АМНЕЗИЯ | 18+

Рейчел

Гиацинт — цветок потрясающей красоты. Каждый раз, когда мы с отцом ходим к маме в гости, покупаем ей букет ее любимых цветов. В память о ней, гиацинт всегда стоит несколькими веточками в моей вазе, в мастерской. Она умерла через неделю после аварии, обширный инфаркт и виной была только я. Гиацинт олицетворение нежности и возрождения. Мама говорила, что у нас на родине их называют «цветами дождя». Всегда, когда смотрела на них улыбалась, потому что вспоминала ее.

Какое-то время я вообще никого не узнавала. Помню, когда пришел папа и сказал, что ее больше нет, я ничего не ответила. В тот день, я даже не плакала. Ему было очень тяжело. Его жена, которую, он так любил и ничего не помнящая дочь – мы обе оставили его одного. Со временем все начало приходить в норму: кости срастались, бинты с головы сняли и постепенно начала возвращаться память. Ко мне приходили люди, кого-то я помнила, кого-то не узнавала вовсе, но всех до единого объединяло одно – жалость. Я ненавидела каждого из них, во время посещения мысленно прося их: «Не жалейте меня. Не приходите ко мне. Просто ничего не делайте.». Часто просыпаясь в слезах, я боялась потерять себя и ту оставшуюся память о ней.

Но... был тот, кто всегда говорил со мной. Кто держал за руку, когда я плакала от безысходности и не смотря на все, что между нами было - хорошее и плохое, он оставался моим другом.

Дерек.

Я провела в больнице почти пять месяцев и трижды в неделю, он посещал меня. Дерек о многом рассказывал сам, но и я помнила о днях проведенных с ним. Вернувшись домой, я снова начала жить - восхищаться вкусной едой, прекрасными закатами и перестала ненавидеть людей. Я начала помогать отцу в ресторане. Мир в наших с ним жизнях, который казалось никогда не восстановится, снова вернулся. Волю чувствам и боли, которая так долго копилась я давала только, когда была одна в мамином садике. Цветы по-прежнему цвели и пахли, но уже без ее заботы.

Однажды, я просто поняла, что хочу держать цветы в своих руках как можно чаще и заставлять людей улыбаться. Первым с кем я поделилась этой мыслью был Дерек. Он поддержал мое обучение флористике. Когда дело коснулось открытия мастерской, у меня не было нужного капитала и он предложил стать партнерами. Я лишь могла догадываться, почему он все это делал, вспоминая нашу последнюю встречу перед аварией... Он не требовал ничего взамен. Мы были старыми знакомыми, которые знали друг о друге многие вещи, были влюблены, а потом ненавидели и как бы не было странно, спустя время снова стали поддержкой друг для друга.

Прошло больше двух лет, но моя память до сих пор до конца не восстановилась. Я помнила события, но в них будто не было какой-то важной детали. Чего-то всегда не хватало.

Моя мастерская стала очень важным местом для меня, там я старалась проводить как можно больше времени. Находится в одиночестве дома стало страшно. Папа все время начал проводить на работе, а по выходным возобновил поездки в лес и на рыбалку. Ему было тяжелее чем мне, временами я думала, что он ненавидит меня. Мы мало проводили времени вместе, но так было лучше для нас обоих.

Пол года назад взяла себе помощницу, потому что самой справляться уже было сложно. Девушка училась в том же университете, что и когда-то я, кажется факультет искусства и дизайна. Диана была красивой азиаткой с китайскими корнями. Она часто мне рассказывала о своей семье и о том, как скучает по дому. Мне нравилось слушать ее рассказы, они всегда были теплыми и иногда смешными. В ней я видела себя в далеком прошлом и всегда мысленно надеялась, что эта девушка будет счастливее меня.

Сегодняшние букеты, мы собирали для свадьбы. Композиция для невесты получился наверно одним из самых лучших в моей практике - элегантным и утонченным. Пионовидные английские розы, белые скабиозы и соцветия брунии идеально сочетались. Нежные, теплые оттенки, яркие переходы и отсутствие резких контрастов, такими были все шесть букетов. Подобные цветочные композиции, когда-то можно было увидеть на старинных открытках, в книгах и альбомах. Сделав десятки фотографий для Инстаграма, ранним утром мы отправили букеты прямиком на торжество и только к полудню, я смогла отпустить Ди домой.

Шел мелкий моросящий дождь. Я стала волноваться, не расстроилась ли невеста таким погодным условиям. Но вдруг вспомнила о словах мамы, как-то раз она сказала, что если в день свадьбы пошел дождь, то это верный знак того, что молодожены проживут долгую и счастливую жизнь вместе.

