Тигриные Когти, Оленьи Глазки

Возвращение на Родину оказалось для Тэхёна совсем не таким, как он ожидал. Друзья, естественно, встретили семейство Ким ещё в аэропорту, и, как всегда, самым первым к нему подошёл Чимин, нежно обнял и даже поцеловал в щёчку, из-за чего Хосок опять заскрипел зубами: эти двое, оказавшись разного пола, умудрились остаться друзьями, вот только Пак стал именно тем, кого их Тэ-Тэ выбрал для проведения своих течек. И раз в три месяца Чимин стабильно летал в Китай на неделю, чтобы помочь другу, оказавшемуся в сложной ситуации. Это привело к некоторому напряжению внутри их группы, но, в принципе, не особо помешало остаться тесной компанией. Сразу после Чимина, как ни странно, Тэхёна обнял Чивон и даже задержал его в своих руках, что заставило юного омегу сильно покраснеть: они никогда не были близки с Чивоном, чего это он?

Хосок тоже долго прижимал к себе Тэхёна, и это было смущающе и смешно, потому что Тэхён так и не смог заставить себя думать об этом альфе как о возможном будущем супруге, хотя родители иногда намекали на это вполне определённо. Долго обниматься им не пришлось, потому что понабежали его кузены и затискали-зацеловали его, буквально растягивая каждый на себя. Тэхён хохотал и говорил, что Джин по силе объятий нисколько не уступает Джуну! Не ошиблись ли родители, приписав его к омегам? Теперь Джин покраснел и немного отступил, чуть исподлобья наблюдая за тем, как Намджун продолжает лобызать их кузена.

А вот с Юнги у Тэхёна отношения испортились, хотя перед тем, как предложить Чимину стать своим альфой на время течек, Тэ поговорил с влюблённым в него Мином и поинтересовался — не будет ли он против? Юнги долго сопел и молчал, но потом спросил:

— Почему ты не предлагаешь это мне?

Тэхён смущённо ответил:

— Юнги, но ты ведь... не по омегам. Я не могу заставлять тебя проходить через самое трудное для любой пары время, ведь это может ещё сильнее отвратить тебя от меня, потому что я — омега. А я не хочу терять твою дружбу.

— А если Чимин привяжется к тебе? Ты рассматриваешь его, как своего будущего мужа?

— Нет, — опять смущается Тэхён. — Я до сих пор не могу поверить, что он оказался альфой! Но и он ко мне относится безо всякой романтики, так что я буду спокоен в этом отношении.

— А я — нет, — признался тогда Мин. — Понимаешь ли, секс по дружбе частенько превращается в секс по привычке, а потом вы становитесь зависимы друг от друга. Нет, Тэ, я не могу смириться с тем, что кто-то будет юзать моего любимого человека, и в итоге это, возможно, приведёт к тому, что я никогда не смогу его добиться.

Они тогда перебрали всех знакомых альф, но в итоге пришли к общему выводу, что Чимин в этой ситуации — лучшее, что можно представить! Хотя Юнги возражал и возмущался, но в итоге сказал:

— В принципе, я тут вообще посторонний человек, решать придётся Чимину, а не мне, так что... Просто помни: если вы решите, что у вас появились чувства, ты должен будешь предупредить меня, хорошо?

На том они и порешили, но звонить Тэхёну Юнги почти перестал, потому что все их разговоры в итоге сводились к Чимину, который даже не подозревал, какие страсти кипят у него за спиной.

Их приезд отметили славной вечеринкой, после которой Тэхён долго не мог заснуть, понимая, что в его жизни происходят очень крупные изменения, и ему придётся мобилизовать все свои силы и навыки адаптации, чтобы без особых потерь пережить всё это. Отец специально нанимал для него психолога, который почти месяц прокачивал его, проходя с ним курс по быстрому реагированию в стрессовых ситуациях. И теперь Тэ припоминал все методы и приёмы, уверенный, что в самый ответственный момент он обязательно всё забудет и поведёт себя, как кошка, которой наступили на хвост! Но, как говорится, проблемы нужно решать по мере их поступления, а не придумывать их себе заранее.

С первых же дней отец взялся за бизнес и принялся сводить Тэхёна с партнёрами, которые должны будут смириться с тем, что омега представляет фамилию Ким. В прошлом году юный господин Ким уже прошёл через это, сумев доказать почти десятку альф старше и опытнее себя, что контракт, на который они поставили, в быстрой перспективе действительно даст минимальную прибыль, но потом роста не будет, только спад, и продать этот проект будет невозможно, как только он начнёт скатываться. Ему пришлось поднимать архивные документы, потому что без подтверждения никто не желал проводить дополнительные исследования. В конце концов, оказалось, что именно это нежелание немного посуетиться едва не привело к катастрофе, поэтому вот уже почти год юный господин Ким официально занимает в фирме отца должность, хотя, конечно, такого ещё не было ни разу: ни образования, ни диплома, что вначале привело к большому недоумению, а потом и недовольству многих сотрудников, годами добивающихся подобной должности.

Не обошлось без инцидентов, стычек и простых манипуляций с документами, которые должны были «поставить на место этого выскочку Кима!» Однако Тэхён с упорством короеда просматривал каждую буковку попавшего к нему в руки документа и буквально через полгода мог, прочитав договор по диагонали, найти ошибку. Ближе к концу года многие коллеги, наконец, стали называть его за глаза «юный господин Ким», принимая во внимание, что он действительно старался не просто ради своего места, но и чтобы процветала фирма, а значит, и все, кто имеет к ней хоть какое-то отношение.

И когда они уезжали, руководство фирмы устроило вечеринку в честь их возвращения на Родину, на которой многие работники их филиала пришли лично попрощаться с ним, поблагодарить за сотрудничество и подарить юному господину Киму какую-то памятную безделушку, после чего Тэхёну пришлось оставшиеся до отлёта три дня бегать по магазинам и лично подбирать каждому какой-то ответный подарок.

Прямо сейчас у Тэхёна образовалось сразу несколько проблем, которые пришлось решать срочно. Он записал их в свой блокнот так:

«1). Документы в новый ВУЗ из прежнего так и не пришли, поэтому нужно попросить у Чимина лекции, которые придётся из-за этого пропустить. А между делом разобраться, чего они там тянут?

2). На Родине омег считают ещё более никчёмными, чем в Китае, а это значит, что снова придётся доказывать каждому альфе, хоть на день старше, что и омеги умеют думать и вполне способны занимать такие же должности, как и альфы!

