Part 2
Мы стояли, глядя друг другу в глаза. Песня, под которую мы танцевали, давно закончилась, и мы, почти обнявшись, оставались одни в центре танцпола.
Когда свет на мгновение отразился в его глазах, я заметила расширенные зрачки, но тут же одёрнула себя, стараясь не придавать этому значения.
— Эм... Ну, я пойду? Отпустишь наконец? — я с удивлённым выражением лица легонько стряхнула крепкие мужские руки.
— А, да, да.. — Ваня отвёл взгляд, заговариваясь.
— Ну, тогда, до понедельника? — Услышав в ответ что-то неразборчивое, я развернулась и сделала пару шагов.
Обернувшись, я скользнула взглядом по фигуре Вани сверху вниз. Он почесал затылок и улыбнулся. Я не смогла сдержать ответной улыбки и поспешила на поиски подруги.
Остаток вечера пролетел незаметно, и я вернулась домой раньше всех. Устроившись в постели, я ещё не меньше часа прокручивала в голове наш танец, пытаясь понять, что же это значило.
***
УТРО ПОНЕДЕЛЬНИКА
Я проснулась раньше, чем обычно, что для меня было редкостью.
Обычно я собиралась быстро: красила только ресницы, иногда подкрашивала губы оттеночным бальзамом и всё.
Но сегодня настроение было особенным, и мне хотелось сделать что-то необычное.
Я решила сделать причёску и нанести лёгкий макияж со всеми прелестями: консилер, румяна, хайлайтер и пудра, что было совсем не в моём стиле.
И вот с предвкушением чего-то хорошего я уже шла по просторному коридору института, разглядывая фотографии выпускников и награды, полученные задолго до моего рождения.
Внезапно, в полной тишине, кто-то окликнул меня.
— Полина? — мягкий голос отозвался эхом в учебном заведении.
Обернувшись, я увидела незнакомую девушку. Она была чуть выше меня и, вероятно, старше на несколько курсов.
Блондинистые волосы, длиной чуть ниже лопаток, были собраны заколкой с маленькой розой. Зелёные глаза, безупречная светлая кожа, пухлые розовые губы с лёгким блеском.
Неброский, но изысканный макияж дополнял её образ. На ней была белая, идеально выглаженная приталенная рубашка, тёмно-коричневая прямая мини-юбка и чёрные лоферы.
Я застыла, не в силах произнести ни слова.
— Эм...Да, это я. Что-то случилось? — Я попыталась произнести это настолько невозмутимо, насколько это было возможно.
— Я уж думала, ты куда-то исчезла, ха-ха! — Она улыбнулась, заправила прядь волос за ухо и тихо рассмеялась.
Её смех отдавал чем-то чужим и неприятным.
— Мы с тобой не знакомы, - произнесла она, внимательно разглядывая меня. — Я Оля. Оля Лебедева, учусь на третьем курсе. Соня рассказывала о тебе.
Я напряглась, услышав имя подруги.
— Правда? И что же она рассказывала? — в моём голосе чувствовалось напряжение.
— О твоём таланте к танцам, о том, как ты вернулась в коллектив после перерыва. Знаешь, я тоже занимаюсь танцами, только в другом направлении. Может, как-нибудь поболтаем?
Её искренность и то, как непринуждённо она говорила с незнакомой ей девушкой напрягало меня ещё больше.
— Конечно, — ответила я, криво улыбнувшись. — Было бы неплохо.
В этот момент зазвонил звонок, и мы разошлись по аудиториям. Но я знала, что эта встреча не последняя. В воздухе витало ощущение чего-то приторного, возможно, её сладких духов.
___________________________________________
После пар я вышла из здания, щурясь от яркого солнечного света.
На широких университетских перилах, ссутулившись и обхватив одно колено руками, сидел мальчик. Совсем неприметный, лет десяти, с поникшими плечами и задумчивым взглядом. Что-то в его позе и чертах лица показалось мне до боли знакомым.
Я замедлила шаг и, стараясь не напугать ребёнка, мягко приблизилась.
— Привет! — произнесла я негромко. — Ты кого-то ждёшь? Может, я могу помочь?
