Муравейник под стеклом

Тихий час видимо придумали исключительно для того, чтобы свести детей с ума. Спать никто не собирался. Мы уже успели поиграть в города, обсудить всех мальчишек лагеря, пересчитать трещины на потолке и даже поспорить, почему Вову зовут Баклажан. Скука достигла критической отметки.
Как вдруг меня посетила гениальная идея.

- Нэт, пойдем к парням? – Нэт открыла глаза.

- Как ты себе это представляешь?

- Если Лены нет в коридоре, то это будет очень просто...

Я встала с кровати и на ципочках подошла к двери. Выглянула одним глазом в коридор...
Черт! Не провезло.

- Там Лена... Давай через балкон?

В глазах подруги мгновенно загорелись знакомые чертята.

- Мне нравится ход твоих мыслей.

- Девочки... — простонала Лина, моментально приподнимаясь на локтях. — Только не говорите, что вы серьёзно... А если вы упадете? Там же расстояние больше метра!

- Не упадём. Потому что очень хочется жить, - попыталась я успокоить подругу.

Наташа уже спрыгнула с кровати. Я чувствовала, как внутри начинает разгораться азарт.

— Для начала нужно сделать так, чтобы в случае облавы казалось, будто мы спим.

Мы быстро стащили на кровати всё, что смогли найти: куртки, толстовки, подушки, свитера. Уже через пару минут казалось, что на наших кроватях лежали два подозрительно пухлых человека.

— Если смотреть издалека, вполне убедительно, — оценила Наташа.

— Если смотреть очень издалека, — уточнила Лина.

— Желательно с соседнего корпуса.

— И без очков.

Мы накрыли получившиеся силуэты одеялами.
Я вышла на балкон. Во дворе было тихо. Вожатых не видно. Я перегнулась через парапет, замахнулась и кинула тапок в стекло соседского балкона.

— Не услышали, — прошептала Наташа.

— Сейчас услышат.

Она схватила второй тапок и размахнулась так, будто собиралась выиграть Олимпиаду по метанию обуви. Отскочив от стены балкона, тапок распластался на асфальте. Нэт согнулась пополам от смеха, пытаясь заглушить смех, закрывая рот рукой.

- Ты совсем...? – выругалась я на неё, но злиться на подругу было невозможно, поэтому я притащила и её тапки тоже.

— Только не промахнись, — прошептала Наташа.

— Не каркай, - я босила сразу два снаряда в сторону соседского стекла.

Наконец-то мы увидели по ту сторону движение. Шторы раздвинулись и дверь открылась. Саша посмотрел вниз, потом на тапки, потом снова на нас и молча вынес стул.

— Вот это уровень взаимопонимания, — восхитилась я.

Через минуту два стула уже стояли вплотную к соседним балконным перегородкам. Теперь всё выглядело гораздо страшнее, чем казалось пять минут назад.

Нужно было сохранять полную серьёзность и равновесие, что было весьма сложно в сложившихся условиях. Саша подавал руку с мужской половины, а я страховала Нэт с женской. Когда подруга перемахнула через пропасть от сердца отлегло. И через мгновение она уже стояла на соседнем балконе.

— Есть! — беззвучно подпрыгнула она.
Я облегчённо выдохнула.

— Теперь ты, — сказал Саша.

— А кто меня страховать будет?

— Я, - за спиной Саши появился Дима.

Не успела я опомниться, как Дима оказался на моей стороне. Он так нежно и крепко взял меня за талию, что страх отступил.

— Не смотри вниз, - шепнул он мне на ухо.

— Поздно.

— Тогда не смотри вообще.

Через секунду я уже стояла рядом с Наташей.

Саша распахнул дверь, а Дима пробасил:
— Добро пожаловать, — театрально поклонился Саша. — В наше скромное логово.