3). Приходится признавать, что гардероб полностью не соответствует местным трендам! Конечно, можно на это забить, но не стоит сбрасывать со счетов принятое в обществе: встречают по одёжке, а уж только потом интересуются твоими навыками».

Решив начать разбираться с вопросами по важности, он снова и снова бомбил почту секретариата, звонил и лично требовал проконтролировать и отправить ему отчёт о том, что его документы собраны и отправлены в Корею в указанный ВУЗ. Затем в который раз пересмотрел последние сделки их фирмы и выписал для себя важные моменты, чтобы не растеряться в случае разговоров с «серьёзными дядями». А ещё старался запомнить множество имён, которые перекликались между собой, создавая в его голове кучу-малу из отдельных слогов! Перебрав свой гардероб, он решил, что не будет менять свой стиль ради сиюминутных веяний, потому что они с Сяо так долго подбирали вещи, чтобы не просто выглядеть стильно, но стать для кого-то примером для подражания, при этом не сливая каждый сезон тысячи долларов на шмотки, которые потеряют актуальность через пару недель.

Ибо, Чжань и Бинь тоже прибыли, уже поселились в студгородке и даже приступили к учёбе, а Тэхёну, так и не допущенному до занятий, оставалось только молча слушать их мнение о преподавании в этом ВУЗе по вечерам, а также принимать наставления, к чему ему нужно быть готовым, стоит переступить за проходную института. Сяо Чжань то и дело возмущался:

— Такие снобы! Я же вполне прилично говорю на корейском! Так почему они постоянно меня поправляют?

— Это у них в правилах, Чжань, — успокаивал раз за разом друга Бинь. — Они уверены, что таким образом помогают тебе, при этом — бесплатно, цени это!

Однако Чжань и не думал переставать возмущаться, пока Ибо не говорил на полном серьёзе:

— Я порву любого, только скажи, — и Сяо смущённо опускал голову и, наконец, умолкал.

Они перестали быть парой почти год назад, разорвав помолвку, поссорившись с родителями, почти лишившись благословения всех предков! Однако Ван решил дать любимому такую желаемую свободу, и с тех пор легкомысленный Чжань успел повстречаться с десятком альф, оказавшимися «придурками и скотами, у которых одна цель — залезть в штаны омеге!» Тэхён замечал, что все разговоры про альф своего бывшего Ибо воспринимает так, словно у него всякий раз начинают болеть зубы, не иначе! Однако вскоре Тэ понял, что, несмотря на их расставание, Ван продолжает хранить верность Сяо, хотя тот ведёт себя, как последний засранец! Иногда даже сам Тэхён хотел надавать пинков по тощей заднице Чжаня, но вмешиваться в дела друзей боялся: они так решили вместе, мнение третьего их вряд ли волнует. Юй Бинь, не умеющий скрывать свои эмоции, иногда не выдерживал и призывал Ибо прямо на глазах Сяо сходить на двойное свидание, чтобы выкинуть из головы «всяких лишних неблагодарных», однако Ван отказывался, глядя в сторону от Чжаня.

Теперь, не успели китайцы приехать в страну, как к Чжаню сразу стали клеиться альфы, и омега говорил всем направо и налево: мол у него нет серьезных отношений, умалчивая, что вечерами ему звонят десятки парней из прежнего института, которым он пообещал никогда не забывать про них! На всё это Тэхён смотрел хмуро, лишь иногда, покуривая, как когда-то, одну сигарету на двоих, он спрашивал:

— Ты всё ещё не убедился, что лучше Вана тебе никого не найти?

— Нет! — упрямился Сяо, потирая губы. — Хотя, смею заметить, что целуется Ибо куда лучше, чем все остальные! Да и во время течек я всегда спокоен и уверен, что для меня будет сделано всё необходимое. Но, Тэ, я хочу чего-то яркого, дерзкого, на грани боли, а с Ваном всё так предсказуемо...

Тэхён мотал головой в своей обычной манере и бубнил, что Сяо ещё поймёт, какое сокровище он готов передать в лапы любому более или менее разумному омеге, да будет поздно, потому что Ван, как настоящий лев, будет любить, ценить и уважать только того, кого считает своим. А если он найдёт себе другого омегу, то Чжань останется с носом и погрызенными локтями!

Дни у Тэхёна были заняты тем, что он старательно изучал и запоминал, какие филиалы фирмы отца за что отвечают, как зовут тех, с кем ему придётся работать в непосредственной близости, начиная с директоров и заканчивая шофёром. Кому и как нужно выражать своё почтение, чтобы не навредить своей репутации? Столько условностей, которые другие впитывают с молоком папы, отвалились от него за годы пребывания за границей, и теперь ему приходится всему учиться заново! Наконец, оценив его старания, отец сказал ему:

— Не переживай из-за того, что не всех сразу сможешь запомнить. Я прикреплю к тебе одного из ведущих менеджеров. К тому же, ты будешь работать в непосредственном подчинении у Чивона, и Чимин будет рядом. Не пропадёшь, в общем. Помни только, что тут общество ещё более консервативное, и все твои заслуги перед фирмой в Китае ничего не стоят. Но я в тебе уверен, поэтому уже сейчас могу смело заявить, что и месяца не пройдёт, как тобой очаруется каждый директор.

Уже на другой день Тэ познакомился со своим наставником и пришёл в ужас от того, что им оказался очень молодой, красивый и до невозможности высокомерный альфа! Чон Чонгук привнёс в его спокойную жизнь некую долю неуверенности в себе, чего Тэхён просто ненавидел! Этот альфа выглядел, словно только что сошёл с обложки модного журнала для деловых людей, вёл себя, будто находится на приёме у королевы Великобритании, совершенно не имел чувства юмора, и все шутки Тэхёна воспринял с холодной учтивостью.

Не привыкший к подобному отношению, юный господин Ким почти замкнулся в себе, мечтая, чтобы отец опомнился и прислал ему в помощники пожилого омегу. Однако, после разговора на эту тему со старшим господином Кимом, Тэхёну пришлось смириться с тем, что именно этот противный альфа теперь будет контролировать каждое его движение и слово, молча указывая на какие-то недочёты прилюдно и, как щеглёнка, отчитывая, когда они будут оставаться наедине в их общем кабинете, потому что этот чёртов Чон Чонгук умудрился самостоятельно, без посторонних протекций, подняться от мелкого служки до менеджера высшего звена всего за несколько лет, а отец Тэхёна таких людей очень ценил, всячески им помогал и поддерживал, желая, чтобы и его сын брал с них пример.