Мальчик резко вздрогнул и мгновенно перевёл взгляд на моё правое запястье, на котором висел бордовый браслет-фенечка, подаренный Соней в прошлом году.
Несколько секунд он изучал его, словно пытаясь разгадать какую-то тайну, а затем его лицо неожиданно озарилось узнаванием.
Он стремительно поднялся с перил, едва не потеряв равновесие.
— Вы Вишнёвс...то есть Черничная? — спросил он с явным волнением в голосе.
— Да, всё верно. А что? — удивлённо ответила я.
— А вы не такая, как про вас рассказывал Ваня, — произнёс он, задумчиво почёсывая затылок.
Моё удивление нарастало.
— Ты брат Вани Бессмертных? — догадалась я.
— Да! - его глаза засияли от радости. — Я похож на него? Поэтому вы узнали?
Было видно, что мальчику очень льстит такое сравнение.
И действительно, при ближайшем рассмотрении сходство становилось очевидным: те же мягкие русые волосы, те же глубокие зелёные глаза, обрамлённые длинными ресницами и нежно-персиковый оттенок губ.
— Так ты ждёшь брата? — спросила я.
— Угу, — кивнул он. — Вы не знаете, где он?
— У четверокурсников сейчас важное собрание. Хочешь, я провожу тебя?
— Правда? А так можно? — его глаза загорелись от радости. — Тогда пойдёмте скорее!
Спрыгнув с перил, мальчик устремился вперёд, едва не переходя на бег.
Его шаги были лёгкими и пружинистыми, а настроение - заразительно бодрым. Он то и дело оглядывался, проверяя, иду ли я следом, и его улыбка становилась всё шире с каждым шагом.
***
Мы шли по коридорам университета, и Макар без умолку рассказывал о своих увлечениях: о любимых книгах, о школьных друзьях и даже показал мне маленькие рисунки, которые хранил в кармане.
Его искренность и непосредственность очаровывали - в отличие от его брата, который два дня назад показал себя властным, игривым и немного неряшливым.
Когда мы наконец добрались до аудитории, где проходило собрание, я заметила, как несколько человек с любопытством поглядывают в нашу сторону.
Ваня стоял у доски, что-то объясняя группе студентов, но, увидев нас, резко обернулся.
— Добрый день, Иван Бессмертных, — протянула я с наигранной любезностью. — Мы не помешаем?
Он нахмурился, явно не оценив мой сарказм.
- Макар, что ты здесь делаешь? - спросил он, игнорируя мой выпад.
— Вот же хамло..трамвайное.. — сказала я, злобно уставившись на Ваню, который, сложа руки на груди, наигранно закатил глаза, — хоть бы ради приличия поздоровался, что-ли!
— Тебе не кажется, что дебил в квадрате будет лучше? — спросил Саша, взявшись из неоткуда.
— Дебил в кубе. Когда кажется — креститься надо! Серьёзно, Саш, свали, будь добр, а? — Ваня за словом в карман не лез, — Я сейчас разберусь и отвечу, ок?
Туманов поднял руки, показывая, что он отступает. Перед уходом он поздоровался с Макаром и потрепал его по голове, а мне напоследок подмигнул, многозначительно глянув на друга.
— Ещё раз спрашиваю: Макар, что ты здесь делаешь? Зачем пришёл?
— Я привела его, — вмешалась я, демонстративно приобняв мальчика за плечи. — Не могла же я оставить ребёнка одного в толпе незнакомцев.
В глазах Макара промелькнула тревога, словно он боялся, что брат будет недоволен. Но я чувствовала: ему нравится моё внимание, моя забота.
— Спасибо, Полина, — тихо произнёс он, нервно начав перебирать пальцами манжеты серого худи.
Ваня же лишь закатил глаза:
— Как же без твоих «добрых» дел, святоша?
— А что такого? — я пожала плечами. — В отличие от некоторых, я умею быть вежливой и разумной.
Повернувшись к Макару, я мягко сказала:
— Ну что, герой, пойдём? Может, чаю попьём, пока твой брат будет тут нудить?
