38
До конца каникул оставалось чуть больше месяца. С мамой мы по-прежнему не разговаривали. Единственным, кто меня поддерживал, был Такаюки. Неужели его не отталкивает лёд моего равнодушия? Почему он не обижается?
Такаюки приходил ко мне чуть ли не каждый день. Мы с ним гуляли и делали дыхательную гимнастику. Энтузиазмом во время этих занятий я не отличалась, однако он не сдавался. Мне было настолько противно от себя самой, что я бы на его месте без сомнения себе втащила. Однажды вечером мы сидели на полу около моей кровати и пили чёрный чай. Такаюки предложил:
– Давай сыграем в игру?
– Какую?
– Я буду читать первые две строки хокку, а ты попытаешься угадать третью. Если не угадываешь, то я задаю тебе интересующий меня вопрос.
– А если я угадаю?
– То ты задаёшь мне вопрос. И так по очереди.
– Ты же понимаешь, что это игра в одни ворота? Я не особо знакома с хокку, а угадать то, чего не знаешь, очень тяжело. В данном случае твоя победа предрешена.
– Не будь столь категоричной. Если я японец, то это не значит, что знаю все существующие хокку наизусть. Да и играть будем не на счёт. Давай попробуем?
– Ладно, твоя взяла.
– Отлично!
Он нашёл какой-то сайт с хокку на английском. Игра началась.
– Весна уходит. Плачут птицы. Глаза у рыбы...
– Полны слезами?
– Правильно! Задавай вопрос.
– У тебя когда-нибудь была девушка?
– Ого! Ничего себе! Интригующее начало! Да, была.
– Отлично. Теперь я.
– И это всё?
– Одно хокку – один вопрос.
– Хорошо.
– Так... Перед вишней в цвету померкла в облачной дымке...
– Полуночная звезда?
– Нет, неправильно. Пристыженная луна. Итак, почему ты расстался со своей девушкой?
– Это было ещё в старшей школе. Мы разошлись, потому что из-за волейбола я не мог уделять ей столько времени и внимания, сколько она требовала. В итоге я решил выбрать спорт, а не отношения.
– И правильно сделал.
– Ха! И я того же мнения. Если бы бросил волейбол, то тебя бы не встретил.
– Читай уже дальше, – ответила я со вздохом, потерев лоб.
– Хорошо, хорошо! Роняя лепестки, вдруг пролил горсточку воды...
– Цветок хризантемы?
– Нет, камелии цветок. Вопрос: почему ты практически всегда носишь чёрный?
– Ой, и это, по-твоему, интересный вопрос?
– Это пока только разминка.
– Я тебе уже отвечала на него.
– Да, я прекрасно помню тот поверхностный шаблонный ответ. То, что ты носишь чёрный – не так уж и уникально, буду с тобой честен. Поэтому спрашиваю снова.
– Ладно, будь по-твоему. Чёрный – мой любимый цвет. Вообще, что есть цвет? Цвет складывается из световых лучей, отражающихся от той или иной поверхности. Чёрный поглощает свет полностью. Для меня он является квинтэссенцией всех цветов, если хочешь. Самый интересный, самый многозначный, самый загадочный. В нём будто есть все цвета и нет ни одного. Он цвет и не цвет одновременно. Да и только в чёрном я чувствую себя полностью защищённой, чего не могу сказать об одежде других цветов... Как-то так.
– А как же белый? Разве не он квинтэссенция всех цветов? Только его можно разложить на цвета радуги.
– Белый отражает все лучи спектра. Поэтому это самый пустой цвет из всех, как по мне. Однако и белый, и чёрный – цвета сложные. У них есть множество оттенков, которые трудно передать. Особенно если нужно писать белое на белом и чёрное на чёрном. Так, нашла кое-что интересное! Единственное украшение – ветка цветов мукугэ в волосах...
– Красивой женщины?
– Нет, третья строка звучит так: «Голый крестьянский мальчик». Ты реально ничего не знаешь, не соврал! Только первое хокку смог отгадать.
– Не спеши с выводами. Задавай вопрос! – рассмеялся Такаюки.
– Так, что бы спросить... Почему я тебе понравилась?
