С любовью, из Москвы!

Ну что, детки, вы готовы?
Эту главу я "рожала" очень долго, мы с моей прекрасной бетой долго её шлифовали, чтобы получилось максимально гладко. Поэтому можно смело вспоминать Светлакова с его "Это шшедевррр!" и получать удовольствие!
Для нас же большим удовольствием будет получить от вас ободряющие комментарии!
Заранее спасибо!

Кан искренне не понимал сложностей в отношениях своих друзей. Конечно, как он мог осознавать то, что к нему сейчас никак не относилось, ведь в эту самую минуту он самый счастливый человек на земле. Виновником же всего этого был мальчишка, который мечтал стать врачом и день и ночь напролет готов был посвящать свою жизнь учебе. И Кан вовсе не обижался на Пича за этот выбор не в свою пользу, ведь хотел для своего близкого человека только самого лучшего.

Откуда появилось это чувство? Он и сам не в силах был ответить на этот вопрос - просто следовал за своим сердцем и отдавался своим ощущениям с готовностью и смелостью. Как и в любом деле в своей жизни Кан не знал, что такое сомнения, что такое колебания. Если он любил, то любил открыто и со всей щедростью, на которую только был способен. Вот и сегодняшний день внес свою лепту в его счастливое состояние. Мир прекрасен здесь и сейчас - и именно для него с Пичем.

Казалось, что это очередное ничем не примечательное воскресное утро, когда студенты стараются поспать подольше, чтобы потом с муками встретить тяжелый понедельник. Разве кто-то любит понедельники? Кан был уверен, что таких людей очень мало. В воскресенье все обычно отсыпаются, но в этот раз к нему это не относилось, потому что его солнышко решило встать пораньше, чтобы в тишине парка заниматься. Пич готовится к неделе практики, он примерный во всем, и для него особенно важен порядок. Кан совсем не такой: взрывной, упрямый, неорганизованный, спонтанный и сумасшедший, но стоит его мальчику лишь захотеть - и он изменит свою жизнь полностью.

Как так получилось, что он полюбил парня? Кан не знает ответа на этот вопрос и не хочет знать. Зато он четко понимает, что не встречал еще такой нежной кожи, таких красивых глаз и такой еще по-детски открытой улыбки. Когда Пич улыбается, Кан чувствует, что готов сдаться любой его просьбе. На самом деле его не волнует, что о нем подумают окружающие - наверное, такими бывают все влюбленные. Встать в такую рань именно в выходной день для него было уже настоящим подвигом, но еще и успеть купить завтрак и приехать в общежитие Пича - вообще сенсационный поступок. Нет, ну правда, он совсем не такой человек. Никто не удостаивался такой чести, ни для кого он не покупал еду, ни о ком так не заботился - и от этого Кан чувствовал себя еще более счастливым. Как идиот, честное слово...

Бам-бам-бам! - постучался парень и стал терпеливо ждать, пока ему откроют. Ничем не примечательная дверь с номером 705, уже видавшая виды, и отсутствие звонка на стене совсем не удивляли Кана, ведь общежитие было на самой окраине территории их универа, что предполагало самую минимальную оплату, а значит и совсем ветхое жилище. Наконец, дверь открылась, и в проеме показалось лицо Пича. Парень уже умылся, привел себя в порядок и был готов, чего нельзя было сказать о Кане, потому что весь его вид кричал о том, что организм, привыкший к одному и тому же распорядку, сейчас пристрелит его за это вероломное пробуждение. Пич улыбнулся взъерошенному виду старшего и пропустил его внутрь комнаты.

- Доброе утро, "доктор". Я принес нам завтрак. Где будем есть, здесь или на природе? - Кан улыбнулся Пичу и оглядел крошечное помещение. Несмотря на потрепанный вид мебели и простенькие обои, было очень чисто, и все немногочисленные вещи лежали строго по своим местам. Парень, кажется, заметил его взгляд, следом оглядев свою же комнату, смутился и покраснел. Он понимал, что живет совсем не в пентхаусе, но никогда не стеснялся своих скромных пожитков, а теперь отчего-то ему стало так стыдно перед Каном, что захотелось поскорее выставить его в коридор и захлопнуть перед его носом дверь. Хоть и его семья была очень богатой, но он никогда не пользовался деньгами отца, предпочитая жить как бедный студент - так у него была хотя бы иллюзия свободы.

