Ты никогда не будешь одинок

- Что случилось? - воскликнула Бувай, мгновенно вскочив с места.

В воздухе раздались звуки двух будильников, мелодии которых переплетались в хаотичном танце, оглушая своим резким напором. Девушка стремительно схватила телефон и отключила первый будильник, затем, протянув руку через Мирай, выключила и ее сигнал. Похоже, что вчера они не согласовали детали и поставили будильники на одно и то же время. Хотя для Бувай было бы достаточно и одного, после чего она могла бы разбудить подругу. Время уже близилось к десяти часам утра, и сон Пак пролетел мимо нее, оставив лишь легкое недоумение от отсутствия ощущения свежести после ночного отдыха. Мирай, же, уткнувшись лицом в стену, продолжала сопротивляться пробуждению - для нее каждое утро становилось настоящим испытанием.

- Снова я первая в ванну? - с легкой игривостью произнесла Бувай, наклоняясь к подруге и нежно поглаживая её по плечу.

Ким лишь кивнула в ответ, издав неясное мычание, словно ещё не до конца проснувшись. На это Пак ответила ей теплой и доброй улыбкой.

11/03/2017 09:48 Вы

Мамулечка, доброе утро! Я приду к тебе в воскресение, сегодня мы уезжаем с Мирай и Сокджином на природу, они позвали меня отдохнуть. Я тебя люблю, я рядом.

Девушка не дожидается ответа, ее мысли уже уносят её далеко от этого момента. Внутри нее разгорается мощное чувство вины, как темное облако, затмевающее солнечный свет. Как же так? Мама лежит в больнице, борясь с болезнью, а Бувай собирается отправиться на отдых, наслаждаясь жизнью. Это кажется ей несправедливым и жестоким.

Она делает глубокий вдох через ноздри, пытаясь наполнить легкие воздухом, словно он способен смыть эту тяжесть с её души. Выдыхая ртом, она ощущает, как напряжение постепенно уходит, но чувство вины все равно остается, как тень, следящая за ней. Она повторяет это дыхательное упражнение несколько раз, стараясь успокоить бурю внутри себя.

Наконец, выпрямившись и собравшись с мыслями, она направляется в ванную комнату. Каждый шаг дается ей с трудом, но она знает, что должна продолжать двигаться вперед, несмотря на все переживания и внутренние конфликты.

Мирай в это время не спит, сон ее был полон тревожных теней и беспокойных мыслей. В то время как ее подруга погружена в ритуал ванны, наполняя воздух ароматами нежности и расслабления, Мирай, словно бабочка, порхающая в ожидании, незаметно достает телефон. Её пальцы танцуют по экрану, создавая крохотное сообщение, полное нежности и волнения: «Я уже жду и не дождусь встречи с моим маленьким счастьем.»

Мирай, словно бабочка, порхающая в весеннем саду, была охвачена вихрем эмоций. Её сердце трепетало от нежного восторга, когда она думала о Чонгуке. Она мечтала о том, как бы с гордостью показать его всему миру, как будто он был самым ярким цветком в её жизни, способным затмить всё вокруг. Каждое мгновение с ним наполняло её душу светом, и она хотела поделиться этой радостью с каждым, кто её окружал.

Но в то же время внутри неё разгоралось пламя желания спрятать его в своей потайной комнате - укромном уголке её сердца, где царила только их интимная связь. Она представляла, как они будут вдвоём, погружённые в мир своих секретов и мечтаний, где никто не сможет вмешаться и нарушить их волшебство. В этом уединении она хотела лишь наслаждаться его присутствием, слушая его смех и делясь тёплыми взглядами, полными нежности и понимания.

Чонгук... его имя было как мелодия, звучащая в её душе, вызывая трепет и радость. Он был её маленьким счастьем, сокровищем, которое она хотела беречь от посторонних глаз. В этом противоречии заключалась вся прелесть её чувств - желание делиться и одновременно хранить, как драгоценный камень, сверкающий только для неё.

Сердце её замирает в ожидании ответа. И вот, к ее удивлению, он отвечает мгновенно, как будто тоже ждал этого момента: «Ты - солнца свет, который вновь появился в моей жизни. Мне тоже не терпится провести время вместе».

