52
Первая тренировка у Такаюки начиналась в восемь утра, поэтому он встал в шесть, чтобы не опоздать. Я тоже проснулась.
– Инна, я тебя разбудил? Прости, пожалуйста!
– Ничего страшного!
Голый по пояс, он собирал свою сумку. Утреннее солнце освещало его стройное тело. В рассветный час Такаюки казался особенно прекрасным. Он походил на небесного стража у райских врат.
– Тебе что-нибудь приготовить? – спросила я.
– Нет, спасибо. Я дома успею поесть. Всё, я побежал!
– Удачи тебе!
– И тебе! – сказал он, быстро поцеловав меня в кончик носа.
Спать не хотелось, поэтому я решила почитать. Интересно, изменились ли мои одногруппники за время каникул? Хотя мне не особо хотелось их видеть, не знаю, почему. Я уже привыкла к тому, что либо я одна, либо Такаюки со мной. Да и двухмесячный отдых слишком расхолаживает. Сейчас я больше тяготела к работе, нежели к учёбе.
Я надела чёрные широкие джинсы, чёрную майку на тонких лямках и чёрную прозрачную рубашку, а талию подчеркнула кожаным ремнём. В качестве аксессуара – гвоздики в виде прозрачных кристаллов в уши.
Первую пару по живописи нам поставили с Ёсикавой-саном. В этом семестре, как он и сказал мне раньше, надо было выполнить серию работ в стилистике укиё-э на тему из современной жизни. В принципе логично, потому что серийность характерна для японского искусства. Например, самая растиражированная гравюра Кацусики Хокусая «Большая волна в Канагаве» – часть цикла под названием «Тридцать шесть видов Фудзи». Честно говоря, море в этой работе занимает столько места, что гору можно заметить не сразу. В принципе, с темой я определилась давно. Не зря же делала скетчи на волейбольном матче! Удивительно, как игра Такаюки влюбила меня в этот вид спорта! Хотя, может, я любила не весь волейбол, а волейбол одного человека? Нет. Каждый игрок по-своему уникален. Да и на матчах я в основном наблюдала за подачами, блоками и действиями либеро, а на распасовщика внимания обращала мало, невзирая на то, что амплуа связующего – одно из ключевых.
На большой перемене мы с ребятами снова отправились в сад. Как же он изменился! Вместо зелёного – ослепительный, яркий красный, золотисто-жёлтый, огненный оранжевый! В пруд нападало много листьев, и граница между берегом и водой практически размылась.
Первой начала разговор Ран:
– Ребят, ну что, как провели каникулы?
– Мы с отцом ездили на Окинаву, – начал Акира. – Там такое чудное море! Я в жизни столько не купался! Эта поездка очень сблизила нас с отцом. Он наконец-то рассказал, что чувствовал, когда мамы не стало. Взрослые... Оказывается, они тоже иногда бывают слабыми. Отец не хотел, чтоб я видел, как его сердце разбилось из-за смерти матери.
– Мы уже и сами почти те самые взрослые, – сказала я. – Но что-то это никак не ощущается. Кикути, а ты что нам интересного поведаешь?
– Я был в долине Ия! Там невероятно красиво! Наверно, её виды и возьму за основу серии на этот семестр, – ответил Чикао. – Правда, мне очень не хватало ритма Токио. Слишком уж медленно там живут люди.
– А ты куда-то торопишься? – искренне поинтересовалась я.
– Я бы и сам хотел замедлиться, но столько всего хочется успеть!
– Как бы быстро ты не двигался, за всем не угонишься.
– Инна, ты не с той ноги встала? – вмешалась Ран.
– Да не сказала бы, – ответила, пожав плечами. – Как ты провела каникулы?
– Довольно неплохо, хоть ничего особенного я и не делала. Рисовала, читала, смотрела аниме, много спала, ела мамину еду. Боже, какая она вкусная!
– Понимаю тебя, – ответила я с улыбкой.
– А ты как провела каникулы, Инна? – вклинился в разговор Тадао.
– Ой, лучше всех! Поболела короной, немножко побыла в состоянии эмоционального выгорания или что-то типа этого, потом на недельку с небольшим съездила домой. Из комнаты я практически не выходила из-за долбаных QR-кодов, поэтому оставалось только рисовать, работать, заниматься спортом, смотреть кино и читать. Вот такая вечеринка!
