Глава 8. Я ненавижу тебя
В день подачи заявления в вуз я просыпаюсь в пять утра. Нет сил больше лежать в постели, меня трясет от волнения так сильно, что маме приходится напоить меня пустырником. Конечно, она откладывает все свои дела и идет подавать заявления вместе со мной. Несмотря на то, что можно было сделать это все через интернет, мама настояла на том, чтобы мы лично сходили в каждый вуз. Она, конечно же, выбрала еще четыре запасных, однако я точно знаю, куда хочу.
Первым делом мы едем в ГАУГН, там тоже есть нужная мне специальность, но от одного вида высокого белого здания с золотистыми окнами меня начинает тошнить. Ни за что не буду здесь учиться!
Потом вообще уезжаем на другой конец Москвы в РГГУ. Мне нравится здание этого университета, но до моего фаворита ему очень далеко. Но мама заставляет меня подать заявления во все вузы, которые она выбрала. Хотя я и твержу ей, что с моими трехста двадцатью баллами я смогу пройти туда, куда хочу, она непреклонна.
К закрытию приемной комиссии мы, наконец, добираемся до изящного высокого здания, при виде которого у меня загораются глаза. Я проезжала и проходила мимо него столько раз, что успела выучить наизусть каждый этаж снаружи. А когда мы оказываемся внутри, у меня сердце едва не выпрыгивает из груди. Здесь еще круче, чем я себе представляла!
Маме приходится все время меня подгонять, потому что я то и дело останавливаюсь у резных колонн и изящных перил, разглядывая все широко открытыми глазами, пытаясь вместить столько образов, сколько смогу.
В кабинете приемной комиссии я ерзаю на стуле, и мама шикает на меня с таким грозным видом, что мне приходится успокоиться и сфокусироваться на людях, сидящих перед нами. Женщина в синем пиджаке и розовой блузке пристально рассматривает бумаги, которые мы тщательно собирали весь месяц. Аттестат, подтверждение получения золотой медали, результаты ГТО (все на золото, конечно же), выписку из волонтерской книжки.
— Думаю, этого вполне достаточно, чтобы пройти на Культурологию, — выносит, наконец, вердикт женщина, глядя на меня с полу-улыбкой. Внутри я ликую, а снаружи лишь слегка улыбаюсь и сдержанно благодарю женщину.
— Когда ждать результаты? — уточняет мама, уже отходя от стола.
— В середине августа заканчивается набор на бюджет, поэтому проверяйте сайт числах в двадцатых.
Я энергично киваю и, едва сдерживая рвущуюся наружу радость, тяну маму за руку.
Когда мы выходим из здания университета, меня буквально распирает счастье. Я начинаю улыбаться, как дурочка, радостно рассказывая маме о том, как здорово будет учиться в МГУ. Я настолько воодушевлена словами женщины из приемной комиссии, что не замечаю, как мама отстает.
— Я не буду за это платить, — слышу я ее голос и останавливаюсь, не понимая, о чем она.
Мама стоит ко мне спиной, глядя на здание МГУ, и качает головой. Я подхожу ближе, чувствуя, как внутри начинает образовываться неприятный давящий ком.
— Я не буду платить за твое обучение в этом, — ее губы кривятся, будто она только что съела невероятно кислую конфету. Я поднимаю брови, убирая руки в карманы — так легче будет скрыть боль.
— Мам, так я же... — я пытаюсь объяснить, что она все не так поняла. Хотя как еще можно было понять? Она ведь своими глазами видела и собственными ушами слышала, что мы говорили о бюджетном обучении.
— Я знаю, ты хотела на бюджет, — прерывает меня женщина, скрестив руки на груди. Прошедшее время в ее словах не сулит ничего хорошего. — Но ты не пройдешь.
Я чувствую, как меня охватывает злость, но стараюсь успокоиться, чтобы не наломать дров. Может, я просто ее не так поняла?
— Мам, у меня баллов хватает! С чего ты взяла, что я не пройду?