Сегодня, наконец, пришли документы из его прежнего ВУЗа, а вместе с ним и приглашение-пропуск, которое Тэхён распечатал и вложил в файл. Затем он принял душ, подкрасился, надел серые брюки и тёмно-зелёный свитшот, намереваясь сразу проявить неуважение к тем, кто считает тренды — основой своего существования! Небрежно собрал свои отросшие у корней осветлённые волосы в низкий хвост, надел крупные серьги, несколько браслетов и помчался в институт, оповещая своих друзей в общем чате, что он скоро к ним присоединится! Однако у входа к институту его никто не встретил, потому что шла пара. Зато он едва не врезался в занятную парочку: омега перед самой проходной целовал альфу так, что Тэхён отвернулся, всерьез опасаясь, что после такого поцелуя увидит лицо парня, на котором не будет губ и половины кожи с его нижней части! Но стоило альфе повернуться, как Тэ просто замер, потому что свои распухшие губы облизывал ни кто иной, как Чон Чонгук!

Тэхёна задержали на проходной, рассматривая его пропуск-приглашение и сверяя со списками, поэтому Чон вскоре оказался позади него, и омеге пришлось проявлять вежливость:

— Господин Чон, доброго Вам дня! Вы тут какими судьбами?

— Теми же, какими и Вы, господин Ким — учусь я тут. Правда, на последнем курсе, в отличие от Вас.

Не сказать, что было редкостью, когда студенты подрабатывали в фирме, но точно не старшими менеджерами! Поэтому Тэхён ещё раз бросил взгляд на Чона и понял, что его так напрягло. В офисе этот альфа носил строгие костюмы и всё время хмурился или строил из себя ледышку. Тут же был обычный парень чуть за двадцать, который, кажется, с огромным удовольствием спешил на занятия, радостно приветствуя знакомых студентов, опаздывающих на пары. И смотрелся тут Чон очень гармонично. Проходя мимо спортивной площадки, альфа ловко подхватил с травы мяч и запросто забросил его в кольцо! Ну, блин, это точно — его куратор из фирмы отца?

Наконец, Тэ дошёл до своего корпуса, и Чон исчез из его поля зрения. Войдя в аудиторию, Тэхён сразу заметил машущего ему Сяо, который сидел в окружении каких-то альф, а в другом ряду расположились их друзья, теперь очень настороженно смотрящие на Тэхёна. И что ему делать? Тэ смущённо прошёл на полупустой первый ряд и сел напротив профессора, который строго следил за его перемещениями. Преподаватель поинтересовался:

— Вы — наш новенький из переведённых, Ким Тэхён?

Тэ смущённо кивнул и достал планшет, всем своим видом показывая, что готов приступить к занятиям незамедлительно! При этом он старался не зевать, не прислушиваться к шёпоту за спиной, не обращать внимание на хихиканье Чжаня. Профессор так нудно бубнил свой материал, что, хоть он того и не хотел, но его слух уловил несколько восхищённых возгласов: «Ким Тэхён, оказывается, и вправду красив, Пак не врал!» «Этот Ким вполне может переплюнуть того, вы так не думаете?» «Интересно, его примут наши «красавчики» или ему придётся сколачивать собственную банду?»

После пар Тэхёна окружили друзья и вынесли шумной волной в коридор. Ван, Юй, Сяо и Пак наперебой поздравляли его с восстановлением, после чего Чимин сказал:

— Тэ, не отходи от меня некоторое время, потому что сегодняшним своим несвоевременным появлением ты привлёк слишком много внимания.

Тэхён, рассмеявшись, ткнулся другу лбом в плечо, а рука Чимина по-хозяйски прижала его к себе за талию. Юй Бинь насупился, но Чимин обосновал своё поведение:

— Я тут второй год себе репутацию набиваю, можно сказать, каждый лично знаком с моими кулаками, а ты только приехал, пока никого не знаешь. Лучше Чжаню скажи, как близкий друг, что трое из тех, с кем он сейчас мутит, просто хотят трахнуть иностранного омегу!

— Эй, я тут! — возмущённо помахал перед лицом Пака Чжань. — Если ты не заметил, я за ними не бегал, они сами...

— Но и ничего не сделал, чтобы они отстали! Наоборот, каждому говоришь, что у него есть шанс завоевать тебя, — возмущается уже Бинь.

— Но ведь так оно и есть, — соблазнительно улыбается Сяо, оглаживая себя руками от шеи и до стройных бёдер. — Шансы есть у всех, но не каждый меня получит. Честно говоря, — вдруг серьёзно заявляет Чжань, — тут парни более настойчивые, что ли. Мне уже по вечерам не только наши названивают, но и местные альфы. И что с этим делать? Значит, Пак, говоришь, трое из них меня не достойны? А остальные? На них можно положиться?

Чимин только глаза закатил, но в этот момент к ним подбежали Мин, Чон и Кимы, чтобы снова затискать-заласкать своего Тэ-Тэ, который сегодня такой красивый и милый, что просто никаких сил нет на него смотреть и не трогать! Юнги снова, как когда-то в детстве, обнял Чимина и Тэхёна и взлохматил им волосы. Чимин резко отстранился, отпустив, наконец, Тэхёна, и только Тэ заметил, как лёгкая улыбка коснулась губ Мина. Всё-таки он ревнует! Как и Хосок, который схватил Тэ за руки и рассматривал его лицо, словно не только вчера видел!

Краем глаза Тэхён заметил, что мимо них проходят студенты, с интересом поглядывая на их разношёрстную компашку: Ван весь в чёрном и блестящем, Юнги — просто в чёрном, Бинь — в сером, а Чимин в светло-бежевом. Чжань, гоняясь за модой, нацепил брюки цвета какао с молоком и сиреневый свитер, который выгодно подчёркивал его фигурку. На Хосоке были чёрные джинсы и джемпер с геометрическим принтом. Зато братья Кимы, совершенно не похожие между собой, выглядели, как парочка, потому что оба были одеты в обычные джинсы и чёрные водолазки. Сказать по правде, они и вели себя, как парочка: стояли бок о бок, но никак не взаимодействовали, даже взглядами, при этом почти всё делали синхронно — улыбались, говорили, поворачивали головы от одного друга к другому! Их местные друзья к такому привыкли в последнее время, а вот вновь прибывших это немного смущало.

Наконец Хосок отпустил Тэхёна, и тот внимательнее посмотрел на тех, кто проявил к нему свой интерес, потому что заметил, как стайка омег несколько раз продефилировала мимо их компании. Джин, глядя в глаза одному из омег, сказал:

— Братишка, если возникнут сложности — не стесняйся, обращайся.

— Хорошо, — хихикнул Тэхён. — Если хочешь помочь моим обидчикам вызвать «скорую», то будь на связи.