- Доброе, давай в парке? - прикусив губу, Пич улыбнулся Кану и с любопытством посмотрел на пакет в его руках.

- Я купил нам сладкую рисовую кашу, чай с молоком для тебя и крепкий кофе для меня - все, как ты любишь, - старший довольно ухмыльнулся, показывая всем своим видом, что предпочтения Пича для него очень важны и он запомнил все до мельчайших деталей. Пич счастливо рассмеялся и кивнул ему. Оказывается, так здорово, когда о тебе заботится человек, которого ты любишь.

- Все, сдаюсь, ты даже это запомнил, Пи.

- Конечно запомнил - а ты сомневался? Ты собрал вещи? Если да, тогда можем идти.

- Ум, - согласно закивал Пич и закинул на плечо увесистый рюкзак. Кан, покачав головой, перехватил левой рукой пакет с едой, забрал у паренька рюкзак и закинул себе за спину.

- Ты, главное, веди меня вниз, а вещи понесу я.

- Пи, прокатимся на автобусе? А то рядом с моим общежитием нет нормального парка, а я хочу в центральный, который позади главного корпуса, - они уже вышли из комнаты и по пути вниз обсуждали планы на день.

- Я приехал на машине, малыш. Зачем нам автобус?

- Но разве у тебя не мотоцикл? Что за машина? - Пич удивленно приподнял брови.

- Купил пару дней назад, чтобы нам с тобой было удобнее, - Кан сказал эту фразу максимально отвлеченно, так как знал, что Пич может устроить ему за это трепку. Парень рядом с ним остановился и грозно нахмурил брови:

- Что-что? - не поверил он своим ушам. Нет, ну вы слышали? Он купил машину из-за него. Это конечно приятно и очень льстит, но... Но это большие траты, а Пич знает, что Кан каждый бат зарабатывает своим огромным трудом. Хоть у него и нет финансовых проблем, но эти деньги можно было бы использовать на развитие ресторанчика или на что-то более важное, чем удобство Пича...

- А что такого? Теперь нас двое, и мне будет неудобно все время возить тебя на байке, - Кан пожал плечами.

- Но... В каком смысле нас двое?? - занервничал парень. - Мы не встречаемся, ты слишком далеко уходишь, Пи!

- Давай не будем сейчас об этом, ок? Тебе нужно учиться - забыл? - они уже спустились вниз и подошли к новенькому вольво, внедорожнику черного цвета. Пич со скрытым недовольством взглянул на автомобиль и, не сказав ни слова, сел на переднее сидение. Для него было так странно, что ради него была куплена машина. Хоть он и любил Кана уже очень долго, но одно дело любить человека издалека, а другое - быть с ним рядом. К такой близости он не был готов, потому что просто не представлял, что с этим делать дальше - его фантазии никогда не доходили до этого места. Его беспокоило слишком многое: мнение семьи, окружающих людей, тревога за свою учебу, мнение семьи Кана в конце концов. Пич не ожидал, что Кан вообще когда-нибудь примет его, а уж тем более не ожидал, что этот невозможный парень возьмет и без раздумий начнет всему миру показывать, что чувства Пича взаимны. От одной только этой мысли сладко заныло в груди, захотелось кричать от радости, но он сдержал себя как делал это всегда.

Кан положил их вещи на заднее сидение и сел за руль. Он прекрасно видел метания Пича, поэтому не торопил его. Всю дорогу тот дулся на него и не разговаривал, пока наконец они не доехали до места назначения и не припарковались у аллеи. Парень повернулся и взглянул на Пича, ожидая, пока тот хоть что-нибудь скажет. Наконец, тот вздохнул и взглянул в ответ.