– Сначала из-за внешности. При первой нашей встрече я обратил внимание на то, как элегантно ты одета. Потом понял, насколько ты умная и самостоятельная. И да, было видно, что я тоже сразу тебе понравился. Но ты и показывала, и скрывала это одновременно. Ты не робеешь передо мной, как остальные девушки, а разговариваешь на равных. Несмотря на твою очевидную симпатию, я быстро понял, что ты за мной бегать не станешь, ибо это ниже твоего достоинства. Мне нравится твоя прямолинейность, внутренняя сила и упорство. У тебя есть своё собственное мнение, а главное – собственные амбиции, увлечения и интересы, отличающиеся от моих.
– Сейчас нельзя иметь собственное мнение. До нас уже всё сказали. Мы можем лишь соглашаться или нет с тем или иным утверждением либо идеей.
– Может, оно и так. И ты интересный собеседник. Порой кажется, что я тебя никогда не смогу разгадать.
– Спасибо, мне приятно это слышать.
– А мне приятно это говорить тебе. Ну что ж, теперь моя очередь. Ива склонилась и спит, и кажется мне, соловей на ветке...
– Её душа. Это хокку Басё я знаю.
– Что поделать? Слишком умна!
– Бывает ли такое, что тебе хочется наорать на товарища по команде из-за ошибки на площадке?
– Сейчас крайне редко. Но в средней школе я часто ругал своих товарищей. В какой-то момент команда просто отвернулась от меня. Такие методы не работают. К тому же я сам порой совершаю ошибки. Просто я научился смотреть на себя со стороны. Капитан, который орёт на игроков, не достоин быть лидером команды.
– Окей, я поняла тебя. Видимо, ты это перерос. Так, посмотрим... Незримая весна! На обороте зеркала...
– Узор цветущих слив. Но я могу ошибаться.
– Нет, всё верно.
– У тебя когда-нибудь были отношения?
– Нет.
– Ого, неожиданно! Как так?
– Расскажу, если не отгадаю следующее хокку.
– Хорошо! Все волнения, всю печаль твоего смятенного сердца...
– Перелётной птице отдай?
– Гибкой иве отдай. Поддаёшься?
– Нет.
– Так, почему у тебя не было отношений?
– Даже не знаю, как ответить на твой вопрос. Жизнь несколько раз подкидывала мне шанс начать отношения. Были парни, которым нравилась я и которые нравились мне. Но как только дело шло к чему-то серьёзному, я резко прекращала с ними общение. Без объяснения причин. Видимо, тогда ещё время не пришло, да и мне не особо интересны были отношения. Зачем нужны парни, когда есть искусство?
– Что ж, надеюсь этим шансом ты воспользуешься! – сказал он, указывая большими пальцами на себя.
– Это мы ещё посмотрим, Дурияма. Теперь я вожу.
– Я смотрю, ты прямо оживилась. Так нравятся хокку или вопросы?
– Предпочту оставить эту реплику без ответа. На пути в Суруга аромат цветущих померанцев...
– Запах листьев чая...
– Ого! Неожиданно! Ты угадал.
– Ха-ха-ха-ха! Ты ревнуешь меня к моим фанаткам?
– Нет.
– Почему?
– По одному вопросу, господин Утияма.
То, что я не ревную, не было ложью. Ревность – не то чтобы плохое чувство (таковых в принципе не существует). Просто оно какое-то детское, а я считаю себя уже достаточно зрелым человеком. Это во-первых. Во-вторых, я доверяла Такаюки, пусть и не всецело. Потому что в этой жизни даже себе полностью верить нельзя. В-третьих, Такаюки – человек совестливый. В случае измены он бы долго мучился. В-четвёртых, у меня нет проблем с самооценкой. Конечно же, Такаюки знать об этом всём совершенно не обязательно.
Ах да, и ещё: пока что я не считала нас с ним парой. Он не предлагал мне встречаться. Естественно, эта причина не ревновать – совсем незначительная. Понятно было, что он хочет встречаться со мной. И я этого хотела. Но намерение, не облекаемое в слова или действия, просто не имеет смысла.
– Инна, отгадаешь ли это: «Осеннюю мглу разбила и гонит прочь...»?
– Полная луна?
– Беседа друзей. Ты бы смогла простить измену?