Как любой уважающий себя омега, выросший в Китае, Тэхён вместе с друзьями посещал спортивные секции по боевым единоборствам и, если не постоять за себя, то выиграть время, пока подоспеет подмога, вполне мог. Поэтому он с особым вызовом посмотрел на заинтересовавшегося им омегу, и тот опустил глаза. Пак Чимин решил пояснить, что тут происходит:

— Это — Чо. До появления в этом институте Джина он считался самым красивым омегой. Но наш Сокджин побил все рекорды по популярности и стал, можно сказать, личным соперником этого самого Чо. К тому же он тут не учится, а старается найти мужа, поэтому из раза в раз переносит свои сессии и сдаёт их, как придётся. Его отец — один из самых богатых людей страны, но и он никак не может заставить сыночка учиться! Так и получилось, когда Джин пришёл в институт, Чо второй год сидел на первом курсе. И теперь, когда Джин уже перешёл на четвёртый курс, Чо всё ещё на втором, то есть, с нами. Не повезло тебе, Тэхён — ты сразу привлёк внимание Хона, которого Чо «окучивает» с прошлого года! И теперь будь готов к тому, что за тобой начнёт бегать Хон, для которого омеги — цель в жизни, а Чо примется тебя от него отгонять, провоцируя на скандалы.

— Я справлюсь, — самоуверенно говорит Тэхён.

— Мы справимся, — смеётся Чжань, обнимая друга сзади. — Не переживайте, наш Тэ-Тэ, всё-таки тигр, а не какой-нибудь тюлень!

Время перерыва прошло, и ребята двинулись по своим аудиториям, а Тэхён и его одногруппники помчались переодеваться, потому что следующей парой у них была физкультура. Преподаватель быстро проверил Тэхёна на физическую подготовку, заставив его отжаться, подтянуться, попрыгать на скакалке, удовлетворённо кивнул, и занятия начались. После разминки оказалось, что сегодня им решили устроить эстафету. Тэхён стоял третьим, и разминался, готовясь показать всю свою прыть. Рядом с ним на другой дорожке стоял тот самый Чо, и Киму показалось, что тот недобро поглядывает на него. Понимая, что от этого омеги можно ждать любой подлости, Тэхён внимательно посмотрел на Чимина, и тот насторожился. Что ж, один из друзей понимает, что нужно делать. Бинь, как всегда, смотрел на Тэ восторженными глазами, потому что на омеге сегодня были обтягивающие лосины и, хоть и широкая футболка, но с таким глубоким вырезом, что было видно ключицы.

Наконец, первые сорвались с места, неся перед собой палочки, которые и должны были хватать следующие бегуны. Вторые приняли эстафету и уже неслись им навстречу. Тэхён не знал того омегу, у которого ему придётся принять палочку, но со всем вниманием смотрел на приближающегося. Мимолётный взгляд на соседа заставил Тэхёна напрячься ещё сильнее, а Пак даже встал, чтобы увидеть, что именно так взволновало его друга.

Всё случилось в доли секунды: Тэхён стоял с вытянутой рукой в позе готового сорваться на бег человека. Однако подбежавший не просто передал ему эстафету, а при этом с такой силой впихнул ему палку в руки, что Тэ потерял равновесие, а Чо, разворачиваясь, с силой ударил его в спину! Естественно, Тэхён должен был неизбежно упасть, но он не зря полжизни провёл в окружении детей, которые впоследствии стали альфами! Тэ резко выставил руки вперёд, а на дорожку приземлился в образе молодого тигра, который тотчас развернулся так, что тот, кто его ударил, перелетел через него и довольно неуклюже приземлился на ладони и лицо! Хвостом Тэхён подбил того, кто прибежал к нему, а головой толкнул второго соседа, который ещё не дождался своего бегуна, из-за чего соревнования оказались сорванными. Куча-мала из трёх студентов и одного тигра была настолько живописной, что все какое-то время внимательно следили за тем, как Тэ, кувыркаясь в образе зверя, раскидывал тех, кто помешал ему проявить себя!

Чимин сорвался с места и помчался в раздевалку, чтобы принести оттуда рюкзак Тэ: никто не пустит омегу в корпус в таком виде, а став человеком, Тэхён окажется совершенно голым! Вернувшись, Пак застал такую картину: три омеги, хныча и стеная, стояли около преподавателя, показывая свои ушибы и ранения, а Тэхён мирно лежал на травке и вылизывался, как обычный кот, проходя розовым шершавым языком вначале по лапе, а затем оглаживая себя ей по голове. Подойдя к другу, Чимин спросил:

— Мы можем отлучиться, чтобы Ким оделся?

Преподаватель злобно смотрел на зверя. Этот новенький нарушил правило их института в первый же день, поэтому он грозно сказал:

— Ким будет наказан. Пусть переодевается и идёт домой — он отстранён от занятий на три дня!

— За что? — спокойно поинтересовался Чимин. — Его сбили, у Тэ просто отлично развиты инстинкты, а то, что его зверь такой крупный — не его вина. К тому же, господин преподаватель, неужели Вы всерьез считаете, что виноват только Ким? Только я один заметил, что эти двое сделали всё, чтобы на их месте оказался Тэхён? Я думаю, что остальные студенты подтвердят — не он виноват изначально!

За спиной Пака уже стояли Ван, Юй и Сяо, кивая и всем видом показывая, что, в случае чего, подпишутся под каждым словом Чимина! Наконец, преподаватель недовольно сказал:

— Хорошо, пусть переодевается и идет на занятия. Других я наказывать не буду, потому что они уже пострадали.

Тигр довольно громко фыркнул, словно выражая недовольство решением преподавателя. Затем поднялся и довольно грациозно прогнулся в спине, выставляя передние лапы перед собой. Рыкнул, помотал головой и пошёл к небольшому сарайчику в конце поля, в котором дворники хранили свой инвентарь. Уже подходя к этому небольшому строению, он увидел, что около этого сарая стоит Чон Чонгук и внимательно смотрит на него и Чимина, который в данный момент выговаривал Тэхёну:

— Будь сдержаннее, Тэ. В следующий раз наша отмазка может не сработать. К тому же тут не принято хвастаться своими зверями, а ты преподу в лицо ткнул, что лось тигру не товарищ!

Тигр рыкнул, словно подавился смехом! Чонгук от этого звука слегка напрягся, отошёл в сторону, а когда Тэ вышел из сарайчика, полностью одетый, старшего менеджера уже и след простыл! Тэхён расстроенно посмотрел на Чимина:

— Ты почему мои вещи не собрал?