- Что ты так на меня смотришь, Пи? Конечно же я рад, что для тебя так важно мое удобство... Просто ты слишком быстрый, хап, я не могу к этому привыкнуть, - после нескольких минут размышления выдал Пич и робко взглянул на старшего, сидящего рядом. - К тому же как к этому отнесутся твои друзья, твои знакомые, я не...

- Так! Прекращай. Разве я недостаточно взрослый, чтобы мои решения никто не оспаривал? - прервал его Кан. Ему совсем не нравились мысли Пича. - Я не требую от тебя, чтобы ты каждому встречному говорил об этом, но, пожалуйста, не отталкивай меня.

- Давай просто пойдем и проведем хорошо день, ладно? Не хочу это сейчас обсуждать, - Пич открыл дверь и выскочил наружу. Он совсем не хотел продолжать этот разговор, пока данная ситуация в голове не устаканится должным образом. Кан на секунду закрыл глаза, собираясь с мыслями, а потом вышел из машины и, захватив их вещи, пошел за Пичем.

Погода была замечательная - как и сам парк: еще не совсем жарко, ноздри дразнил стойкий запах скошенной травы, а безлюдные ухоженные дорожки парка исчезали вдали. Пич даже немного пробежался вперед, чтобы найти место покомфортнее, и в итоге расстелил плед под раскидистыми ветвями большого дерева. Все вокруг было таким насыщенно зеленым, а солнце ласково гладило верхушки растений и грело воду в декоративных прудиках, которые были раскиданы по всей территории. Кан на секунду остановился, вдохнул утренний свежий воздух и прислушался к пению птиц. В эту самую минуту ему казалось, что у него в жизни есть все для счастья. На столь лирической ноте даже захотелось пойти в храм и сделать подношение всем богам. Крыша едет, не иначе... Он тряхнул головой, чтобы отогнать это наваждение, разулся и присел рядом с Пичем на плед.

- Мы еще не встречаемся, а ты уже меняешь мою жизнь. Черт, да я бы никогда в жизни не встал в такую рань, чтобы просто полюбоваться природой. Дааа, любовь творит с людьми необъяснимые вещи, - Кан хмыкнул и, подняв руки, как бы потягиваясь, приобнял паренька рядом за плечи. Пич смутился от его действий, но сделал вид, что ничего не произошло и он просто рассматривает окружающую обстановку. Ему нравился его Пи, поэтому он не хотел излишне резко реагировать на попытки сближения и отпугивать такие моменты.

- Пи, ты преувеличиваешь. Я знаю, что пробежку перед учебой ты начинаешь не позже 6 утра и любишь после бега гулять здесь в одиночестве, и... - Пич запнулся на полуслове, когда случайно поднял на Кана взгляд и, увидев выражение его лица, осознал, что он только что выболтал. "Черт возьми, помогите!"

- Погоди, откуда ты знаешь об этом? - лицо Кана вытянулось от удивления.

- Эм, ну... Мне... Мне Лек рассказывал, - попытался выкрутиться Пич.

- Этого не может быть, он об этом не знает! - парировал Кан. - Ты, значит, следил за мной? Когда успел? Точнее, лучше спросить, как давно это продолжается? - спросил он с широкой довольной ухмылкой на лице и повернулся к Пичу всем корпусом.

- Не было такого! - Пич отвернулся от него и уткнулся в книгу, которую успел до этого вытащить из рюкзака и теперь использовал как прикрытие. Он ругал свой язык всеми словами за то, что тот так позорно сдал его секреты. Жар поднялся от сердца и залил краской все его лицо, шею и, кажется, даже уши. Кан заметил его смущение и притянул к себе.

- Признавайся, иначе я тебя сейчас поцелую. Прилюдно, - придал своему голосу шутливо-грозный тон парень и, сжав пальцами подбородок Пича, заставил его повернуть голову к своему лицу. Щеки нонга просто горели, он смотрел куда угодно, но только не на Кана. Это был просто кошмар для парня... Как он может признаться в таком? Если признается, то кое-кто поймет, что Пич запал на него давным давно, и засмеет.