Сегодня, я приняла решение закрыться раньше, чем обычно, с каждым часом дождь только усиливался, а кофе уже никак не помогало взбодрится. Осень заканчивалась, а подготовка к Рождеству уже была в самом разгаре. Витрины магазинов пестрят цветными декорациями, ветви уличных деревьев переливаются в свете цветных лампочек. Этот период времени вселял в людей надежду и веру в рождественское чудо, будто в другое время года нельзя во все это верить. Нужно подумать, чтобы я могла загадать в это Рождество... Наверно, тоже что и в прошлое – вспомнить все и жить как прежде. Вдруг сбудется...

По дороге домой, пришло сообщение от Дерека.

Мисс Гонсалес.

Уведомляю тебя, что уже в это Воскресенье я возвращаюсь из Ванкувера. Поэтому, предлагаю украсить мастерскую в понедельник. Игрушки и прочий рождественский хлам привезу в тот же день.

До встречи.

Наконец то! Дел невпроворот.

Я забыла зонт и пока шла до дома вся промокла. Не смотря на все эти мелочи, я считала дождливую погоду замечательной. Поднимая лицо к небу холодные капли разбивались о него. Можно было плакать и никто на это не обратит внимания, никто не будет лезть в душу со своей помощью и непрошенными советами.

Я свернула на свою улицу, когда увидела черную машину и мужчину стоящего рядом в длинном пальто того же цвета. В одной руке он держал черный зонт, в другой трость. Он стоял напротив моего дома, пиная камушек из стороны в сторону с задумчивым видом.

- Простите, вы кого-то ждете? - спросила я, когда подошла уже ближе.

Молодой человек был высоким, у него были темные, коротко подстриженные волосы и очень серьезный вид, во всем своем обличье напоминающий жнеца смерти. Невероятный спектр эмоций отразился на его лице, когда он обратил на меня внимание.

- Рейчел. – мужчина сделал шаг на встречу ко мне.

- Вы знаете мое имя?

- Ты меня не узнаешь? Даже имени моего не вспомнишь?

Я неуверенно мотнула головой. Всматриваясь в его лицо, пробегая глазами по дорогой одежде. Я не знаю его. Моя память ничего не выдает.

- Похоже у тебя и вправду амнезия. – рука мужчины держащая зонт начала трястись, кажется его пробивала дрожь. Заметив это, мужчина немедля закрыл зонт и спрятал руку. – Мое имя Александр Барр.

- Меня зовут Рейчел Гонсалес, но полагаю вы меня уже знаете.

Он улыбнулся и сделал шаг назад.

- Вы правы. - перешел он на «вы», подключая официальный тон. - Заходите домой, а то простудитесь. На улице холодно, а вы вся промокли. Я зайду к вам завтра в мастерскую. Давайте вместе пообедаем.

- Вы даже знаете где я работаю, потрясающе! До свидания Александр Барр.

Второпях зайдя домой, я побросала свои вещи в прихожей и быстро поднялась к себе в комнату. После всего пережитого, я завела привычку писать обо всем, что вижу, вспоминаю, о своих чувствах. И сейчас, я писала о нем. Его имя, как он выглядел и о том, как по абсолютно, непонятной мне причине была взволнована, уже предвкушая завтрашнюю встречу. Кто знает, может быть именно этот человек внесет ясность и ту самую немаловажную деталь в пазл, который я собирала годами...

***

Алекс

Вы когда-нибудь сталкивались с осознанием абсолютной пустоты внутри себя — вы просто ничего не чувствуете...

Будто ваш мозг находится в дымке или густом тумане. Беспросветно. Жизнь пролетает на автопилоте, и ты ничего не можешь с этим сделать. Моя жизнь поделилась на «До» и «После». Ты больше не ощущаешь собственного «Я» — тебя больше не существует. Уверен большинство людей, которых знал, с которыми дружил или просто общался, давно меня похоронили. Еще тогда, больше двух лет назад.

Было страшно. Страшно остаться таким навсегда. Я долгое время просто лежал обездвиженный. Полностью осознать произошедшее со мной, я смог только спустя почти три месяца, которые провел в больнице – был назначен долгий восстанавливающий курс.

Массаж, физиотерапия стали основной частью моей жизни. Со мной общались психотерапевты и убеждали, что все будет как раньше, нужно лишь взять себя в руки.

Начать снова ходить было сложнее чем я думал, в процессе лечения была выявлена частичная потеря памяти. Если, Элис я узнал сразу как увидел, то отца я не признавал почти три недели. Я просматривал фотографии на айпаде и многих просто не узнавал.