— Так они же порвались, — смутился Пак, вдруг понимая, что Тэ волнуется не зря.

Вернувшись на площадку, Тэхён быстро собрал ошмётки своей спортивной формы, а потом, усмехнувшись, сказал в толпу:

— Ну, оставь себе мои трусы, у меня в них недостатка нет.

Кто-то хихикнул, но никто, естественно, не признался. После занятий Тэхён поехал в офис, где его уже ждал отец, заваленный бумагами стол и чем-то сильно недовольный Чон Чонгук. Стоило за отцом закрыться двери, как Тэхён поинтересовался:

— Господин Чон, Вас что-то расстроило?

— Да, господин Ким. Но Вас это не касается.

— Тогда будьте любезны, не смотрите на меня так, словно я съел Ваши любимые печеньки! Смотрите так на того, кто реально виноват в Вашем плохом настроении. Например, на того омегу, который утром чуть не отгрыз Вам губы, — хихикнул Тэхён, прикрываясь папкой с какими-то отчётами, которые ему нужно было проверить, а Чону — перепроверить потом за ним!

Чонгук очень злобно посмотрел на Тэхёна и спросил:

— А у тебя так принято, что вещи тебе после обращения приносит альфа?

Тэхён с удивлением посмотрел на Чона и сказал:

— Пак — мой самый близкий друг и альфа для течек, поэтому кому, как не ему приносить мне одежду? А почему это Вас так волнует?

— Меня? — поразился Чонгук. — Хотя, да, волнует. Я работаю на твоего отца, а репутация сына моего начальника не может меня не волновать, поэтому...

— Вы говорите фигню, господин Чон, — усмехается Тэхён. — Мне не шестнадцать лет, я уже взрослый, и отец прекрасно знает про нас с Чимином, потому что это именно ему приходилось оплачивать его перелёты ко мне. Но если это не волнует его, то не переживайте и Вы, прошу Вас.

Чонгук ещё немного похмурился, но вскоре работа так сильно его увлекла, что морщинка между бровей исчезла. Однако когда он нашёл какую-то ошибку, то принялся ворчать:

— Конечно, юный господин Ким, зачем проверять данные, когда можно просто пробежаться глазами по диагонали и сделать вид, что всё в порядке? Я просто в восторге от того, насколько безответственно можно относиться к работе, не считая того, что про репутацию фирмы тут, похоже, вообще никто не думает!

Тэхён злобно посмотрел на альфу:

— Я, кажется, уже всё объяснил, так что у Вас опять за проблемы, господин Чон?

— У меня — никаких! Я нашёл ошибку в отчёте, вот и возмущаюсь. А что подумали Вы, господин Ким? Мне кажется, что эту ошибку просто невозможно не заметить!

Тэхён подошёл к своему куратору и внимательно посмотрел в бумаги, наклонившись над его плечом. Ткнул пальцем в документ, спросил:

— Вы про это? Так это не ошибка! — уверенно говорит омега и бежит к своему столу, выискивает среди вороха бумаг нужные и снова бежит к Чону, раскладывает и говорит: — Я запросил новые сведения, поэтому...

В этот момент дверь в кабинет открылась, и на пороге показался Чивон собственной персоной. Он редко улыбается, но сейчас, глядя на двоих, которые слишком близко придвинулись друг к другу, нахмурился и спросил:

— Тэхён, ты почему стоишь около Чона?

Тэ удивлённо посмотрел на своего начальника и сказал:

— Я просто показываю ему, на каком основании не исправил ошибку...

— Это он должен к тебе подходить, Тэ! — резко прервал Пак Тэхёна. — Он — подчинённый твоего отца и... травоядный! — последнее слово Чивон презрительно выплюнул, словно обвиняя парня в гнусном преступлении.

Тэхён с удивлением посмотрел на друга и чуть надменно произнёс:

— Чивон, перестань. Ты прекрасно знаешь, что для меня нет разницы — хищник у человека зверь или травоядный. И вообще, ты в каком веке живёшь? Пора уже принять тот факт, что ничто не мешает им жить в городе, как и нам.

— Ну, конечно, как я мог забыть? — деланно рассмеялся Пак. — Ты же дружишь с зайцем!

— Что ты имеешь против Сяо? — тут же нахмурился Тэхён. Затем, опомнившись, твёрдо сказал: — Что у тебя за дело, Чивон? Ты же не просто так оставил свой кабинет и пришёл к какому-то стажёру?

Чивон недовольно передёрнул плечами, посмотрел на Чона, потом вымученно улыбнулся и сказал:

— Тэ, хочу пригласить тебя сегодня после работы в какое-нибудь кафе.

— Отлично, — загорается идеей Тэхён. — Я проставлюсь за новую работу и первый день в новом ВУЗе! Сейчас приглашу остальных!

— Тэ, — простонал Чивон, но омега уже отправил сообщение в общий чат.

— Вы тоже приходите, господин Чон! — вдруг совершенно неожиданно для всех приглашает Ким и Чонгука. — Нам ещё долго работать вместе, стоит познакомиться поближе. Можете пригласить и Вашего омегу, только пусть он Вас при всех не целует, а то это выглядит так, как будто он — людоед, — уже вовсю хохочет омега, увидев недовольный взгляд Чонгука.

***

После работы их шумная компания оккупировала небольшое кафе, где местные парни неоднократно праздновали свои небольшие победы, и довольно приятно проводили время, потому что, наконец, они собрались все вместе и в ближайшее время разбегаться не собирались. Совершенно неожиданно для всех к ним вдруг присоединился Чонгук, который сейчас был одет, как обычный студент. Чивон с возмущением посмотрел на него, но Тэхён, строго бросив на него недовольный взгляд, поднялся, поклонился своему коллеге и пригласил сесть рядом с ним, подвинув Сяо поближе к Вану, а тот резко пересадил своего бывшего на самый край дивана, подальше от постороннего альфы. Чонгук как-то сразу влился в разговор друзей, поддержав их мнение про странности, наблюдаемые ими в институте.

Между тем Тэ заметил, что Чон пил только пиво, но при этом спокойно разливая остальным всё, что они предпочитали. Тэхён не знал предпочтений друзей, потому что обычно они встречались в их доме в Китае, где не было принято «спаивать молодёжь», но теперь внезапно понял — его местные друзья знакомы со спиртным давно и серьёзно, в отличие от них, потому что Юнги и Хосок наперебой пьют виски, Джин и Джун — вино, Чивон налегал на водку. Они с Чимином и Сяо осторожно пробовали соджу, а Бинь и Ибо поддерживали Чонгука.

