Часть 12
На следующую пару девушка опоздала, и поэтому, как только Бонни переступила порог аудитории, хотела сбежать, спрятаться, чтобы её никто не видел, потому что этот надменный взгляд удовлетворённого Кима, который ухмылялся собственной победе над Лим, подкашивал ноги. Внутри что-то неприятно ныло, и в Бон боролись два желания: спрятаться и разукрасить наглое лицо Тэхёна. Подойти и врезать кулаком прямо по носу, отомстив за всё, что он заставил её пережить, потому что после случая в туалете она чувствовала себя униженной и оскорблённой, причём это ещё слабо сказано. Было чувство, будто кто-то в грязи извалял. Но самое противное заключалось в том, что Бонни в тот момент искренне хотела почувствовать на вкус губы Тэхёна, ощутить то, насколько они мягкие, и узнать, верны ли её догадки о том, что на них имеется привкус ментола от сигарет, которые он так часто курит, но Ким просто... Просто ушёл, и теперь Лим в его глазах — очередная поклонница, которая при любом касании руки парня, если не от одного взгляда, улетает в Гонконг*.
Но что было бы, если бы Ким её всё-таки поцеловал? И что это за странный порыв? Почему её тело так на него реагирует? Может быть, Бон всё-таки в него влюблена?
Но эти мысли девушка и за километр не подпускала к своей голове. Она не хотела знать ответы на мучающие её вопросы, ибо где-то глубоко внутри понимала, что они ей явно не понравятся. У него есть шлюха Квон Мин, так пускай и зажимает в туалетах её, а не Лим.
— Почему опоздала? — шёпотом спросила Джунг, старательно записывая в своей тетрадке лекцию профессора.
— Не могла класс найти, — соврала Бонни и, достав из пенала ручку, последовала примеру подруги.
Монотонный голос профессора, казалось, убаюкивал девушку, которая и так еле сдерживала норовившие вот-вот закрыться веки. С каждым новым словом мужчины мозг Бонни будто бы постепенно переставал работать, готовясь отключиться в любую секунду и дать возможность лицу Лим соприкоснуться с поверхностью стола, тем самым образовав не самый тихий звук в этой аудитории. Решив так сильно не рисковать, Бон, убрав обратно ручку и удобно устроившись на парте, прикрыла глаза, краем уха слушая доносящиеся обрывки фраз до начинающего затуманиваться сознания. Спустя пару минут внимание к словам профессора совершенно улетучилось, а мысли были забиты различными вещами, о которых девушка думать совершенно не хотела, но в то же время не могла не прокрутить хотя бы пару раз за день эти идиотские воспоминания и чувства, возникшие во время них. Однако Бонни радовал факт того, что если некоторое время назад её мысли были забиты исключительно этим придурком Кимом, то сейчас они разбавлялись её новым соседом, который, к слову, сегодня тоже был на лекции.
Приоткрыв один глаз, она начала искать Лухана и, найдя его, удивилась тому, как бодро выглядел этот юноша, сидящий абсолютно ровно и поспевающий за словами учителя, в то время как большая часть учащихся попросту либо спала, либо отдавала последние силы на какие-то записки, после передаваемые другому одногруппнику.
Однако как только Лим перевела взгляд с Лу, то тут же нахмурилась, увидев сидящего сзади парня Тэхёна, который, максимально вытянув ноги вперёд, омерзительно ухмылялся, смотря в затылок Ханя и перекидываясь короткими фразами с Чонгуком. Спустя пару секунд Тэхён резко выпрямил согнутую ногу, тем самым пиная стул юноши, что заставило Бон лишь сильнее нахмуриться и бросить очередной ненавистный взгляд на этого кретина, который в последнее время всё больше и больше походил на большого ребёнка, любящего всякие пакости и не получающего нагоняй от родителей. Через пару секунд после содеянного Ким Тэ перевёл взгляд в сторону девушки, растягивая губы в ехидной улыбке и продолжая пристально смотреть некоторое время. Не выдержав этого взгляда, который будто бы дыру в ней прожигал, Бон отвернулась, мысленно проклиная этого парня.
Как только прозвенел звонок, все студенты тут же вскочили со своих мест, а Бонни самая первая выбежала из аудитории, потому что ей больше не хотелось быть мишенью Кима для прожигания дыр. Она ненавидела этого парня, а он такими действиями лишь сильнее разжигал в ней огонь.