Все чаще я понимал, что не могу просто сидеть на больничной койке. Хотелось куда-то идти и что-то делать, но я не мог. Я начал много читать и все меньше спать. Желал доказать самому себе что, жив, что я не инвалид!

Спустя несколько недель на пороге моей палаты появились парень и девушка: одного роста и очень похожие друг на друга. До момента пока их не было, я не вспоминал о них. Но теперь они рядом и все будто стало на свои места.

Айла и Диего.

У каждого из них жизнь сильно изменилась. Брат и сестра разъехались. Диего закончил магистратуру и стал младшим преподавателем в университете. В начале весны у них с Кэндис была свадьба и на начало нового года они ждали ребенка. Айла закончила университет и стала преподавателем в начальной школе. Каждый из них получил то, к чему так стремился.

Пробыв три месяца в больнице и еще почти четыре в реабилитационном центре, мой лечащий врач то и дело протирая каждый раз очки, говорил о значительных успехах.

Центр в котором я проживал был где-то далеко за городом, но вид был здесь просто замечательный. Ранним утром, когда медсестра выкатывала меня в коляске на террасу, открывалась огромная лужайка для гольфа, а за ней сплошной лес и по словам моего соседа, даже где-то есть горная река.

Иногда, когда я просыпался раньше семи утра, я выходил сам... на своих двоих, что давалось мне с трудом. Начало ноября ощущался здесь иначе чем где-нибудь в Торонто. Стоило шагнуть за порог домика и воздух окатывал, будто холодной водой. Ветер здесь был легким, а шелест деревьев заглушал любые вздорные мысли.

Этим утром приехала Айла.

Она превратилась во взрослую девушку, никаких футболок с принтом «Рик и Морти», безграничного поедания пиццы и необдуманных действий. Айла нашла свой стиль одежде и обрезала волосы. Ее мысли стали глубже и все чаще она напоминает мне, мою первую учительницу.

- Мисс Сантьяго, вы стали еще лучше чем два месяца назад. - ровно, столько прошло времени с ее последнего визита.

- Алекс, прости. Я не могла бросить учеников.

- Я и не просил. На сколько взяла больничный?

- Неделя. Давай позавтракаем, я такая голодная. Охрана здесь что надо, пока не проверили все документы, меня пускать не хотели. Прошлый раз постеснялась спросить... но, сколько твоя семья платит за условия как на курорте?

- Честно сказать, я не знаю. Но полагаю достаточно.

- Послушай господин, у тебя терраса со сказочным видом на горы, огромная гольф-площадка и еще Бог знает что, цени то что имеешь. В Торонто такого не увидишь. А еще здесь прохладно. - девушка немного съежилась из-за легкого ветра.

Это было забавно. Я не смог сдержать улыбку, но в моменте снова вернул серьезный вид своему лицу.

- Переоденься в теплую одежду, это тебе не город. Здесь намного холоднее. Я найду для тебя кофту и принесу плед.

- Не вздумай, тебе нельзя.

- Если не буду двигаться, я не смогу полноценно передвигаться, не говоря уже о спорте.

Немного с недоверием, но девушка кивнула в знак согласия. Конечно, я собирался вернутся в тхэквондо! Через год или два, но я снова буду тренировать удары, постараюсь восстановится и стать обладателем пояса. Не хочу, чтобы отец был доволен, что я бросил «бессмысленные стремления». После всего что произошло, мне стало слишком все равно на его существование и наверно, это было взаимно. История повторяется, также как и в колледже, несколько звонков и пару визитов, просто он сильно занят в своей новой должности. Но так было даже лучше.

- Надень это. - подавая ей свой темно-зеленую толстовку, я поморщился от боли в колене. Айла, все еще меря меня неодобрительным взглядом, помогла мне сесть.

- Очень больно?

- Терпимо.

В голове мелькнула мысль: Как я мог ее сразу не вспомнить? Айла звонила и писала мне буквально каждый день, она была невероятно комфортной, человек который заставляет меня радоваться жизни. Надеюсь, она догадывается о том, какое у нее большое сердце.

- Я никогда не говорила тебе, но после аварии...я начала ходить в церковь. Каждый раз посещая ее, просила, чтобы ты очнулся, чтобы тебе дали шанс жить.

- Это получается, я благодаря тебе открыл глаза? - улыбнулся я, внимательно изучая ее лицо, которое не выражало ничего. - Прости. Ты многое сделала для меня...