Вскоре разговоры стали менее сдержанными, взгляды — долгими, а руки смелыми, потому что Юнги совершенно неожиданно приобнял Чимина и ни в какую не желал его отпускать. Джин положил голову на плечо Джуну, и тот кормил его, деля каждый кусочек и лучший отдавая братишке. Ибо буквально вдавил Чжаня в каретку дивана и что-то говорил ему в ухо, уткнувшись лбом в висок, а Бинь, Хосок и Чивон со злостью смотрели на Чонгука, который, не обращая ни на кого внимания, весело болтал с Тэхёном:

— В институте надолго запомнят эту историю, Тэ! Ты умудрился поставить на место самого Чо! Когда-то мы вместе учились и, что греха таить, я тоже какое-то время был у него под прицелом, хотя в те дни был довольно глупым и неуклюжим. Но потом он узнал о моём положении, и моя ценность резко упала в его глазах.

— А какое у тебя положение? — улыбаясь, поинтересовался Тэ.

— Моя семья очень небогатая, поэтому я — не особо привлекательная добыча для таких, как Чо, — спокойно ответил Чонгук.

— Но он же сам очень богат! — возмутился Сяо, выглядывая из-за Вана.

— А я — нет, — равнодушно парировал Чон. — К тому же, его семья — сплошь хищники, и не мне с моими мирными замашками лезть в подобное семейство!

Тэхён вдруг притих, понимая, что всё, только что сказанное про Чо, можно подумать и про него. Но он не хочет думать об этом, потому что прямо сейчас его душа наполнена счастьем, наверное от выпитого. И близости друзей. И ощущения тепла бедра Чонгука, которое немного напрягается всякий раз, когда альфа тянется за чем-то на столе.

Вскоре все по очереди начали уходить из-за стола, потому что выпитое требовало выход. Тэхён тоже встал и хотел позвать с собой кого-нибудь из омег, но увидел, что Чжань нежно гладит лицо Ибо, который так и не отстранился от омеги, и стоит им немного повернуться, как губы обязательно встретятся и случится поцелуй! Джин и Джун топтались в уголке, уже примерно полчаса танцуя, и не спешили возвращаться к столу. Даже Чимин куда-то исчез! Тэхён пожал плечами, покачал головой в своей особой манере, оповестил всех, что «ему надо срочно и сильно» и пошёл в сторону туалетов.

Сделав свои дела и помыв руки, Тэхён вышел и заметил, что по коридору неуверенно двигается недовольный Пак Чивон. Не желая встречаться с ним, Тэ отступил за дверь и шмыгнул за широкую и длинную портьеру. И едва не закричал! Потому что оказался в объятиях Чимина, которого в свою очередь обнимал Юнги. Оба альфы выглядели взъерошено и виновато. Чимин тут же накрыл губы Тэхёна своими, втягивая его в водоворот собственных чувств. Однако Тэ, нежно ответив ему, слегка отстранился и прижал палец к губам. Выглянул из-за занавеси и увидел, что Чивон стоит напротив двери туалета для омег и явно кого-то ждёт. Сложив два плюс один и получив восемь, Тэхён показал жестами друзьям, что им с Чимином нужно выйти прямо сейчас вместе, а Юнги стоит задержаться. Покусал губы и вышел, таща за собой Чимина.

Заметив их, Чивон злобно скрипнул зубами и спросил:

— Вы что, вместе?

— А это разве было секретом? — поражённо вытаращил глаза Тэхён.

— Все думают, что вы просто... Ну...

— Трахаемся, когда у меня течка? Так и есть, — кивает Тэ, прижимаясь к плечу Чимина головой. — Но иногда я человек, даже когда у меня нет течки.

Краем глаза Тэхён замечает, как за спиной Чивона развернулся и пошёл к выходу Чон Чонгук. Вернувшись с друзьями к столу, притащив Джина и Джуна, они, однако, так и не дождались Чона, а когда стали расплачиваться, официанты сказали им, что всё уже оплачено господином, который ушёл раньше. Тэхён ехал домой и судорожно соображал: что-то рассердило Чонгука! А ещё были Юнги и Чимин, которые однозначно целовались и неприлично обнимались в тот момент, когда он залез к ним под штору! Но был ещё один момент, сильно смущавший Тэ: Джин и Джун, напившись, бросали друг на друга совсем не братские взгляды... И если однополую любовь Тэ воспринимал спокойно, то инцест в его мире никак не укладывался в норму.

***

Утром Тэхён проснулся с намерением выяснить всё, что можно, чтобы не ломать голову и ничего не придумывать. Поэтому после первой же пары он схватил Чимина и утащил его подальше от остальных, требуя:

— Нам нужно срочно посекретничать!

Все понятливо кивнули и оставили ребят в покое. Тэхён затолкал друга в какую-то подсобку и спросил:

— Что у вас с Мином?

— Не знаю, — смущённо ответил Чимин, покраснев и опустив глаза. — Я вчера сам едва дышал, когда ты нас нашёл. Он так неожиданно после туалета затолкал меня туда и поцеловал. Ты, можно сказать, спас меня...

— Тебе не понравилось? — продолжает строго допрашивать друга Тэ.

— Понравилось... — ещё сильнее краснеет Чимин. — Только ты никому не говори, пожалуйста. Наверное, Юнги был очень пьян и перепутал меня с кем-то, может, даже с тобой?

Тэхён не знает, что ему на это ответить. Он-то уже обрадовался, что Мин во всём признался Чимину, и тот разрешил себя поцеловать, но, получается, это произошло почти насильно? Тэ недовольно хмурится и говорит:

— Я скажу Юнги, чтобы он держал себя в руках или не пил, если не умеет!

— Не... Не надо, Тэ, — зачёсывает волосы назад Пак. — Я... Мне нравится Мин. Ты не подумай, я не такой, просто я не хочу его обижать, — быстро добавляет он, так и не глядя в лицо друга, поэтому не видит того калейдоскопа чувств, который успел отразиться на его лице: гнев, радость, разочарование, злость.

— Так, Пак Чимин! Сейчас же смотри мне в глаза и честно отвечай: тебе вчера понравилось целоваться с Мином Юнги?

— Тише, Тэ! — испуганно закрывает Чимин ему рот. — Чего ты разорался? А вдруг, кто-то услышит? Давай мы прямо сейчас решим этот вопрос раз и навсегда: мы все вчера были пьяны и возбуждены. Я вчера поцеловался с двумя людьми с одинаковым удовольствием, поэтому я не готов рассуждать прямо сейчас на тему, нравится ли мне целоваться именно с Мином Юнги или под соджу я готов сосаться даже с унитазом? И, пожалуйста, давай эту тему пока закроем. Если будут новости — ты первый об этом узнаешь, хорошо?