Это странно, но за всё время пребывания в лагере, Дима так часто бывал в моей комнате. А я в его — впервые. От этого всё вокруг казалось одновременно немного запретным и ужасно интересным. Шторы были задёрнуты почти до конца, поэтому солнечный свет пробивался лишь тонкими полосками, рисуя на полу золотые дорожки. Обволакивающий мрак так мягко накрыл нас своим одеялом. Пахло чипсами, мужским дезодорантом и свободой.

Не смотря на то, что тихий час был объявлен для всех, парней не заставляли держать дверь комнаты открытой. Здесь было так комфортно и уютно. Из колонки раздавалась безмятежная и спокойная мелодия. На столе в центре маленькой комнаты лежали пара упаковок запрещенных чипсов, бутылка колы и карты, брошенные второпях. По стенам комнаты мигали тёплым мерцанием фонарики, подсвечивая большие постеры над кроватями. На одном из них была изображена Солнечная система, а на втором невероятно красивое скопление звёзд.
Я подошла ближе.

— Какая красота...

— Нравится?

Голос Димы прозвучал совсем рядом. Я даже вздрогнула. Он встал за моей спиной настолько близко, что я почувствовала его тепло ещё раньше, чем он коснулся меня.

- Что это? – не отрываясь от постера, спросила я.

- Галактика Андромеды, - он поднял руку и указал на один из снимков. - А вот здесь — шаровое звёздное скопление.

Его руки обвили меня за талию, а аромат парфюма снова вскружил голову, жар тела проник ко мне под футболку.

— Значит, по днём ты качаешься, а по ночам изучаешь галактики?

— И ещё иногда думаю об одной рыжей голубоглазой девчонке.

Я почувствовала, как начинают предательски теплеть щёки.

— Очень научное занятие.

— Самое интересное из всех.

— Димон, идёшь доигрывать? - прозвучал голос Саши из-за спины.

Мы развернулись в сторону стола. Нэт и Саша сидели в обнимку на кровати. Приглушенный свет мягко расстилался на их лицах. И снова это чувство, щемящее в груди. Так хорошо, как дома... На секунду захотелось просто закрыть глаза и остаться в этом моменте навечно.

Дима принес с балкона стул и, поставив его рядом со столом, поманил меня к себе. Устроившись поудобнее, он сильным мягким движением усадил меня к себе на колени.

- Я же тяжёлая, - засмущалась я.

- Не глупи, пушинка, - его губы коснулись моего затылка, - ну ка, давай посмотрим, что мы имеем... - Дима взял свои карты в руки и я заметила невероятное множество пики в одной руке.

— Подожди... — прошептала я. — У тебя что, половина козырей?

Он сделал максимально невинное лицо.

— Судьба любит сильных.

— Или шулеров.

— Я за тобой слежу.

— Поздно, он незаметно сунул мне одну карту под столом. Я удивлённо посмотрела вниз. Потом на него. Он едва заметно улыбнулся. Через минуту в моей руке оказалась ещё одна карта.

— Дима...

— Тс-с, - шепнул он мне на ухо, а затем нежно укусил за мочку.

Дима сделал свой ход. Саша не смог отбиться и забрал карты себе.

— Так, — Наташа придвинула к себе колоду. — Играть просто так скучно. Нужна ставка.

— На деньги не предлагать, — сразу сказал Саша. — У меня капитал состоит из двух жвачек и пятидесяти рублей.

— Богач.

Дима лениво отбивал пальцами ритм по столу.

— Проигравший выполняет желание победителей, - предложил он.

— Слишком опасно, — покачала головой Наташа. — Особенно с вашей фантазией.

— Тогда предлагай сама.

Нэт на секунду задумалась. Глаза хитро сощурились.

— Проигравший... — торжественно начала она. — Должен пробежать по коридору в трусах.

Саша поперхнулся колой.

— Что?!

— И громко кричать какую-нибудь глупость.

— Например? — заинтересовался Дима.

— «Свободу трусам!» - заключила Нэт и расхохоталась.

— Нет!

— «Мама, это не то, что ты подумала!» - не останавливалась подруга.

— Наташа!

— «Ищу потерявшиеся брюки. Нашедшему — спасибо», - Саша обречённо посмотрел на потолок.

