Спадстраум | 18+

Гилберт

Streets – Doja Cat

Я лежал на зеленой траве под палящим солнцем и от ожогов меня спасал крем, который наносила на мои плечи Луиза. Её аккуратные пальцы втирали его в мою кожу. Она что-то подпевала себе под нос, и я растворялся в её голосе. Не представлял, что он такой мелодичный.

«Побудь в моих объятьях, дорогой. Я заколдую тебя, дорогой. Останься со мной, милый, и мы сможем быть вместе. В своих снах расправь ты крылья и лети ко мне...»

– На каком языке ты поешь? – спросил я.

– На греческом.

– Ты знаешь греческий?

– Это мой родной язык.

– Я думал ты англичанка.

– Только вот мой род пошел из Греции.

Легкий ветерок дул, и её волосы коснулись моей кожи. От нее приятно пахло цитрусами. Не понимаю, где я нахожусь. Реальность это или же сон? Теплые губы Луизы коснулись моих плеч. Она снова пела на греческом языке и играла пальцами по моей спине как по клавишам рояля.

Кто-то затормошил меня за плечо, и я открыл глаза, видя лицо брата перед собой.

– Кто там, на каком языке говорит?

– Не важно. – ответил я, – Ты чего тут забыл?

Он усмехается.

– Одевайся у нас час на то чтобы добраться до Лондона и успеть на выступление, где будет играть наша сестра.

Точно сегодня же концерт Клэри. Ради него она прилетела из Швейцарии и своего дурдома под названием частная закрытая школа.

Мы с Луизой не виделись неделю. Она заболела и теперь отсиживается у родителей, чтобы не заразить Розалин и меня, а я могу писать только смс ей. Даже звонки были недоступны из-за потери её голоса. Кажется, что не было ничего, что могло бы подвергнуть Лу болезни и дойти до потери голоса.

Переодеваюсь в черную водолазку и того же цвета брюки и пиджак. Выхожу и жду какой-либо комментарий от Криса, но ничего не последовало. В отличие от меня он при полном параде: в костюме с начищенными туфлями. Всё ещё не понимаю, зачем туда едем мы и в особенности он. Чувак ради этого концерта пересёк Атлантический океан.

Мы ехали на его машине вдвоем. Достав телефон из кармана и открыл переписку с Луизой. За сегодня мы с ней ещё не переписывались.

«Как ты себя чувствуешь?» - я

Ответ пришёл через десять минут.

«Намного лучше, чем в начале недели. Уже в понедельник буду в Ширнессе» - Лу

«Отлично. Что делаешь?» - я

«Смотрю «Завтрак у Тиффани». А ты?» - Лу

«Едем с Крисом на концерт Клэр» - я

«А Ингрид с вами?» - Лу

«Нет. Только мы вдвоем» - я

«Хорошего вечера вам» - Лу

«Я могу заехать к тебе после?» - я

Я ждал ответа от неё столько же, сколько оставалось до Лондона - почти час и, не дождавшись, убрал телефон.

Машина Криса остановилась возле комплекса Саус-Бэнк, где будет концерт. На входе в зал мы показали свои билеты, и зашли туда. Внутри этот комплекс уродлив, я бы сказал. Но на внутреннее убранство нет внимания, когда на сцене за роялем играет младшая сестренка.

Мама и папа присоединились к нам спустя пять минут. И Крис ещё поторапливал меня, хотя они сами опоздали. С отцом мы стали ещё реже общаться, как и видится. Все внимание я постарался сфокусировать на оркестре.

Играли сначала какие-то парни, и я чуть не умер от скуки. Подпирая щеку, мама треснула меня по ноге и сказала сесть прямо. Как будто мне снова семь лет, и я приперся на очередной концерт вместе с ней, потому что подруги работают, как и отец и легче всего притащить детей с собой, чем сходить одной и насладится, тем, что любишь.

Когда на сцену вышла Клэри со своими скрипачами и флейтистами я выпрямился. Я пришел сюда только ради неё и больше никого. Поэтому пришлось терпеть каких-то парней перед ней.

Чёрное в белый мелкий горошек платье, скорее всего мама подбирала, сидит великолепно на Клэри. Волосы завиты в крупные локоны и собраны в хвосте. В ушах, небольшие серьги, которые ей дарил Крис на день рождения.

Я слушал как завороженный её игру. Мама давно пыталась кого-то из нас ней пропихнуть на сцену, и я играл, но недолго как бы ей хотелось, и она взялась за Клэри и похоже это ей удалось. Сестра выглядела так, словно она просто играет у нас в доме, нежели на сцене перед кучей народа. Мне казалось Клэри, не усидит по несколько часов в музыкальных кружках.

