Глава 40.
Письмо себе.
Инесса спала.
На боку, с ладошками, сжатыми под щёчкой, слегка посапывая.
На лице — ни следа тревоги.
У тех, кого любят с рождения, всегда особое лицо.
Мирай сидела рядом, чуть склонясь над кроваткой, пальцами машинально проводя по обшивке.
Она не спешила вставать. В квартире было тихо.
На кухне — тиканье часов, из окна — редкие машины.
Словно сам вечер решил замедлиться, дать ей подышать.
За её спиной, в дверном проёме, стоял Эрнест.
В рубашке с закатанными рукавами, с чашкой в руках. Он молчал. Просто смотрел.
— Она твоя копия, — сказал он.
— Надеюсь, нет.
— Надеюсь — да. Но с твоим упрямством.
— Это ты про то, что я не спала трое суток, но всё равно наварила суп?
Он усмехнулся и сел рядом.
— Ты знаешь… ты изменилась.
— Конечно. Я теперь мама.
— Нет, не поэтому.
— А почему?
— Ты стала мягче. И… свободнее.
— Странное слово для матери.
— Но точное. Теперь ты живёшь по-настоящему. Без ожиданий. Просто — живёшь.
---
Позже, когда он уже ушёл в душ, а ребёнок всё ещё спал,
Мирай достала из ящика тетрадь. Старую, с жёлтыми страницами.
Когда-то в школе она писала в ней письма «себе в будущем».
И теперь, впервые за много лет, она написала ответ.
> «Привет, Мирай.
Ты думала, что станешь кем-то большим.
Что всё будет под контролем, расписано, безопасно.
Но ты стала другой. Не больше, не меньше — просто собой.
Ты научилась прощать. Не всё — но достаточно, чтобы дышать.
Ты нашла любовь. Не громкую, не сказочную. Но настоящую.
Ты мама.
Ты женщина, у которой есть кто-то, кто спит в соседней комнате, и кто-то, кто будет держать твою руку, даже когда она дрожит.
Ты дома.
И это — больше, чем ты когда-либо мечтала.
С любовью,
Ты.»
---
Мирай закрыла тетрадь, отложила её в ящик.
Подошла к окну, откинула штору.
На улице медленно шёл снег.
Скоро Новый год.
Скоро утро.
Скоро — снова начнётся обычная, взрослая жизнь.
А пока — в этом доме было достаточно тепла,
чтобы просто остановиться
и тихо быть счастливой.
Конец.