Девушка направилась в столовую и уже было представила, как за разговором с подругами сможет наконец расслабиться и съесть любимый пончик с сахарной пудрой, но громкий смех, что раздавался эхом по коридору, заставил её обернуться.
Практически все студенты держались за животы от смеха и толкали растерянного Лухана из стороны в сторону, при этом пиная парня ногой под зад. Очевидно, он не знал, как вести себя в данной ситуации, а Бонни быстро вскипела. Переведя взгляд на язвительно улыбающегося Кима, что стоял возле окна со своей ржущей компанией, Лим, сжав кулаки, направилась в сторону Лухана и содрала с его спины вырванный из тетради лист с надписью «Пни меня!» Скомкав его, девушка замахнулась, чтобы кинуть в Тэхна с уже привычной фразой «Мудак», но Хань её остановил:
— Не стоит опускаться до его уровня.
— А что ты предлагаешь? Молчать?! — вспылила Бон, на что тот равнодушно ответил:
— Просто будь умнее, — и, держа девушку за локоть, поспешил вместе с ней покинуть общество гиен, ловя вслед Кимовское:
— Да, Бон, будь умнее! Беги вытирать китайские слёзы, пока я не оттрахал тебя в туалете!
Из ушей Лим буквально пар шёл от злости, и Хань это прекрасно видел, но всё равно упрямо шёл по намеченному пути, предотвращая её попытки вырваться из его рук и побить Кима. Он не хотел связываться с Тэхёном, но ещё больше он не хотел, чтобы с ним связывалась Бон, потому что понимал: эти бесконечные перепалки не приведут ни к чему хорошему.
Переступив порог библиотеки, которая по счастливой случайности оказалась абсолютно пустой, Лухан развернул Бон к себе и, обхватив её плечи руками, заставил посмотреть на себя, после чего сказал:
— Лим Бонни, ты ведь лучше этого придурка, так что не стоит марать руки о такого человека, — после последовали ещё несколько доводов, которые, кажется, немного успокоили девушку, и она согласно закивала, соглашаясь с юношей.
— А зачем ты меня привёл в библиотеку? — всё же подала голос Бон, когда они с парнем разместились за одним из многочисленных столиков друг напротив друга.
— Ну... — протянул Лухан, скрещивая руки в замок и опираясь о них подбородком. — Решил получше узнать свою соседку, а тут как раз выдалась такая возможность, — и после сказанной фразы мило улыбнулся, заставив Бон невольно улыбнуться в ответ.
— И что же ты хочешь узнать обо мне?
— Да что угодно, — развёл руками парень. — Буду рад узнать о тебе любую информацию, начиная от небольшого рассказа о семье, если ты, конечно, не против, и заканчивая банальным рассказом о любимом цвете. В таком духе.
Немного помедлив, Лим всё же решила рассказать немого о себе. Правда, о семье она упомянула лишь в паре предложений, предпочитая не затрагивать эту тему с едва знакомым ей человеком. Зато вот о своих стычках с Кимом девушка описала в красках, не стыдясь выражаться такими словами касательно него, от которых глаза Ханя порой становились всё шире и шире.
— В общем, как-то так, — подытожила она свой рассказ, откидываясь на спинку стула. — Теперь твоя очередь.
— Эм... — почесав затылок, юноша начал раздумывать, с чего бы ему лучше начать. — Из-за работы отца нашей семье приходилось переезжать уйму раз, собственно, это и есть основная причина моего нынешнего пребывания здесь. Как ты могла догадаться, мы долго не засиживались на одном месте, собственно, поэтому у меня друзей, да и просто довольно хороших знакомых никогда не было, хотя... — он грустно усмехнулся, потупляя взгляд вниз. — Из-за того, что я был из довольно обеспеченной семьи, многие дети ко мне пытались подлизываться из-за этих самых денег, только вот поначалу я этого не понимал, но после одного случая моё доверие к людям постепенно уменьшалось и уменьшалось, в конечном итоге полностью сошло на «нет», — тут он вновь поднял взгляд на Бон и слабо улыбнулся. — Пожалуй, ты могла подумать о том, как же я могу не доверять людям, если сейчас сижу и рассказываю тебе о своей жизни. Да, согласен, это странно, но просто... понимаешь, почему-то я тебе доверяю и не думаю, что ты кому-то начнёшь рассказывать обо мне.