Словно в ответ на его слова, на губах Мирай распускается стеснительная улыбка, а щеки заливаются румянцем. Она прикрывает лицо руками, тихо издавая радостный звук, словно испуганная птица, чтобы никто не услышал её восторга. В этот миг мир вокруг теряет свою значимость - остаются только они двое, окутанные волшебством ожидания и сладким предвкушением встречи.

- Моя гоночная машина, - произнесла Пак, выходя из ванной комнаты, и пар окутывал её фигуру, словно мягкое облако, придавая ей загадочности. - Ванна свободна.

Мирай, чувствуя, как щёки заливаются румянцем от смущения, стремительно исчезла за дверью, оставляя за собой лёгкий след волнения и тепла.

11/03/2017 10:00 Мама

Ёжик, доброго дня! Все хорошо, отдохни, тебе это нужно!

***

Через тридцать минут в комнату к девочкам вошла Ната, мягко позвав подруг на завтрак. Мирай успела лишь слегка подправить макияж, в то время как Бувай уже была готова к действию, как и просила Ким. Она облачилась в стильный черный спортивный костюм и прихватила с собой безрукавку, чтобы чувствовать себя комфортнее и теплее. Мирай, заметив её готовность, с улыбкой напомнила, что парни возьмут пледы на всякий случай, так что Бувай не должна волноваться о холоде.

Красноволосая, вдохновленная примером подруги, быстро надела темно-синий спортивный костюм, и девушки решили, что будут выглядеть как близняшки, несмотря на то что совершенно не походили друг на друга.

При входе на кухню Бувай изящно поклонилась Минхо, который, уютно устроившись за столом, наслаждался своим утренним кофе. Папа Мирай лишь кивнул в ответ, лениво улыбаясь, словно приветствуя её с доброй утренней неги.

- Бу, дочурка, что будешь: чай или кофе? - с теплотой в голосе спросила Ната, держа в руках чашку.

- Кофе, пожалуйста, и спасибо... - ответила Бувай, чувствуя, как уютное тепло завтрашнего утра окутывает её.

Стол, словно щедрый пиршественный угощение, буквально ломился под тяжестью разнообразных лакомств, благодаря золотым и волшебным рукам мамы Мирай. В центре внимания привлекали несколько ярких коробок с хрустящими хлопьями, каждая из которых обещала утреннее наслаждение. Рядом величественно стояла бутылка с холодным молоком, готовая наполнить чашки, а ваза с сочными фруктами манила к себе, словно приглашая тех, кто предпочитает легкий завтрак. Не забыли и о сладостях - ваза с конфетами искрится многоцветьем и обещает мгновения радости.

Все это великолепие словно кричало: «Бери, угощайся, выбирай на свой вкус!» На столе также аккуратно разрезанный хлеб и аппетитные слайсы сыра с колбасой, создавая идеальное завершение этого утреннего застолья.

- Мирай, моё солнышко, для тебя я приготовила ароматную овсянку, - с нежной улыбкой произнесла Ната, отвлекаясь от шипения кофе-машины. Она бережно поставила перед Мирай чашку, из которой поднимался лёгкий пар, наполняя воздух сладковатым запахом.

Мирай, ощутив тепло заботы, ответила тихим шёпотом: - Спасибо.

Синеволосая с тоской наблюдала за своей подругой, чувствуя, как неловкость окутывает её, словно тёмное облако. Взгляд Мирай был устремлён в пустоту, а губы едва заметно дрожали от подавляемых эмоций. Синеволосая понимала: её родители сейчас играют на публику перед Бувай, создавая иллюзию идеальной семьи, хотя за этой маской скрывались трещины и недопонимание.

Она вспомнила все те истории, которые Мирай доверяла ей в тишине ночи - о том, как её родители ставили перед ней невыполнимые ожидания, требуя совершенства, словно она должна была стать воплощением их несбывшихся мечт. Каждый раз, когда Мирай пыталась быть собой, она сталкивалась с холодом непонимания и жестокими упреками. Невольно приходилось подчиняться, вытирая слёзы рукавом, пряча свою боль за маской покорности. Синеволосая чувствовала, как её сердце сжимается от этой мысли, осознавая, что за улыбками и фальшивыми комплиментами кроется глубокая рана, которую никто не видел.

