глава 17
11:25. Утро этого же дня.
Девушка с кислым лицом стояла около стеклянного лестничного ограждения, смотря сверху вниз на первый этаж. Везде валялись бумажные ведра из под поп-корна, одноразовые стаканы с тарелками, разноцветные конфети, подушки, небрежно сброшенные с дивана, чтобы на них можно было сесть, в некоторых местах пятна, от разлитых на пол напитков, какие-то упаковки от сладостей, недопитые бокалы с алкоголем, пустые пластиковые бутылки из под кока-колы, валяющие перед экраном, размещенным во всю стену, карточки от правды или действия и тому подобное.
Родители должны были прилететь только поздно вечером, поэтому у Милы было полно времени, чтобы убраться, однако приступать она не спешила. Накрутив на палец черную прядь волос, она задумчиво перевела взгляд в окно, за которым виднелся бассейн. На террасе дела обстояли ещё хуже — какая-то грязь, плавающая в воде, сломанный тепловентилятор, снова целая куча мусора и грязной посуды. Непонятная розовая жидкость на полу, чуть ли не стекающая в бассейн.
Стало тошно. И зачем она только согласилась устроить вечеринку у себя дома? Тем более, такую большую. У Милы не было ответа. Она снова начала перебирать свои волосы, накручивая пряди на палец. Это всегда её успокаивало, но сегодня все было иначе.
Ей до жути не хотелось все это убирать, но ещё больше не хотелось вспоминать вчерашний вечер. Они с Эллой снова потерпели крах, но на этот раз очень большой. Намного больше, чем казалось с самого начала.
Спустившись по лестнице вниз, она наконец достала из под раковины мусорный пакет и, надев на руки резиновые перчатки, принялась собирать все то, что валялось на полу.
События прошлого вечера крутились в её голове вихрем, и она не могла перестать думать о произошедшем. Это было странным, если учесть тот факт, что вчера она выпила намного больше, чем когда либо, а потому ей было совершенно не понятно, почему она помнит все до мельчайших подробностей, даже несмотря на голову, которая жутко болела.
Первой мыслью было выпить ещё больше, чтобы память отшибло на совсем, однако, потянувшись к бутылке, стоявшей на барной стойке и обнаружив, что она пуста, Мила вдруг поняла, что сколько бы она не пыталась забыть вчерашний вечер, она не сделает этого никогда. И даже алкоголь ей не поможет.
Однажды она уже слышала фразу: «Ты никогда не сможешь забыть то, что желаешь забыть больше всего», однако тогда не придала этому большого значения. Но сейчас все было иначе. Все встало на свои места.
***
02:34 той же ночи.
- Элла! Я прошу тебя, не делай глупостей.
Девушка с карамельно-рыжими волосами в ответ лишь закатила глаза. - Хватит. Я в праве сама принимать решения. И сейчас я решила поступить так.
Мила подошла к подруге. - Ты не понимаешь, что творишь. Отдай ключи! - закричала она, и Элла вздрогнула от резкого звука.
- Угомонись. - рявкнула девушка, заводя машину. - Твой психоз действует мне на нервы. - выкручивая руль, она начала выезжать с парковки дома.
Теперь Мила сидела неподвижно, словно статуя, обхватив свои плечи руками. Элла даже не взглянула в её сторону. Выехав на проезжую часть, она со всей силы вжала ногу в педаль газа, и машина на полной скорости понеслась по асфальтированной дороге. Открывая телефон, она обогнала несколько машин, съезжая на встречную полосу, отчего Мила медленно сползла вниз по спинке кресла. Не обращая никакого внимания на подругу, Элла открыла приложение, распознающие геолокацию, и нажала на одно из имен, предложенных в списке. «Стелла» — гласила надпись на экране, а совсем скоро приложение показало ее фотографию и точное местонахождение.
- Это совсем недалеко от шоссе. - кинула Элла, обращаясь даже больше к самой себе, чем к Миле, так как та вряд ли была в состоянии здраво воспринимать реальность. Она слишком много выпила за сегодняшний вечер.