- Я веду не к этому. Алекс. Тщательно пересмотрев свою жизнь, многое меняется, кроме...моего отношения к тебе. В каждом мгновение, даже если это авария, есть благословение. Все это произошло, чтобы твоя жизнь изменилась и чтобы ты взглянул на нее под другим углом. Нет идеального способа исцеления, тебе будет сложно и плохо. Все это - способ стать другим человеком.

- Айла, я столько всего пропустил. Иногда думаю, что если я больше не смогу ходить, что если не смогу бегать, не говоря уже о спорте. Я пытаюсь жить по другому, но мне по прежнему двадцать три и мир вокруг изменился. А это место мне осточертело, после больницы я живу здесь...уже три месяца и каждый день стараюсь ради своего будущего изо всех сил. Просто хочу чтобы моя жизнь была отлажена.

- Тебе исполнилось двадцать пять и если ты позволишь, я буду рядом.

- Мне этого не хватало. Когда мы в разлуке, я скучаю по тебе.

- Не подлизывайся. Я больше не куплю тебе сигареты. Твой лечащий врач убьет меня, если узнает.

- Айла, ты не можешь так со мной поступить.

А вот свою вредную привычку, я ни на секунду не забывал. По моим подсчетам я стал курить процентов на тридцать больше чем раньше.

Я был растерянный и разочарованный в жизни. У меня было все и одновременно ничего. Дни шли друг за другом...и не спорю, со мной произошла удивительная трансформация. Я знал, что шанса на еще одну жизнь у меня не будет.

Когда, в один из дней приехал Джон, он сказал забавную вещь: «Трудности закаляют, делают нас более матерыми и мне придется справится с этим, как и всегда, потому что я его сын.» и больше я его не видел. По его мнению, мне лучше и я скоро смогу вернутся в прежнее русло. Но я не хотел возвращаться туда где был раньше, не хотел быть матерым, у меня есть стремление быть свободным от чужих указок и я не упущу эту возможность.

В скором времени, мы с Айлой ждали приезда Диего. Рядом со мной она была чаще, чем кто бы то ни был. Как мое самочувствие? Хочу ли я есть? Может прогуляемся? Хочешь, я тебе почитаю? Она всегда знала, что я люблю, когда мне читают.

Как-то она меня уговорила, пройтись по гольф-полю. Я долго отказывался, потому что ходить будет она, везя меня в коляске. Но этой девушке удалось меня заставить.

Погружаясь в раздумья, я копался в своей голове. Я помнил как бросил юридическую школу и как рассказал об этом семье, вспоминая сейчас взгляд дедушки тогда, бросает в дрожь. Я помнил Эйприл и ее большие испуганные глаза. Даже того мерзкого типа Дерека, с которым мы были в группе по испанскому и как он клеился к Айле. Воспоминания о Максе, я хранил в самом дальнем углу, чтобы никто до них не добрался.

- Тебе сейчас получше? Я знаю, тебе было тяжело после того, что причинило тебе боль, но так не будет всегда. Людям с годами свойственно становится счастливее. Если ты не можешь что-то вспомнить очень долгое время, может быть не стоит и пытаться? Наш мозг, всегда знает из-за чего мы испытываем стресс, твои воспоминания могут быть ранящими.

Здесь она была права. Наша память коварная вещь - она стирает плохое и приукрашивает воспоминания. Я был уверен, что вспомнил почти все, что нужно. Но важного куска как будто не хватало. Иногда, чувствовал себя идиотом в чужой игре, где знают правила все, кроме меня.

- Ты что-то знаешь, чего не знаю я?

- Не думаю. Я это к тому, что хочу видеть тебя счастливым, как раньше.

- Я помню очень многое и точно могу сказать, что жизнь которую жил не была тем о чем мечтал, особенно последние месяцы. Не знаю, что и когда пошло не так, но ощущение дикой безнадежности меня не отпускало. Я знаю, что вы всегда рядом, но есть моменты где вы с Диего бессильны.

Мы вдруг остановились. Поднимался сильный ветер на открытой местности это ощущалось по особенному. Айла встала передо мной, вытягивая руки.

- Ты будешь жить жизнью о которой мечтал. Вставай! Тебе никто не поможет кроме себя самого. Ты раньше всегда это говорил мне.

Я не помнил этого, но признаваться не стал. На ее покусанных губах осел холодный воздух, а на худых плечах натянута огромная толстовка. В ее жизни тоже были проблемы, но даже когда я пытался о них узнать, она говорила мельком, будто их не существовало. Но была ли Айла той, кого я держал за руку?

Когда встаешь на ноги, нужна хоть какая-то опора, иначе ты просто упадешь. Тысяча мелких покалываний, сначала жду пока это пройдет и потом шаг за шагом. Я мог передвигаться самостоятельно, но не долго. Айла не отпускала меня ни на секунду.