Бувай остановила свой выбор на овсяных хлопьях, аккуратно насыпая их в чашку, мысленно прикидывая, что сто граммов - это именно то, что нужно. Она с нежностью заливала хлопья молоком, наблюдая, как белоснежная жидкость обволакивает каждую крупинку, создавая гармоничное сочетание.

Ната, с тихой улыбкой, поставила рядом с ней кружку с ароматным кофе, наполняя атмосферу теплом и уютом. Затем она устроилась рядом со своим мужчиной, наслаждаясь мгновением спокойствия и близости, которое окутало их, словно мягкий плед.

- Знаете, кто еще собирается на отдых? - отвлекшись от завтрака, Ната бросила взгляд на девочек, словно искала в их глазах ответ на свой вопрос.

Мирай, с легким недовольством, отрицательно покачала головой. Ей не хотелось делиться подобными новостями с матерью; пусть лучше все это станет известным через Сокджина.

- Джин вам не рассказал? - не унимается Ната.

- А что это за загадочность? - вставил слово Минхо, его голос звучал слегка насмешливо.

- Скорее всего, будут еще его друзья... - не выдержала Мирай и начала фальшиво рассуждать, - возможно, друзья Намджуна... вариантов много.

- Совершенно верно, Намджун - очень общительный парень, - с улыбкой произнесла Ната, отпивая глоток кофе и пристально глядя на Мирай. - Я искренне рада, что Сокджин встретил Намджуна и что они сейчас вместе...

Никто не ожидал такой искренней признательности от мамы Мирай, и красноволосая лишь открыла рот, но не смогла произнести ни слова. В глубине души она тоже питала симпатию к Намджуну - умному и спокойному юноше, который всегда находил нужные слова для поддержки. Он идеально дополнял Сокджина, у которого долгое время была неугомонная натура, постоянно стремящаяся к движению. Вместе они создавали гармоничное единство, словно инь и ян, что неизменно вызывало зависть у окружающих, наблюдающих за этой удивительной парой.

***

На улице царила просто волшебная погода, наполняя воздух легким теплом и яркими красками. Девушки уже попрощались с родителями Мирай и с нетерпением ждали прибытия парней, которые должны были подъехать в любую минуту.

Первым на горизонте появилась черная BMW Чимина, что вызвало у Бувай легкую панику. Однако, заметив это, Мирай крепко сжала подругу за руку и подарила ей теплую улыбку, словно говоря: «Я рядом». В машине с Чимином находились Хосок и Тэхен, которые, выходя из автомобиля, оживленно спорили о чем-то важном, следя за тем, как Чимин аккуратно припарковывается.

Скоро к ним на встречу подъехал серый «Фольксваген» - маленький дом на колесах, который стал подарком от родителей Намджуну на день рождения. Он давно мечтал о таком приключении, и вот, наконец, настал тот самый момент, когда мечта могла стать реальностью.

- Сядем вместе?

Бувай обернулась к подруге с надеждой в глазах, но Мирай лишь слегка пожала плечами, ведь ей хотелось немного уединения. Бувай, понимая её настроение, просто улыбнулась и кивнула, словно говоря: «Я понимаю». Ей давно следовало отпустить Мирай, дать ей возможность свободно парить в небесах своих мечтаний, ведь каждая из них заслуживала немного пространства для полета.

Девушки, словно пёстрые бабочки, начали приближаться к парням, выходя за калитку и оставляя позади привычные границы. Бувай заметила, как Мирай немного отстранилась, её взгляд метался в толпе в поисках того единственного человека, который мог бы заполнить её сердце. Семья Ким тоже вышла из своего автомобиля, и, казалось, их разговор напоминал оживлённый спор, который не утихал. Подойдя ближе, Бувай уловила суть их беседы: это был тот самый вечный спор о том, кто же из них отправится за котёнком Юнги, который всё ещё уютно устроился у себя дома.

- Поздравляю вас! - тихо произнесла Бувай, осторожно подойдя сзади к парням. Внезапно она напугала Сокджина, который стоял, не подозревая о её присутствии.