Элла облизнула обсохшие губы. Сейчас у неё был один единственный верный выход, и она им воспользовалась, так к чему теперь это притворство? У неё украли то, что принадлежит только ей, а значит, она имеет полное право на месть. Причем, жестокую месть. Она могла бы простить, что угодно, но только не воровство, предательство и убийство.
Да, она соврала тогда Амине про ее подружку, выдумав историю, что та уехала на машине с каким-то непонятным парнем неизвестно куда, однако совсем скоро эта ложь стала абсолютной правдой. Все это время Стелла находилась у неё под особым прицелом, однако стоило ей отвлечься буквально на минуту, как та исчезла. Вернее, она думает, что исчезала. На самом же деле, Элла все ещё знает о каждом её шаге. Девушка невесело ухмыльнулась.
По мере приближения машины к точке «x», она чувствовала все большее удовлетворение. Адреналин буквально закипал в крови, и ее уже было не остановить. Картинка слащавой мести четко всплывала в ее голове, и раз за разом становилась от этого ещё более привлекательной.
Мила ехала всю дорогу в одном положении, не произнося ни слова. Ей было то ли жутко, то ли противно, однако Элле было плевать. Её в принципе редко когда волновало мнение окружающих. Вжавшись в сидение, подруга смотрела не мигающим взглядом на дорогу, и в какой-то момент её глаза стали стеклянными от слез.
- Ты не понимаешь. - наконец произнесла она, пытаясь выровнять голос, однако он все равно дрожал, и Элла это заметила. - Остановись, пока не поздно. Оно того не стоит. Слышишь? - на последнем слове ее голос все же сорвался, и Элла снова вздрогнула, как от звонкой пощечины.
Ничего не ответив, она продолжила сверлить взглядом дорогу, одновременная желая убить и Стеллу, и Милу. Достали. Обе.
Элла покрепче сжала руль, пытаясь не выдать свою ярость, накрывшую ее новой волной. Пусть она замолчит. Пусть закроет рот и больше не произносит ни слова, чего бы ей это не стоило. Она была слишком близка к цели, чтобы остановиться.
Девушка ещё сильнее нажала на педаль газа, так, что ногу начало сводить, и помчалась по шоссе, обгоняя немногочисленные машины, встречавшиеся по пути. Около дорожного знака, на котором было был изображен олень, означающий, что на дорогу могут выскочить дикие животные, она резко затормозила и свернула вправо. Мила зажмурила глаза. Она явно не доверяла подруге, от чего последнюю злость накрыла ещё сильнее. Теперь на дороге были всего две полосы, и она выбрала ту, что была встречной, так как через несколько метров ей следовало повернуть направо.
Элла не поняла, что произошло. В один момент её глаза ослепили яркие дальние фары, закрыв собой весь обзор, где-то рядом послышался раздирающий тишину крик Милы, звук разбивающегося в дребезги стекла, визг резкого торможения машины, глухой удар алюминия и ещё какого-то металла, женские крики, что-то моментально врезающиеся в её голову, а после полная темнота и тишина.
Мила резко распахнула глаза. Над ней нависало кое-где покрытое большими трещинами, а кое-где и вовсе разбитое лобовое стекло. Она начала быстро-быстро моргать, пытаясь понять, что только что произошло. Элла лежала неподвижно, уронив голову на руль. По её медово-рыжим волосам стекали бордовые капли свежей крови. Милу начало тошнить, а потому она начала отстегивать ремень. Пальцы дрожали и не слушались, однако спустя несколько секунд, ей все же удалось это сделать. Открыв на распашку дверь, она вылетела из салона и тут же рухнула на мокрый, грязный асфальт, который в этом месте был окутан небольшой дымкой из-за соприкосновения морозного воздуха и горячих частей автомобилей. Медленно поднявшись, она посмотрела на свои поцарапанные ладони. Все тело пробивала мелкая дрожь. Мила, аккуратно обошла машину. Фары были разбиты, капот помят, зеркала и вовсе оставляли желать лучшего, лобовое стекло со стороны улицы выглядело ещё хуже.