— Господи... за что мне всё это?

— «Я потерял штаны, но не честь!» - пропищала Нэт таким забавным голосом, что все моментально прыснули со смеху.

- Нэт, ты совсем меня не жалеешь, я же на грани от краха... - взмолился Саша.

- Ну, прости, любимый. Для меня ты всегда останешься самым достойным парнем. Даже без штанов, - усмехнулась она и чмокнула его в губы.

- Я соглашусь на это только при условии, что потом ты утешишь меня в своих объятиях, - Саша прошелся пальцами по рёбрам Нэт, заставив её смеяться.

- Руки прочь, дьявол бесстыжий!

- Это я-то бесстыжий? А кто готов отправить меня на верную смерть?

- Играй, давай. Может, ещё отыграешься, - злорадствовала Нэт.

Я вдруг почувствовала, как под столом кто-то осторожно коснулся моей ладони. Я вздрогнула. Дима. Он снова незаметно вложил мне карту. Я удивлённо подняла глаза. Он едва заметно качнул головой.

«Молчи.»

Я посмотрела на карту. Совершенно бесполезная шестёрка черви. Через минуту появилась ещё одна шестерка, только на этот раз крести.
Теперь-то было понятно, как это он скопил целую колоду козырей.

Через пять минут стало окончательно ясно — проигрывает именно Саша. Он посмотрел на последнюю карту Димы и на свой веер. Потом на нас. Потом снова на свои карты.

— Всё, - он поднял руки. - Я официально самый большой дурак этой комнаты.

— Поздравляем! — одновременно сказали мы.

— Если меня поймает Лена...

— Мы придем на твои похороны, - закончила фразу я.

— Спасибо, друзья.

Дверь в комнату медленно открылась. Послышался скрип. Все замерли. Саша мгновенно спрятал карты под футболку. Нэт скрыла колоду в наволочку. Вошла Лена. Она медленно перевела взгляд на нас. Потом на карты. Потом на колу. Потом снова на нас.

— Так...

В комнате мгновенно стало тихо. Дима совершенно спокойно поднял голову.

— Здравствуйте.

— Что. Здесь. Происходит?

Он задумчиво посмотрел на карты. Потом на нас.

И совершенно серьёзно ответил:
— Культурный досуг.

Я поняла, что сейчас либо умру от смеха, либо нас действительно всех отправят домой.

- Опять вы мне нервы треплете? Василиса и Наташа! Быстро к себе в комнату! Хорошо, что в этом отряде ещё остались разумные дети, как ... - она осеклась. - А вы, молодые люди, сдавайте карты и запрещенку. Азартные игры в лагере запрещены, - Лена протянула руку.

- Что, вы тоже хотите? Присоединяйтесь. Мы на раздевание играем.

Кажется, Лена на три секунды забыла, как разговаривать. Она налилась краской, даже уши стали красными, словно из них вот-вот пойдёт пар, кулаки сжались и, казалось, совсем чуть-чуть и она врежет Диме.

Я не выдержала и хрюкнула. Наташа рядом уже тихо всхлипывала в подушку. Лена закрыла глаза, медленно досчитала до десяти.

— Всё, - очень спокойно заключила она. — Девочки, в комнату. Сейчас же.

— Хорошо... - мы поднялись.

— И чтобы больше... - она посмотрела сначала на меня, потом на Диму.

— Никаких похождений во время тихого часа.

— Хорошо.

— Никаких карт.

— Хорошо.

— Никаких мальчиков.

Мы с Димой одновременно подняли головы. Наши взгляды встретились. Он еле заметно улыбнулся. Я тоже. Лена проследила за нами и закатила глаза.

— Господи... - она махнула рукой. — Идите уже.

Дверь закрылась.

— До встречи вечером! — успел крикнуть Дима из комнаты.

— Если доживём! — ответила Наташа.

— С вами — не факт! — донёсся голос Лены из-за двери.