- Спасибо! - ответил он, обнимая её за плечи, а Намджун, слегка смутившись, лишь улыбнулся в ответ.

Но Мирай решила не упускать момент и, переполненная радостью, стремительно накинулась на Намджуна, запрыгивая ему на шею и крепко обнимая. Она лишь успела радостно вскрикнуть, когда Намджун закружил её в воздухе, его глаза светились счастьем. Она была безмерно счастлива, что теперь он стал частью их семьи.

Тэхен, лениво скользя мимо оживлённой толпы, с лёгким движением руки поприветствовал девушек и исчез в уютных недрах дома на колесах, утонув среди мягких сидений.

- Бувай! - вырвалось у него, слишком громко для этого тихого утра. - Мирай, солнышки, доброго дня! - весело воскликнул Хосок, проходя мимо Мирай и нежно касаясь её крошечного носика.

Бувай тяжело выдохнула, её сердце сжималось от тревоги перед встречей с людьми, с которыми ей предстояло провести время вдали от привычной суеты.

Мирай, улыбнувшись, потёрла носик, только что коснувшийся Хосока. Её смех раздался, как нежная мелодия, пытаясь развеять напряжение, которое витало в воздухе.

- Доброе утро, Хосок! - произнесла она, стараясь скрыть волнение за маской непринуждённости. - Как ты?

Бувай, чувствуя, как колотится сердце от волнения, решила отвлечься и подошла к окну домика на колесах. Она наблюдала за тем, как Тэхен, наконец, выбрался из своего укрытия среди сидений и, потянувшись, выглядел совершенно невозмутимо.

- Надеюсь, ты не заблудился там навсегда, - подколола его Бувай с лёгкой усмешкой на губах.

Тэхен лишь пожал плечами и с ухмылкой ответил:

- Не переживай, я всегда найду выход.

Тем временем Хосок, заметив её беспокойство, решил немного подбодрить:

- Эй, не думай о том, что было. Мы все здесь, чтобы расслабиться и повеселиться!

Бувай кивнула, но в глубине души всё ещё терзалась сомнениями.

- Мирай, не могла бы ты зайти к Юнги? Он что-то затянул с подготовкой, хотя я звонил ему целых пятнадцать минут назад, - произнёс Хосок, с лёгким беспокойством в голосе.

Сокджин, стоя рядом, уже начинал терять терпение, хотя старался не выдавать своих эмоций. Он нервно поглядывал на экран телефона, проверяя время, и его лицо выдавало растущее раздражение.

- Есть, сэр! - с игривой серьёзностью ответила Мирай, подставив руку ко лбу в военном приветствии.

Её улыбка была ярче солнечного света, и, словно весёлая птичка, она стремительно побежала через дорогу к заветному дому, полная решимости и энергии.

- Привет, Бувай, а где Мирай? Не знаешь?

Девушка резко развернулась и едва не столкнулась лбом с тем самым поклонником своей подруги. Чонгук приподнял брови, ожидая ответа, но Бувай лишь отмахнулась и невнятно пробормотала, что Мирай скоро вернётся, так как убежала за Юнги. В ответ парень лишь кивнул, но на его лице отразилось недовольство, словно тень пробежала по его взгляду.

Бувай заметила это - похоже, ожидание встречи с Мирай было для него невыносимо томительным.

В этот момент из-за угла машины появился Юнги, извиняюще улыбаясь. Он направился к входу в автомобиль, помахал всем присутствующим и скрылся внутри.

Бувай сделала шаг назад, отстраняясь от Чонгука, который в этот момент заметил приближение Мирай. Он мгновенно исчез из её поля зрения, не желая позволить девушке увидеть его смущение, и тепло обнял Мирай в приветствии.

Чонгук, с лёгкой улыбкой на губах, пригласил Мирай сесть в машину. Бувай, наблюдая за этой сценой, ощутила, как внутри неё закипает смесь обиды и понимания. Они, похоже, уже давно всё решили между собой, и в этот момент она поняла, что не имеет смысла злиться на подругу - даже за то, что Мирай не поделилась с ней своими мыслями сразу.