– Ты её случайно отдала не в музыкальную школу в Швейцарии? – спросил я у мамы.

– Какой догадливый.

Она положила свою ладонь сверху моей и похлопала по ней.

Я закатил глаза и стал дальше слушать великолепную композицию, которую исполняла моя сестра. Возможно, когда-нибудь я снова сяду за клавиши, но это будет не сцена, и на меня будут смотреть только одни единственные глаза...

Я запомнил сон с Лу и её греческую песню. Не знаю, как мой мозг вообще выдумать такое. Да и греческий я слышал последний раз лет пятнадцать назад, когда с родителями прилетали на Кипр отдыхать, а сегодня я снова его вспомнил во сне с ней.

Концерт закончился на втором выступлении Клэри, и весь зал хлопал ей и её скрипачам, и флейтистам. Она широко улыбалась, и когда я встал чтобы похлопать ей, она чуть не расплакалась. Глазки так и заблестели, что едва из них не полились слез по щекам.

Ожидая её и родителей у входа, мы с Крисом пихали друг другу камушек.

– Тебя отвезти домой или пойдешь с нами на ужин? – спросил брат.

– Ужин?

– Да. Родители решили так сказать отпраздновать второй дебют Клэри.

– Нет, я, пожалуй, откажусь. После того раза не очень хочется садиться с ним за один стол. И вообще, когда вы позвали Лу к себе, и она ушла ненадолго он брызгал своим ядом ещё лучше.

– Из-за неё?

– Ну да. Простая, первокурсница и выглядит жалко. Он вообще в курсе, что Ингрид её сестра?

– Понятия не имею. Может и знает. Но Ингрид зарабатывает хорошие деньги.

– Нашего отца только капитал и интересует. Чертов капиталист.

– Будто после него этот бизнес не достанется нам.

– Я хочу продать тебе свою долю. – Крис удивленно уставился на меня, – Веса я особого там не имел и не буду иметь. Чисто символически меня не интересует.

– Ты хочешь руководящую должность?

– Я вообще не хочу ничего, что касается этой компании.

– Даже если я куплю твою долю, то что ты намерен делать с этими деньгами?

Я усмехнулся:

– Положу в банк под проценты.

– А если серьезно?

– Куплю дом в России и займусь бизнесом там.

– Берт. Хватит уже.

– Понятия не имею что я буду делать с этими деньгами. – пожав плечами пихнул камушек и Крис поставил свою ногу и камешек ударился о неё, – Путешествовать? Я уже достаточно много где был. Вложиться во что-то? Это может не окупиться, а с тем, какой фондовый рынок может быть не стабилен риск потерять все до последнего фунта. Создать свою компанию на торговле акциями? Я без понятия в кого вложиться. Технологии это в среднем сорок процентов прибыли в год. Недвижимость около двенадцати и пятнадцати процентов в год.

– А в людей до трёхсот процентов годовых. – сказал Крис и пнул мне камешек, – Спаси пятнистую сову, братец. – усмехнувшись он посмотрел на меня, – Она хочет, чтобы её спас кто-то вроде тебя. Стань фондовым брокером. Бери бабло клиента и клади в свой карман. Так наша семейка разбогатела, когда создала компанию и крупные шишки вложились в них. Они богатели, и мы тоже.

Я вздохнул. Из комплекса вышли родители. Отец посмотрел на меня таким надменным взглядом, будто я мусор какой-то. После нашей ссоры на моей карте появился лимит в десять тысяч фунтов стерлингов. Обиженный папочка сделал это, когда я сказал, что он уделял мне внимания меньше чем это делала мама для меня. И да отчасти я все же признаю, что он нормальный отец. Нормальный для меня, а не для моих друзей и других людей.

– Привет, пап. – сказал и он остановился. Отец обернулся.

– Ты едешь с нами на ужин?

– Нет.

– Поцелуй маму на прощание и можешь ехать по своим делам.

Он пошел к черному "Роллс-Ройсу", и сел в него оставив Криса, маму, меня и сестрёнку на улице. Я поцеловал маму в щеку, и она улыбнулась, но её взгляд был грустным и поникшим. Она никогда не любила наши ссоры, и я жалею, что расстраиваю её своим поведением.

– Помирись с отцом, милый. – сказала мама перед тем как самой сесть в машину к отцу.

Крис подождал, пока я попрощаюсь с Клэри.

– Клэри, ты была бесподобна. - сказал я, – Я горжусь тобой.

– А я рада, что ты пришел на моё выступление. Я люблю тебя, Берт.

– И я тебя, малышка.