- Ай, что ты делаешь, ааа! - нет, он не может этого сделать! Пиччайя отчаянно помотал головой, насколько позволяли пальцы, которые вцепились в него.

- Я сейчас тебя съем! - угроза была вполне реальной, потому что Кан мягко прихватил губами его щеку, при этом его рука коварно скользнула вниз по телу парня.

- Ха-ха-ха, я сейчас закричу, прекрати меня щекотать! - Пич захохотал, стоило только чужим пальцам пройтись по его бокам, и отчаянно старался вырваться из захвата старшего.

- Ах, вот как - ну держись, - Кан ухмыльнулся еще шире, перестав дразнить, притянул его лицо ближе и мягко поцеловал. Пич моментально перестал вырываться и застыл под натиском этих губ. Прикосновения были легкими и нежными, Кан осторожно ласкал и покусывал губы Пича, стараясь не давить на него слишком сильно. От напряжения заныли плечи. При этом парень все равно не менял позицию, чтобы все не закончилось в эту же секунду - он боялся, что его оттолкнут, но Пич только поднял руки и обнял его за шею. В самом деле, как он мог сопротивляться таким ласкам, когда за прошедшие дни в голове он уже сотни раз представлял, как они снова поцелуются, но не смел себе в этом признаться. Кажется, тормоза Кана совсем отказали из-за этого, потому что он уже не заботился о том, смотрит ли на них кто-нибудь или нет, только продолжал целовать своего мальчика, все больше увеличивая напор, проникая языком тому в рот и лаская нёбо. В утренней тишине звуки влажных поцелуев заполнили пространство вокруг них.

Старший руками обхватил талию Пича и, слегка приподняв его, притянул вплотную, усаживая к себе на колени. Наплыв возбуждения от этого поцелуя пробудил все до единой клеточки в их телах. Ладони Кана, непрерывно скользя по спине и плечам Пича, смяли его футболку, норовя скользнуть под нее, чтобы дотронуться до кожи. Он отчаянно хотел сократить между ними количество одежды, чтобы всем своим существом почувствовать тело любимого. Пич плавился в его руках, голова кружилась от нехватки воздуха, низ живота потяжелел, посылая волны дрожи вверх в сторону груди, по всему телу. Опасность того, что их могут увидеть в таком виде, только еще больше подстегивала его и заставляла жарче отвечать на ласки. Стон. Еще один. Кажется, это его голос, но почему он такой странный? Отчаянно хотелось выгнуть спину и потереться промежностью об крепкий живот парня под ним. Остатки здравого смысла из последних сил кричали в его голове о том, что нужно остановиться.

- Ммхх... Ах... Прекрати, Пи... - тяжело дыша, наконец, парень с усилием воли оторвался от губ Кана и взглянул на него затуманенным взглядом. Кажется, вся кровь в его теле прилила к щекам и шее (про другой орган, забравший бОльшую её часть, парень старался даже не думать), мозг отказывался соображать. Пич облизнул губы в попытке сохранить тепло поцелуя и с разочарованием слегка отодвинулся назад. Нельзя было дальше продолжать, иначе у него помутится рассудок, и он не сможет контролировать себя, а хуже этого могло быть только то, что он не сможет контролировать действия парня, на коленях которого сейчас так здорово сидеть. Его руки по-прежнему были у Кана на плечах, а грудь крепко прижата к его груди. Футболка была в полном беспорядке, открывая вид на соблазнительные ямочки на пояснице и белоснежную кожу.