— Обещаешь? — снова требует ответа Тэ, и Чимин обречённо кивает.

Юнги в этот день в институте так и не появился, а потом они узнали, что отец отправил его в командировку за границу, и тот взял академический отпуск. Тэхён бросил взгляд на Чимина, который прочитал эту новость в общем чате, сидя рядом с ним на парах. Тот скрипнул зубами, погасил экран и швырнул телефон так, что тот едва не упал на пол. Снова по-своему покачав головой, Тэхён посмотрел в окно.

На работе его ждал сюрприз, неожиданно расстроивший его: вместо Чонгука в его кабинете сидел Чивон — улыбающийся и довольный. Тэхёну его улыбка не понравилась, поэтому он сразу приступил к работе, уверенный, что Чивон не решится сделать ему какую-то гадость, даже если они останутся с ним наедине. Однако вскоре омега почувствовал на своих плечах довольно сильные руки Пака. Альфа осторожно, но всё же довольно больно разминал хрупкие плечи Тэ, и почти в ухо спросил неожиданно:

— Тебе так хорошо, Тэ-Тэ?

— Больно, — признался Тэхён.

— Такой нежный, — шептал ему на ухо Чивон, значительно снизив давление пальцев. — Почему ты так напряжён, Тэ-Тэ? Разве ты не рад работать с другом, а не с каким-то высокомерным плоскозубым снобом?

— Чивон, — недовольно отстранился от Пака Тэхён. — Во-первых, не забывай, что мы тут на работе, а не в массажном салоне. Во-вторых, вчера я поговорил с Чонгуком, и он мне даже понравился, потому что Чон прекрасно понимает, что работа и отдых — это разные вещи! Если ты ненавидишь травоядных, то не надо приписывать этого всем остальным. К примеру, твой родной брат прекрасно относится ко всем! Поэтому, если ты решил, что я против Чона, и из-за этого удалил его от меня, то я требую вернуть Чонгука на место!

Тэхён говорит твёрдо и даже уверенно смотрит на Чивона, но у самого кровь стынет в жилах, когда он видит, какими жадными глазами альфа рыскает по его телу. Встаёт, чтобы хоть немного сравняться с ним в росте, однако его тут же прижимают к стене, заставив неудобно зависнуть над креслом. Тэ держался за подлокотники, потому что ноги, упершись в сиденье, потеряли опору. А Чивон, напротив, очень удобно вбил ему своё колено между ног и опустил его на сиденье, плотнее прижав омегу своим бедром к спинке.

— Что ты делаешь, Чивон? — испуганно заметался глазами Тэхён.

— А на что это похоже, Тэ-Тэ? Ты ведь уже не маленький мальчик, прекрасно понимаешь, что может быть нужно альфе, который так давно знает тебя.

— Нет! — возмущается Тэхён.

— Да, — уверенно говорит Чивон и мокро и дерзко накрывает его рот губами, стараясь прорваться языком внутрь, кусая, принуждая!

Тэхён уверен, что всё это — дурацкий сон, поэтому медлит и медлит в надежде, что вот-вот он проснётся и всё это окажется мороком сознания! Но его губы уже саднит от укусов, руки болят от напряжения, шея затекла. Тогда он решает, что дальше медлить нельзя и, опершись на подлокотники ещё сильнее, он поднимает ногу и бьёт Чивона коленом прямо между ног! Когда тот согнулся от боли, Тэ упёрся ему в плечо ногой и с силой пихнул в сторону стола, об который альфа мощно приложился копчиком и буквально взвыл от двойной боли. Выскочив из-за стола, Тэхён направился к двери, быстро закрыл её на ключ, размял руки, шею, плечи, потом подбежал к Чивону, вытащил его из-за стола и принялся методично отрабатывать на нём полузабытые удары, не оставляющие на теле жертвы видимых повреждений, но, тем не менее, очень травмирующих: удар коленом в висок, от которого сначала в голове вспыхивают мириады звёзд, а потом мир меркнет, теряя краски. Затем он сложил пальцы в кулак-кастет и ударил им Чивону в область мочевого пузыря: пару дней этот урод будет каждые пять минут ссать кровью! Потом с разбегу влетел ему пяткой в подвздошную область, чтобы желудок сжался, и Пака потом пару дней тошнило даже от воды! И последнее, что с удовольствием сделал Тэхён — пнул его под зад так, что он влетел головой в столешницу, разбив нос, губу и подбородок. Только после этого Тэхён бросился к двери, открыл её и закричал:

— Кто-нибудь, помогите! Господину Паку стало плохо, и он упал, ударившись головой об стол! Срочно, «скорую»!

Когда Чивона увозили в больницу, Тэхён бегал рядом, поправляя простынь, придерживая его за руку, требуя от медиков немедленно сообщить, что случилось с его другом, насколько сильно он пострадал и если что-то нужно — пусть сразу звонят ему!

Чивон был в сознании, но глаз не открывал, потому что перед самым приездом «скорой» Тэхён шепнул ему на ухо:

— Запомни, я тебе не слабенький омежка, которого можно просто зажать и трахнуть! Меня надо или добиться, или добить — третьего не дано! И пока что у тебя ни на то, ни на другое, нет ни одного шанса!

После отъезда «скорой» Тэхён пошёл к отцу, чтобы узнать, куда же всё-таки подевался его Чон? Отец оказался на заседании, и Тэ прошёл в его кабинет, сказав секретарю, чтобы тот принёс ему кофе. Работать без куратора Тэхён не имел права, поэтому решил устроить себе микро-каникулы, схватив со стола отца какие-то бумаги и раскачиваясь в кресле, начал их изучать. Со временем он не заметил, как у него на столе появилась чашка с кофе, как отец, усевшись на диван, с удовольствием наблюдал за тем, как он старательно изучает новый контракт, что-то чиркает в блокноте, кивает или отрицательно качает головой.

— Что там такого интересного? — не выдерживает Ёнсун, отвлекая сына от изучения документа.

Тэхён даже вздрагивает! Потом улыбается, встаёт с кресла, кланяется отцу и говорит:

— Я зашёл узнать, куда подевался мой наставник?

— Разве не ты отправил его в больницу? — поражается старший господин Ким.

— Я не про Чивона. Я про господина Чона Чонгука, который ещё вчера прекрасно себя чувствовал, а сегодня вдруг не вышел на работу. Что с ним?