Это была первая фраза Лены, после которой смеялись уже обе наших комнаты, включая её саму.

Из-за шкафа выглянула Настя.

- Ну что, нагулялись? – съязвила она, и только сейчас мы поняли, кто испортил нам веселье.

Нэт коршуном налетела на соседку: «Знаешь, подруга, я, конечно, не хотела с тобой ругаться, но и молчать тоже не стану. Хватит портить другим жизнь. Если тебя не выбрали, это ещё не конец света. Найдешь себе другого парня, но поступать так с подругами – это по-свински».

- Да какие вы мне подруги? – фыркнула она.

- Такие, которые, не смотря на твой эгоизм, всё равно оставались рядом и давали второй и третий шанс. Но ты постоянно, раз за разом предаёшь наше доверие. Угомонись уже и будь счастлива. Хватит завидовать и портить жизнь другим. Займись собой. Так и жизнь пролетит – не заметишь. Останется лишь ворох пакостей и козен, которые ты строила вместо того, чтобы строить свою жизнь, - Нэт отошла к балкону и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов.

- Хватит морали читать, ты не Иисус тут, чтобы меня учить, - Нэт промолчала.
Напряжение, повисшее в воздухе, нарушил дикий ор, раздавшийся из коридора.

— Я ПОТЕРЯЛ ШТАНЫ, НО НЕ ЧЕСТЬ!
Мы выглянули из комнаты и увидели следующую картину: Саша в одних трусах, бежал со всех ног по коридору. На шее у него была повязана простыня, которая развивалась словно супергеройский плащ.

— Я ПОТЕРЯЛ ШТАНЫ, НО НЕ ЧЕСТЬ! – орал он без остановки. Добежав до конца коридора, он развернулся и рванул быстрее ветра к себе в комнату.

Ребята из отряда повскакивали с кроватей и вышли в коридор посмотреть на это чудо природы. Настроение у нас моментально стало лучше.

Как только в коридоре появилась Лена, Саша исчез за дверью, оставив за собой лишь смех шестого отряда.

- Все разошлись по комнатам! – крикнула злючка.

Вожатая проследовала за Сашей по коридору. Я метнулась в ванную за стаканом и прислонила его к стенке соседней комнаты и стала дублировать девчонкам диалог.

— Ты почему по корпусу бегал в трусах?!

— Проветривался.

— В трусах?!

— Так быстрее.

— А кричал зачем?!

— Чтобы все знали.

— Что знали?!

— Что честь всё-таки сохранилась.

Наташа уткнулась лбом мне в плечо. Я почувствовала, как её начинает трясти от смеха, а потом услышала хлопок соседской двери.

После тихого часа мы поплелись на полдник.
В лагере пахло нагретыми соснами, морем и сладкими булочками. Солнце снова выглянуло после дождя. Лужи медленно высыхали. Воздух стал прозрачным-прозрачным. Мы устроились на ступеньках корпуса. Лина рассказывала какую-то невероятную историю про соседский огород, в который однажды забрался козёл. Наташа пыталась доказать, что козлы не умеют лазить по заборам. Я честно старалась слушать. Но взгляд всё время жил собственной жизнью.
В отдалении от нас, под соснами, Дима стоял со своим отрядом и пристально смотрел на меня, параллельно общаясь с друзьями. Этот хищный взгляд пробрал меня до костей. Улыбка сама появилась на моём лице.

— Всё, — вздохнула Наташа.

— Что?

— Контакт установлен.

— Какой контакт?

— Межгалактический, - она театрально показала рукой. — Смотри. Он улыбается. Ты улыбаешься. Он делает шаг, ты перестаёшь дышать. Он делает второй шаг, у тебя уже останавливается сердце. - Я почувствовала, как начинают краснеть щёки.

— Да ну тебя.

Она легонько толкнула меня локтем. Я снова посмотрела в его сторону. Дима шёл мне на встречу. Неторопливо. Будто специально растягивал каждую секунду. Чем ближе он подходил, тем быстрее билось сердце.