С того самого момента, как они поцеловались впервые, прошла уже неделя, но Кан думал об этом буквально каждую секунду. До этого он и не подозревал, что может испытывать влечение к парню, ведь ему всегда нравились девочки с формами, а тут тощий ребенок, у которого даже толком мускулатура не развита. Да, по сравнению с ним Пич был очень маленьким и хрупким. И все равно у Кана сносило крышу от него. Серьезно, как может кожа парня быть такой нежной, а губы такими пухлыми и соблазнительными? Просто хотелось сожрать этого мальчика до последнего кусочка, так сильно парня тянуло к нему. Вот и сейчас, безобидный поцелуй, а он уже готов сорвать с него одежду прямо здесь и хорошенько отыметь. Господи, о чем он думает? Нужно срочно что-то решать с этим, иначе однажды он правда не сдержится и сделает что-нибудь непоправимое.

- Прости малыш, но мы сейчас срочно вернемся к тебе, - Кан не дал ему опомниться, подхватил того под колени и поднялся на ноги с драгоценной ношей на руках. Пич успел только вскрикнуть от удивления, а его уже перекинули через плечо и несли в сторону машины. Он был в ступоре и не знал, звать на помощь или ругать парня, что так бесцеремонно тащил его. "Черт, черт, черт! Кажется, меня сейчас принесут в жертву!" Внутри все кипело. Конечно, он понимал для чего они возвращаются, но от смущения не мог и слова сказать, ведь он тоже отчаянно хотел продолжения. Тем временем Кан усадил Пича на переднее сидение, затем захлопнул дверцу, сел за руль и завел машину. В ту же секунду, выжав газ до упора, на бешеной скорости он рванул в сторону общежития, откуда они сегодня утром вышли с твердым решением позаниматься. Кто-нибудь вообще вспомнил об этом за утро? Он просто не дал себе времени на колебания, потому что боялся реакции со стороны своего малыша. А тем временем Пич был в прострации. "Как он может так быстро гонять, мы же сейчас задавим кого-нибудь..." - вот все, что крутилось у него в голове. Не понимая, как реагировать, парень мог лишь горящим взглядом на протяжении всего пути лихорадочно смотреть на проносящиеся мимо дома и машины, в которые они чудом почему-то не врезались.

Наконец, они припарковались напротив корпуса. Кан всю дорогу был в своих мыслях - и как вообще они доехали? Ему мерещились хрупкие плечи и гладкая талия, а еще много всякой пошлятины, которую он хотел сотворить с Пичем, поэтому проще было закрыть рот и смотреть на дорогу. В целом атмосфера была довольно тяжелой: напряжение, висевшее между ними, казалось, можно было потрогать руками. Оба понимали, зачем вернулись, но никто не высказывал этого вслух. Кан вышел из машины и вытащил следом Пича. Всю дорогу до комнаты они прошли в молчании, только тяжелое дыхание выдавало их возбуждение. Стоило им войти в нужную дверь, как Кан резко прижал хрупкого паренька к стене и, зажав ладонью его шею, припечатал губы крепким поцелуем. Ноги Пича подкосились, а голова затуманилась. Он больше не мог сопротивляться. Остатки разума, которые позволили ему в предыдущий раз с таким усилием оторваться от губ этого парня, теперь полетели к черту, оставляя на своем месте только отчаянное желание. Жар от места соединения их губ распространился по всему телу, оседая тяжестью в паху. Он никогда бы не подумал, что возбуждение бывает таким невыносимым, практически болезненным. Отчаянно хотелось трогать себя. Или Кана? Он не понимал, чего ему хочется больше.

Кан оторвал его от стены и, подхватив ладонями под бедра, перенес на кровать. Ну все, сейчас его уже ничем не сдержать, он собирался сполна насладиться или довести до блаженства кое-кого очень особенного для него. Его тяжелое дыхание и потемневшие вмиг глаза говорили сами за себя: Кан отчаянно хотел большего и не собирался останавливаться. Стоило голове Пича коснуться подушки, как парень над ним снова поцеловал его, на этот раз тесно сплетая их языки. Поцелуй был настолько возбуждающим, что Пич мог лишь беспомощно стонать ему в губы. Не в силах сдерживать себя, он отдавался напору чужого языка и уже потерял счет времени. Кан оторвался от его губ и, оставляя влажные следы от поцелуев на подбородке, провел языком по его шее. От такого простого, но очень чувственного прикосновения электрический разряд прошелся по всему телу Пича. Боже, он умирал, не понимая, как его шея может быть настолько чувствительной. Кан втягивал губами нежную кожу, стараясь оставить глубокие следы, отмечая своего малыша.