Из машины, врезавшейся в них, никто не выходил. Мила еле слышно подошла к ней и заглянула в окно. За рулем сидел какой-то мужчина. Его голова облокотилась на спинку кресла. Он не двигался. Рядом, на втором переднем сиденье лежала женщина, её глаза были закрыты, и со стороны могло казаться, что она просто мирно спит, однако Мила знала наверняка — это не так. От ужаса она совсем перестала управлять своим телом, а потому от увиденного её ноги подкосились, и она снова упала на дорогу возле машины. Слез больше не было, было только острое ощущение, что она не может ничего сделать.
Прошло, наверное, всего минут двадцать, хотя девушке они казались вечностью. Она все также сидела на мокром асфальте и невидящим взглядом смотрела на машину.
Где-то вдалеке послышался шорох, однако Мила даже не повернулась. Она теперь абсолютно ничего не чувствовала, а все мысли из головы словно улетучились. Не осталось больше ничего...
Элла резко распахнула глаза. Голова раскалывалась так, как будто по ней стукнули булыжником, хотя почти так и было. Левое плечо болело, наверняка, из-за того, что она ударилась им о дверцу машины. Однако все это теперь казалось сущими мелочами.
Она не умерла. И теперь девушка ощущала это всем телом, которое ломило до жути. Медленно и аккуратно она подняла голову и посмотрела на свое отражение в почти не уцелевшее стекло заднего вида. Губа была разбита. На шее остались разводы запекшейся крови. Волосы все спутались. На щеке был виден неглубокий порез. Элла повертела головой в разные стороны. Где-то под копной волос виднелась ещё одна рана, от которой в этом месте они окрасились в темно-красный цвет.
Девушка тяжело прикрыла веки, а после, отстегнувшись, вышла из машины. Мила сидела на коленках прямо на дороге, тупо смотря в одну точку и не двигалась.
- Ты жива. - произнесла она, даже не повернув голову.
Эти слова эхом отдались в её теле, и Элла снова облизнула губы. Она ничего не ответила, потому что не видела в этом смысла. Теперь вообще уже ничего не имело смысла. Ну, кроме как... мести.
Элла запрокинула голову, и с неба на неё вдруг обрушился холодный проливной дождь. Капли били по лицу, смешиваясь с кровью, и падали на землю. - Я все равно её найду. - тихо сказала она, обхватив себя руками.
- Знаешь, - как-то не весело рассмеялась Мила. - делай, что хочешь. Мне все равно. - она говорила так, будто была под чем-то, и Эллу снова накрыла волна отвращения. - Ты видно не понимаешь. - Мила обратила на неё свой взор и выдохнула, от чего перед её лицом возникло облако пара. - Ты чуть нас не убила. - она снова рассмеялась, как будто это была отличная шутка. Девушка встала с колен и, проведя пальцем по капоту машины, тоже посмотрела в небо. - Ты одержима. Одержима местью. Тебе плевать, что рядом с нами, в другой машине сидят люди, которые, возможно, уже давно не дышат. Тебе плевать, что ты поставила под угрозу не только свою жизнь, но и мою. Тебе плевать на весь мир, лишь бы отомстить. Неужели этот жемчуг дороже чье-то жизни? - последние слова прозвучали тише остальных.
- Он стоит миллиарды долларов. - отрезала Элла. - Но тебе, наверное, этого не понять. У ведь тебя никогда не было настолько дорогих вещей, я права?
- Да кому нужны твои деньги, когда теперь ты убийца? - ядовито произнесла Мила, и ее едкие слова пробрались под самую кожу, заволакивая сознание и заставляя сердце биться с двойной силой. - Ты не ответишь. Потому что или ты не знаешь, что ответить, или просто не понимаешь. Что же, тогда, получается, ты настолько глупа? Хватит, Элла. С меня хватит. - и ее голос внезапно стал холодным и жестким, как металл.
***
11:32. Утро этого же дня.
Они не вызвали скорую, не вызвали полицию. Они никого не вызвали, а просто сели в машину и поехали домой. Мила не знала, что случилось с теми людьми, но искренне надеялась, что им удалось выжить. В противном случае, они правда стали убийцами.