– Оу... – протянул Чикао. – Я тоже переболел, у меня потом были проблемы со вкусом и обонянием.
– У меня тоже эти проблемы пока что есть, но потихоньку всё приходит в норму. Я ещё легко отделалась! Симидзу, ты сам как?
– Очень даже ничего! Мы с родителями ездили по пригородам Осаки. К нам постоянно приезжали в гости то родственники, то друзья, поэтому скучать было некогда. Но я не думал, что буду рад вернуться домой.
– Из-за отношений с мамой?
– Да. Мы ни разу не поссорились за всё то время, что я пробыл дома.
– Значит, ты с нами остаёшься ещё на семестр?
– Ну, наверно да, ещё на семестр с вами останусь! – с шутливой важностью произнёс он, согнув пальцы правой руки и разглядывая свои ногти.
Следующей парой снова была живопись. Ёсикава-сан подошёл ко мне и стал молча наблюдать за мной. Я осмелилась нарушить тишину:
– Если хотите что-то сказать, говорите, а не просто стойте над душой.
– Инна, наглая, как всегда! С преподавателем можно быть и повежливее, даже если он не намного старше. Хотел просто узнать, как ты поживаешь? Домой хоть ездила?
– Да, ездила в сентябре.
– И как там Москва?
– Я уже устала слышать этот вопрос. Промозгло, пасмурно и серо.
– М-да, звучит печально.
– Как у Вас дела, Ёсикава-сан?
– Да у меня всё нормально. Я от вас хорошенько отдохнул. Люблю вашу группу, но под конец семестра вы меня достали!
– Ой, поверьте, это взаимно! Хотя, может, дело не в нас, а в студентах других групп?
– Может, и в них. Как бы то ни было, я рад снова с вами встретиться. Особенно с тобой, Инна.
– Любите, когда Вам дерзят?
– Жить не могу без этого!
Затем он сделал некоторые замечания по моей работе и пошёл дальше, улыбнувшись мне напоследок.
После пар Ран попросила пройтись с ней до общежития. Конечно же, я догадывалась, о чём она хочет поговорить и поначалу намеревалась отказаться. Однако уж очень сильно я соскучилась по этой девушке! К тому же отчасти именно благодаря ей мы с Такаюки и встретились. Ран, похоже, распирало от любопытства, поэтому она с жаром выпалила:
– Ну что, вы с Утиямой-саном теперь встречаетесь?
– Да, но пока что совсем недолго.
– Инна, я так за вас рада! Я с самого начала хотела, чтоб вы были вместе! Вы такая красивая пара!
– А у тебя кто-то есть?
– Нет.
Видимо, Ран была одной из тех, кому греет сердце чужая любовь. Вообще странно, что у такой красавицы до сих пор никого нет. Я поинтересовалась:
– Как дела в общежитии? Вы с соседкой нашли общий язык?
– Почему ты спрашиваешь?
– Я помню, что ты тогда на вопрос Кикути ответила как-то уклончиво...
– Ничего себе! Даже я об этом уже забыла. В общем, когда я приехала в общежитие, оказалось, что её отчислили.
– Оу...
– Да. Но я только рада. Мы с ней откровенно не ладили.
– Почему?
– Сама не знаю, чем я ей не угодила, – пожала она плечами.
– А почему нам с ребятами не рассказывала?
– Потому что особо нечего рассказывать. Не было в этом смысла. Та девушка сначала пыталась меня как-то задеть, но увидев, что я не обращаю внимания, отстала. Эта ситуация дала мне понять, что нужно научиться самостоятельно разбираться со своими проблемами. В жизни не всегда найдётся тот, кто готов прийти на помощь по первой просьбе
– Понимаю. Знаешь, в конце концов ты же не сто долларов, чтобы всем нравиться.
– И то верно! – ответила Ран, усмехнувшись.
– Уже успели кого-то заселить в ту комнату?
– Да, очень милая девушка заехала. Теперь в комнате стало гораздо комфортнее.
– Здорово, что так получилось! Я рада за тебя!
За этими разговорами я и Ран сами не заметили, как быстро оказались у общежития. Мы тепло попрощались, напоследок крепко обнявшись.