- Ах.. Ааахх... - Пич выгнулся не в силах стерпеть чувственные ласки, и ладошками непроизвольно начал гладить Кана по спине, то и дело впиваясь короткими ногтями в его футболку. Влажный язык прошелся по его ушку и проник самым кончиком в раковину, мягкие губы захватили мочку и начали посасывать. Парень настолько потерялся в ощущениях, что дарили ему чужие губы, что не заметил как с него стянули футболку - прохладный воздух прошелся по разгоряченному телу, заставляя и без того напряженные соски затвердеть еще сильнее. Кан не обделил вниманием и эти чувствительные комочки, облизывая их языком и слегка покусывая. Пич захрипел от наслаждения, практически растекся лужицей. Потолок над ним безостановочно плыл, а тело плавилось от странного чувства, которое тяжелым потоком опускалось между его ног, заставляя твердеть член.

- Мне стоит их ласкать чаще, тебе же нравится? - как Пич мог отвечать сейчас на такие вопросы? Как этот парень вообще умудряется такое спрашивать у него в тот самый момент, когда он не знает как дышать. Или забыл, что не столь важно сейчас.

- Аааа.. Что?.. Нет.. Ахх... - вот все, что мог сейчас выдать Пич, между стонами и всхлипами. Конечно же Кан не принял его слова всерьез, лишь опустился поцелуями ниже, лаская нежную кожу живота. Язык дразнил и кружился вокруг пупка, а потом толкнулся в темную впадинку, заставляя Пича выгибаться и тяжело дышать. Мягкие спортивные брюки уже не в состоянии были скрыть его возбуждение, Кан прошелся ладонью сквозь ткань по возбужденному члену своего любимого. У него не было ранее опыта такого рода с парнями, но все его прикосновения были продиктованы интуицией и сильным возбуждением - и они достигли цели. Пичу лишь оставалось сжимать пальцами подушку и, зажмурившись, отчаянно мотать головой из стороны в сторону.

- Какой ты красивый, - заворожено прошептал Кан, приподнявшись и оценивающим взглядом оглядывая парня под собой. Хрупкое белоснежное тело его малыша просто притягивало взгляд: следы от укусов и поцелуев на груди и шее наливались цветом, а губы были искусаны до красноты. Футболка Кана полетела на пол, а следом за ним отправились штаны и белье Пича.

- Ох.. Пи, подожди.. - Пич покраснел до кончиков волос. Нагота смущала его, он никогда еще не раздевался перед другим человеком в таком смысле, поэтому автоматически потянулся прикрыть ладонями свое возбуждение, но Кан не дал ему этого сделать. Отведя его руки в сторону, он приблизил свое лицо к промежности парня. Конечно, Кан и раньше видел других голых мужчин, ведь душ все участники команды принимали вместе и друг друга совсем не стеснялись, но его малыш не был похож на них: член небольшого размера, но правильной формы, полностью возбужденный и прижатый к лобку с редким светлым пушком, розовая головка выглядывающая из крайней плоти и капля смазки, вытекающая из уретры...От такой картины кровь ударила Кану в мозг.

Не оставляя себе времени на раздумья, он оттянул пальцами член от живота и взял в рот на всю длину. Пич заскулил, охнул и отчаянно схватился за его плечи руками. Слезы брызнули из глаз, ведь это был его первый сексуальный опыт, поэтому все эмоции были максимально острыми и новыми для него. Все, что он сейчас чувствовал, нельзя было ни с чем сравнить. Голова закружилась сильнее, странное томление внизу живота постепенно перешло в жар, при этом ступни обдало холодком.