Я говорю громче, чем мне хотелось, и мама морщится, мельком оглядываясь по сторонам. Конечно, место людное, и ей некомфортно ругаться прямо здесь. Впрочем, окружающим на нас должно быть наплевать.
Мама хватает меня за локоть и уводит в сторону парка, к скамейкам. Там людей меньше, но мне от этого не легче — наоборот, сердце сжимается от страха.
Мама садится на скамейку и приглашающе хлопает ладонью по пустующему месту рядом с собой, но я остаюсь стоять. Мне страшно быть так близко к ней сейчас.
— Ты не пройдешь на бюджет, — качает головой мама. Я вглядываюсь в ее лицо — пытаюсь уловить хоть какую-то знакомую эмоцию. Синие, как тессеракт, глаза смотрят пристально, но с ноткой сочувствия. — Это главный университет страны, там все проплачено. Каждый хочет учиться в МГУ, ты должна это понимать. Найдется какой-нибудь папенькин сынок, который займет твое бюджетное место, хотя баллов ему не хватит, и тебе придется смириться.
Мне хочется закрыть уши и не слышать ее бредни, но я лишь молча стою и смотрю на маму. Я ведь знаю, что она не права! Я столько лет шла к этому, и теперь ничто не помешает мне исполнить мечту.
— Нет, мам, — я мотаю головой так яростно, что в глазах начинает двоиться. — Нет! Я пройду на бюджет в МГУ, как бы тебе ни хотелось, чтобы я была как ты! Мне надоело тебя слушать!
— Куда ты пошла?! Василиса, вернись сейчас же! — кричит мне вслед мама, но я только ускоряю шаг, удаляясь от нее. Мне срочно нужно успокоиться. А еще как следует отпраздновать отличные новости и подачу заявлений в вузы. И в этом мне, конечно же, поможет Даша.
***
Вечер мы снова проводим в компании второкурсников и третьекурсников факультета Философии. Ребята радостно приветствуют нас, хлопая по плечам. В третий раз я уже чувствую себя почти комфортно, но есть одно но. Влад.
Он сидит напротив меня в обнимку с Алисой, девушкой со второго курса. Кажется, она учится тоже на Культурологии, но точно я не помню. Она радостно смеется — точнее, кокетливо хихикает, — когда Влад что-то шепчет ей на ухо. И, казалось бы, меня эта парочка вообще не должна волновать, но...
— Василиса, ты что же, совсем не пьешь? — спрашивает парень, кидая на меня странный взгляд. Я дергаю плечами, неопределенно качая головой.
Влад, на самом деле, интересный парень, но я все никак не могу его разгадать. Мне вдруг вспоминается Мирон. Эти два парня — абсолютные противположности, как внешне, так и по характеру. Точнее, по моему ощущению от них. Мирона я почувствовала с самого начала, он словно приглашал погрузиться в него и пропитаться теплом. А вот Влад... его сложно разгадать, он словно шифр Саймона Сайна, на разгадку которого может уйти целая жизнь. И не могу сказать, что это не привлекает.
— Лиса у нас зожница, — хихикает Даша, и я невольно морщусь от ее тона. Когда Кольская флиртует, это превращается в настоящий спектакль. Ей надо было поступать в театральное, а не на культуролога.
— Не то чтобы... — пытаюсь отмахнуться я и тут же осекаюсь. Почему я вообще должна оправдываться?
— Хорошая девочка, да? — усмехается Влад, и Алиса кидает на меня недовольный взгляд, будто это я флиртую с ее парнем, а не он со мной.
А меня током прошибает от его слов.
— Нет, — заявляю я, поднимаясь из-за стола и протискиваясь мимо Евы и Кати, сидящих рядом. — Ты прав, надо выпить.
Влад поднимается следом, оставляя ошарашенную Алису в одиночестве.
— Составлю тебе компанию у бара, — поясняет он, приподнимая уголок губ. Эта его ассиметричная улыбка бьет в самое сердечко, заставляя его стучать громче. Я стараюсь не обращать внимание на его взгляд, который не сходит с меня ни на секунду, и направляюсь к бару.