Щеки Клэри залились краской.

Она обняла меня. Клэри самая невинная в семье, и я рад, что её воспитанием занимаются оба родителя, а не только отец как в случае с Крисом, потому что он первенец. Уже давно патриархат не такой, каким был раньше и многие женщины на одних правах с мужчинами. Они руководят компаниями. Становятся великими политиками. Но всегда найдется тот, кто превозносят мужской пол к небесам, а женский считает убожеством. И если передо мной встанет такой, я смело плюну ему в лицо.

Достав пачку с сигаретами закурил. Да к черту жить с таким отцом. Спасибо что научил бить морды говнюкам. Надеюсь, я буду совершенно другим отцом. Обычно люди учатся на ошибках, я выберу учиться на ошибках своего отца и не допускать, чтобы мой ребенок был под тотальным контролем даже после своего совершеннолетия. Спасибо маме за то, что она не находится в цепких руках отца и может высказаться против того или иного его решения.

Тем временем я нахожусь в столице Англии и всего Соединенного Королевства без машины и своей карты, а в кармане только несколько фунтов, которых даже не понятно хватит ли на такси и телефон.

Вытянув смартфон из штанов, проверяю его на наличие новых сообщений, и вижу одно, которое ждал от Лу.

«Прямо сейчас?» - Лу. Сообщение отправлено сорок минут назад.

В голове подсчитал сколько мне ехать до неё. Кажется, у меня вполне хватит оплатить поездку до её дома.

«Да» - я

Я ждал на улице её ответа уже десять минут и понял, что одеть только пиджак, не взяв из пальто свой бумажник было глупым решением. Как и надеть просто пиджак тоже было тупым решением.

«Приезжай» - Лу.

Я улыбнулся и убрал телефон, в карман, заказав такси до неё перед этим. Надо будет попросить Виджея, чтобы он приехал забрать меня. У него все равно должок за то, что я привозил его пьяную задницу с вечеринки, пока Розалин пыталась привести его в чувства. Луиза много пропустила. Например, то, что он в тот вечер умудрился облевать мне кожаный салон.

Такси остановилось возле дома, где жили родители Луизы. Оплатив свою поездку, поднялся по лестнице и нажал на звонок. Когда дверь открылась, я преодолел ещё одну лестницу и уже увидел Лу выглядывающую через щелку двери.

– Если что я не само лицо с обложки как Адриана Лима.

Усмехнувшись, она открыла дверь шире, и мои губы растянулись в улыбке. Честно говоря, она мило выглядела в домашней одежде.

Бордовые шорты и серое худи, а на голове хвост и пряди волос, которые обрамляли её лицо. Мой взгляд пробежался по её оголенным ногам и вернулся к лицу. Лу пропустила меня в квартиру, и я тут же почувствовал запах вкусной еды.

– Ты одна? – спросил я, вешая свой пиджак на вешалку.

– Да. Мама с папой уехали к родственникам на свадьбу.

Мы идем с ней на кухню, где она встала за плиту и продолжила готовку. Когда Лу закончила, расставила тарелки и наложила в них пасты с сыром и помидорами. Выглядело это аппетитно.

Она села напротив меня и спросила:

– Как прошел концерт?

– Нормально. Клэри молодец. Я ей горжусь.

– А как с отцом? Я так понимаю, он там тоже был.

– Как и прежде, но теперь мы вообще не разговариваем. Я поздоровался с ним, но в ответ услышал только вопрос об ужине с ними в ресторане.

– Несмотря на наши разногласия с родителями они всё ещё наши родители.

– Не думаю, что наши отношения станут, как и прежде. Или я буду сраться с ним и дальше, что он вовсе лишит меня всего, или мы просто будем сохранять холодные отношения. Я выберу второе.

– А первое почему? Только из-за денег?

– Нет. Я просто хочу успеть продать Крису свою долю от компании и спасти пятнистую сову от вымирания.

Она рассмеялась.

– Это, то чего ты хочешь?

– Я без понятия чего я хочу от жизни.

Мне кажется, что у меня есть всё благодаря родителям, но одновременно чувствую, что у меня нет ничего и я самый бедный человек на свете. Даже мои друзья нашли себе хобби и занимаются этим. Сэм гоняет на велике, иногда участвуя в соревнованиях, а Виджей играет в теннис со своей мамой и другими парнями. Я один читаю книги и впитываю всю информацию из них как губка периодически участвуя в играх лакросса от нашей университетской команды.

– На самом деле я в такой же ситуации. - ответила Лу, – Я выбрала профессию, но у меня нет того чему бы смогла отдать ещё частичку себя помимо политики и прочего.