Он не знал как описать свои чувства, ему казалось, что мир сейчас расколется на две части, а сам он взлетит. Кан же старался как мог: он не был уверен, как правильно нужно доставлять удовольствие другому мужчине, но знал, как нравится ему самому, и потому доверился своим внутренним ощущениям. Он то вбирал член на всю длину в рот, посасывая и дразня языком дырочку на головке, то выпускал его и склонялся ниже, чтобы облизать нежные, совсем гладкие яички. Пич, казалось, не мог дышать, не мог стонать, не мог кричать. Все что он мог - это хрипеть и задыхаться от эмоций, которые дарили ему рот и язык любимого.

- Что ты чувствуешь, малыш? - Кан ненадолго оторвался от своего занятия и поднял голову, чтобы разглядеть лицо мальчика под ним. И как Пичу отвечать на его вопрос? Все, на что он сейчас способен - это бессвязно бормотать и всхлипывать от удовольствия.

- О.. Нет.. Оохх.. О нет.. Я.. Я не.. не могу больше.. - что именно он не может, Пич и сам не знал, но чувствовал, как наслаждение становится слишком сильным и грозится вылиться через край. Он непроизвольно подался бедрами вперед в попытке вернуть то восхитительное тепло вокруг своего члена - и это был самый лучший ответ для Кана. Его малышу все очень нравится. Парень вернулся к своим действиям, чтобы уже в следующую минуту, почувствовав напряжение в основании члена, отпрянуть, позволяя Пичу кончить. Никогда Пиччайя не чувствовал подобного: словно крутой горячий узел поднялся от самых яичек и устремился в головку, выстреливая горячей струей, заливая его живот и даже грудь. Он не смог сдержать крика, и его точно услышали все соседи...

Кажется, он умер, только этим можно было объяснить чувство, будто он потерял связь с этим миром. В первые секунды он не мог двигать конечностями и лишь дышал с открытым ртом, как выброшенная на берег рыба. Кан же завороженно наблюдал за тем, как Пич кончает, наслаждаясь этим зрелищем. Он никогда не видел прежде, чтобы кто-то так сексуально реагировал на оргазм - на это можно было смотреть вечно. Дождавшись последних судорожных движений Пича, Кан вытащил салфетки из ящика, бережно протер паренька, выкинул использованное в урну и прилег около виновника беспорядка.

- Ну, как ты? - большие темные глаза участливо с безграничной нежностью смотрели на Пича, который постепенно возвращался на землю. Того уже не волновали собственная нагота, отсутствие одежды на Кане и то, что они так тесно прижаты друг другу на узкой кровати. Он был бесконечно благодарен парню за доставленное удовольствие и за заботу, которую тот проявлял.

- Я.. Пи, это мой первый раз и это.. Так все необычно, я.. не испытывал такого прежде.. - Пич от смущения закрыл лицо ладонями и попытался отвернуться, но Кан ему не позволил и наоборот притянул ближе к себе, обнимая за плечи. От слов своего мальчика он готов был умереть. Неужели он у него первый? Но разве такое бывает? Ведь все же Пичу 19 лет, у него наверняка должны были быть хоть какие-то отношения. В недоумении он повернул лицо к любимому.

- У тебя никого не было? - вполне логичный вопрос, который заставил Пича вжать голову в плечи и уткнуться Кану в шею.

- Мне было не до этого... У меня мысли всегда совсем о другом.. Я.. Эм..

- Ладно, я тебя услышал, - Кан мягко прервал его и поцеловал в лоб. Больше не нужно было слов, он понял, что его малыш открылся ему полностью, раз позволил такое. Его настолько впечатлило то, что он сделал с Пичем, что о собственном возбуждении и думать забыл. Сейчас самым важным было удовольствие его парня - и он справился со своей задачей. Значило ли это, что Пич тоже любит его и готов к отношениям? Он не собирался задавать таких вопросов именно сейчас, лишь решил для себя, что теперь уж точно Ай Пич от него никуда не денется. А то, что он сам не кончил - не беда, ведь впереди, как надеялся Кан, у них еще много возможностей.

***