– Я с этим не сталкивалась, поэтому тяжело судить. Думаю, нет. Измена равносильна предательству. Она может травмировать человека настолько сильно, что он больше никому никогда не сможет открыться. А это страшно. Что ж... Снова встают с земли, тускнея во мгле, хризантемы...
– Лунная ночь?
– Прибитые сильным дождём. А ты бы смог простить измену?
– Зависит от того, с кем мне изменили. Если этот человек превосходит меня в чём-то, то да. Это хотя бы можно понять. Если же он к хуже меня, то нет. Но, как бы то ни было, измена означает конец отношений, и не важно, простил я или нет. Главное, что не забыл.
– Любопытный ответ. Я бы сказала, довольно спортивный. Ведь горечь от проигрыша недостойному сопернику ощущается сильнее. Однако любовь зла. Человек – иррациональное существо. Твоя возлюбленная может изменить тебе с самым последним подонком, который её постоянно унижает и оскорбляет, потому что именно его она любит по-настоящему. Стоит ли тогда её винить? Не знаю. Хотя да, изменить тебе – проявление высшей степени дурного вкуса и вульгарности. Поэтому лично я бы себя не простила, если бы изменила тебе. Но это так, теория... – закончила я, хитро улыбнувшись.
Такаюки подлил ещё чая в обе кружки. Он выглядел очень серьёзным.
– Думаю, что девушки, которые готовы терпеть абьюз, эмоциональные качели и унижения в отношениях, психологически незрелые. Они сами себя не любят, поэтому действительно, стоит ли их винить? И да, твою последнюю фразу я прекрасно слышал, – добавил он после небольшой паузы.
– Люблю, когда меня внимательно слушают.
– Все девушки это любят.
– Да, но некоторым из них хватает лишь видимости этого самого внимания, когда они что-то рассказывают. Теперь моя очередь отгадывать.
– Осенняя луна сосну рисует тушью...
– На синих небесах.
– Умничка! Задавай вопрос.
– Хм, как думаешь, можно ли считать изменой, когда твой партнёр в один прекрасный день подходит к тебе и прямо говорит, что полюбил другого?
– А ты сама как думаешь?
– Моя очередь задавать вопрос.
– Я думаю, нет, потому что это честно. Я не застал их в одной постели, не узнал от друга, что он увидел, как моя девушка целуется с другим в парке, например.
– Окей, я тебя услышала. О кленовые листья! Крылья вы обжигаете...
– Пролетающим птицам.
– Правильно.
– Адресую тебе тот же вопрос, что и ты мне.
– Я тоже не считаю это изменой. Да, было бы обидно слышать, что твой любимый человек полюбил кого-то другого, но насильно мил не будешь. Теперь ты водишь.
– Итак... Секунду... Бабочки полёт будит тихую поляну...
– Хм... Я вроде что-то помню...В солнечном свету?
– Да.
– Расскажи о самой неловкой ситуации, произошедшей с тобой на матче.
– Хм, надо подумать... Таких ситуаций в волейболе много. Например, когда мяч приземляется между тобой и рядом стоящим игроком, хотя вы оба могли спокойно его принять. И вы потом смотрите друг на друга и спрашиваете: «Чувак, почему ты не принял мяч?» Со стороны, я думаю, выглядит комично. Расскажу о ситуации, произошедшей на первом году средней школы. В одном матче мяч от нашего либеро полетел в аут. В общем, надо было его как-то спасать. Я бегу, смотрю вверх на этот мяч, возвращаю его в игру, а в следующий миг падаю прямо на нашего менеджера! И я, и она очень смутились! Выглядела эта ситуация максимально неловко! Это было, как в сериале: она лежит подо мной, я – на ней! Как-то так! – рассмеялся он.
– Так, что же тебе такое прочитать? – спросила я сама у себя, силясь сдержать смех. – Некуда воду из чана выплеснуть мне теперь...
– Всюду поют цикады! Так, Инна, расскажи, какие качества во мне тебя привлекают?
– Ну, ты красивый, вроде не тупой, готовить умеешь...
– А ещё?
– А что-то ещё разве надо?
– А ты как думаешь?