Я вдруг поняла одну странную вещь. Совсем недавно при его появлении мне хотелось убежать. Теперь же я грезила только о том, чтобы расстояние между нами поскорее сократилось.

Он молча протянул мне руку. Почему-то это простое движение каждый раз заставляло сердце делать нелепое сальто. Я вложила свою ладонь в его. Мы медленно пошли вдоль корпусов.
Как быстро один человек привыкает к другому. Ещё неделю назад любое случайное прикосновение заставляло меня шарахаться. Теперь же мы словно были частями одного целого.

Солнце уже окончательно высушило дорожки. После дождя лагерь пах нагретой сосновой корой, морем и мокрой травой.
Мы прошли мимо футбольного поля. Мимо волейбольной площадки.

— О чём думаешь? — спросил Дима.

— О тебе, - он тихо улыбнулся. — Я пытаюсь понять... Почему мне рядом с тобой так спокойно.

Он неожиданно тоже задумался. Мы сделали ещё несколько шагов. А потом сказал очень тихо:
— Наверное... потому что рядом с тобой спокойно мне.

Я посмотрела на него.

— Вообще-то я обычно довольно шумный в компании друзей... Но ты на меня действуешь как успокоительное. Василисокоительное.

Теперь улыбнулась я.

— Какая у тебя самая дурацкая привычка?

Я задумалась.

— Когда волнуюсь... я начинаю очень много улыбаться... Так, что иногда даже начинают болеть щёки... Твоя очередь.

— Я разговариваю со звёздами.

Я остановилась.

— Чего?

— Ну... - он посмотрел наверх. — Когда долго не могу уснуть... или когда нужно подумать... сажусь где-нибудь, смотрю на небо и разговариваю... - он улыбнулся и посмотрел на меня. От его слов стало как-то особенно тепло на душе. Как дома. - Думаешь, я сумасшедший?

- Я не думаю, я знаю.

Мы молча завернули за корпус и очутились рядом с лавочкой в окружении кипарисов. Он сел на скамейку, я думала последовать его примеру. Но почему-то очутилась у него на коленках.

- Я же тяжёлая, отпусти, - взмолилась я, засмущавшись проходивших мимо нас парней из его отряда.

Но он не послушался, осклабился, поднял меня в воздух и стал кружить. Я завизжала, моля его вернуть меня на землю. Вняв мольбам, он опустил меня на лавочку, а сам сел рядом и прижал меня к себе. Это было очень кстати, так как на улице холодало. Его властные и резкие движения, решительность и напористость немного пугали меня, но одновременно притягивали.

- И всё равно такое ощущение, что я о тебе почти ничего не знаю. Давай рассказывай, какая у тебя фамилия?

- Премудрая, - моя фамилия мне не нравилась, поэтому хотелось оставить её в тайне.

- Василиса Премудрая? Как в сказке? – удивился он.

- Ну да. У меня вся семья Премудрые. Поэтому и решили назвать меня Василисой, чтобы соответствовать.

«Серьёзно, он повёлся?» - еле сдерживалась я от смеха.

- Подожди... Ты надо мной издеваешься? – надулся Дима, а я наконец-то перестала сдерживать смех.

- Да ладно тебе. У меня самая обыкновенная и неинтересная фамилия Зарецкая. А у тебя?

- Королёв. Дмитрий Королёв, - он пожал плечами.

В голове пронеслось «Василиса Королёва».

- Как город что ли? – улыбнулась я.

- Угу. Следующий вопрос: ты встречалась с кем-то до меня?

- Был один парень, но это было несерьёзно. А ты?

- В саду была девчонка, - я улыбнулась.

- Ты умеешь целоваться? – я стала вспоминать все обучающие видеоролики, которые смотрела в интернете, все персики и помидоры, которые измучила своими жалкими попытками, и мне стало стыдно.

- Нет, - отрезала я и начала смеяться от смущения.

- Неловко. Зачем я это спросил? – он спрятал лицо руками.

Раздался звонок от Наташи. Я посмотрела на время, а там было уже 19:00!