— Он уволился, — мрачно говорит Ёнсун. — Очень неожиданно пришёл и сказал, что ему предложили более выгодное место, и он согласился. Я пытался предложить ему жалованье в три раза больше того, чем ему платили, но он упрямо твердил, что там условия более выгодные. Мне кажется, что деньги там вообще ни при чём, потому что то, что я ему предлагал, не получают даже те, кто на три ступени выше него. Это так странно...

Тэхён задумчиво смотрел мимо отца. Не может же быть такого, что Чон ушёл из фирмы... приревновав Тэ к Чимину? Чушь какая! Он же ясно сказал Чону, что у них с Чимой просто дружба и секс по необходимости! К тому же, какая ему разница, с кем Тэхён проводит свои течки, если у него самого есть омега, умеющий засасывать по пол-лица за раз? Нет, тут что-то другое, и Тэхён обязательно докопается до истины!

***

— Что? — возмущается Джин, с искренним ужасом глядя на Тэхёна. — Тэ, мы — братья. Понимаешь, мы можем себе такое позволить. Мы с детства выросли вместе, лишь по случайности оказавшись разного пола, и нам сложно отвыкнуть от тех привычек, с которыми мы взрослели. Наверное, это со стороны и правда выглядит странно... Обещаю, что с этого момента я сделаю всё, чтобы никто больше ничего подобного про нас никогда не подумал!

Тэхён удручённо потёр лоб. Джин звучал так искренне, что, кажется, все подозрения на их счёт развеивались сами собой. Может, так оно и есть, но со стороны это выглядело крайне удручающе. Сам Тэхён решил для себя, что не пойдёт замуж, доказав всем альфам этого мира, что омега вполне может обойтись и без них! Конечно, есть некоторые проблемы с физиологией, но и это сейчас решаемо: как только отец признает его своим равноправным партнёром, Тэхён решил сделать операцию и освободить Чимина от неприятных обязательств, а Юнги о ревности. И вообще, в погоне за всеобщим одобрением люди теряют столько сил и возможностей, забывая, что твоя жизнь — только твоя, и это ты должен прожить её так, чтобы тебя всё в ней устраивало.

Внезапно в комнату Джина ворвался Джун — в обтягивающих спортивных шортах, с голым торсом, блестящим от пота — сразу подбежал к брату сзади, прижал его к себе, нежно чмокнул в макушку, и только после этого сказал:

— Привет, Тэ-Тэ! Я не буду тебя обнимать, потому что вспотел после пробежки. Но я рад тебя видеть! Что за новости ты принёс Джину на ночь глядя? Можно мне про них узнать?

— Можно, — твёрдо говорит Джин, слегка отстраняясь от брата. — Джун, нам никто не говорит, но мы уже выросли, и наша детская привязанность друг к другу теперь выглядит со стороны... очень провокационно.

— Что? — поражается Джун. — Ты о чём говоришь, Джин? Что за чушь он несёт, Тэхён?

— Прости, Намджун, но эту чушь сказал ему я, — расстроенно притягивает колено к груди Тэ. — Просто вчера мне показалось, что ваши взаимодействия слишком интимные, чтобы назвать их братскими. Понимаешь, когда дети нежничают друг с другом — это выглядит мило. Но вы взрослые, к тому же — разного пола. И если не знать, что вы — братья, вас запросто можно принять за влюблённую парочку. Я не стал бы говорить об этом, если бы мои мысли не подтвердили посторонние люди. Вчера вас в кафе несколько раз назвали самой красивой парой. То есть, я не ошибся, со стороны вы производите именно такое впечатление.

Братья Кимы задумчиво смотрели на кузена, и Тэ молился, чтобы они не решили, что он сделал что-то ужасное, что прямо сейчас разрушает их прекрасный мир. Глядя на них, Тэхён думал: «Разве я придумал, что такие отношения обречены? Они ведь и сами должны это понимать! Если сейчас они прогонят меня, то так мне и надо! Но как я мог не предупредить их о том, что люди могут про них плохо подумать? Очевидно же, что они сами уверены в невинности своих отношений!»

Однако Джин не выгнал его, а Джун, извинившись, вышел из комнаты брата, а вернулся уже одетый в спортивный костюм, сел подальше от обоих омег и спросил:

— Нам теперь надо как можно меньше взаимодействовать на публике? Я больше не должен сидеть вместе с ним на всех парах?

Тэхён пожал плечами. Он сам не знал, что им теперь делать? Предложил:

— Может, вам попробовать с кем-нибудь повстречаться? — Братья Ким, почти испуганно смотрят друг на друга, и Тэхён вздыхает: — Ребята, вам уже по двадцать лет! Честное слово, ну, кто из нас старше? Джин, кто тебе помогает с течками?

Кузен растерянно смотрит на брата. Тот кивает, и Джин говорит:

— Понимаешь, Тэхён, как-то так сложилось, что мы с Намом помогаем друг другу в этом. Мы же не детей делаем, а просто...

— Трахаетесь по-родственному, — тихо говорит Тэхён.

Джун морщится:

— Помогаем друг другу, потому что лучше всех понимаем друг друга. Тэхён, ты просто пойми — наши родители в курсе этого, и они ни разу не сказали нам, что мы делаем что-то неправильное. Только после твоих слов я вдруг понял, что мы действительно не должны были этого делать, однако нас ни разу никто не остановил.

Тэхён даже за голову схватился. Он не слишком хорошо знал родителей близнецов, однако несколько раз уже имел дело с Кимом Тоюном, и тот ему показался тем ещё консерватором, потому что, заметив у одного из секретарей смазанную губную помаду, он буквально прорычал:

— Что за нежности на рабочем месте? Ещё раз увижу, будешь уволен!

Так почему же своим сыновьям он позволил заниматься тем, чем они не должны? Что же это за отношения у них? Совсем потерянный Тэхён покинул своих кузенов, понимая, что больше никогда не увидит, как они идут к нему, широко улыбаясь, плечом к плечу, рука в руке, как прекрасная пара влюблённых.

Уже лёжа в постели, Тэхён долго плакал и ругал себя, что влез в отношения почти всех друзей и всё, к чему бы он ни прикоснулся, оказывалось испорченным! Дрожащими пальцами он набрал сообщение, глядя на экран сквозь призму слёз, отправил в общий чат:

«Простите меня...» — и вышел, отключив звук.

Чимин: Что случилось, Тэ?

Хосок: Тебе плохо? К тебе приехать?

Юнги: Ребята, узнайте, что с ним, и напишете мне, пожалуйста, сразу!

Чжань: Малыш, ты меня пугаешь! Что с тобой? Не молчи!

Бинь: Мы с Ибо выезжаем к нему.

Джин: Джун уже поехал. Ребята, держите нас в курсе!