«Ладно, сяду с Тэхеном», - произнесла она, пытаясь убедить себя в правильности этого выбора. Внутри её царила неуверенность, но внешне она старалась выглядеть уверенной и спокойной.

Проходя мимо Бувай, Мирай остановилась на мгновение, чтобы одарить её тёплой и искренней улыбкой, словно в её взгляде таилась вся нежность и поддержка, которую она могла предложить в этот непростой момент.

- А со мной поздороваться не хочешь? - раздался игривый голос, словно капелька дождя, падающая на тихую поверхность озера.

Сокджин и Намджун уже устроились за рулём, занимая свои места - водительское и пассажирское. Они лишь бросили Бувай короткие указания: не задерживаться и лучше закурить сейчас, ведь в пути Сокджин не собирался делать остановки, а Намджун категорически запрещал курить в салоне.

Бувай, поднося к губам сигарету, зажигает её и с глубоким вздохом выдыхает первый облачко дыма. В этот момент её внимание привлекает звук, словно призыв к приветствию, и она поворачивается. Их взгляды пересекаются - Чимин кокетливо улыбается, его улыбка искрится игривостью. «Жук», - мелькает у Бувай в голове, ироничная мысль о том, что он всё же жаждет столкновения.

- Побудешь со мной пару минут? - произносит она, и в голосе Бувай звучит лёгкая настойчивость.

Чимин лишь кивает, и Бувай, не раздумывая, протягивает ему свою сигарету. Он делает затяжку прямо из её рук, и от этого жеста по её телу пробегают мурашки. Когда-нибудь она привыкнет к этому чувству, к его близости, но пока это остаётся загадкой.

- Бросай сигарету, - мягко, но с легкой настойчивостью произнес Чимин, - иначе Сокджин сейчас перенервничает и поседеет от волнения.

Бувай кивнула, и, не раздумывая, бросила окурок на землю, потушив его ногой. Переступив порог салона, она сразу же заметила сумку-чехол, в которой уютно располагалась гитара. Взгляд её скользнул к Сокджину, и она, с лёгким интересом, спросила, будет ли сегодня представление. Брат Мирай тепло улыбнулся и кивнул в ответ, его глаза светились радостью.

Далее её внимание привлекли несколько внушительных пакетов с едой, контейнеры с заготовками и четыре ящика алкоголя, что вызвало у Бувай искреннее удивление.

- Вы что, роту пытаетесь напоить? - с лёгким юмором в голосе спросила она.

- Да, парочку, - саркастично ответил Намджун, подмигнув ей.

Девушка громко цокнула языком, и, обернувшись к задним сиденьям, увидела то, чего так боялась: на трех местах уютно расположились Чонгук у окна, Мирай посередине и замыкал эту тройку Юнги. Чонгук, заметив её взгляд, достал свои наушники и протянул одно «ухо» красноволосой, на что она ответила теплой улыбкой и охотно приняла его предложение разделить музыкальный момент.

С любопытством она достала телефон, собираясь запечатлеть этот миг, и в этот момент сосед Чон не удержался от смеха, в то время как Мирай, покраснев от смущения, попыталась укрыться от взгляда. Вспомнив о том, как они вчера вечером дурачились и корчили рожицы, запечатлевая свои забавные моменты в парных селфи, она резко нажала кнопку блокировки на экране и легонько шлепнула Чонгука по лбу. На это он лишь нежно поцеловал её в лоб, вызывая у Мирай ещё большее смущение и радость.

- Поняла... как только он уснет, я его задушу... - едва слышно прошептала Бувай, её голос был полон решимости.

- Садись у окна, - предложил Тэхен, вставая со своего места и делая шаг к синеволосой. - Что-то случилось? - спросил он тихо, так, чтобы только Бувай могла его услышать.

- Все в порядке, а что? - ответила она, стараясь скрыть тревогу в голосе.

Бувай взглянула прямо в глаза своему другу, и он мгновенно понял: её чувства не поддаются маскировке. Она никогда не умела прятать свои эмоции - все, что она чувствовала, всегда отражалось на её лице. Тэхен тихо рассмеялся, осознавая, как легко читать её, как открытую книгу.