***
Когда прозвенел звонок на последнюю пару, Лухан и Бон уже сидели на своих местах, не рискнув опаздывать на лекцию профессора Мо, ибо этот мужчина весь университет в ежовых рукавицах держал. Только вот Ким Тэхёна, кажется, он не особо пугал, учитывая то, что даже спустя пару минут после звонка тот не появился.
Наконец оторвав свой взгляд от тетради, девушка посмотрела в окно, из которого был отчётливо виден их кампус, библиотека и коридор университета, по которому сейчас расхаживает Ким. И пусть она не могла разглядеть лица, но его кожаную куртку Лим узнает из тысячи. В венах снова закипела злость с привкусом ненависти к этому парню, и тогда Бон для себя решила, что Чан не может остаться безнаказанным. Резко встав из-за парты, тем самым привлекая внимание одногруппников, девушка сообщила профессору, что ей нужно срочно выйти и хлопнула за собой дверью.
Лим буквально распирало от злости. Ей наконец хотелось доказать Тэ, что он не является человеком, которому все должны преклоняться и делать только то, что захочет именно он. Она желала поставить этого наглого мальчишку на место и дать понять, что тот не имеет ни малейшего права зажимать её в туалетах, издеваться над Луханом и другими студентами мужского пола, которые не могут ответить на его глупую «шутку». Да, в университете уже давно идёт война между парнями и девушками, но так почему за всех отдувается только Лим? Почему именно она должна всё это терпеть, когда порой на поле боя достаётся не только Киму?
Чем ближе Бон приближалась к Тэхёну, тем сильнее в ней крепчала уверенность. Она должна ему высказаться, ибо молчать больше нет сил.
— А я уж думал, ты не придёшь.
Но былую уверенность словно ветром сдуло. Он ждал её?
— Я хочу поговорить, — неуверенно произнесла Бонни, но тот, как будто её не слыша, отчеканил:
— Ты не будешь общаться с китайцем.
— Что? — прошептала девушка, явно ошарашенная таким высказыванием. — Почему это?
Ким держался уверенно и непреклонно, игнорируя вопросы Лим. Парень словно заледенел, ибо на его лице ни один мускул не дрогнул, когда Бон подошла к нему вплотную.
— Почему, Тэхён? Ты можешь ответить? — отчего-то именно в этот момент девушка вспомнила свою мать, которая так же ограничивала её свободу и контролировала общение с другими людьми. Она уже высвободилась из золотой клетки и теперь никто не в праве распоряжаться её жизнью. Лим сама пишет свою историю, а Ким в ней никаким боком не фигурирует.
Не выдержав, девушка ударила его кулаком прямо в грудь и почти крича произнесла: — Почему, Тэхён?!
— Да потому что он мне не нравится! — прошипел Тэхён, прижав Бон за запястье к стене. Поведение Лим попросту выводило парня из себя, но ещё больше его раздражало то, что она общалась с этим кретином Луханом. Что-то внутри Тэхёна попросту кричало о том, что этот парень — не такой уж и паинька, за которого выдаёт себя.
— С чего ты взял, что я буду тебя слушаться? — глядя ему прямо в глаза, спросила Лим, и Ким улыбнулся какой-то своей новой, незнакомой девушке улыбкой.
— А по-другому и быть не может, — пробасил тот и, зажав двумя пальцами подбородок Бонни, поддался вперёд. Девушка ощущала на своей щеке его горячее дыхание и была готова отдать всё на свете, чтобы чувства, которые разливаются не внизу живота, а на кончиках пальцев, длились целую вечность. Складывалось такое впечатление, что Тэхён знает её тело лучше чем сама Лим. Знает, где прикоснуться и что сказать, чтобы полностью подчинить своей власти. И в такие моменты Бон не могла ненавидеть себя или Кима, ибо попросту теряла голову от одного его запаха.
— Отойди от неё! — раздался за спиной мужской голос, и Лим заметила, как Тэхён недовольно поджал губы.
Как только парень отстранился от Бон, то он не успел и слова сказать в адрес Лухана, который уже изрядно помотал ему нервы, потому что Хань буквально подлетел к Бон и отвёл в сторону.
— Он ударил тебя? — всё дальше отдаляясь от Тэ, взволнованно спросил он.
— Нет, — парень так сильно схватил её за руку, отчего девушка понимала: ещё чуть-чуть — и завтра она проснётся с прекрасными синяками.
— Он приставал к тебе?
— Нет, — таким же спокойным тоном ответила Лим, но парень ни в какую не хотел успокаиваться.