- Тебе больно? Давай присядем.

- Нет пошли дальше. Всегда выбирай какая боль тебе ближе - либо от сожалений, либо от дисциплины. Ноябрь последний месяц, который я здесь проведу.

- Эй, я тебе говорила, что ты самый сильный из всех кого знаю. - она ухватилась за мой локоть еще сильнее и мы прошли еще пару метров. В моих воспоминаниях, Айла всегда была немного печальной и потерянной, но внешность обманчива. У этой хрупкой девочки всегда был стальные кости и невыносимый характер.

- Что-то случилось в школе? - спрашиваю я, когда уже сел в кресло.

Айла все еще поправляя плед у моих ног, нахмурила брови.

- С чего ты это взял?

- Ты стала еще худее чем была, у тебя огромные синяки под глазами и ты мне ничего не рассказываешь! Мне это не нравится.

- Ты беспокоишься обо мне - это мило. Все хорошо, просто я много работала последние дни в школе и папа сейчас в больнице.

- Что случилось?

- Сейчас уже все в порядке, у него был инсульт.

- Почему, ты раньше не сказала? Почему, ты всегда все держишь в себе?

- Все хорошо, Алекс. Нет повода для беспокойства. Просто у тебя и так куча сложностей, а тут еще я.

- Я готов выслушать, обо всех твоих проблемах Айла и помочь если это будет возможным. Ты человек, который всегда меня поддерживает и я хочу, тоже самое делать для тебя.

- Ты такой хороший. - ее голос охрип. Я сжимал холодную руку Айлы и понимал, что сейчас она нуждается в моей помощи не меньше, чем я в ее. Казалось, что еще секунда и она расплачется.

Собрав волю в кулак, опираясь на подлокотник кресла, второй продолжая держать руку Айлы, я с трудом поднялся. Снова. Я обнял ее так сильно как только мог, она даже сказать ничего не успела.

- Прости Алекс, мне в последнее время так легко расплакаться, просто еле сдерживаюсь.

- Все в порядке. Всем нужно плакать, когда грустно, когда мы смеемся или просто, когда очень хочется. Проявлять эмоции - это нормально.

Мне так хотелось ее поддержать, что в тот момент я не думал о последствиях. Почему ее глаза темно-зеленые?... Все еще холодными пальцами, она дотронулась до уголков моих губ.

Это застало меня врасплох, у себя в голове я слышал голос и помнил касания, но не видел лица. Была ли это Айла? Я слышал ее дыхание и легкая паника сжимала мою грудную клетку, как у мальчишки. Здесь полно воздуха, так почему его не хватает?

- Можешь поцеловать меня? - ее шепот был еле слышно.

Любая секунда может в корне изменить твою жизнь. Мы все - момент, всегда повторял Макс. И сейчас я не собирался упускать его. Я был уверен, что если поцелую Айлу, точно смогу понять была ли она той, кто приходил ко мне во снах, тем человеком которого я искал.

Мгновение... и наши губы соприкоснулись. Посреди всего этого холода, видимо я совсем забыл какого это ощущать теплоту. Я чувствовал вкус ее помады, она напоминала лимонад из детства, который мне всегда запрещали.

Дыхание замедлялось...Секунда, две...«Тогда не забывай меня ладно» «Прощай, Алекс», ее глаза всегда были темно-карие.

Целая куча эмоций смешались в один клубок. Желание и обида, восторг и разочарование. А потом... просто звон в ушах и резкая головная боль... открыв глаза, я понимаю что не могу... дышать и теперь не из-за чувства эйфории, а из-за страха, боли и потери. Я упал на землю потеряв равновесие.

- Алекс, что такое?

Я зажал ладонями уши, лишь бы ничего не слышать. Скрежет металла, запах гари и кровь, почему ее так много. Я был снова там, в тот день, когда закончилась моя первая жизнь...

- Алекс, дыши. - я почувствовал ее руки на моем лице, глаза Айлы были наполнены ужасом. - Вдох, выдох. Слушай мой голос. Вдох, выдох. Я рядом. Дыши!

Не знаю сколько мы просидели на холодной траве. Я дышал и понимал, что память о ключевых событиях моей жизни возвращаются. Айла по прежнему касалась моих щек. Я был в безопасности, те ужасные события закончились.

- Твои руки пахнут корицей. Мне нравится.

- Ну почему, ты меня так пугаешь? Как часто это происходит?

