Так что у меня было время привести себя в порядок.
С трудом отыскав аспирин и не потеряв сознание от неожиданного громкого стука выходной двери, я запила две таблетки водой и быстро вернулась в свою комнату. Мне удалось притвориться спящей и избежать нагоняев от брата. Черт, ну почему он вернулся так рано?! Хоть Саманты с ним не было, и на том спасибо.
Мне все-таки удалось забыться недолгим сном. Проснулась я через час и голова болела уже не так, но все равно хотелось сбежать в мир иной. Для того, чтобы мне стало еще лучше, необходимо было поесть чего-нибудь жирного, но путь на кухню вел к Холдеру. Даже не знаю, что лучше: помереть от голода или от рук собственного брата.
Я решила хотя бы умыться и почистить зубы. Однако до ванной я не дошла. Я уже вышла в коридор и на цыпочках пробиралась к заветной двери, как на лестнице послышались шаги. Я вихрем развернулась и поспешила обратно к себе, однако брат у меня длинноногий, а значит, и быстрый.
- Даааже не думай, - я могу с точностью передать его взгляд и положение тела, стоят спиной к нему. Его зеленые глаза прищурены, темно-русые волосы взлохмачены, а руки сложены на груди. Плечом он упирается о стену, так что стоит ко мне вполуоборот. Одно лишь его настроение мне не понятно.
Я медленно разворачиваюсь. Да, все в точности, как я сказала. Его рот был сурово сжат, но глаза насмехались. Значит, он знает о многих подробностях вчерашнего вечера. Я убью Джонатана! Чертов сплетник.
- Как ты объяснишь свое поведение вчера? - произносит он, и чувствую себя нашкодившим ребенком. И разница в возрасте в шесть лет этому способствует.
- А что-то не так? - не смотря на мой потрепанный и больной вид, я решила до последнего притворяться, будто ничего не было.
- Это я у тебя хотела спросить, - теперь его взгляд посерьезнел. - Соф, что происходит? Тебе всего девятнадцать....
-..."а ведешь ты себя как запойная алкоголичка. Когда ты уже возьмешься за ум. Лучше б работу себе нашла, отец не будет вечно тебя содержать", - закончила я за брата. Думаете, я слышу от него это впервые? Если бы.
Он прав, несомненно, но от слов толку мало. Мне нужно по меньшей мере высечь эти слова на лбу, чтобы они каждый раз при взгляде в зеркало предостерегали меня.
- Гляди-ка, ты уже выучила эту мантру наизусть, но смысла не поняла до сих пор, - брат покачал головой. - Что с тобой не так?! - рыкнул он и я вздрогнула.
- Неизлечимая душевная рана, которая притупляется благодаря моему образу жизни, - туманно отчеканила я и скрылась за дверью своей комнаты. Мне правда было больно. На то были причины, о которых я никому не говорила. Да пусть и так, я прекрасно знаю - пить, чтобы заглушить боль нелепо, но рука сама тянется к стакану.
Пролистнем эту грустную нотку и перейдем сразу к следующему дню. Скажу только, что ближе к воскресному вечеру мне стало легче. Я поела, приняла холодный душ и весь оставшийся день смотрела ужастики. Уж простите меня, но на сопливые мелодрамы меня надолго не хватило бы. Боюсь, стошнило бы на двадцатой минуте.
В понедельник я уже была свежая и, в общем, как всегда холодная. Я придерживаюсь такой жизненной тактики: главное хладнокровие. Везде. Всегда.
Ну, ладно, не всегда и не везде. С детьми я, например, все-таки добрая. И когда пригублю тоже под Снежную Королеву не кошу. Ну, и когда сплю, вообще на ангела похожа.
Но не суть.
Я терпеть не могла журналистику. Так что порой позволяла прогулять себе пары. Скажем так, посещала я лекции через раз. Преподаватель лишь однажды отчитал меня, но большей строгости не проявлял. Да и что для меня значат слова?
Поговаривали, он скоро должен был уволиться. Вместо него собирались поставить молоденького аспиранта. Вы не подумайте, я не падкая до грешных романов между преподавателем и студенткой, напротив не видела в них смысла. Просто мне, как и всякой девушке, было интересно, что это за принц такой.
Я по обычаю пряталась на заднем дворе и лежала на скамейке, нежась в солнечных лучах. Я случайно повернула голову и заметила, что со второго этажа за мной наблюдает какой-то парень. Он высокий, широкий в плечах, его каштановые волосы уложены. А он симпатичный. Издалека, во всяком случае. Жаль не видно его глаз, ведь именно по ним можно сказать, что человек из себя представляет.
- Ай-ай-ай, - раздался мужской голос над моей головой. Я вздрогнула, некультурно выругнулась и села, развернувшись лицом к непрошеному гостю. - Крошка Софи прогуливает пары, - Нейтон деланно осуждающе цокнул языком и покачал головой. Я тут же недовольно фыркнула. Как же я ненавидела свое прозвище, которое дал мне мой братец. Теперь все то и дело называли меня Крошкой.