И только у стойки осознаю, что мне, вероятно, алкоголь не продадут. Да и хочется ли мне вообще пить? Зачем я спорила, ну для чего?
— Что будет леди? — продолжая улыбаться, мурлычет Влад. По-другому его голос я бы не смогла описать, да и внешне он жутко напоминает мне породистого кота.
Я пожимаю плечами, все еще не решив, стоит ли отвечать на его флирт. С парнями у меня опыта не то чтобы очень много, да и желания связывать судьбу с кем-то у меня сейчас нет. Все-таки учеба на первом месте.
— Предлагаю секс на пляже, — произносит Влад, и улыбка его становится шире. До моего уставшего мозга не сразу доходит шутка, и я краснею, отводя взгляд от смеющегося парня.
— Что-нибудь другое, — бурчу я, пытаясь скрыть смущение. Но Влад наверняка уже видел, как у меня покраснели уши, хотя здесь и темно.
— Расскажи о себе, козочка, — предлагает Влад, а я лишь вскидываю брови, услышав прозвище.
— Ты что, видишь у меня на голове рога?
Влад фыркает, улыбаясь так заразительно, что вся серьезность сходит с меня, как вода. Я расплываюсь в улыбке.
— Ну так что, козочка? Чем занимаешься, кроме учебы?
Я пожимаю плечами, принимая коктейль из его рук.
— Честно говоря, ничем. Когда-то рисовала, но последние три года занимаюсь только учебой.
Влад, прислонившись к стене плечом, вскидывает брови. Кажется, этому парню не знакомо слово «учеба». Но когда Влад склоняется ко мне, заговорщически маня пальцем, я поддаюсь, даже не задумавшись.
— Я тоже в последние три года занимаюсь только учебой, — признается он, и карие глаза поблескивают в свете разноцветных прожекторов. — Быть председателем актива факультета тяжело, но оно того стоит. Могу вот таких красавиц встречать, например.
Он тянется к моему лицу, но я отстраняюсь так резко, что Влад едва не бьется затылком о стену. Что ж, будет знать, как кадрить девушек. Мне это совершенно ни к чему. Рассмеявшись, я иду обратно к столику в одиночестве.
***
День, когда мне на электронную почту пришло письмо счастья, был совершенно обычным. Ну, такой, каким бывает день генеральной уборки в доме. Мама сегодня не пошла на работу и, как всегда, разделила обязанности по уборке между нами четырьмя.
Братьям досталась уборка своих комнат и поливка цветов, мне было указано убрать весь оставшийся второй этаж и пропылесосить ковры, что, в общем-то, даже довольно мило с ее стороны.
Закончив со своей комнатой, я выхожу в коридор с тряпкой и ведром наперевес и иду стучаться к братьям.
— Уборка комнат! — кричу я гнусавым голосом, стучась в две двери напротив друг друга. Они распахиваются почти одновременно, и братья смеются, а я — вместе с ними.
— Тащи пылесос, — раздаю я указания, а сама принимаюсь обходить комнаты Дани и Роберта. Это у нас такой ритуал — проверять друг за другом качество уборки. Потому что если какой-то косяк найдет мама... тогда мало не покажется.
— Вась, тебе тут что-то пришло!
Я буквально лечу в комнату Роберта, потому что уже давно жду письмо из МГУ. Начало августа на дворе, а я все еще не уверена, что меня примут на бюджет.
Роберт и Даня вместе со мной устраиваются у ноутбука и задерживают дыхание, пока я открываю письмо. Почта, насмехаясь, издевательски долго грузит страницу.
— Уважаемая Василиса Дмитриевна Мирская, — начинаю читать я, пристально вглядываясь в текст письма. — Мы рады сообщить вам..... что вы приняты на специализацию Культурология на бюджетной основе!!!
Последние слова я уже кричу, подскакиваю с места и, танцуя, обнимаясь с братьями. Они поздравляют меня, радуются, и я благодарю всех существующих богов за то, что мне так повезло. С братьями, с друзьями, с исполнением мечты всей жизни.