Пак устроилась на сиденье, опустив локоть на колено и прижав голову к ладони, словно искала утешение в этом жесте.

- Не ревнуй Мирай к Чонгуку, это не нормально.

Тэхен, стараясь сохранить тишину, осознанно снижал уровень своего присутствия. Он понимал, что лишние уши сейчас совершенно ни к чему. Особенно в тот момент, когда Бувай была на грани злости, и её эмоции могли вылиться во что угодно.

- Заткнись, - произнесла Бувай, её голос звучал как тихий, но острый укол.

Тэхен лишь пожал плечами, доставая свой телефон. Он подключил наушники и, щедро поделившись одним из них с подругой, погрузился в мир музыки. В это время Чимин, заметив, что в машине осталось всего одно свободное место, с громким смехом бросился в объятия Хосока, весело заявляя, что они братья не только по танцу, но и по месту в этой тесной металлической утробе.

Бувай приняла предложение Тэхена и отвернулась к окну, позволяя взгляду скользить по мимо проносящимся пейзажам. Машина тронулась с места, и маленький дом Мирай постепенно уменьшался в размерах, пока он не исчез за горизонтом. Дома вокруг начинали двигаться вместе с ними, словно листая страницы в галерее телефона, каждый кадр напоминал о чем-то важном и близком.

- Знаешь, - вдруг обратилась Бувай к Тэхену, поворачиваясь к нему с искренней улыбкой, - я очень рада, что сейчас сижу рядом с тобой, мой огонёк, - сказала она, нежно трепля его волосы.

- Предатель! - шепотом произнесла Мирай из-за спины.

Бувай лишь цокнула языком и закатила глаза с доброй насмешкой; её сердечная злость уже улетучилась. Слова Тэхена оказали на неё успокаивающее воздействие.

- Но я ведь тоже тебя люблю, Мирай! - произнес Тэхен с выражением жалости на лице, на что Чонгук легонько ударил его по лбу, заставив всех разразиться смехом.

***

Машина мчится в неизвестное направление, словно стремительное облако, уносящее своих пассажиров в мир приключений. За окном разверзаются просторы - город остался позади, и теперь их встречают яркие разноцветные поля, которые словно радуга растянулась вдоль дороги. Зелёные холмы плавно переходят в золотистые волны пшеницы, а вдали деревья, стоящие как стражи, качают своими кронами, приветствуя проезжающих.

В правом ухе у Бувай звучит плавная музыка, мелодия обнимает, как нежный ветерок, и в её воображении начинают разворачиваться красочные картины. Она - главный герой своего собственного фильма, с ярким светом софитов и камерой, направленной прямо на неё. Она улыбается, её лицо озарено счастьем, а вокруг - бескрайние пейзажи, которые она сама создает в своём воображении. Каждый аккорд музыки рисует новые образы: она танцует на лугах, бежит по полям цветущих цветов, а небо над ней переливается всеми оттенками синего.

Но вдруг её мечты прерываются. Сосед начинает тревожить Бувай своим беспокойным поведением, ерзая на сиденье и всё время задевая девушку локтем. Тэхен не даёт ей сосредоточиться на своих фантазиях, и она чувствует, как его движения заставляют её прижиматься к стеклу. Холодное стекло холодит плечо, а мысли о свободе и радости растворяются в дискомфорте. Бувай вздыхает, пытаясь вернуть себе ту атмосферу волшебства, но сосед продолжает мешать её мечтам, словно тень, загораживающая солнечный свет.

- Что случилось? - Бувай легонько шлепает парня по бедру, на лице её появляется недовольное выражение, словно она пытается выразить всю свою озабоченность одним лишь взглядом.

Тэхен, не ожидая такой реакции, повернулся к ней всем телом, его глаза округлились от удивления, как у невинного ребёнка, который был пойман за хулиганством. В тот момент желание наказать его, как-то отомстить, улетучилось, и вместо этого Бувай почувствовала легкую симпатию к этому беззащитному созданию.

Пак, обернулась на задние сиденья, где остальные ребята мирно спали, и её внимание привлек Тэхен, который достал из кармана своей толстовки бумажный пакетик с картошкой фри.