– Ладно, не куксись! – расхохоталась я. – Конечно, меня прежде всего привлекла твоя внешняя красота. Но обрамляет её поведение. Ты всё делаешь изящно и грациозно! Мне нравится твоя смелость, сила, упорство, желание расти и то, что ты знаешь себе цену. А ещё ты очень добрый и терпеливый. Но от твоей идеальности иногда тошнит, уж извини!
– Ты, как всегда, в своём репертуаре! Так, слушай: «Влюблённые коты умолкли. Смотрит в спальню...»?
– Рассветное солнце?
– Туманная луна. Почему ты не ревнуешь меня к моим фанаткам?
– Потому что ты не предлагал мне встречаться.
– Разве не очевидно, что мы оба этого хотим?
– Ну, мало ли что очевидно.
– Ах, вот оно как!
– Да, а ты как думал? И на небе мост унесло! Две звезды, рекою разлучены...
– Одиноко на скалах спят. Это стихотворение Басё посвятил празднику «Встречи двух звёзд». Так что, будешь со мной встречаться?
– Это не честно!
– Почему?
– Потому что это не просто вопрос, а предложение!
– Уговора о том, что вопрос не может являться предложением чего-то, не было. Ты вправе отказаться. Ну, так что?
– Почему бы нет? Я согласна.
– Вау! Это оказалось легче, чем я думал.
– Ты ещё попробуй мой характер вывезти.
– Как и ты мой! Едкая редька... И суровый, мужской...
– Хм, разговор с самураем?
– Да, правильно.
– Что тебя во мне бесит?
– Ты хочешь, чтоб мы тут до утра с тобой сидели?
– Да хоть и до утра, мне некуда торопиться.
– Ты бываешь слишком резкой, холодной, наглой и чёрствой там, где лучше уступить и быть помягче. Ещё мне кажется, что ты иногда кичишься своим умом. Твоё упорство порой перерастает в упёртость. Ты довольно эгоистичная и боишься открываться людям. Мне кажется, тебе тяжело принять чужой успех. Ах, да, что-то мне подсказывает, что ты не умеешь проигрывать. В последнее время ты стала вообще какой-то равнодушной. Лучше уж показать свою слабость, чем прятать её за безразличием. Плюс ко всему, ты очень строга и к себе, и к людям. Порой даже слишком. Можешь наказывать себя за свои ошибки сколько угодно (хотя это тоже не есть хорошо), но не надо трогать других. Не все стремятся хватать звёзды с неба. Прости, если что, не хотел тебя обижать.
Удивительно! Он будто видел меня насквозь. Блин! Обиделась ли я не него? Нет! А что вы хотите? Моя мама мне однажды сказала: «Инна, в тебе плохого больше, чем хорошего». Сначала эта фраза меня задела, но потом я смирилась. Хотя, может и не смирилась, если она прочно засела в моей памяти? Но это не отменяет того факта, что мама была права. Я сказала:
– Нет, Утияма, я знала, на что иду, задавая этот вопрос. Мне наоборот приятно, что ты не смотришь на меня сквозь розовые очки. Но не тебе, паршивец, говорить, что я не могу принять чужой успех! Финальный матч вспомни.
– Тут ты права! Хорошая у тебя память! Каюсь, было... Но важно сейчас не это, а то, чтоб ты себе идеал меня не напридумывала.
– Ты это можешь с лёгкостью узнать. Слушая строгий укор, опустила девушка голову...
– Уф, это трудно, – вздохнул Такаюки. – Голос старой матери?
– Нет. Словно мак вечерней порой. Раз уж мы встречаемся, то хочу спросить: что для тебя главное в отношениях?
– Для меня самое главное – это уважение. С него начинается настоящая любовь. Хм... Скрылись от господского меча... О, как рады юные супруги...
– Предаться любви?
– Лёгким платьем зимнее сменить! Ну так что, какие качества во мне тебе не нравятся?
– Как я и сказала, слишком уж ты идеальный. Однако этой твоей театральщиной в поведении скрывается травмированная личность. Ты выглядишь уверенным в себе, но внутри – всё наоборот. Ты себя недооцениваешь. Пойми, невозможно быть лучшим во всём. Порой ты слишком много на себя берёшь. Тебе как раз иногда не мешает побыть эгоистом. Но твой главный недостаток заключается в том, что ты тщеславный нарцисс. Хотя, не будь ты им, не добился бы успехов в спорте. Едем дальше... Хочется хоть раз в праздник сходить на базар...