– И что будем с этим делать?

– Очень просто: тебе нравится лакросс?

– Ну да. Мне нравится в него играть. Азарт берет верх.

– Хотел бы стать профи?

– Не задумывался. Но мы же уже говорили об этом.

– Да я помню про судью, но это, правда то чего тебе хочется?

– Хочу спасти пятнистую сову.

Она уже не смеется над этим и даже мне не смешно, потому что легко сказать, что решил продать свою долю брату и поиметь с этого кругленькую сумму не знаю, куда после девать эти деньги. Я живу в том мире, где тебе затыкали рот, чтобы ты не мешал подарками и всякими крутыми вещами и со временем они так приживаются, что ты или просишь больше, или тебя начинает тошнить от этого. Я второй тип таких людей. Все что для бедняка покажется золотом, для меня это уже обыденно и это говорю только потому, что понимаю, что зажрался от такой жизни.

– Берт, будь серьезней.

– Я думал над своим спортивным клубом. Это один из вариантов, куда можно слить деньги.

– И какой клуб?

– Лакросс. Или футбол.

– Ну да всё-таки Британия страна английского футбола. – Лу улыбнулась, – Если начнёшь развивать лакросс своим клубом, то вытянешь его на еще один популярный контактный спорт.

Да, она иногда бывала на наших играх, и чёрт, я выводил нашу команду наравне с остальными парнями. Среди других университетов, где студенты играли в лакросс Спадстраум в турнирной таблице не на последнем месте. Но, к сожалению, и не на первом и тренер и за это по головке нас не гладит.

– А ты, Лу? Чем бы ты хотела по-настоящему заниматься по жизни?

– Я всегда хотела стать политиком, но последнюю неделю задумываюсь над правильностью своего решения о факультете. Знаю, что ещё не поздно уйти, но таков план и нарушать его не хочется.

– И что ты надумала?

– Я с ещё большей любовь прониклась к готовке и в особенности к выпечке. Понимаю, что у меня нет нужного образования, но всем так понравился мой черничный пирог.

– Значит кулинария, а не политика.

– Думаю, если научится всё правильно совмещать, то одно другому не помешает.

– Возможно. Думаешь, мне следует попробовать себя в политике? И совмещать с этим свой спортивный клуб?

– Да, почему нет? Кстати, как тебе паста?

Я посмотрел на пустую тарелку. Она пустовала уже минут тридцать. И если бы хотел добавки попросил, но Луиза вытянула меня на разговор. И она права, готовит Лу просто превосходно. Ей стоит задуматься о том, чтобы готовить больше.

– Очень вкусно.

– Еще будешь? Просто в ближайшие три дня мне придётся есть это всё одной.

– Буду признателен за ещё одну порцию.

Она наложила ещё пасты, и я уплетал её за обе щеки. Лу наблюдала за мной, улыбаясь своей теплой улыбкой, что на сердце у меня стало теплее. И я впервые понял, почему некоторые говорят, что их буквально кроет, когда им кто-то нравиться, и они влюблены.

Не знаю, влюблен ли я или это просто всё мимолетно, но то, что сейчас происходит, мне до безумия нравится. Не хочется чтобы это заканчивалось. 

Мы лежим на её кровати. Одетые и смотрящие в потолок. Лу закинула на меня ногу и руку переворачиваясь на бок.

– Ты знаешь греческий? – спросил я.

– Нет. А с чего такой вопрос?

– Мне сон сегодня приснился. Ты пела какую-то песню на греческом. Очень красивую. Сказала, что это твой родной язык и род твой из Греции.

– Может и так. Но ни греческого, ни того что кто-то там родился из моих предков я не знаю. Возможно, Ингрид знает. Можем спросить у неё.

Она потянулась к телефону, но я успел перехватить ее руку и перевернулся на бок, смотря в голубые глаза.

– Забей. Это же просто сон.

Она легко улыбнулась и уткнулась носом в мою шею. От неё, как и в том сне пахло цитрусами, и на минуту подумал, что это тот же самый запах из сновидения.

Луиза уснула на моей груди, пока я размышлял над тем, что мне приснилось. Удивительно получается. Кэтрин её прямой дальний предок. И в тоже время мой предок Кристофер, который был другом Кэтрин Мурей. Они когда-то были знакомы, и мне кажется, знакомы очень близко. Я почти ничего не знаю о своих корнях и никогда не задумывался над тем, что мне это важно знать.

Но как говорится: человек, не знающий своего прошлого, не может построить будущее. Пора бы и мне уже начать вникать в прошлое, которое тесно связано с тем, что тут произошло и самим замком.