- Что ты делаешь? - спросила она с любопытством.

Тэхен лишь усмехнулся и жестом пригласил Бувай наблюдать за его шалостью. В это время Мирай уютно устроилась на плече Чонгука, закинув одну ногу на него; он, даже во сне, нежно придерживал её руками. Юнга же остался без компании, скрестив руки на груди, погружённый в сон.

Тэхен снова откинулся на сиденье, потянувшись к Чонгуку с целью поднести к его губам брусочек картошки фри. Бувай, не упустив момент, быстро вытащила телефон из кармана и встала на колени, опираясь на сиденье, чтобы запечатлеть этот забавный момент.

Тэхен с хитрой улыбкой обмакнул брусочек в соус и попытался пихнуть его в рот спящему Чонгуку, тихо хихикая от смеха. Но вдруг одна из четвертинок фри обломилась и упала на белоснежную толстовку Чонгука.

- Ой! - Тэхен прикрыл рот рукой, чтобы не рассмеяться слишком громко, и начал панически прятать свои улики, вытирая пятно рукавом своей кофты. Но только усугубил ситуацию: соус размазывался ещё сильнее, оставляя яркие следы на ткани.

- Что вы там делаете? - раздался голос Чимина. Он с Хосоком внимательно осматривали место преступления, пока не осознали всей комичности происходящего.

Бувай закончила съемку и протянула телефон парням, чтобы они тоже оценили их шалость. Чимин с любопытством высунул руку и забрал телефон и парни с особым вниманием начали просматривать видео от начала до конца. Их смех раздался по всему салону, как звонкий колокольчик, наполняя атмосферу весельем. Затем они вернули телефон обратно хозяйке, все ещё смеясь и обсуждая забавный инцидент.

- Да блять! - Бувай повернулась назад.

Чонгук сидел с нахмуренным лбом, его глаза сверкали, как у грозовой тучи, готовой разразиться бурей. Он внимательно изучал пятно на своей белоснежной толстовке, и в этот момент можно было бы подумать, что он обнаружил на ней следы инопланетного вторжения. На его губах застыла мимика, которая выражала все оттенки недовольства: от легкого раздражения до глубочайшего отчаяния.

Внутри него бушевала настоящая буря эмоций, и, хотя он не произносил ни слова, его молчаливый гнев был более красноречивым, чем любые ругательства. Взгляд Чонгука искрился безумным огнем, словно он собирался броситься в бой с невидимым врагом, который осмелился запятнать его одежду. В этот момент казалось, что весь мир вокруг него затих, оставив только его и это проклятое пятно, ставшее причиной его внутренней ярости.

Машина продолжала свой путь, унося их все дальше и дальше от привычной суеты. Время растянулось, словно резиновая нить, и друзья уже успели переслушать весь плейлист Тэхена. Теперь они погружались в мир музыкальных мелодий Бувай, которые звучали как нежный шепот ветра.

Сокджин, уверенно завернув на узкую тропинку, вывел их к песчаному берегу, который с одной стороны был обрамлен густыми деревьями, словно природный щит. Это место было совершенно особенным - казалось, что они попали на необитаемый остров или даже на другую планету. Вокруг простиралось безумно красивое зрелище: яркое синее море, которое переливалось на солнце, словно драгоценные камни, и птицы, парящие высоко в небе, словно живые облака, кружили в своем изящном танце, оставляя за собой следы свободы.

Морской прибой тихо шептал о своих тайнах, легкие волны касались берега, как будто пытались рассказать свои истории. Бувай, завороженная этим великолепием, подняла руку и начала рисовать маленькие узоры на стекле машины, словно продолжая пейзаж за окном и следуя за полетом птиц. Тэхен, заметив это движение, усмехнулся - в его глазах отразилось восхищение и понимание того, как важно ловить мгновения.

Когда машина наконец остановилась, ребята начали собираться, чтобы выйти наружу и в полной мере насладиться этим чудесным местом. Однако Бувай осталась на своем месте, не в силах оторвать взгляд от красоты вокруг. Ее рука все еще парила в воздухе, рисуя невидимые линии в пространстве, как будто она пыталась запечатлеть этот миг навсегда.