Мальчик просиял, и я поняла, что сделала правильный выбор. В отличие от его брата, я действительно хотела позаботиться о нём.
***
За чашкой чая и коробкой конфет, которые Соня мне разрешила припрятать на особый случай в небольшой подсобке, где хранились материалы для выступлений и где она танцевала со своей группой, мальчик стал ещё говорливее.
Тёплый свет настольной лампы окутывал пространство мягким золотистым сиянием, а за окном медленно сгущались вечерние сумерки.
Макар устроился на старом диване, поджав под себя ноги, и с энтузиазмом разворачивал очередную конфету. Его глаза блестели, а на щеках играл румянец — видно было, что он наконец‑то расслабился.
— А ты правда думаешь, что у меня получится? — вдруг спросил он, нервно покрутив в руках обёртку.
Я отставила чашку и внимательно посмотрела на него:
— Конечно, Макар. У тебя отлично получается. Ты очень талантливый.
Он смущённо улыбнулся и опустил взгляд:
— Брат говорит, что я слишком мечтательный. Что нужно быть серьёзнее.
В его голосе прозвучала такая искренняя обида, что у меня сжалось сердце.
Я подвинулась ближе и мягко положила руку на его плечо:
— Знаешь, мечтать — это не плохо. Это значит, что у тебя есть воображение, есть цели. Твой брат, наверное, просто переживает за тебя.
Макар задумчиво помешал чай ложкой, наблюдая, как кружатся в воде маленькие пузырьки:
— Наверное… Но иногда мне кажется, что он меня совсем не понимает.
Я помолчала, подбирая слова. Хотелось сказать что‑то важное, что‑то, что поможет ему почувствовать себя увереннее.
— Понимаешь, у каждого свой путь. И твой путь — это именно твой путь. Не нужно подстраиваться под кого‑то, даже если это твой брат. Ты имеешь право быть собой.
Мальчик поднял на меня глаза, и в них мелькнула искра надежды. Он кивнул, словно принимая эти слова, и снова взялся за конфету.
— А расскажи ещё про танцы, — попросил он. — Как ты решилась пойти в группу? Ты ведь не боялась, что не получится?
Я рассмеялась:
— Ещё как боялась! Первый раз на репетиции я так волновалась, что забыла все движения. Но Соня сказала, что главное — не бояться ошибаться. И знаешь что? Она оказалась права.
Макар улыбнулся шире, и в этот момент он показался мне таким взрослым, таким осознанным, несмотря на свои десять лет.
Мы продолжили разговаривать — о мечтах, о страхах, о том, что значит быть собой. И с каждой минутой я всё отчётливее понимала: этот разговор важен не только для него, но и для меня.
***
Аудитория гудела, как растревоженный улей. В отличии от Черничной и её подружки Орловой у других студентов ещё не закончились пары, поэтому университетские коридоры были похожи на муравейник.
Ваня нервно оглядывался по сторонам, пытаясь поймать хоть чей‑то взгляд. Время будто замедлилось — каждая секунда тянулась невыносимо долго. Где они? Куда Полина могла увести Макара?
Собрав волю в кулак, он подошёл к группе однокурсников Полины, которые оживлённо обсуждали что‑то у окна.
— Ребят, вы не знаете случайно, где может быть Полина Черничная? — голос звучал ровнее, чем он ожидал, хотя внутри всё кипело. — Она моего брата… украла и унесла с собой. Вообще не знаю, где они могут быть. Она ему предложила чай попить вроде…
Один из парней — темноволосый, с насмешливым прищуром — вскинул брови и громко расхохотался:
— ХА‑ХА‑ХА‑ХА! Святоша наверняка в подсобке с твоим братом развлекается!
Ваня сжал кулаки так, что костяшки побелели.
— В смысле? — процедил он сквозь зубы.
— Ну, видимо, раз у вас с ней ничего не получилось, решила во второго Бессмертных вцепиться, — парень уже не мог остановиться, его плечи тряслись от хохота. — Подскажи, её на старшеков или на стариков тянет?
Волна смешков прокатилась по компании. Кто‑то неловко хихикнул, кто‑то отвернулся, делая вид, что не слышит.