- А это что, карается законом? - отгрызнулась я.
- Нет, вообще-то, но не уверен, что это поощряется так же, как хорошая учеба, - он снова ухмыльнулся.
- Мне хватает и того факта, что ничего противозаконного я не совершаю, - равнодушно отчеканила я, на секунду повернувшись к окну второго этажа, но никого там не застала. Может, мне вовсе померещился этот парень? Ну, да. Если так много пить, и белочки приходят.
Я поправила волосы и, закрыв глаза, откинулась на спинку скамьи. На этой нейтральной ноте мы расстались с Нейтом. Ему кто-то позвонил, и он удалился, даже не попрощавшись. Не то, чтобы меня это волновало. Меня больше заботил тот факт, что на вечеринке Джонатана я не могла отлипнуть от него и даже готова была с ним переспать, а сейчас только и хотела избавиться от \его внимания. Нельзя же сначала соблазнять парня, а потом делать вид, будто мы не знакомы. Однако именно так я и поступала.
Я отбросила ненужные мысли и подставила свое лицо лучам. Как так вышло, что кожа у меня оливковая, а загар к ней почти не прилипает?
Оставшуюся часть дня я провела, как и раньше. С легкостью пережив одни пары и с трудом дотянув до конца других, я, выжатая в физическом плане, наконец вернулась домой. Холдер куда-то отлучился, а Саманта готовила ранний ужин. Ну, или поздний обед.
Единственное, чего я хотела, это лечь и не двигаться. После двух физкультур подряд мои ноги уже еле могли двигаться. Однако Саманте совершенно не было до этого дела, и она припахала меня. Я переоделась, приняла быстрый душ и спустилась на кухню. Саманта готовила сырный суп, а к нему салат с морковью и чесноком. Она вручила мне сыр и терку, так что отказаться я уже не могла.
- Как прошел твой день? - спросила она. Я пожала плечами.
- Я ужасно устала, - проговорила я.
- Две физкультуры, да? - спросила она. Я кивнула. - Понимаю. Хотя мне теперь противопоказано делать физические нагрузки, - она загадочно улыбнулась. Я выгнула бровь.
- Ты больна?
- Нет! Ничего смертельного. Напротив, то, что во мне живет сейчас, полно жизни, - она заговорщицки посмотрела на меня. Я вытянула губы.
- Ты беременна? - спросила я, забыв о сыре.
- Да! - Саманта рассмеялась. Я бросилась ее обнимать.
- Боже, я так рада за тебя! - визжала я, тут же забыв об усталости. - Холдер знает?
- Конечно. Мы вместе хотели сообщить, но я не удержалась. Так что изобрази, пожалуйста, удивление, когда он скажет! - Саманта пригрозила мне пальцем и рассмеялась.
Когда ужин был готов, я забралась к себе в комнату, чтобы хоть немного передохнуть до прихода брата. Все-таки нужно было подготовиться к убедительной актерской игре. И почему я не пошла в актрисы?!
Ясно почему. Когда мы все вместе собрались за одним столом и брат сообщил, что я стану тетей, я ничуть не сумела изобразить удивление.
- Ну это нечестно! - возмутился Холдер. - Она никогда не умела притворяться. Зачем ты ей все рассказала?
- Прости, не удержалась, - Саманта лукаво взглянула на меня.
Весь вечер мы провели, перебирая всевозможные имена. Холдер хотел сына. Он с удовольствием назвал бы его Джоном. А Саманта хотела дочь по имени Джейн. А мне совершенно все равно. Я была бы рада и мальчику, и девочке.
Когда будущие родители ушли к Саманте, я осталась дома совершенно одна. Такое, на самом деле, бывало часто. Холдер уже не испытывал такой нужды опекать меня на каждом шагу, как два года назад, когда я только переехала к нему. Он беспокоился обо мне даже больше мамы. Так вот, я осталась одна. Раньше я особо по этому поводу не тревожилась. Одна, да одна. Никто к нам не ломился, убийц и маньяков тоже не наблюдали. Но в эту ночь все было иначе. Понятия не имею отчего, но я почувствовала себя одинокой. Я все думала о Саманте и Холдере, об их ребенке. Я когда-нибудь обрету такое же счастье?
"Ни один мужчина не полюбит такую язву, - назидательно проворчал внутренний голос. - Где ты видела, чтобы ненормальных девушек нормальные парни выбирали себе в спутницы?"
"Но диких зверей ведь люди приручают, - протестующе заявила я. - К тому же, я и не хочу нормального".
"Да где ты видела, чтобы дикого зверя укрощали и брали к себе домой? - насмешливо заявил голос. - Их обычно держат в цирках. На поводках. Зачем тебе такая жизнь? Живи свободно, в свое удовольствие. Если надо будет, твое счастье само явится".
Я была удовлетворена таким выводом и вскоре заснула крепким сном, в котором мне снилась свадьба моего брата и рождение близняшек Джона и Джейн.