Позже я, закрывшись в своей комнате (сначала закончив уборку, конечно), дочитываю письмо и узнаю, что сбор первокурсников с кураторами пройдет двадцатого августа. Теперь осталось дождаться.
***
Мама была права. От осознания этого меня бьет крупная дрожь. Я стою у деканата и пытаюсь сказать хоть что-то, но не выходит. А прямо напротив меня, рядом с зам.декана, стоит парень, который разрушил мою мечту. Который буквально вырвал ее у меня из рук и теперь смотрит, как я падаю в пропасть.
— Василиса, мы приносим свои извинения, но последнее бюджетное место занято. Произошла ошибка, — повторяет мужчина, сведя тонкие черные брови к переносице. Мне все слышится через какую-то стену, и я едва разбираю его слова.
— Но... но... но я... — только и могу что блеять я, пока на моих глазах мечта ускользает за горизонт.
— Мирон, вы можете идти. Приходите по расписанию на занятия, там же вам выдадут студенческий билет и пропуск.
Рыжий парень кивает и, не поднимая на меня взгляда, уходит прочь по коридору.
Мне хочется догнать его и поколотить. Хочется кричать на весь корпус о том, что это несправедливо, о том, что я заслуживаю этого места. Но я молчу. Смотрю на заместителя декана и не могу найти слов.
— Давайте пройдем в кабинет и поговорим. Мы готовы предложить вам альтернативу, — предлагает мужчина, и у меня снова в сердце загорается надежда. Я киваю, сглатывая ком, и прохожу вслед за Игорем Леонидовичем в деканат.
— Как я уже сказал, произошло недоразумение, — прочистив горло, начинает мужчина. Он сидит прямо, сцепив лежащие на столе руки, а я чуть ли не в позу эмбриона слепилась на кресле. — Вероятно, система дала сбой и по ошибке отправила вам электронное письмо.
«Ага, как же», — фыркает голос в голове. Он-то знает правду, как и я. Только верить не хочется.
— Мы можем предложить вам обучаться на очно-заочном отделении. Это направление переподготовки, то есть не будет считаться полным высшим образованием. Обучение длится три года.
Я тупо смотрю в стол. Как будто у меня есть выход. Хотя нет, выход есть, конечно. Пойти учиться в ГАУГН или РГГУ и забить на свою мечту стать Культурологом с самым престижным образованием в России. Или получить переподготовку здесь, а потом еще четыре года пахать где-то в другом вузе.
И тут в голове что-то щелкает. Я резко выпрямляюсь, смотрю прямо на Игоря Леонидовича и киваю.
— Да, я согласна. Я же правильно понимаю, что могу одновременно с получением дополнительного образования здесь поступить на бюджет в другой университет?
Мужчина медленно кивает.
А у меня, наконец, появляется надежда.
По улице я уже не иду, а бегу, потому что мне нужно успеть в РГГУ, пока они окончательно не отказались от моей заявки. Время еще есть, но лишь сегодня. Я обязана успеть, и тогда мой план Б сработает.
— Василиса! — окликивает меня знакомый голос, и я резко оборачиваюсь. Мирон подходит ко мне с выражением вселенской грусти на лице. Но я ему не верю.
— Что тебе нужно? — грозно спрашиваю я, стараясь сделать голос как можно более холодным.
Мирон, спрятав руки в карманы, поднимает на меня взгляд.
— Василиса, ты не так все поняла, — пытается объясниться он, но я прерываю его, резко подняв руку. Парень замолкает.
— Нет. Заткнись, пожалуйста. Я не хочу тебя слушать.
— Но... — снова хочет сказать он и тянется ко мне, но я тут же его перебиваю, попятившись. Я достаточно услышала уже.
— Я ненавижу тебя, — стиснув зубы, шиплю я, приблизившись к нему. — Никогда, никогда меня не трогай. Ты разрушил мою мечту, Мирон Мирской. Наслаждайся. И не смей рушить еще и мою жизнь.
И, развернувшись, я ухожу к метро.