Ваня почувствовал, как жар приливает к лицу, а в висках застучало.
Не раздумывая, он шагнул вперёд и резко ударил наглеца между ног. Тот согнулся пополам с приглушённым стоном.
Ваня наклонился к его уху, говоря тихо, но отчётливо:
— Моему брату десять, еблан.
Четверокурсник рванул прочь, едва сдерживая кипящую внутри ярость. В ушах стучала кровь, а перед глазами всё ещё стояло самодовольное лицо того темноволосого наглеца. «Подсобка… где‑то рядом с актовым залом», — мысленно повторял он, пробираясь сквозь толпу студентов в коридоре.
Каждый шаг отдавался глухим эхом в висках. Ваня то и дело оглядывался по сторонам, всматриваясь в каждую приоткрытую дверь, в каждый закуток.
Коридоры университета казались бесконечными. Где‑то хлопали двери, звенел смех, но ему нужно было найти тот самый звук — голос Макара, голос Полины.
Наконец, у актового зала он заметил приоткрытую дверь. Из‑за неё пробивалась полоска тёплого света и доносились приглушённые голоса.
Ваня замер в двух шагах от двери. Сердце колотилось так, что, казалось, его слышно на весь коридор. Он хотел ворваться внутрь, но что‑то остановило его. Прислушался.
— …ты имеешь право быть собой, — голос Полины звучал непривычно мягко, почти ласково. — И не нужно подстраиваться под кого‑то, даже если это твой брат.
Ваня невольно напрягся. Что она говорит? Пытается вбить клин между ним и Макаром?
— Но как понять, что это именно ты? — голос Макара дрогнул. — Вдруг я просто… не такой, как все?
— И что в этом плохого? — Полина рассмеялась тихо, без тени насмешки. — Представь, если бы все были одинаковыми. Мир стал бы ужасно скучным, правда?
Ваня прислонился к стене, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает. Он никогда не думал, что холодная и вспыльчивая Полина может говорить так…искренне.
Без сарказма, без этих её неприятных, но правдивых колкостей.
— Спасибо, — прошептал Макар. — Ты… ты правда думаешь, что у меня получится?
— Конечно, — её голос звучал уверенно. — У тебя всё получится. Потому что ты — это ты. И это самое главное.
Ваня закрыл глаза, пытаясь осмыслить услышанное. В груди разрасталось странное чувство — не злость, не раздражение, а что‑то новое, незнакомое.
Он вдруг осознал, что всё это время видел в Полине только её защитную оболочку — ту, что она демонстрировала всем вокруг.
Святоша. Холодная, неприступная и отстанённая.
Но сейчас, сквозь приоткрытую дверь, он слышал другую Полину. Ту, которую, кажется, никто не знал.
Он медленно отстранился от двери, стараясь не шуметь. В голове крутилось множество мыслей, но одна пробивалась сквозь остальные: «Она действительно заботится о Макаре».
Ваня тихо развернулся и пошёл прочь, погружённый в раздумья. Ему нужно было время — время осмыслить всё, что он только что услышал.
И, возможно, время пересмотреть своё отношение к Полине Черничной.
В коридоре царила непривычная тишина. Где‑то вдали слышались приглушённые голоса других студентов, но здесь, в этом укромном уголке, всё казалось иным — более настоящим, что ли.
Ваня остановился у окна, глядя на серое небо за стеклом.
«Может, я ошибался насчёт неё?» — подумал он, проводя рукой по волосам.
В памяти всплыли её слова:
«У тебя всё получится. Потому что ты — это ты».
Он глубоко вздохнул, пытаясь унять внутренний хаос. Сейчас ему нужно было принять решение — подойти к ним, прервать этот разговор, или дать им время. Дать себе время.
Ваня ещё раз оглянулся на приоткрытую дверь подсобки, откуда доносился тихий смех Макара и мягкий голос Полины. И, наконец, сделал шаг прочь — в сторону лестницы, подальше от этого места, где всё вдруг стало слишком сложным, слишком настоящим.
___________________________________________
Мой тгк - https://t.me/jdjjdjdjek
Городок заметок