- Все нормально. Очень редко. Пообещай, что никому не расскажешь об этом. - просьба выдалась не самой точной. Но Айла кивнула в знак согласия, расценивая как секрет и паническую атаку, и поцелуй. Я обнял ее в знак благодарности, прежде чем мы вернулись к домикам.

Уже распивая чай и мило общаясь с горничной, на террасе нас ждал Диего.

- Эй. Почему вы так долго! - на лице расцвела самодовольная улыбка будущего отца.

- Диего, хоть ты и мой брат, но я сто лет тебя не видела. Ты постарел. - это было в духе Айлы, подкалывать своего брата. Она заключила его в объятия и поцеловала в щеку.

- Ты тоже не молодеешь малышка! Мы не виделись с тобой всего месяц. Между работой и поездками в больницу с Кэндис, выдается только время, чтобы поспать. Как ты Алекс? - уже обратился он ко мне.

- Не знаю. Чувствую себя тем, кто должен стоять на ногах. За сегодняшний день, я это делал не меньше пяти раз. Мне надо привыкать. - Диего взял меня под руку, чтобы помочь сесть.

- Делаешь успехи, к рождению моей крошки уже бегать будешь.

- Решили, как назовете?

- Боже! Это было очень долго. Мы с Кэндис даже дважды поссорились, но пришли к общему мнению, нашу дочь будут звать - Мия. Мия Варгас — как киноактриса длинных аргентинских сериалов, которые моя мама смотрит каждый вечер.

- Замечательное имя! Диего, вы родителям сказали? - пока Айла разливала чай, ее телефон находящийся в доме, просто разрывался от режущего слух рингтона. - Я отойду ненадолго.

Когда от девушки и след простыл. Диего сменил тон взбалмошного счастливчика на серьезный и даже немного пугающий.

- Как много ты вспомнил?

- Некоторые картинки по прежнему не складываются, но в целом думаю, что большую часть. Что за допрос?!

- Я вас видел. Опять. - парень жестом показал, что вид с террасы на гольф площадку открывается замечательный. - Перестань это делать. Не давай ей надежду. Ты мой лучший друг, но и Айла моя сестра. Не заставляй меня вставать на чью-либо сторону.

- Все не так! Я знаю, что не должен был...

- Именно. Я не виню никого, но кажется Айла догадалась, что ты не смог вспомнить кое-кого и теперь пользуется моментом.

- О ком идет речь? - насторожился я, отставляя чашку с чаем.

Диего молча взял телефон и что-то долго искал.

- Вот она. - протянул телефон мне.

После катастрофы, мой телефон был найден в состоянии не лучше чем у меня. Восстановить мало, что удалось. Еще несколько месяцев назад, я пол жизни не мог вспомнить, не говоря о паролях в учетные записи. Фото, видео мне скидывали ребята, но большинство присланных материалов я будто видел впервые. В каком-то доме, с каким-то двумя достаточно взрослыми людьми и молодой девушкой, которую я придерживал за плечи.

- Кто это?

- Черт возьми. – выругался парень, откладывая пирожное. - Так и думал. Это фото, я должен был найти раньше. Рейчел Гонсалес - любовь и проблема всей твоей жизни.

- Проблема?

- Двухнедельный роман, поставил под угрозу всю твою жизнь, потому что ты влюбился. Я уверен, твоя мать знает где сейчас находится Рейч.

- Что это значит?

- Ты помнишь моменты самой аварии? Что происходило до того, как ты сел в машину?

- Тот день как в тумане. Я столько раз пытался по секундам восстановить то утро, но у меня не получается. Вижу только свои руки в крови.

- В вашей машине были водитель, который погиб на месте, ты и Рейчел. Я сохранил кое-какие выпуски газет, которые писали об этой аварии. Пострадало три машины включая вашу, погибло два человека и среди них не было Рейчел. Значит она жива.

- Почему говоришь, только сейчас об этом!? Но... Айла, мы говорили с ней о многом, но об этой девушке речи и не шло.

- Я говорю тебе это не в первый раз, у Айлы к тебе чувства. Она включает наивную дуру, рассчитывая, что ты никогда не вспомнишь Рейч. Но я больше чем уверен, что это скоро изменится.

В ту ночь, я видел ее во сне. Мир вокруг нас неторопливо растворялся в тусклых огнях лампочек. Теперь я мог видеть ее лицо. Рейчел напоминала ночной летний вечер и серебристый свет звезд. Она была неосязаемой, до чего невозможно было дотянутся. «Я просто хочу быть твоим секретом» - она это повторяла из раза в раз прежде чем исчезнуть...