— О чём вы тогда говорили?
— Лухан... — остановилась девушка, заглядывая в обеспокоенные глаза. Впервые она почувствовала тепло на душе от понимания того, что кто-то за неё искренне переживает. — Всё в порядке. Давай забудем? — и парень, доверившись Бонни, неуверенно кивнул головой.
***
Хоть время едва пересекло отметку в восемь часов, на улице было уже довольно темно благодаря зимнему времени года. Выйдя из здания городской библиотеки, где Джунг предпочитала выполнять задания по тому или иному предмету, девушка осмотрела безлюдную тёмную улицу и глубоко вздохнула, ощущая неприятное чувство тревоги, образовавшееся в глубине грудной клетки и с каждой секундой становящееся всё сильнее и сильнее. Глубоко вздохнув и покрепче взявшись за сумку, она зашагала вперёд, то и дело озираясь по сторонам и вздрагивая от малейшего звука. Тени деревьев, возникающие от редко попадавшихся, тускло горящих фонарей, наводили на девушку далеко не приятные чувства, заставившие её вспомнить всевозможные фильмы ужасов, которые они с подругами раньше смотрели каждый свободный вечер.
Дойдя до поворота, она краем уха услышала вдалеке голоса, весело о чём-то говорящих парней, и уже было успокоилась, осознав тот факт, что она не единственный человек и что в случае нападения сможет попросить хоть у кого-то помощи. Однако вскоре те самые голоса начали становиться всё ближе и ближе, а после какой-то пьяный парень (Джунг поняла это по заплетающемуся языку и так не увенчавшихся успехом попытках выговорить членораздельное предложение) предложил ей провести с ними время. Решив, что лучшим вариантом будет просто молча продолжить свой путь, она слегка ускорила шаг, надеясь, что те от неё отвяжутся, однако этого не произошло — они, наоборот, стали идти быстрее, снова и снова обращаясь к ней. Дойдя до поворота и пройдя ещё пару шагов, девушка рванула вперёд и по прошествии пары минут бега пожалела о том, что так редко посещала уроки физкультуры.
— Хей, Джунг, — окликнул её до боли знакомый голос. — Решила устроить вечернюю пробежку? — подъехавший к ней на мотоцикле Чонгук хотел пошутить, но увидев перепуганное лицо девушки, то и дело озирающейся по сторонам, из глаз которой вот-вот хлынут слёзы, он тут же спросил: — Что случилось? Ты от кого бежала?
Но кроме невнятного бормотания и дрожи в голосе он ничего дельного не услышал, поэтому, аккуратно обхватив запястье девушки, усадил её сзади себя и начал медленно отъезжать. Поначалу Джунг не знала, куда деть свои руки, поэтому Чонгук спустя несколько неловких попыток девушки всё же уместил их у себя на талии, сказав держаться крепче, после чего начал набирать скорость.
Джунг в это время сидела и чуть ли не молилась на то, чтобы парень в данный момент не слышал сумасшедшего сердца, готового вот-вот выпрыгнуть из груди, ну, а если же он это слышал, то она очень надеялась, что причину Чон Чонгук будет искать в недавнем марафоне от пьяниц. Прижавшись к парню посильнее, она почувствовала запах сигарет с примесью чего-то сладкого, а от осознания того, что она сейчас едет на мотоцикле сЧонгуком, при этом обнимая его, внизу живота образовывался тугой узел, отдавая приятными ощущениями в теле и заставляя сердце биться ещё чаще.
Когда парень остановил мотоцикл, то Джунг с грустью заметила, что хотела, чтобы их поездка продолжилась ещё хотя бы пару секунд, но так как они находились уже у её дома, ей ничего не оставалось, кроме как встать на землю и поблагодарить Чонгука.
— Спасибо, что подбросил, — смотря прямо парню в глаза, промолвила девушка, а после, сама от себя не ожидая, медленно обняла его, задерживаясь так на пару секунд, а после сразу разворачиваясь и забегая за ворота дома, дабы юноша не заметил, как сейчас пылали её щёки.
— А как же чмокнуть? — вдогонку крикнул он ей с улыбкой на губах от недавнего действия Джунг, но девушка ему ничего не ответила, скрывшись за дверью и очень глупо улыбаясь, касаясь ладонями покрасневших далеко не от мороза щёк.
_________________________________________________________________
*Улететь в Гонконг — на корейском сленге «доставить девушке оргазм».