- Кажется, нас уже ищут...

Он взял меня за руку и мы направились обратно. По дороге я подобрала свой несчастный тапок и закинула его на наш балкон. Перед входом в корпус шестой отряд уже стоял парами. Они видимо ждали только меня. Я спокойно встала в строй, но Лена решительным шагом направилась ко мне. Даже издалека было видно, что настроение у неё примерно как у грозовой тучи.

— Вот только её сейчас не хватало... — тихо простонала Наташа.

Я тяжело вздохнула.

- Василиса! – злючка схватила меня за руку и потянула в начало строя. Мы выдвинулись в сторону аллеи, где планировался парад в честь приезжающих в лагерь звёзд.

- У тебя есть голова на плечах? Ты хоть понимаешь, что он старше тебя? Непонятно, что у этих мальчишек на уме. Им нельзя доверять. А вдруг он захочет детей? А меня рядом не окажется. Что ты тогда делать будешь?

«Мы знакомы всего неделю...» - пронеслось у меня в голове и я едва не расхохоталась прямо в лицо Лене.

- Я запрещаю тебе гулять с ним до конца смены! И только посмей меня ослушаться! Поедешь из лагеря первым же рейсом.

Следующую минуту мы шли молча, а затем вожатая продолжила, но уже медленнее.

- Для тебя сейчас вообще ничего не важно. Кроме него, - последние слова прозвучали неожиданно спокойно. Без злости и раздражения... и именно поэтому задели сильнее.

— И что в этом плохого?

— Потому что ты перестала видеть всё остальное, - она внимательно посмотрела на меня. — Сегодня на завтраке ты почти не ела. Потом весь день ходишь как во сне. На репетиции несколько раз ошиблась. Сейчас опять убежала из корпуса. Это нормально?

Я хотела возразить. Но мне было нечего сказать...
Она была права. Только признаться в этом означало проиграть.

Лена устало потерла переносицу.

— Но ты же понимаешь, что я всё равно буду с ним общаться?

— Я почему-то так и думала.

— Значит, мы зря тратим время?

— Нет, - она посмотрела на меня. - Иногда взрослые обязаны сказать то, что дети всё равно не услышат. Возвращайся в строй.

Я побрела к Нэт. Та была явно взволнована.

- Что там она тебе наговорила?

- Да так, всякий бред. Не бери в голову.

Когда мы пришли к аллее, нас выстроили в три ряда вдоль дороги рядом с другими отрядами. По аллее была расстелена красная дорожка. Кто-то из отряда ждал появления этих небожителей с нетерпением. Мне же было абсолютно всё равно. Я не фанатела ни от актёров, ни от певцов. Единственный важный человек сейчас находился со мной всего в нескольких метрах. И видеться с ним теперь будет ещё тяжелее, чем раньше. Ждали звёзд мы долго. Я уже успела заскучать и замёрзнуть. Самой радостной новостью этого вечера было наше возвращение в корпус.

Не успели мы разойтись по комнатам, как Лена моментально объявила отбой, объясняя это поздним возвращением.

- А мы разве в этом виноваты? Как мы должны ложиться спать, не успев помыться? – возмущалась Лина.

- Завтра с утра помоетесь! Свет выключается! – влетела Лена в комнату.

Все улеглись, но явно были недовольны. Мы ворочались и не могли заснуть.

- Девочки, вам тоже не спится? – спросила Лина.

- Да как тут уснёшь? Я всё-таки пойду хоть зубы почищу. Лена задолбала командовать, - я поднялась с кровати.

- Я с тобой, - отозвалась Нэт, а вместе с ней присоединились и остальные. Еле уместившись в крохотной ванной вчетвером, мы быстренько умылись и вернулись на цыпочках в постель.
Тишина расползлась по комнате. Раздавалось только мирное дыхание и стрекот цикад за окном.

И именно в этот момент где-то в самом дальнем конце коридора раздалось:
У-у-а-а... у-у-а-а... - из колонки раздавался крик макак из другого конца коридора. Мы переглянулись.