Мои воспоминания были тусклыми, обрывистыми и не всегда понятными, но почти каждую ночь я видел ее надеясь, что не проснусь. С того времени, я начал собирать пазл из воспоминаний о Рейчел. Ее вечно холодные руки, длинные темные волосы, нос с еле заметной горбинкой и как временами она остра на язык.

Думаю, что полюбил ее с самого начала. Ее вид, запах, ощущения рядом с девушкой . Я вспоминал дни проведенные с ней, все было таким ярким, даже мои эмоции в тот момент, будто снова находился в той реальности.

То, что произошло между мной и Айлой, мы не обсуждали. Я знал рано или поздно мы вернемся к этому. Иногда, я задумывался сколько Айла бы мне еще не рассказывала о существовании Рейчел? И что бы она делала, если бы я вспомнил о ней сам.

То фото было единственным доказательством, что меня и Рейчел что-то связывает. Последний месяц проведенный в центре, я постоянно думал, что с ней? Помнила ли она меня все это время? Ответы на эти вопросы я жаждал узнать, пока однажды Элис сама мне все не рассказала, уже после того как я вернулся в нашу квартиру на Николас-Стрит в Торонто.

- Я должна была не отпускать тебя в тот день.

- Элис, нет смысла об этом думать. Все закончилось, виновный отбывает наказание, а я восстанавливаюсь.

- Не все так просто. По официальному заявлению дело закрыто, водителя обвинили в преступной неосторожности, которая повлекла за собой смерть двоих человек и телесные повреждения еще трех, не считая его самого. Обвиняемый признался, что из-за долгой поездки он уснул за рулем. Казалось бы ситуация как на ладони, но уже после закрытия дела, я решила проверить все вплоть до счетов - этого водителя. Ничего не происходило, но пару месяцев назад я была в «Canoe» и случайно увидела его жену. Частный столик и коллекционное вино. Ричард отследил оплату, карта принадлежала ей, причем регулярно на ее счета вносятся суммы несопоставимые с ее социальными выплатами.

- Ты не думала, что она просто завела отношения на стороне с кем-то состоятельным?

- Мы следим за ней два месяца и ничего такого, кроме регулярного посещения мужа в тюрьме — нет. Поэтому думаю факт «отношений на стороне» отпадает. А деньги на ее счетах по прежнему появляются и она сразу же их обналичивает.

- Вы можете проверить банк, счетами которого она пользуется?

- Само собой мы проверили, но ничего конкретного. Отправитель скрыт, деньги отправляются с четырех «невидимых счетов», а банк никогда в жизни нам не раскроет конфиденциальные данные его клиента без ордера. Повторюсь, дело закрыто два года назад.

- Не думаю, что есть смысл их подозревать.

- Когда, я была на слушание, то все было слишком гладко. С делом разобрались меньше чем за неделю. Этот Чарльз Гловер, виновный в ДТП не испытывал ни капли раскаяния. Я много наблюдала за ним и ему было будто все равно, что с ним будет дальше.

- Ты придираешься. Вот увидишь, что все это лишь твои предубеждения.

- Посмотрим. У меня предчувствие.

- Подожди, ты сказала Ричард? - удивился я, понимая как давно не слышал этого имени от нее. Я был так увлечен загадкой, которую придумала Элис, что пропустил мимо ушей упоминание о ее старом друге. - Ричард Аллен?

- Ричард Аллен.

- Ты ни разу не обмолвилась, о том что вы продолжаете общаться.

- Мы всегда это делали. Он мой друг, о котором не знает твой отец. Будет хорошо если и дальше так будет. Касаемо Рика и расследуемого дела.

- Конечно.

Ричард Аллен был не просто друг моей матери. Он был другом, который влюблен в нее, с незапамятных времен. Уверен на сто процентов, между ними даже разговоров о чувствах никогда не возникали, не говоря уже о чем то большем. Встретил я его впервые, когда еще учился в школе, тогда «Рик» - как называла его мама, пересеклись на почве ведения одного дела. Раньше он жил в Нью-Йорке и работал в детективном бюро департамента полиции. В моих глазах, он всегда был крутым бородатым мужиком, который ловит плохих людей и спустя почти тринадцать лет для меня, он все такой же.

- Какой срок дали Гловеру?

- Пять лет, по преступной неосторожности. Это ничто для того, кто убил двоих человек.

- Элис. Пострадавших было три человека, верно?

- Это так.

- Ты знаешь, дальнейшую судьбу пострадавших? Кроме меня, конечно.

- Зачем тебе это? - оторвалась от бумаг женщина.

Я испытывающе молчал, глядя прямо на нее. Элис поняла все за секунду. Встав с дивана она прошлась по комнате и снова посмотрела на меня.