– Увидеть улыбки торговцев?
– Купить табаку. Что важнее: любить или быть любимым?
– Думаю, любить. Пусть даже любовь не взаимна. Это всё равно опыт. Дальше я. Любитель цветов! Ты стал неприметно...
– Пленником пиона?
– Рабом хризантем. А для тебя что важнее: любить или быть любимой?
– Скажу честно: полагаю, для гармоничных отношений мне лично важнее быть любимой. Чтоб всё получилось, мужчина должен любить женщину больше, а не наоборот. Продолжим. Что ты ответишь на это: «Ива опала, ручей иссох...»?
– Голые камни... Кто для тебя важнее: я или ты сама?
– Между тобой и мной я всегда буду выбирать себя.
– Слишком уж ты независимая.
– Не спорю, мне дорога моя свобода. Продолжаем.
– Ого, какое хокку я нашёл! Птичку грызёт белка летяга...
– На зимнем снегу. Одно из моих любимых хокку. Между самим собой и мной ты всегда будешь выбирать?..
– Тебя.
– Ты это сказал, потому что думаешь, что я хочу это услышать?
– Нет. Как ты поняла, я успел немного изучить твой характер. Ты не потеряешь голову от любви, потому что ты очень логичная и рассудочная девушка. Твой холодный разум не помутится от эмоций. А вот я не такой. Больше скажу: ты это прекрасно понимаешь. И думаешь, что не заслуживаешь меня. Тебе гораздо важнее, чтоб я реализовался в спорте, нежели в отношениях с тобой. Потому что в волейболе я с малых лет, а тебя встретил совсем недавно. Инна, может интеллектуально ты и зрелая, но вот эмоционально – будто подросток. Ну ладно, что-то я слишком многословен.
– Чужих меж нами нет! Мы все друг другу братья...
– Под вишнями в цвету.
– Эй, ну как так ты всё отгадываешь?
– Везение, – пожал плечами Такаюки.
– Ага, так я и поверила!
– Ты веришь в любовь?
– Да. Об этом столько пишут в книгах, столько снимают фильмов. Нельзя же так много говорить о том, чего просто нет? Вообще странно, что ты задаёшь этот вопрос. Ты прекрасно знаешь, что я к тебе чувствую. Неужели ты настолько не уверен во мне? Может, нам ещё рано начинать встречаться? – лукаво спросила я.
– Нет, задать этот вопрос было необходимо. Я убедился, что ты не безнадёжна!
– Эй!
– Давай без твоих эй! Теперь я загадываю. Холодный горный источник. Горсть воды не успел зачерпнуть...
– Как зубы уже заломило. Когда я впервые читала это хокку, то у меня и правда зубы заболели. Утияма, чего ты больше всего боишься в жизни?
– Стареть. Я боюсь того момента, когда моё тело перестанет быть таким же ловким и сильным, как сейчас, боюсь потерять рассудок на старости лет.
– Тут многое зависит от тебя самого. Я вот думаю, ты и в старости будешь ничего такой! А что касается разума... Слышала, что вероятность наступления старческой деменции и тому подобного можно снизить, если изучать языки, например, или как-то по-другому тренировать свой мозг.
– Да, я тоже что-то такое слышал, – задумчиво произнёс он. – Уже поздно. Продолжим завтра?
– Договорились. Жаль тебя отпускать, особенно на такой печальной ноте... И тем не менее, я чудесно провела вечер!
– Надеюсь, это не сарказм?
– Нет.
– А мне не хочется уходить. Спокойной ночи, Инна!
– Спокойной ночи, Утияма!
– Поцелуешь меня на прощание?
Он чуть склонился и обнял меня. Я коснулась губами его твёрдой скулы под гладкой кожей. Его сильные руки... Его длинные пальцы на моей лопатке... Они такие тёплые! Мне не хотелось, чтоб эти объятия заканчивались. Я спросила:
– Когда ты придёшь?
– Посмотрим! Но помни, что я в твоём обществе всегда буду нуждаться больше, чем ты в моём.
На прощание он улыбнулся и помахал мне рукой. Я действительно его не заслуживаю, но и отпускать не хочу.