— Это кто? — прошептала Лина.

— Не знаю... — ответила Наташа, уже начиная улыбаться.

- У кого колонка? - раздался голос Лены. - Быстро выключили! Вы совсем мозгов лишились? Для вас непонятно значение слов «отбой», - а потом добавила, - Совсем сдурели на шкаф её положить? Выключайте мигом.

Звук смолк.

— Мяу...

Мы переглянулись. Пауза.

Снова:
— Мя-я-у...

На этот раз громче.
Через пару секунд мы слышали уже кошачий дуэт, а потом и вообще хор. Коридор постепенно превращался в мартовский кошачий концерт.

— Мур-р-р!

Мы уже кусали одеяла, чтобы не расхохотаться. По коридору стремительно застучали шаги.

— Что здесь происходит?! — прогремел голос Лены.

- Гав! Гав! – подхватила я, а потом и девчонки из нашей комнаты.

— Ку-ка-ре-ку-у-у!!!

Такого петуха, кажется, не слышала даже настоящая деревня. За ним второй. Третий. Кто-то закудахтал курицей. Из соседней комнаты возмущённо загоготали гуси. В ответ гордо закрякала утка. Коридор стремительно превращался в контактный зоопарк.

Мы уже лежали лицами в подушки, потому что иначе было невозможно. Животы сводило. Из глаз текли слёзы.

Откуда-то сверху донеслось басовитое:
— Му-у-у-у...

Такое протяжное и убедительное, что даже мы на секунду поверили в появление коровы.

— А-а-а-а! — совершенно неожиданно заорал павлин.

— Кто вообще умеет изображать павлина?! — простонала Наташа, задыхаясь от смеха.

Лена окончательно потеряла самообладание.
— Вы что, совсем с ума сошли?!

Ответом ей стал оглушительный волчий вой.

— У-у-у-у-у!

Следом кто-то настолько натурально заржал конём, что из соседней комнаты раздались дружные аплодисменты. Теперь смеялся уже весь этаж.

Лена металась по коридору, распахивая двери одну за другой. Но стоило ей приблизиться к одной комнате, как звуки моментально стихали. Зато в другом конце корпуса уже начинал трубить слон.

— Тру-у-у!

Гогот из коридора стал объёмнее и мощнее. Шум нарастал и становился громче, срываясь изредка на хохот. Получалось так слаженно, словно весь шестой отряд репетировал этот концерт несколько недель.

И вдруг...

Из колонки в коридоре раздался строгий голос старшей вожатой:
— Шестой отряд!

Зоопарк мгновенно вымер. Настолько резко, что стало слышно, как где-то за окном стрекочет одинокий сверчок.

- С вами говорит старшая вожатая. В связи с грубым нарушением дисциплины вы садитесь под домашний арест, который продолжится до конца завтрашнего тихого часа. Это значит, что до этого времени, вы можете выходить из своих комнат только на приём пищи. Если нарушения будут продолжаться, то домашний арест продолжится до конца завтрашнего дня для всего отряда. Кроме того, все люди из комнаты, в которой орала колонка, пишут объяснительные.
Мы лежали, затаив дыхание.

Лина испуганно прошептала:
— Всё... Это потому что корова была слишком громкая?

— Нет, — еле слышно ответила Наташа. — Думаю, добил павлин...

Я снова уткнулась лицом в подушку.

- Девочки, я не хочу писать объяснительную. Меня мама убьёт, если узнает, - Лина занервничала.

- Мы и не должны, это же мальчишки начали, - шепнула я.

В коридоре повисла напряженная тишина.
Совершенно некстати я представила суровую Лену, которая пишет в отчёте директору лагеря:
"В 22:47 шестой отряд организовал несанкционированный зоопарк."

После этого заснуть было уже невозможно. Смех накатывал новой волной каждый раз, стоило кому-нибудь тихонько прошептать:
— Му-у...

И вся комната снова начинала беззвучно трястись от хохота.