- Рейчел Гонсалес. - она шумно выдохнула, давая понять, что ей не нравится эта тема для разговора. Элис потянулась к столу, просмотрев все папки, она достала нужную.

- У нее было множество переломов, вывих локтевого сустава, многочисленные мелкие ушибы и порезы и... амнезия вследствие черепно-мозговой травмы, она очень долго восстанавливалась. Мисс Гонсалес по сей день ежемесячно посещает ряд врачей. Адрес проживания тот же, что и раньше. - подытожила Эл.

Я вдруг понял, что наши отношения с Элис изменились, мы оба это чувствовали. Ни одного упрека, она рассказывала обо всем, о чем только я спрашивал. Неужели, чтобы наладить отношения с семьей, мне нужно было «всего лишь» попасть в большую беду?

Тот раз, когда я стоял возле дома Рейчел был не первым. За пару дней до нашей встречи, я также ждал, но вместо девушки, встретил ее отца. Судя по выражению лица узнал он меня сразу.

- Ты не должен здесь находится! Убирайся отсюда немедленно, иначе я вызову полицию.

- Мистер Гонсалес. Пожалуйста, разрешите мне ее дождаться.

- Ты достаточно испортил жизнь моей дочери. Уходи.

- И чем же я ее испортил? Мы нужны друг другу, чтобы вернуть воспоминания.

- Рейчел страдает от потери памяти, она не чем тебе не поможет.

- Тогда я могу, поговорить с Вами?

Недолго думая, мужчина согласился. – Давай немного пройдемся до конца улицы, тебе будет полезно. – сказал он, поглядывая на мою трость. - Что ты хочешь сказать мне?

- Она нужна мне. Все время, что я пробыл в больнице после комы, только и думал, как смогу встретится с ней.

- Вряд ли она нужна тебе. Ты тот человек, который с самого детства получал то, что хочешь. Рейчел просто, девушка которая тебе понравилась и ты всеми силами желаешь заполучить ее.

- Вы не правы, в суждениях обо мне! Я сделаю все, чтобы оправдать ваше доверие ко мне.

- Тогда просто исчезни или наблюдай из далека. – он остановился и поглядел в серое небо. – Мистер Барр, пожалуйста не создавайте проблемы, как вы это обычно делаете. Моя жена умерла от приступа, через несколько дней после того как узнала, что произошло с нашей дочерью. Рейчел единственное, что у меня осталось и я не позволю вот, так просто вторгнутся в ее жизнь!

- Что? Я не знал. Мне жаль миссис Гонсалес.

- Рейчел уже взрослая, но матери ей не хватает как никогда. Александр, не знаю по какой причине вы называли себя Дереком, но я был удивлен, когда полиция назвала совершенно другое имя. За всю жизнь я так часто не ездил в участок, как той осенью. Ваш отец, кажется Джон Барр, приезжал на похороны моей жены.

- Отец!? Зачем?

- Да. Мы с ним говорили обо всем произошедшем. Он извинился и оставил чек на большую сумму. Больше я его не видел. Мне жаль вас, дорога в спорт закрыта, кома. За все пройденное время мир изменился и жизнь Рейчел тоже. Она открыла свое дело, у нее есть мужчина, который ее поддерживает, в конце концов ее лечение не окончено. Вы понимаете, что лишь одним своим видом можете все разрушить?

- Мужчина, который ее поддерживает? - повторил я еще не понимая, что это значит.

- Это жизнь, здесь многое случается.

- Пожалуйста, не жалейте меня. Я все верну на свои места. Есть еще, что я должен знать? Вы вините меня в чем-то?

- Думаю, нам стоит завершить разговор. Прощайте Александр.

Конечно, он меня винил и Рейчел если хоть что-то помнит связанное со мной, думает ли также? «Мужчина, который ее поддерживает.» Всю дорогу домой и весь следующий день, я мусолил эти четыре слова, пытаясь понять кто он? Что он из себя представляет? Как это вообще произошло?

Я не знаю как реагировать на все, что со мной происходит. На то, что мне говорят окружающие, сложно привыкнуть к новой обстановке, ведь жизнь всех людей продолжалась, в тот момент, когда моя остановилась. Жизнь Рейчел продолжалась.

Но когда я сфокусирован на тренировках, то все казалось комфортным и естественным, будто ничего не произошло. Весь гнев, эмоции, страх я вымещал в своем маленьком оборудованном зале. Иногда, часами проводил здесь время, потому что каждое утро просыпаясь в своей постели, день начинался заново и мысли возвращались.